Kagome. Pax aeterna

Вечный покой даруй им, Господи,

и вечный свет пусть светит им

      Нет в мире ничего абсолютно хорошего и абсолютно плохого. Положительное, часто, доведено до абсурда — превращается в негативное. Точно так же, все плохое имеет свои положительные стороны.       Все в мире переплетено и взаимосвязано столь тесно, что человечество за многие столетия так и не смогло дать точное определение, что же такое добро и зло.       Наверняка не было известно, был ли замешан в терактах Достоевский или же просто правительство убрало неугодного им человека.       Но не дай бог узнать такую тьму, когда бьет озноб от холода и страха. Столь безнадежен, будто путь на плаху. А день завтрашний уже ни к чему, да и его не будет.       Пока Федор терял последний рассудок, будучи запертым в изоляторе. Люди продолжали страдать, совсем не зная кого же именно винить в смерти близких. Правительство, которое так и не смогло решить проблему терактов или же самих себя из-за того что, в столь опасное время не уберегли ценного человека.       Диверсии происходили одна за второй. И настолько спонтанно, что невозможно было предугадать где и когда произойдет следующая. Складывалось впечатление, будто кто-то играл в дартс, только вместо деревяшки на стене висела карта мира.       Напротив нее стоял силуэт, неясно кто. Женщина? Мужчина? Старик? А может вовсе подросток? Самому Господу только известно…       Взгляд неизвестного пробежался по мишени. И прицел пал чуть ниже и намного правее средины. Рука с дротиком зависла в воздухе, питая предвкушение. Кисть руки слегка подалась вперед и вверх. Рука в черных бархатных перчатках аккуратно запустила дротик. Без лишней суеты и напряжения — просто задавая направление и скорость.       Бинго, прямо в цель. Если бы можно было увидеть лицо игрока, то взгляд приковывала бы лёгкая самодовольная, но печальная ухмылка. Всего лишь игра…

ВСЕГО.

ЛИШЬ.

ИГРА.

      Торговый центр, оформленный в корабельном стиле, расположенный на набережной с видом на залив Иокогама. Часто привлекал к себе внимание не только туристов или приезжих, но и местных.       Четырёх этажное здание «Yokohama Bay Quarter» размещало в себе не только множество магазинов, кафе, ресторанов. Но и зал для свадебных приёмов, глазную и стоматологическую клиники, парикмахерскую и многое много другое.       Это место вместило в себе все необходимое чтобы привлекать туда людей разных возрастных категорий.       Молодой человек волосы которого с лица были подстрижены котортко, и немного неряшливо, но затыльная часть доходила до талии. Волосы его разделены пробором посередине лица. Цвет его волос с левой стороны — сиреневый, а с правой — белый. Сероватые глаза сверкали отражая свет экрана с телефона который он старался установить на штатив для съёмки. Серьги в форме путь покачивались от малейших движений головой. Одет парень был в двухстороннее белое пальто, на внутренней стороне которого можно было заметить рисунки созвездий. Черные брюки и такого же цвета водолазка подчеркивали худощавую фигуру его тела.       Установив телефон на штатив он запустил стрим. Сделав глубокий вдох и выдох он натянул улыбку наблюдая за обратным ответом пред началом.

1…2…3…

      — Всем привет! Сигма Мэн на связи! — Он негромко хохотнул со своей же шутки. — Надеюсь меня хорошо видно и слышно! — Поприветствовал он своих зрителей, цифра которых росла с каждой секундой. — Первый раз веду трансляцию вне дома. Прям волнительно! Пишите в чат что у вас нового!       Строки сообщений бежали не останавливаясь.       — У Николая скоро день рождения. Поэтому я решил, что стоит вместе с вами выбрать ему самый лучший подарок.       Гоголь был лучшим другом Сигмы. Хотя дружбой, это было сложно назвать, скорее созависимость и привязанность со стороны Сигмы.       Строки чата продолжали бежать, каждый хотел поделиться чем-то своим, проявить активность и предложить свои варианты подарка.       Люди гуляли по магазинам, дети играли, кто-то пил кофе в кафе.       — Не знаю что, вообще можно приносить ему в больницу… М-да, конечно друг с меня так себе… — Нервно хихикнул Сигма входя в книжный магазин. 1000 иен

«Надеюсь Николая скоро выпишут! Так не хватает ваших совместных стримов. Вы прекрасный друг!»

       — Спасибо! Тоже очень этого жду — Стример подмигнул в камеру мило улыбаясь.       По большому зданию торгового центра в Токио разносилась мелодия Моцарта «Реквием» Ре минор, K.626. Lacrimosa — успокоительная месса. Казалось она звучала не только из динамиков, но и из каждого уголка.       — Надеюсь, музыка в этом ТРЦ не нарушает авторские права. — Пошутил он оглядываясь по сторонам книжного магазина.       Охрана будто испарилась, но из-за большого количества посетителей это даже не бросалось в глаза.       Прозвучал громкий хлопок, что больше напоминал падение чего-то чем взрыв. Будто предупреждение. Он прогремел так громко, что заложило уши, а стекла на витринах задрожали.       — Что за чертовщина? — Глаза Сигмы забегали с большой силой по сторонам ища источник звука. В тот момент он еще не понял, что происходит. Люди вокруг него замерли, как и он сам.       Вокруг воцарилась мимолётная тишина, а за этим все вернулось на свои места. Посетители продолжали бродить по магазинам, есть и смеяться.       Однако, лишь до того момента, пока не поняли что, все механические выходы заблокированы. Люди начали толпиться и ломится ища кого-то кто решит поломку.       Выхода нет, даже выход на крышу был закрыт.       Паника. Крики. Люди не знают что их ждет, и что происходит. Но не все так просто. Звуки людской тревоги перебивает громкий, искренний, невинный детский смех, что будто ликовал от момента.       — Мир ей, она отошла в вечность. — Смех резко прервался, тонкий девчачий голосок вещал. — Она не видит больше ничтожества демократии, потрясения основ существующего, слез высокородных и высокоблагородных, она опочила вечным сном. Requiem aeternam dona ei, Domine». — музыка на фоне пошла на спад, ребенок замолчал, давая возможность насладиться текстом успокоительное мессы.       — Ребята, происходит какая-то чертовщина… Я вынужден прервать… — Сигма не успел договорить, как штатив к которому был прикреплен телефон вылетел из рук и исчез из поля зрения под ногами посетителей.       Он услышал крики и звук еще одного взрыва.       Кто-то закричал: «Бегите!». Сигма в надежде побежал вместе с толпой, боясь быть затоптаны если начнет искать телефон. Вокруг царил хаос. Люди рыскали топтали друг друга в надежде найти спасение. Крики и визги, топот вновь начал заглушать музыку и тогда детский голос вновь заговорил.       — Огражденная, огражденная «Птица» в клетке, Когда же ты выпорхнешь? — Ребенок продолжал вешать с громкоговорителя, сдерживая озорной смех. Однако за первой строчкой считалочки последовал первый взрыв на верхнем этаже. А за ним и первый обвал внутреннего сооружения. Крики усилились. Люди замирали на местах, молясь о Божьем спасении. Матеря и отцы прикрывали своих детей собой, стараясь их успокоить.       Взгляд сигмы остановился на рыжеволосой женщине с ребенком, которая была прижата к стене. Ее глаза были полны ужаса. Вдруг раздавалось эхо от нового взрыва. Он пригнулся и попытался спрятаться за прилавком. Адреналин бил в виски, Сигма пытался контролировать дыхание, но сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот выскочит из груди.       — Ждать ли до рассвета? — Последовал новый взрыв, часть людей были прибиты частями экскаватора. Хотя назвать это кровавое месиво из крови внутренностей, было бы неверно назвать людьми. — Ца…ца.ца.цапля и черепаха поскользнулись.       Он слышал, как кто-то зовет на помощь, как люди плачут. Звуки взрывов, рушения здания и крики сливались в один сплошной кошмар. Ему самом хотелось плакать и кричать, молить о спасении, но не мог себе позволить поддаться панике. Так и остался прятался за прилавком, стараясь не думать о худшем, надеясь, что его найдут, и спасут. Просто необходимо подождать пока помощь приедет.       С его укрытия, открывался душу раздирающий вид. Вокруг был хаос: разбитые витрины, повсюду кровь, раненые люди.       Он ощущал как его тело дрожит. Нет даже не дрожит, он ощущал как его трясет.       — Я жив. Я выживу. Все будет хорошо. Господи, прости что, я не верил. Спаси молю. Отче наш сущий на небесах. — Шептал себе поднос Сигма, закрыв руками уши, в надежде перестать слышать все те ужасные звуки.       Раздался ещё один взрыв. Молодого стримера придавило его укрытием. Оставляя на виду лишь часть его руки, которая тянулась надеясь разыскать помощь. Он кричал, но только по началу, ведь совсем скоро его начали покидать силы как и сознание.       Громкоговоритель начинал заедать и пережевать звук. К детскому голосу добавился белый шум, хрипы искажая и превращая в что-то паранормальное.       Реквием ре минор, зациклился на одном фрагменте и звучал беспрерывно, до следующего взрыва и затих. — Кто же у тебя за спиной? — Ребенок уже не смеялся, казалось, он решил, что в чем-то виновен. И стоило ему произнести последнюю строчку, с громкоговорителя раздался душераздирающий визг, а за ряд последних взрывов. Что рушили весь фасад, не давая возможности спастись хоть кому-то…       Пожарные и полицейские машины окружили место теракта. Медработники были на страже в ожидании и надежде спасти хоть кого-то. Естественно под развалами ещё кто-то оставался в полуживом состоянии. И лишь надежда на службы спасения, что в панике рыскали в поиск возможности вытащить и спасти хоть кого-то. В такие моменты ценность времени измеряется не в часах или минутах, а в секундах и миллисекундах.       Струи дыма подымались ввысь к небесам к самому Господу Богу. Меняя их цвет с голубого на траурно серый. Пыль оседала на обломки, дорогу, одежду работников спецслужб и на прохожих разнося по всему городу, по всему миру весть о трагедии с неизвестным количество пострадавших и погибшим. Однако, размер экономического ущерба правительством был подсчитан практически сразу как только голубок принес им весть о трагедии.

Да заиграет лакримоза,

Из пластинки, на старом патефоне.

Реквием — загробная песнь,

Что сегодня мы хороним?

Ваши мечты, надежды?

Хм, все не то, ведь иное…

Добро пожаловать на похороны,

Вашей веры в себя.

      В тот же день, облик нашел взглядом иной объект и прицелился в него. Рука с дротиком вновь зависла в воздухе. Без предвкушения, скорее подбирая более удачную цель. Кисть руки слегка подалась вперед и вверх. Дротик на это раз был запущен менее аккуратно, более резко. Однако, без лишней суеты и напряжения — просто задавая направление и скорость.

Прямо в цель.

World Trade Center

(США, Нью-Йорк)

      Утро было безмятежным для работников, прохожих и посетителей. Казалось бы, ничего не предвещало беды. Но лишь до того момента пока, по южной части Манхэттена не начала разносится тревожный и печальный «Реквием» Ре минор, K.626. Lacrimosa — успокоительная месса Моцарта.       Четыре группы террористов общим количеством 19 человек захватили четыре рейсовых пассажирских самолёта. Каждая группа имела как минимум одного члена, прошедшего начальную лётную подготовку.       Детский смех звучал неизвестно откуда… Все повторялось в точности как в прошлые разы, но в иных странах.       — Мир ей, она отошла в вечность. — Смех резко прервался, тонкий мальчиший голосок вещал. — Она не видит больше ничтожества демократии, потрясения основ существующего, слез высокородных и высокоблагородных, она опочила вечным сном. Requiem aeternam dona ei, Domine». — музыка на фоне пошла на спад, ребенок замолчал, давая возможность насладиться текстом успокоительное мессы.       Люди оглядывались по сторонам, пытаясь понять откуда же доносится звук. Внутренняя тревога росла. С нижних этажей люди выходили на улицу, да бы разобраться в происходящем. Кто-то вообще не обращал внимания, продолжая заниматься своими делами. Возмещение работников, о том что это мешает продолжать работу стали заглушать музыку и тогда детский голос вновь заговорил.       — Огражденная, огражденная «Птица» в клетке, Когда же ты выпорхнешь? — Ребенок продолжал вешать будто из пустоты, сдерживая озорной смех. Однако за первой строчкой считалочки, в небе можно было заметить последовал первый взрыв на верхнем этаже. А за ним и первый лайнер, что кружился неподалеку что-то разведывая. Не подозревая чего-то неладного, зеваки смотрели на небо раскрыв рты и ожидая продолжения представления. Они шептались меж собой, предполагая что, вероятнее всего все разом забыли о каком-то празднике или же просто власти хотели их порадовать чем-то в этот скучный будний день. — Ждать ли до рассвета? — В небе появился ещё один лайнер составляя компанию первому, летая вокруг да около. — Цапля и черепаха поскользнулись. — Ребенок продолжа вешать, будто взаправду в кругу друзей играли в игры. Приглушённый смешок, означающий что, мальчишка уже знает на кого выпадет считалочка. Только вот знал ли он на самом деле, что является частью трагедии?       Реквием ре минор, так же беспрерывно звучал, не теряя момента подготовить людей к вечному покою. — Кто же у тебя за спиной? — Ребенок уже не смеялся, казалось, он решил, что в чем-то виновен. И стоило ему произнести последнюю строчку, с громкоговорителя раздался душераздирающий визг. А за ним захватчики подав друг другу безмолвный и невидимый для иных знак, направили два лайнера в башни ВТЦ. Рейс 11 American Airlines врезался в башню ВТЦ-1 (Северную), а рейс 175 United Airlines — в башню ВТЦ-2 (Южную).       Последнее что, оставалось в посмертной памяти людей из верхних этажей — небо.       Небо, что виднелось сквозь отполированные панорамные окна, казалось было самым ясным за все прожитые годы. Как жаль что, люди слишком редко смотрят на него.       Количество пролитых слез, можно сравнить с объемом мирового океана. Крики отчаяния, от понимания что, пред смертью: Мерри так и не подержала на последок на руках своего ребенка. Джон из 65 этажа так и не сделал предложение своей возлюбленной. Джоана погибла под завалами нося под сердцем двух не рождённых близнецов, которым уже и подобрала имена Сью и Саймон — так и погибли ещё не явившись на сей свет. Дрейк так и не смог оплатить операцию своей больной раком матери обрекая её на путь вслед за ним после нескольких лет оплакиваний своего ребенка погибшего от рук террористов. А может ещё и раньше, кто знает сможет ли женщина выдержать гибель единственного родного человека.       В результате этого обе башни обрушились, вызвав серьёзные разрушения прилегающих строений.       Хоть и детский смех стих, но успокоительная месса и не думала стихать. Пока ее не нашли прикрепленной ко дну фонтана. Однако, доставать и отключать ее не спешили. К радиоприемнику была прикреплена взрывчатка. И прежде чем спасатели что-то успели сделать всех близь стоящих поразил взрыв. Конечно он был не так силен, все же вода в фонтан немного пригласила его силу…       Неизвестная особь, все равно наслаждалась брызгами не только воды, но людских внутренностей и красивым зрелищем. Которое мог лишь вообразить, но не увидеть собственными глазами. Это было невероятное шоу, которого стоило бы ждать всю жизнь.       Вкушая мысли о происходящем, человек покрутил в руке ещё один дротик, однако отбросил его на стол.       «На сегодня достаточно» — с этими мыслями он аккуратно сел в близь стоящее кресло, всем корпусом опираясь о его спинку. Чувство счастья и ликования, сменила усталость.       Сохраняя едва заметную улыбку в уголках губ, неизвестный достал из кармана брюк пачку сигарет, и закурил одну из вы пуская дым из уст в потолок.