Where you go, I go

Палец проскользнул по чернилам и смазал буквы, оставляя чёрную вуаль на кремовой бумаге. Голубые глаза бегло прыгали по витиеватому почерку, выдёргивая главные слова: "Капитолий", "приглашаю", "Люси Грей". Кориолан почувствовал, как сердце пропустило удар, а в голове быстро заметались яркие образы. Остудив накатившие эмоции, он довольно хмыкнул и утёр жёстким серым рукавом пот со лба. Хотя было раннее утро – заря поднималась над густым лесом, накатывающая летняя духота сегодня особенно не щадила и ветер не баловал прохладой. Только мухи, комары и прочие букашки не страдали от погоды и продолжали жужжать, пищать и надоедать Кориолану, как многие другие в этом проклятом Дистрикте-12. Он свернул письмо обратно в смятый конверт, в котором также была парочка новых струн, и положил его в глубокий карман брюк. Как удачно складывались сегодня вести: его переводят во второй Дистрикт, а Плюриб Белл приглашает Люси Грей петь в своем баре. Это потрясающие возможности для них! Сбежать в цивилизацию! Причем Люси Грей сможет сделать это раньше него. Отличный стимул, чтобы побыстрее взобраться по карьерной лестнице и вернуться в столицу. Всё-таки он достигнет успеха, пусть и другим путем: займет высокую должность в военном деле, как отец, вернется в Капитолий, да еще и с любимой девушкой. – Сноу всегда берут верх, – победоносно шепчет Кориолан, чувствуя, как расслаблялись плечи. Ему не придется копаться в земле и доставать червяков для рыбалки, колоть дрова в жару и холод, отгонять насекомых следующие десятки лет, выживая в глуши. На этом он хлопнул себя по загорелой шее, придавив очередного комара. Не терпелось рассказать обо всем Люси Грей. Капитолий! Больше нет нужды петь перед пьяными шахтерами, развлекать этих грязных мужиков за гроши, если вообще они у них были. Нет, её ждала более благородная публика, которая не будет тянуть к ней мозолистые руки и выкрикивать сальности. Кориолан невольно поёжился, думая об этом. Он вообще старался не думать о том, как выживала одинокая молодая и красивая девушка в самом бедном дистрикте Панема. Люси Грей будет петь в безопасном месте, для публики, которая действительно оценит. Трансфер до второго уходил завтра, так что сегодня ему дали увольнительную, чтобы со всеми попрощаться. Не теряя минуты, Кориолан направился к назначенному месту встречи. И чем ближе он подходил к нему, тем больше переживал, что мог неправильно понять намек Люси Грей. “Не жди, не жди,
 К дубу приходи” Это точно дерево висельника. Она похлопала себя по карману перед тем, как спеть – это их жест, их знак. Значит, она должна ждать его там. Думая об этом, Кориолан стал ускорять шаг, пока не перешел на бег. Конечно, не хотелось встретить Люси Грей в поту, но не встретить её вовсе было бы хуже. Он остановился только когда приблизился к дубу, стараясь сдержать сбившееся дыхание. – Ты всё-таки пришел! – выглянула из-за толстого ствола дерева Люси Грей, укутанная в яркий оранжевый шарфик. Сойки-говоруны или скорее пересмешницы встрепенулись и завертели своими головами, разглядывая и прислушиваясь к шуму под ветками. – Как же иначе, – Кориолан облегченно улыбнулся, увидев её. Девушка тут же кинулась в объятия, хотя он бы предпочел обойтись без них в такую жару. Ко всему прочему, белая рубашка стала мокрый из-за бега и пропахла потом. Однако Люси Грей, похоже, ничто не смутило, и её нежный поцелуй скрасил все пережитые неудобства. – Не слишком ярко для побега? – Ну, я же не хочу, чтобы ты меня потерял. Не подумал? – улыбнулась Люси Грей и провела рукой по краю шарфика у лица. Кориолан не сдержал смешка. У него были отличные новости. Никто никого не потеряет. – Знаешь, пока ждала тебя, я поняла: без тебя я не отважилась бы! И дело не только в трудностях. Мне было бы слишком одиноко! Несколько дней протянула бы, потом всё равно вернулась к своим ребятам. – Вот как, – Кориолану захотелось приласкать девушку. Его маленькая напуганная Люси Грей. Как же ты собиралась выживать в лесу в одиночку? Без него она действительно бы пропала. – Если ты готова уйти со мной в лес, то согласишься сбежать со мной в любое другое место? – лукаво улыбнулся Кориолан. – Мне пришло письмо, от друга, – он протянул плотный конверт и кивнул, взглядом указывая на содержимое. – В свое время он владел и до сих пор владеет популярным клубом в Капитолии. Это он предоставил тебе гитару на интервью и ещё отправил новенькие струны – просто так. Люси Грей открыла конверт и достала сначала сложенное письмо. Она положила его на грудь и зажала подбородком, затем аккуратно раздвинула края конверта, разглядывая пачку смотанных струн внутри. При виде их её лицо просияло. Да, она и её ребятки наверняка в жизни не видели такого качественного материала, тем более не играли на нем. Хорошо, что Плюриб прислал вместе с приглашением струны – они должны послужить хорошим пробником того, что ожидало Люси Грей в Капитолии. И это только какие-то струны! – Его зовут Плюриб и он приглашает тебя стать его солисткой в Капитолии! – Кориолан старался преподнести эту новость максимально торжественно. Сойки над его головой подхватили предложение и стали перепивать на свой лад, превратив в какую–то раздражающую, траурную мелодию. – Мы можем вместе уехать отсюда. Ты и я, как и планировали изначально. Меняется только место. На лице Люси Грей застыло смятение. Она раскрыла письмо, но не прочла, оглянувшись на тачку. Туда было нагружено много узлов – вещи, для их похода в никуда. Причем среди них Кориолан не увидел гитары. Видимо, она также была готова отказаться от своей мечты, как и он от своей ради неё. Люси Грей – без музыки, он – без учебы и армии. Какое же жалкое у них могло сложиться будущее. Без стремлений, богатства, славы и власти. И в этом они бы завели семью? Чтобы обречь детей на пресное и унылое существование? – Но мне не место в Капитолии, – тихо и неуверенно покачала головой девушка и начала читать. – Но и здесь тоже! – Кориолан оглянулся по сторонам, проверяя не привлекли ли они внимание кого-то помимо назойливых птиц. – Мэр не оставит в покое ни тебя, ни твою труппу, – его руки аккуратно сжали худые плечи Люси Грей и чуть встряхнули. – В Капитолии же никто к тебе и пальцем не притронется. Я не позволю никому. – В Капитолии меня чуть не убили, – отрезала девушка и напугано посмотрела в голубые глаза Кориолана, чувствуя, как сильно он стал сжимать плечи. – Это не мой город, я там буду как птица в клетке. – Ты будешь живая, – он был готов к тому, что Люси Грей начнет вспоминать Голодные Игры. Но сейчас всё было по-другому. Она поедет в столицу не как грязный трибут, а как звезда, победительница. – И сможешь принести больше пользы там, чем прячась в лесу. Сможешь заработать денег для труппы и помогать им, если хочешь. А главное – сможешь и дальше писать музыку. Только вспомни, как зрителей покорила твоя игра! На твои концерты будут очереди. И это то, что ты заслужила, Люси Грей. – И ты тоже поедешь в Капитолий? Тебя же изгнали, разве нет? – Сегодня мне сказали, что я прошел тестирование на офицера и завтра меня ждёт трансфер до второго Дистрикта. Но я быстро пройду обучение там и переведусь в Капитолий. У офицеров больше прав, чем у обычного рядового, так что я смогу навещать тебя. А пока моя кузина Тигрис. Помнишь, она помогала тебе с платьем и приготовила тот хлебный пудинг? Она точно не оставит тебя одну, я ей доверяю, как никому другому, – Кориолан решил специально подчеркнуть фразу о доверии. – А старик Плюриб… он помогал мне и Тигрис с Мадам-Бабушкой во время войны и даже после – без него мы бы умерли с голоду. Кажется, его слова возымели верх над тревогами Люси Грей, потому как к ней вновь стала возвращаться решимость. Страх растворялся в глубине каштановых глаз. – Хорошо. Ты прав, – она закивала головой и спрятала письмо под яркими оборками платья. – От меня будет больше пользы там, где я смогу петь. Кориолан приподнял лицо Люси Грей за подбородок и порывисто поцеловал. От мягких мокрых губ любимой кружилась голова и бешено стучало сердце. Как же он рад был это услышать. Теперь всё могло подождать. Кто знает, когда ещё он сможет так прильнуть к Люси Грей? Придётся ждать пару месяцев до следующей встречи, но она будет того стоить. Что значат какие-то месяца по сравнению с десятками лет? Он был уверен в этом, как ни в чем другом. Кориолан вернется на свое законное место и заберет то, что принадлежит ему. В том числе Люси Грей. – Пока у нас есть время до завтра, давай продумаем стратегию. – Совсем, как раньше, – с какой-то горькой улыбкой подмечает девушка. – Если хочешь, можешь уехать сегодня - у тебя есть приглашение. Деньги на билеты я передам, – Кориолан вспомнил об остававшейся в ящике Сеяна заначке. Теперь она была ему не нужна. – Но письмо о твоем приезде получат скорее всего на следующий день или через день, если я сейчас же отправлю его сестре. – Получается еще дня два мне лучше побыть здесь. А что, если мэр за это время решит… – Люси Грей подняла голову и посмотрела на крепкие веревки, раскачивающиеся на ветке дуба. – Корио, не знаю, смогу ли я… – Сможешь. Ты выиграла Голодные Игры, – Кориолан обошел её и подошел к тачке, взялся за деревянные ручки и приподнял. – Я схожу за деньгами и посмотрю расписание поездов. Как насчет того, чтобы переждать пока у того озера? Только твои ребята знают о нём, верно? – Да, но тогда придется сказать им о моём отъезде, – Люси Грей опустила пальцы на ключицы и потерла шею. – Ах, они же сильно расстроятся, что бы я не сказала. Знаешь, я ведь рассчитывала, что из-за тихого побега никого не увижу. А теперь… сложно будет прощаться. – Но теперь же не навсегда, – он не понимал, как до этого Люси Грей не испытывала тоски. Ведь они собирались залечь на дно, исчезнуть. Сейчас, когда же она могла вернуться, ей стало грустно при мысли о расставании с ними. – Не навсегда, – подтвердила девушка и спустилась к Кориолану. – Тогда проводишь меня? Кориолан тяжело выдыхает, отталкивая тележку с места. – Давай сбросим пару вещей дома, заодно со всем попрощаешься. А я схожу за деньгами. – К чему такая спешка? Хочешь поскорее избавиться от меня? – Люси Грей бросила на него игривый взгляд из-под ресниц. Кориолан фыркнул и отвернулся в сторону, не в силах сдержать улыбки от её флирта. – Не в этой жизни, Люси Грей. Как ты говорила? Мы теперь связаны звёздами? – Предначертаны! – рассмеялась девушка. – Я говорила, что мы предначертаны друг другу звёздами. – Одно и то же, – театрально закатил глаза Кориолан, специально поддразнивая девушку, видя, как это её забавит. *** У дома музыкантов машины мэра не было. Надеяться на то, что и сегодня её здесь не окажется, было бы легкомысленно. Он изо дня в день дежурил около их дома. Одно лишь утешало, что делал это не сутками. Хотя Кориолану и казалось это глупым и абсолютно бестолковым, действие, а точнее бездействие мэра возымело страх у юных музыкантов. Он дотолкал телегу до заднего дворика дома, если так можно было назвать скромный садик и огромную пустую территорию вокруг, смотрящую в лес. Солнце уже поднялось и приближалось к полудню. – Меня не будет максимум час. Я постараюсь вернуться побыстрее. – Спасибо, Корио, ты вновь мне помогаешь, а я даже отблагодарить тебя не могу. – Передай от меня привет в Капитолии. Или сочини обо мне песню? Люси Грей толкает его локтем в бок, и они слабо улыбаются друг другу. И почему перед ними всегда встают какие-то препятствия? Было бы отлично провести свою увольнительную действительно отдыхая, наедине с Люси Грей. Уже завтра его ждёт новая служба, где не будет воскресений в Котле, не будет озера и Луговины. Чёртов мэр. С пару секунд они молчали, лишь вглядываясь в лица друг друга, будто стараясь запомнить момент и отсрочить расставание. Однако, в доме послышался шум и тонкий девичий голосок. – Мод Беж проснулась, – отвернулась в сторону ближайшего окна Люси Грей. – Иди, если заметит тебя, то не отпустит. Кориолан кивнул и тихо обежал дом с другой стороны, стараясь держаться тени, и направился в сторону города. По ощущениям прямо герой-любовник из любимых баллад музыкантов. Вот как чувствуют себя все эти рыцари и барды из сказок? *** Стоило переступить порог казармы, как Дылда и Блоха тут же стали бить его плечу, а остальные миротворцы образовали круг вокруг. – Ну и ну! Самый молодой офицер! – Я сразу понял, что Джет у нас не лыком шит, – хвастался Улыба, как будто это он завербовал Кориолана в миротворцы. – Хорош! – За такое и выпить можно! – Э, Нос, в отличии от него нам увольнительную никто не давал. – Ну-у, дык на вечер. Надо ж проводить по такому случаю. – Спасибо, – Кориолан отвечал всем быстрым рукопожатием. – Но мне хватит и обычного прощания. Завтра я должен быть в форме, – с трудом он протолкнулся между сослуживцами в сторону своей койки, но остановился напротив идеально заправленной постели Сеяна. В этот момент веселые разговоры и поздравления стихли. В комнате сразу же повисло тягучее, грузное молчание. Скорбные взгляды вцепились в его фигуру. Как только он склонился над жестяным ящиком, сослуживцы стали покидать казарму. Чего было не занимать этим миротворцам, так это, как ни странно, сочувствия. Смерть Сеяна всё еще была слишком свежей и никому не хотелось ковырять эту “рану”. Тем более с Кориоланом, который считался его лучшим другом. Жестяная коробка бесшумно открылась, и Кориолан первым делом потянулся к рамочке с дипломом. Он открыл заднюю стенку и достал пачку зеленых бумажек. Быстро их пересчитав, он разделил сумму пополам. Часть для Люси Грей, часть для Тигрис и Мадам-Бабушки. Остальное содержимое он сложил в маленькую железную коробку – мини версию этого ящика. Плинты были бы рады получить эти вещи. Возможно, даже настолько растрогаются, что отблагодарят его. Захлопнув крышку, Кориолан достал из своего ящика пачку бумаги и прямо на прикроватной тумбе, стоя на коленках, выводил ровным строем буквы. Он писал кратко и по делу, желая как можно быстрее отправить письмо. Настолько поторопился, что едва не сложил деньги и записку (скорее записку, чем письмо) в уже «занятый» конверт. Это было старое письмо. Письмо для Плинтов, которое он так и не успел отправить. К горлу подступила тошнота. Он правда пытался спасти Сеяна, но тот так и рвался в петлю с самого своего переезда в Капитолий. В любом случае, сейчас он мог помочь Люси Грей и нельзя было тратить времени зря. Отшвырнув его на дно ящика, Кориолан вывел на чистом и новеньком конверте родной адрес и крепко заклеил. Время же уже приближалось к обеду. Кориолан потратил полтора часа, чтобы всё успеть. От жары, спешки и голода кружилась голова. Он пропустил обед, чтобы вернуться к Люси Грей и передать ей оставшиеся деньги и билет, который сразу же решил купить у вокзала. Ему было неспокойно уезжать, зная, что она пробудет в дистрикте какое-то время без него. Вдруг что-то случится, вдруг она передумает? Прижав ребро ладони над бровями, пряча глаза от слепящего солнца, он пригляделся к расплывающемуся миражу. Машина. Проклятый старик. Эти мэры были абсолютно бесполезным аппендиксом Дистриктов. Будь у Кориолана возможность, он бы тут же избавился от них и поставил у руля миротворцев. Они и так по факту являлись единственной действующей исполнительной, судебной и даже законодательной веткой власти в Дистриктах. Шторы в доме были плотно закрыты и даже козы не было видно. Кориолан не был уверен, спряталась ли там Люси Грей или успела убежать в лес, к озеру или Луговине. Терять было нечего. Кориолан направился прямо к машине. Окна были затонированы, так что не разглядеть людей внутри. Встав у задней двери, он постучал по стеклу. Никакой реакции и ответа не последовало, хотя было слышно, как заскрипело старое кресло этого корыта. – Мэр Липп? Тишина. Он его за придурка держит? – Мэр Липп, меня послал командир Хофф, – язык и горло пересохли. От жары мысли путались, он не понимал, что делает и что собирался сказать. – По поводу дела о вашей дочери, – пот ручьем скатывался по вискам и шее. Что он несёт? Спустя минуту окно водителя чуть опустилось, Кориолан почувствовал легкий холодок от кондиционера. – Говори. Кориолан просчитался, решив, что мэр сидел на пассажирском кресле. Он помнил, что на казни его и его семью привозил водитель – видимо это было только ради «торжественного» мероприятия. Смело было полагать, что у мэра были деньги платить водителю за просиживание на месте несколько часов к ряду изо дня в день. Было действительно дешевле делать это самому. – Он решил отправить дело на рассмотрение в Дистрик–2, я лично завтра отправляюсь туда. Но для этого нужна ваша подпись, – он выдумывал на ходу, не давая отчета своей лжи. Нужно было прогнать Липпа отсюда всеми способами и вывести Люси Грей. Кориолан жульничал на Голодных Играх и рисковал всем не ради того, чтобы она умерла от руки какого–то полоумного старика. Дверь со щелчком открылась, и коренастый мужчина вышел из машины. Он посмотрел на Кориолана снизу вверх и потянул за жетон, читая имя. Кориолан едва сдержался от такой наглости. – Сноу, – рыжие брови поползли вверх. – Знакомая фамилия. Кориолан постарался натянуть как можно более доброжелательную улыбку. Знал ли Липп, что перед ним стоял сын Красса Сноу – генерала, которого убили здесь во время войны, или ментор Голодных Игр, приведший ненавистную ему Люси Грей к победе? – Наверное, слышали о том, что я самый молодой офицер? – он спрятал руки за спину и чуть наклонился вперед, будто придавая веса своим словам. – Я сдал экзамен с первой попытки и отправляюсь на обучение завтра же. Вместе с делом об убийстве вашей дочери, – какая ирония, что убийца сейчас стоял прямо перед его глазами. – Почему ты? – выплюнул мэр. – Вы хотели бы, чтобы его отправил кто-то из рядовых, едва умеющих читать? Или чтобы все оригиналы документов были отправлены вместе с грузовым поездом? Липп облизал губы, всматриваясь в лицо Кориолана, словно пытаясь за что–то зацепиться. – Или мне передать командиру Хоффу, что вы отказываетесь продолжать и дело можно закрыть? Липп громко хлопнул дверью машины, отчего Кориолан вздрогнул. Зато заметил, как приоткрылась штора в доме. Если он сможет отвлечь Липпа еще немного, то Люси Грей вполне могла бы выбежать с заднего дворика и спрятаться в лесу, а через него выйти в город. Кориолан надеялся, что она подумала точно также. На всякий случай он размашисто ударил себя по карману, как будто нелепо отряхивался, чтобы издалека было точно заметно. Их знак. Она поймет. – Чёртов с два дело закрыто! Я знаю, что эта грязная шлюха, мать её, Грей, убила Майфер и заодно того подонка Билли! Кориолан сжал зубы. Никого более жалкого, чем этот рыжий плешивый мэр, он не видел. Даже пьянь из Котла была более благородной на его фоне. Он представил с каким бы удовольствием сломал его нос, ощущая приятный хруст. – Если Хофф не сделает то, что должен, то это сделаю я! – За неповиновение приказу командира и тем более убийство ждет виселица, – как бы между делом бросил Кориолан и выпрямился, смерив Липпа холодным взглядом. Выдрессированная армейская стойка придавала ему пугающую строгость. Липп будто ударился о его ответ, и красное от гнева лицо побледнело. Краем глаза Кориолан увидел, как вдалеке бежало пестрое пятно. Люси Грей. Его умница. – Пф, – только издал Липп и с минуту молчал, будто взвешивая последствия. – Да мне всё равно терять нечего. Моя девочка… Без неё мне нет смысла жить, – Кориолану показалось, что мэр вытаскивал носовой платок из кармана, но в блеске солнца сверкнул револьвер. – Сноу, думал не узнаю? – дуло было направлено в его грудь, Кориолан почувствовал, как внутренности свернулись в узел. – Это ты помог этой твари выиграть! – его руки неуверенно держали оружие и пальцы опасно дрожали у курка. Кориолан медленно поднял ладони вверх, судорожно думая, что делать. Мэр нервно расхохотался. – Без этих кудрей и в этой фо… Раздался выстрел. Оглушающий. Секунды растянулись в часы. У Кориолана гудит в правом ухе и плывет перед глазами. Он сделал то, что проделала Люси на арене с Тричем: нырнул в объятия. Рука мэра спустила курок в воздух. Они тяжело рухнули на землю, Кориолан повалил его и выбил оружие из рук. Револьвер закатился под машину. Волна адреналина как заряд электрошока пробежала по каждой клеточке тела. Время застыло. Его кулак замахнулся над разинутым лицом мэра, кажется, кричащим. Но крик не доходил до слуха Кориолана, только стук сердца в висках и нескончаемый гул. Приятный хруст носа и челюсти вибрировали на костяшках. Мягкое лицо стало скользким от крови. Двое людей оттащили Кориолана от мэра, обхватив за руки и грудь – они тоже случайно получили, попав под раздачу. – Корио! – глухой голос пробирался словно через вакуум. – Корио! Тощий Тэм Янтарь и Кларк Кармин потирали ушибленные места, с ужасом переводя взгляд с булькающего мэра на тяжело дышащего Кориолана. – Давай, помоги, – мальчишки бросились приподнимать мэра, крикнули что-то в сторону Барб Лазурь, выглянувшей из дома, и спустя мгновение она выбежала с тряпками и ведром. – Корио, посмотри на меня! – Люси Грей силой повернула его лицо на себя. Холодные руки приятно охлаждали щеки. Кориолан обнаружил себя спиной вжатым в машину, рубашка прилипла к телу от крови и пота, так же как грязь и трава к кровавым ладоням. Его затошнило. Воздуха не хватало. Послышался плеск воды, кашель. Сознание вновь возвращалось. Вместе с ним страх. Завтра он должен был уехать, но отпустят ли его теперь, когда он избил до полусмерти мэра? Его накажут. Но за что? Он оборонялся. Липп направил на него револьвер, Липп хотел его убить. В голове вспыхнул мальчишка с арены, который накинулся на него с ножом и чье лицо Кориолан превратил в кашу с помощью дубины. Он проглотил горький комок желчи, если бы желудок не был пуст, то его бы вывернуло. – Я в порядке, – хрипло кивнул Кориолан и поднялся на ноги, опираясь о машину. – Он наставил на меня револьвер. – Я видела, – напугано произнесла Люси Грей, боясь смотреть в сторону Липпа. – И слышала, как он выстрелил. – Я в порядке, – твердил как попугай Кориолан. – Его револьвер… он закатился под машину, если я отдам его Хоффу, то может он закроет глаза. Ни у кого, кроме миротворцев не может быть оружия. – Ему нужен врач, – вмешалась Барб. – Можно отвезти его на машине в госпиталь, – подкинул Карман. – Я повезу, – Кориолан потянулся к дверце машины. Хотя никогда в жизни не садился за руль. Для этого у Сноу всегда был безгласый. Когда-то. – Ты не в том состоянии, – Люси Грей удержала его за локоть. – Посмотри на себя! В боковом зеркале отражалось знакомое лицо, он видел его каждый день в витражах родного дома. С маленького зеркала на него смотрел отец, только вместо чистого и гладкого лица на нем были ржавые, размазанные пятна. Сколько же крови могло быть в одном человеке? Кориолан обернулся к Люси, она достала его белоснежный платок и стала утирать лицо. Как мило, что она сохранила память о своём менторе. Тем временем хрипящего мэра осторожно посадили на заднее сидение. – Я всё равно поеду. – Хорошо, – Барб Лазурь села на водительское кресло. – Давай быстрее. – Отъедь немного, – он перехватил платок, сжав на секунду пальцы Люси Грей, будто поблагодарив. Как только машина загудела и отъехала назад, Кориолан поднял револьвер и свернул в платок. Барб Лазурь распахнула дверцу у сиденья рядом с собой. – В моем правом кармане лежат билет и деньги. Люси Грей послушно и быстро опустила руку в карман штанов и достала яркие бумажки. Кориолан не хотел их испачкать. – Поезжай в Капитолий, сегодня в семь тридцать отправляется поезд. Не жди меня. – Быстрее! – кричит Барб, машина медленно едет вперёд. Не так он представлял их прощание. Всё складывалось совершенно неправильно. Люси Грей была растеряна, напугана, как тогда в зоопарке. Когда горло Арахны Крейн перерезал один из трибутов. Ему хотелось крепко обнять её, успокоить и успокоиться самому, вдыхая запах персиков. Но тогда бы она стала такой же грязной. Они ещё немного смотрели друг другу в глаза, пока Кориолана снова не окликнули. Он с трудом отвернулся и побежал к машине, запрыгивая в кресло. *** Барб Лазурь вела уверенно и быстро. Кориолан понятия не имел откуда у девушки могли быть такие навыки, но с расспросами лезть не стал. Люди расступались перед мэрской машиной, как тараканы и они довольно быстро доехали до госпиталя. К ним уже спускались медики, видимо, приметив из окна. Машина мэра действительно открывала множество дверей в этом жалком Дистрикте. Барб и Кориолан выскочили из машины и помогли вытащить обмякшего мэра. Лица медиков уже вытянулось при виде окровавленного миротворца, а когда они достали кровавую кашу-Липпа, то боялись даже коситься на Кориолана. Медики подхватили мэра и увели за двери больницы. Дежурившие рядом миротворцы направились к ним. Кориолан сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Револьвер успокаивающе оттягивал карман. Он выпрямился и прижал руку к голове в знак приветствия. Надеясь, что, узнав своего, их не прижмут к капоту машины. *** Ему еще не доводилось видеть командира Хоффа таким хмурым. Утром этот старик улыбался и поздравлял его, жал крепко руку и нахваливал, а теперь был темнее тучи. – Скажи мне, Сноу, – он встал с кресла и стал разглаживать морщины на лбу. – Ты решил последовать примеру своего друга и отправиться в петлю? Кориолана прошиб озноб. – Никак нет. – Уж от кого, а от такого солдата как ты я ничего подобного не ожидал. И даже если ты оборонялся, мне придется занести это в твое дело, – он тыкнул в папку перед ним. Револьвер был отдан на экспертизу ДНК. Правда, там также были замешаны и его – из-за платка. Но отпечатков пальцев на рукоятке и куртке должно быть достаточно, чтобы признать виновным Липпа. – Значит, мое обучение на офицера отменяется? Хофф расхохотался. – Тебя сейчас это волнует, рядовой? Если бы ты побил так какого-то работягу, то я бы даже не стал тратить на это время. Но мэр? На это не так просто закрыть глаза. – Сэр, я защищался, – Кориолан старался не переходить на эмоции и говорил спокойно, согласно уставу. Он повторял этот текст уже не в первый раз за последний час. – Мэр собирался устроить самосуд, хранил оружие и направил его на миротворца. Седая голова согласно опускалась и поднималась на каждое замечание. – Как только придут результаты ДНК, и если ты прав, мальчик, Липпа ждут мало приятные последствия. Но ты был в увольнительной. – Мне стоило позволить ему застрелить меня? – Нет, но ты избил его до полусмерти. – Меня будут судить? – Всё станет известно завтра. Но пока я не мог позволить тебе вернуться в казарму и тем более разгуливать по городу. Слова уже прогремели как приговор. Ему не удастся попрощаться с Люси Грей, сообщить кузине о своей ситуации, отметить с Дылдой, Блохой и Улыбой своё повышение. Даже смешно, как круто могли повернуться события за один день. За два месяца… – В карцер я тебя не отправлю, – медленно и задумчиво прожевал Хофф. – Отлежишься сегодня в медпункте. Я же могу рассчитывать на твое благоразумие? – седые брови поползли вверх. – Так точно, сэр, – живот заурчал от голода, заставив Кориолана смутиться. – Хм, там же отмойся, ужин так и быть тебе тоже принесут. – Благодарю, сэр! – Кориолан прижимал руку к голове. Грязь уже будто впиталась в кожу вместе с невыносимым запахом крови и пота. Ему так и не удалось ни умыться, ни переодеться. Он даже потерял надежду, что ему дадут эту возможность. – Вольно, – кивнул Хофф, давая знак, что он может идти. – Пока скажем остальным, что ты заболел. Казнь Плинта и так сильно подорвала дух солдат. Так странно, что смерть Сеяна помогала Кориолану больше, чем Сеян при жизни. – Грипп, полагаю, – бросает Кориолан. – В Капитолии им поголовно болеют. *** Несмотря на ледяную воду, Кориолан был рад чувствовать, как растворялись и стекали грязными струйками засохшие и даже покрывшиеся коркой пятна. Он щедро использовал мыло и даже залез под короткие ногти, выковыривая остатки земли. Выйдя из душевой, он обнаружил ранки на руках. Врач обработал их мазью, осмотрел швы Кориолана на спине, потницу, проверил его реакцию и оставил таблетки снотворного. Его положили в палату на четверых, но в ней он был один. Впервые за долгое время он был предоставлен самому себе. На ужин принесли суп и вчерашнюю булку. Кориолан вцепился в еду, ощущая, как приятно разливался горячий бульон по гортани и наполнял теплом желудок. И в этот момент он почувствовал себя как никогда в покое. Подумать только…горячая еда, чистая одежда и крыша над головой – всё, что было сейчас нужно Кориолану, чтобы почувствовать давно забытый комфорт. Жаль, что сладкое ощущение продлилось не так долго. Тиканье настенных часов цепляло его внимание, как бы он не игнорировал. Стрелка остановилась на половине седьмого. Через час поезд Люси Грей отправлялся в Капитолий. Через час она навсегда покинет Дистрикт-12 и станет свободной. Как же ему хотелось быть в этот момент с ней на вокзале. Как же ему хотелось отправиться с ней. Сбежать. Наверное, стоило придерживаться изначального плана: уйти в лес. Тогда бы Кориолан точно знал, чего ожидать. Сейчас же его судьба была в руках… кого? Хоффа? Какого-то местного судьи? Медэксперта? Что ему ожидать завтра? Неужели казни? Кориолан силой стал отгонять навязчивые мысли. Нет, жизнь в лесу было в разы хуже. К тому же какой смысл убиваться и гадать по тому, что не случилось. Завтра всё встанет на свои места. Единственное, что было кристально точно: Люси Грей уедет в Капитолий. Чем ближе стрелка часов двигалась к семи тридцати, тем больше скребли кошки. Если бы ему дали шанс проводить её, хотя бы даже с караулом. Тогда было бы гораздо проще. Теперь больничная палата больше напоминала тюрьму. Ему не получится выйти и вернуться, слишком велик шанс быть пойманным, и Хофф тогда ни за что не пойдет на уступки. Возможно, стоило выпить снотворного, чтобы побыстрее уснуть и проснуться в завтрашнем дне. Что толку мучится и изводить себя? Однако Кориолан боялся. Боялся, что может что-то пропустить, что-то маленькое и опасное, что-то, что может изменить всё. Как только стрелка остановилась на половине восьмого, Кориолан сгорбился на кровати и провел руками по коротко стриженным волосам. Конец. Она убежала. А он остался. Но звёзды свидетели – они еще встретятся.