Часть 3, глава 4

Глава 4. Одиночество среди смерти. Черный камень, безжизненный, лишь изредка обдуваемый свистящим ветром, в расщелинах скал – такой же черный песок. Всё это освещается непрекращающимися, бело-фиолетовыми, дальними вспышками молний. В воздухе звучат постоянные раскаты грома, которые, отражаясь от скал, создают низкий, непрерывный, незаметно давящий на сознание, вызывающий чувство тревоги гул. Воздух был сухим, слегка пахнущим озоном. Но всё это, уже увиденное и услышанное ею по другую сторону портала, не страшило Тауру. Логову зла в целом и положено было быть именно таким. Портал стоял в небольшом, почти идеально круглой формы, ущелье, диаметром около тридцати метров. Это всё было нестрашным. Подумаешь – скалы, песок. Непрерывный гул далеких молний, конечно, вызывал чувство неясной тревоги, но именно ей в данный момент ничем не угрожал. Слева и справа от выхода из ущелья скалы образовывали подобие ворот, за которыми почти неразличимая тропинка уходила куда-то вверх. И вот в той стороне пугающее было: прислонившись к этим воротам спиной и, казалось, пронизывая насквозь своим потусторонним взглядом Тауру, застыли неподвижно два ссохшихся, мумифицированных трупа черных дракона, облаченные в доспехи Стражи. Казалось, дыры их глазниц смотрели на драконицу грозно и осуждающе. Таура тихо вскрикнула, увидев это. Камень под двумя сидящими мумиями черных драконов, которые, несмотря на давно пришедшую к ним смерть, всё ещё сторожили площадку с порталом, был чуть более темным, с потеками, идущими от тел. Черная драконица, превозмогая собственный ужас, со слезами на глазах, подошла поближе. Несмотря на то, что тела ссохлись до неузнаваемости, она отметила, что стражи, скорее всего, не пали в бою. На их телах не было ран. Судя по принятым перед смертью позам, стражи стерегли портал до последнего, пока не умерли… от голода, жажды и общего истощения. Не зная, что и думать, Таура, неприятно ёжась, прошла между мертвыми стражами в образованные скалами ворота. Ей было жутко и больно от увиденного. А ещё, на грани сознания плескался страх, что когда она будет прямо между мумиями, они со скрипом повернутся и схватят её. Да, драконица понимала, что если бы это была нежить, то оба стража не сидели бы неподвижно, ожидая, а сразу накинулись бы на неё. Таура медленно пошла по тропинке вверх. По-прежнему, тишина места, куда она попала, нарушалась лишь низким гулом, а всё, что она видела вокруг, освещалось лишь непрерывными вспышками молний. Наконец, скалы по бокам неё расступились. Таура огляделась и ей стало плохо от увиденного. Она оказалась на небольшом плато. Слева от неё скала продолжила подниматься вверх, справа же, на некотором отдалении, круто обрывалась вниз. Всё остальное пространство плато, что плавно загибалось влево, уходя за скалу и поднимаясь немного вверх, было усеяно ссохшимися мумиями черных драконов. Здесь были все. Старые и молодые драконы, стражи, даже после смерти облаченные в боевые доспехи, драконы, что явно образовали пары, потому, что даже в смерти они не разрывали своих объятий. Черная драконица обратила внимание на то, что, как ни странно, с два-три десятка драконьих мумий лежали перебинтованные в сторонке под скалой. Поразмыслив, она пришла к выводу, что это были раненные при штурме столицы защитники. Затем черная драконица пошла дальше. Завернув за поворот скалы, Таура, от вида, открывшегося ей, всхлипнула и залилась слезами. За поворотом лежали не просто черные драконы. Это были уходящие вдаль тела дракониц, к которым прижимались ссохшиеся тела маленьких драконят разного возраста. Да, смерть от голода и жажды ужасна, но смерть детенышей от того же самого… Добило Тауру то, что она заметила, что некоторые мумии совсем маленьких дракончиков прижимали к себе, по-видимому, свои самые любимые игрушки, которые они взяли с собой. От увиденного зрелища черная драконица просто упала там, где стояла, и плакала навзрыд. В её душе, казалось, была уже лишь черная, всепоглощающая дыра, что медленно, отрывая по маленькому кусочку, разрушала её. Вскоре слезы кончились. Пришлось всеми силами взять себя в лапы, чтобы двигаться дальше. Правда, Таура сама не понимала зачем и куда ей двигаться. Теперь всё было еще более бессмысленно, чем ранее. Она еще немного полежала, но открыв глаза и увидев вновь то, что было перед ней, поняла, что если не уйдет отсюда, не пройдет дальше, то у неё прямо здесь сердце разорвется от увиденного. Оно и так уже болело. Таура, казалось, посерев от горя, медленно двинулась вперед. Она не хотела на всё это смотреть, не желала этого видеть, но, вместе с тем, не могла. Не могла не смотреть. Плато сужающейся спиралью вилось вокруг скалы, но Тауре везде открывалась одна и та же картина. Когда черная драконица подошла к краю плато и глянула вниз, она увидела лишь всё те же непрерывные молнии. Таура была на острове, представляющем собой глыбу черного камня, по форме напоминающую спиральную раковину гигантской улитки, что парила посередине странных лилово-белых небес, в которых не было видно звезд, лишь вечно сталкивались друг с другом молнии. Всё ещё всхлипывая, Таура решила подняться в воздух. Она догадывалась, что не найдет на этом острове ничего, кроме пыли и ужасной смерти, но не осмотреть остров в слабой, призрачной надежде найти живых сородичей, не могла. Хлопнув крыльями, черная драконица стала набирать высоту. Но стоило ей подняться лишь на двадцать – тридцать метров, как в неё ударила ветвящаяся молния. Таура загодя окружила себя щитом, потому вреда ей это не принесло никакого, лишь вспыхнувший щит не давал оглядеться вокруг. Но за первой молнией последовала вторая, третья, пятая… На десятой молнии щит не выдержал и следующий разряд уже прошел через тело самой драконицы. К счастью, владеющий стихией Молнии может некоторое время противостоять ей и без щита, обладая природной сопротивляемостью к своей Стихии. Но не тогда, когда молнии постоянно бьют в тебя, а время между ударами всё меньше и меньше. Ещё через четыре попадания Таура почувствовала боль от ударов, а последующие молнии ударили в её тело с такой силой, что черная драконица, в судорогах, камнем рухнула на землю. Она кричала от боли, её крылья и чешуя дымились от полученных разрядов, а когда она коснулась земли, накопленный ею заряд с треском ушел в черные камни. *** Минуты через две Таура пришла в себя. Тело всё ещё противно подергивалось, крылья и лапы дрожали. А ещё, её лапы, живот и ребра болели от приземления на весьма твердые камни. К счастью или несчастью, она приземлилась не на останки одного из своих сородичей, потому, с одной стороны, не потревожила его покой, но, с другой стороны, приземление было самым жестким из возможных. Тогда Таура решила действовать по-другому. Потратив некоторое время на то, чтобы унять дрожь и боль во всем теле, немного придя в себя, она еще раз взлетела. Сразу после взлета, черная драконица начала непрерывно выпускать свою молнию из пасти, чтобы противостоять бьющим в неё стихийным молниям. Полминуты это получалось, но, почувствовав, что бьющие навстречу молнии уже скоро превзойдут её возможности и в этот раз электрический разряд попадет ей прямо в пасть, Таура быстро приземлилась обратно. Поняв, что летать в данном месте невозможно, черная драконица медленно поплелась по спирали вверх с видом побитой собаки. В душе было пусто. Она нашла своих сородичей, но они все мертвы и, похоже, мертвы уже давно. Зла, с которым ей надо было бы бороться, здесь просто не существовало. Её план провалился. Она думала, что найдет здесь достойный конец, а нашла лишь свидетельство ужасного конца своего рода. Вдруг у неё в памяти всплыло воспоминание, а именно, слова Малефора, сказанные у шатра после убийства переговорщиков. «Теперь, пока правители пропали, я захвачу их столицу, украду наследницу и выращу её так, чтобы племя черных драконов служило мне! Если же они попробуют сбежать, то их будет ждать более мучительная участь, чем этих упрямцев». Вот что он имел ввиду. Черные драконы ушли в портал, считая, что там они найдут безопасное убежище, но Малефор знал, куда он ведет. И что ушедшие сюда умрут от голода и жажды. Вот что за участь он имел ввиду. На миг Таура задумалась, а почему черные драконы ушли через портал, не разведав, что находится тут, на этой стороне? Что-то тут явно не сходилось. И тут Таура замерла в ужасе, с широко открытыми глазами. Она безвозвратно закрыла за собой портал в эту братскую могилу. И теперь, последняя в своем роду черная драконица разделит ужасную участь своих сородичей. В безумной надежде на то, что по каким-то причинам придуманный ею «замок» не сработал и, таким образом, для неё выход отсюда не закрылся, Таура стремглав кинулась обратно к порталу. Дыхание хрипло вырывалось у неё из пасти, лёгкие горели. Вот и маленькая круглая площадка с порталом, окруженная скалами. Таура стала напротив створа портала и метнула в него молнию. Молния тут же разделилась, зазмеившись по краю арки, ударила в полыхнувшие разными цветами кристаллы и с треском ушла в небо. Сковзь створ портала, вместо матовой переливчатой поверхности, виднелась скала, что была за ним. Таура посылала в створ портала молнии одну за другой. Всё вокруг гудело от энергии, камни вспыхивали всё ярче, но результат был одинаков – не в силах активировать заваленный с той стороны проход, энергия просто уходила вверх, рассеиваясь в воздухе. Портал был надежно закрыт. Тут на выдохшуюся черную драконицу снизошло понимание. Портал не запирали черные драконы. Его заперли их враги, перебив охраняющую портал стражу в столице. Это действительно была хитрая, изощренная и безумно жестокая казнь, учиненная их врагом как в назидание самим черным драконам, что посмели отвергнуть его предложение и укрыться от его взора, так и другим существам, что доселе не склонились перед Малефором. И пусть другим не была бы до конца известна участь, постигшая всех сородичей Тауры, но исчезновение целой расы после отказа служить Малефору было само по себе грозным предупреждением. Так и не в силах открыть дорогу назад, черная драконица решила, что прежде чем умрет так же, как умерли все остальные, она хочет узнать, почему её сородичи решили уйти в это гиблое место. А для этого надо некоторое время ещё продержаться на лапах. Точно! У неё же была провизия в сумках. Но сумок на ней сейчас не было. Быстро прикинув, где она могла их потерять, черная драконица вернулась к месту, где только недавно упала с небес. К счастью, седельные сумки с припасами не сгорели, лишь расстегнулся удерживающий их ремень. А когда она, наполовину оглушенная ударами молний, пришла в себя, то просто даже не обратила внимания на то, что сумки с припасами упали с её боков и остались лежать на пыльном камне. Подбежав к ним, Таура прежде всего проверила, целы ли самодельные фляги с водой. По невероятному везению, вода оставалась там, где ей было положено. Дрожащими лапами черная драконица пересчитала припасы. На самом деле, Таура, долетев до столицы, решила взять еду и воду с собой в портал лишь потому, что тот мир, который находится по эту сторону портала, мог оказаться огромным. А если её противника надо искать? Сейчас же просто необходимо было продержаться некоторое время, ведь остров не такой уж и большой. Прикинув свои потребности и возможности, Таура встала с земли. Выходило, что некоторое количество воды и еды у неё есть, но хватит их ненадолго. Дней на пять, и то, если сильно растягивать. За это время ей необходимо осмотреть весь проклятый остров, чтобы хоть перед смертью найти ответ, зачем черные драконы ушли именно в это безжизненное место. Идя между телами, Таура увидела небольшое количество ящиков из-под провизии, в некоторых даже сохранились её испорченные остатки. Однако емкости, в которых ранее была вода, все были пустыми. Похоже, сухой воздух будто бы вытягивал из себя всю влагу. Медленно поднимаясь по огромной каменной спирали, Таура старалась сдерживать слёзы по погибшим. Она искала хоть какую-то зацепку, объясняющую, почему произошел этот кошмар. Но пока Таура находила лишь тела, пустые ящики и черную пыль, которая представляла собой те же мелкие частички сухих, безжизненных камней. На острове не было ни кустика, ни травинки. Поднявшись на самый верх гигантской, черной, каменной спирали, что заканчивалась площадкой, она нашла наконец-то того, кто в отсутствие Правителей оставался за главного в столице. Перед ней, положив голову на край площадки, будто бы с тоской и горем смотрящий на хорошо видную отсюда площадку с мумиями стражей, что сидели перед порталом, лежала черная, ссохшаяся мумия начальника Стражи, Ориона. Рядом с ним стояли какие-то ящики и сундуки, а возле лапы, придавленное её краешком, лежало перо для письма. Черная драконица внимательно осмотрела тело, но кроме пера, ничего не увидела. Тогда она решила изучить ящики, что стояли рядом. В них оказались записи. Куча записей. Тут были и необходимые для обучения работы с Тенью материалы, и такие же пособия, для овладения всеми другими Стихиями. По-видимому, кроме всех жителей, Орион решил перенести в это место всё самое ценное и необходимое из дворцовой библиотеки. Но Тауру интересовало сейчас не это. Зная, что, на всякий случай, начальник стражи вел дневник, чтобы записывать туда всё произошедшее за день, она искала именно его. Поиски были безуспешны. Дневника нигде не было видно. На всякий случай, Таура даже осмотрела каждый камень на площадке, но тщетно. Дневника не было. Конечно, он мог лежать под Орионом, но Таура не решилась переворачивать труп. Она ушла с площадки обратно вниз, так и не увидев коричневый корешок, выглядывающий из-под крыла. Найдя более-менее уединенное место на одном из уступов, Таура вздохнула и устало легла на черные камни. Она разгадала тайну исчезновения черных драконов, но, вскоре, эта тайна снова останется покрытой мраком, так как ответы уйдут вместе с ней. Сломленная черная драконица устало лежала и просто ожидала, когда смерть придет к ней.