Глава 3

      Утро выходного, когда приходилось покидать кровать, не предвещало ничего хорошего. Астория бы с удовольствием осталась у себя и вспомнила вчерашний волшебный вечер, но после её переезда застать отца дома можно было только в восемь утра. В остальное время он прятался от неё, появляясь только когда ему нужно. Сегодня Астория намеревалась серьёзно поговорить и добиться своего. Собрала в кулак всю решимость, гнев и обиду и в очередной раз понадеялась, что её услышат. Перед выходом Астория полчаса смотрела на себя в зеркало, убирая любой малейший недостаток. Она надела платье и мантию, которые точно не вызовут вопросов. Мама должна была ещё спать, но мало ли… Не хотелось давать ей повод для замечаний.       Домовик появился у камина сразу, как она ступила на пол гостиной. Смотрел на неё большими добрыми глазами и улыбался. То на сто процентов хорошее, что осталось в этом доме. Остальное было слишком запутанным…       — Здравствуйте, мисс!       — Здравствуй, Ди, — Астория улыбнулась ему в ответ и пошла к двери, ведущей в туалет. — Отец дома?       — Да, но будьте осторожны. Хозяин на вас злится.       — Это я злюсь на него, — горько усмехнулась она. К домовым эльфам Гринграссы не относились как к равным, но никогда не заставляли жить их в ужасных условиях, в отличие от некоторых других семей. К ним проявлялось некое уважение. За это Астория могла поблагодарить родителей. Отец считал, что хорошие условия помогают получить лучший результат. И правда, еда в их доме была очень вкусной, а за детьми эльфы внимательно присматривали, хотя это не являлось их обязанностью. Ди появился в их доме совсем молодым, когда Астория только родилась, а Дафне было два года. Он часто играл с девочками и до сих пор был привязан к ним. — Спасибо, что предупредил. Как у тебя дела?       — Хорошо, мисс! Только вы редко навещаете дом… И совсем не зовёте Ди помогать.       — Ох, прости, я много работаю… Но обязательно позову тебя, если что-то понадобится.       — Вы должны лучше заботиться о себе, — поучительным тоном сказал эльф. Они уже дошли до нужной комнаты.       — Спасибо за слова и сопровождение.       Ди отвесил поклон и с громким щелчком исчез, а Астория постучалась и вошла без разрешения. Она была готова к тяжёлому разговору, потому что отец, когда считал, что прав, становился невыносимым человеком. Сначала его слова и действия безумно ранили, потом выработалась привычка и рана болела не так сильно.       Адэр Гринграсс сидел за столом, держа газету в руках, и, как только Астория вошла, смерил её строгим взглядом. Снова он был не отцом, а надзирателем.       — Здравствуй, папа.       — Не думал, что ты появишься после вчерашнего, — он кинул газету на стол. Там красовалась компрометирующая колдография их танца с Драко. Того, где между ними было очень мало расстояния.       — Красивая колдография, — сказала она, умышленно натянув на лицо довольную ухмылку. У отца от этого гневные морщинки между бровями сделались глубже.       — Ты хоть понимаешь, что натворила? Понимаешь, что обжимания с Малфоем значат для твоей репутации? Или забыла, кто он такой?       — Я прекрасно помню, кем он был. Будь Драко такой сейчас, я бы не подошла к нему, и ты это знаешь.       — Он расторг вашу помолвку, Астория. Помнишь, как это ранило тебя? Тебе не стоит с ним общаться.       У Астории от этих слов всё внутри вспыхнуло ещё сильнее. Как он смеет так нагло лгать, обвиняя при этом Драко?       — О, только ранил меня совсем не он. Я знаю правду о помолвке и об остальном тоже. Действительно печёшься о моём благополучии или боишься, что сделка сорвётся? Думаю, не газета, а Лорье доложил тебе о вчерашнем.       — О помолвке: так поступил, потому что ты бы, как всегда, упрямилась и не захотела разрывать её. А Малфой не пара тебе, — не желая слушать возражений, говорил Адэр. — О сделке: я заключил её ради тебя. Условия там не такие выгодные для бизнеса, но Алджернон прекрасный молодой человек, и ты будешь счастлива.       Сердце Астории с обидой сжалось, и она расстроенно посмотрела на отца. Как же ей надоело всё это… На том самом вечере, где она впервые пересеклась с Драко, мужчина стал оскорблять Дафну. Всё потому, что отец наобещал всякого на словах, в том числе свадьбу, а потом поменял решение. Расхлёбывать пришлось дочерям.       — Нам с Дафной пришлось биться, чтобы выбрать профессии, какие мы хотели. Она сходила с ума от предлагаемых тобой женихов, даже обручилась, чтобы это прекратить. Ты постоянно заставляешь нас идти на крайние меры, но сейчас это зашло слишком далеко. Планировать свадьбу за моей спиной? Папа, зачем?       — Твоя сестра пристроена в хорошую семью. И тебе пора.       — Ты говоришь о нас так, будто мы собаки… — прошептала Астория, не веря, что человек перед ней много лет назад с любовью улыбался ей и учил летать на метле. Было бы лучше, если бы он всегда таким был, или заботился лишь о деньгах… Так Астория могла бы с чистой душой ненавидеть. Сейчас было тяжело, потому что чувства были слишком противоречивыми.       — Я желаю вам обеим счастья, а ты упрямишься и даже смотреть не хочешь на тех, кого я предлагаю. А предлагаю я хорошие варианты. Молодые, приличные люди из приличных семей. Ты будешь обеспечена на всю жизнь.       — Папа, я хочу любить!       — Любовь придёт со временем, и ты будешь счастлива.       — Как вы с мамой? — резко спросила Астория, из-за чего на его лице промелькнуло удивление. — Неужели вы думаете, что мы никогда не замечали, что между вами никогда не было любви? Вы живёте, как незнакомцы в одном доме. Максимум приятели. Я этого должна хотеть?       Отец молчал. Долго и задумчиво смотрел на дочь. Ей казалось, что он вот-вот отступится, изменит свою точку зрения.       — Мне надоели твои шоу и упрямство, Астория, так что вот мои последние слова, — строго сказал он. Она задела что-то внутри него и определённо зря, ведь свою неправоту отец никогда не признает. Даже если знает, что неправ. Даже если то, что он делает сейчас по отношению к своим детям, когда-то давно причинило боль ему. — Ты не будешь общаться с Малфоем и не ослушаешься меня, ведь я уже сделал всё, чтобы не допустить ваш союз. И твоя свадьба с Лорье состоится.       — Почему ты так уверен в этом? — каждое его слово резало по сердцу острым ножом. — Не боишься, что я расскажу бабушке?       — Ты слишком гордая, чтобы просить у неё о помощи, да и если попросишь, ничего не изменится. Я знал, что ты не будешь сидеть спокойно, поэтому до твоего прихода подписал договор с семьёй Лорье. Если нарушить условия, наша семья потеряет практически всё.       Она замерла, не веря, что он настолько сильно хотел настоять на своём, что так подставил семью. Отец не был глупым человеком… Эго победило разум? Он наплевал на финансовое благополучие и на собственную дочь. Астория сжала руки в кулаки, потому что чувствовала, что обида грозилась вылиться в слёзы.       — Я не понимаю тебя, папа… — тихо сказала она. — Ты был таким хорошим отцом, когда мы были маленькими, а когда подросли и стали показывать характер, изменился. Тебе настолько важно подчинение, что ты готов пожертвовать дочерьми… — все эти слова давались ей тяжело, будто что-то застряло в горле. — Будь уверен, после такого ни я, ни Дафна не скажем тебе ни слова.       Астория практически выбежала из кабинета, не дав ему шанса ответить. Было больно. Она думала, что привыкла к подобным выходкам, но эта задела очень сильно. Хотелось поскорее встретиться с Дафной и выплакаться ей. Вместе они точно со всем справятся и придумают, как быть дальше. Единственная, кто всегда безоговорочно поддержит. Та, перед кем не нужно быть уверенной и сильной.       В просторном коридоре с дорогими коврами и кучей картин Астория чувствовала себя тесно. Все эти старые и роскошные вещи душили. Нет, она не ненавидела всё старинное или дорогое, просто именно эти вещи в этом доме оказывали такой эффект. То, что окружало её в счастливом детстве, и то, что окружало её в печальной юности. Такие же противоречивые чувства вызывало и общение с родителями. Астория не могла их не любить. Может, любовь — слово слишком громкое, но тёплые чувства никуда не исчезли. Однако она выросла, а её родители не смогли это принять. Так и конфликтовали постоянно хорошие воспоминания о беззаботном детстве и напряжённая реальность.       Не успела Астория добраться до камина, как её окликнул женский голос, из-за чего она остановилась и резко обернулась. Мама стояла у входа в галерею и с улыбкой смотрела на неё. Она, как всегда, выглядела идеально. Элегантно. Ничто не указывало на то, что Элизабет Гринграсс только что проснулась.       Горечь от разговора отцом не пропала, и Астории внезапно захотелось поделиться и расспросить маму. Вдруг она что-то знает?       — Мама, ты знаешь, что… — начала было Тори, но была перебита.       — Здравствуй, милая, — мягко сказала женщина. — Ты опять сделала этот пучок? Он ведь совсем не идёт твоей форме лица. И уши торчат.       Слова больно ударили в грудь. Астория нахмурилась и тихо сказала:       — Мне нравится.       — Нравится, не нравится, а тебе не идёт.       — Я уже просила тебя не критиковать мою внешность.       — А разве я сказала что-то плохое? Ты ведь совсем не умеешь подбирать вещи так, чтобы они тебе шли, а я помогаю. Нужно подчёркивать достоинства, а не недостатки.       — Мне не нужна помощь, — пробормотала Астория, чувствуя, как тошнота подбирается к горлу. Она начинала ощущать себя маленькой и беззащитной. — Я пойду… На работу пора.       — Так скоро? Ты ведь хотела что-то спросить, — растерялась Элизабет. — Я думала, мы, наконец, пообщаемся.       — Не сегодня, — покачала головой Астория и сбежала второй раз за это утро.       Вернулась домой Тори бесконечно уставшей и расстроенной. Поведение отца заставило чувствовать себя так, будто она попала в ловушку. Что делать теперь с этим контрактом? Она не могла позволить семье разориться, но и выходить замуж не собиралась… Ещё и слова мамы в очередной раз разбудили все комплексы. До прихода Дафны оставалось ещё несколько часов, и это время Астория планировала провести в кровати, спрятавшись от собственного отчаяния под одеялом. Остановившись у зеркала в коридоре, она гневно посмотрела на своё отражение и безжалостно распустила причёску, зная, что придётся заново учиться её любить.       В этот момент зазвенел колокольчик у входной двери, и Астория выругалась. Кого принесло? Устало застонав, потащилась к двери. За ней она никого не увидела, но у порога на коврике стояла большая корзина, наполненная белыми пионами. Необычайно красивый букет. Астория несколько секунд поражённо смотрела на него, а потом заметила записку. Вдруг в голове возникла мысль, что отправителем мог быть Алджернон. В таком случае, эта корзина будет надета ему на голову вместе с цветами.       Она занесла букет внутрь и поставила его на стол в кухне. Взяла записку и развернула. Красивым почерком было написано следующее:       «Пребывал в расстроенных чувствах, когда встретил тебя в саду вчера и забыл сказать, что ты выглядела очаровательно. Такая свободная и расслабленная смотрела на звёзды… Надеюсь, у меня будет возможность увидеть тебя такой в моём обществе.       Между нами осталось столько несказанных слов и несделанных действий… Надеюсь на скорую встречу, моя леди.       P.S. Я попросил моего эльфа доставить тебе цветы. Адрес она узнала у твоего эльфа.             Искренне твой (не)тайный поклонник,                                                 Д.М»       Конечно, это был Драко. Его инициалы завитками красовались на пергаменте. Астория и не заметила, как начала плакать. Он не знал, что с ней происходило, а каким-то образом нашёл такие нужные слова… Она ведь думала, что выглядела тогда ужасно. А Драко… Теперь в её сознании «растрёпанная» сменилось на «свободная», а «невнимательная» на «расслабленная». Шмыгнув носом, она криво улыбнулась и стёрла слёзы. Безуспешно, потому что они продолжали сказываться по мягким щекам. Он этим письмом попал в самое сердце, и это сделало Асторию ещё более неравнодушной. Симпатия к нему росла с каждым новым словом и поступком.       Вскоре стало смешно оттого, что она лила слёзы над прекрасным букетом. Ещё раз прочитала письмо, успокоившись. Эти формулировки, серьёзный постскриптум… Всё отзывалось теплом внутри. Моя леди… (Не)тайный поклонник… Совсем не тайный после их вчерашнего прощания. Радость разлилась по телу от понимания того, что Драко сделал первый шаг. День, омрачённый встречей с родителями, снова стал хорошим.       Она провела пальцами по нежным лепесткам и глупо хихикнула. Несделанные действия… Ей сразу вспомнился их сногсшибательный поцелуй. Драко был прав — они многое не успели сделать. Астории очень не хотелось уходить от него в тот вечер. Крепкие руки сводили её с ума, просто касаясь талии. Что же будет потом? Она представила, как он бы целовал её шею и руками исследовал её тело. Просящее чувство внизу живота проснулось, и Тори поблагодарила свой график за сегодняшний выходной. Она могла остаться наедине с собой и… расслабиться.

***

      Заваренный чай в красивых чашках стоял без внимания. Джем и песочное печенье тоже никто не трогал. Атмосфера была удручающей. Астория верхней частью тела легла на стол, упираясь в него грудью, а Дафна забралась на стул с ногами и задумчиво смотрела на сестру.       — Вот так и закончился разговор с родителями, — уныло сказала младшая. Она рассказала всё, в том числе и то, что помолвку с Драко отменил отец.       Дафна тяжело вздохнула и устало потёрла глаза пальцами.       — Скажи честно, как сильно тебя задели мамины слова?       — Как видишь, волосы я распустила…       — Тори, ты же знаешь, почему она это делает, — Дафна погладила её по плечу. — Её слова никак не связаны с твоей внешностью. Ты красавица.       Астория кивнула. Старшую сестру никогда не критиковали за внешность. Так сложилось, что она вышла похожей на отца. Младшая же, наоборот, сильнее походила на мать, которая видела в дочери себя и проецировала свои комплексы. И до того, как Астория поняла, что происходит, придирки и замечания успели убить ей самооценку. Приходилось тяжело и долго возрождать её.       — Всё нормально, переживу, — отмахнулась Астория. Её слова не убедили Дафну, которая лучше всех знала, как сестра мучилась. Однажды в школе она застала Тори, согнувшуюся над унитазом после приёма пищи. Это было страшно, но случилось лишь один раз. Дафна вовремя заметила и успела помочь, но уверенность в себе пришла к Астории лишь после войны, когда она съехала от родителей. — Давай лучше подумаем об этой идиотской свадьбе. Что будем делать, моя сестра по несчастью?       — Известно, что. Пойдём и взглянем на договор. Он не мог не оставить лазеек.       Адэр Гринграсс был человеком неглупым. Успешно вёл бизнес, сохранил семью и их положение во время войны. Он всегда оставлял отходной путь, а потому ни Астория, ни Дафна не верили в такую импульсивность.       — Ди! — Астория позвала эльфа, который через пару секунд уже стоял перед ними с довольной улыбкой на лице.       — Здравствуйте, мисс! — он обрадовался ещё больше, увидев сестёр вместе. — Чем Ди может помочь? Мисс Астория, вы уже получили цветы от некоего господина?       Астория замерла, услышав вопрос. Румянец на щеках не заставил себя долго ждать. Она чувствовала, что Дафна теперь смотрела на неё пристально, с цепким любопытством и подозрением. И если не сейчас, то потом она обязательно устроит допрос, которого Астория побаивалась. Ответы на вопросы пока были туманными…       — Получила, — заторможено кивнула она. — Но я по другому делу тебя позвала…       — Подскажи, пожалуйста, — спросила Дафна, чьи мысли теперь крутились вокруг загадочного букета. — Наши родители сейчас дома?       — Хозяин на деловой встрече, а хозяйка только что покинула поместье, чтобы навестить подругу.       Девушки хитро переглянулись, а Ди нахмурился, почуяв неладное. Он прекрасно знал эти выражения лиц. Они собирались проказничать.       — Ди… А если мы сейчас придём домой, вы ведь не скажете родителям, что мы делали?       Эльф тяжело вздохнул, но кивнул. Он убедит других домовиков молчать. Если мисс что-то нужно, они с удовольствием помогут им. Частично благодаря девочкам Адэр изменил отношение к эльфам в доме. Когда они были маленькими, впадали в истерику всякий раз, когда видели, что кто-то плохо относился к прислуге. Это случалось в доме их дедушки. Плакать начинала Дафна, которая уже понимала, что такое «больно», а Астория была слишком маленькой для такого понимания, но повторяла за сестрой. У Тори лет до шести существовало правило — если Дафна что-то делает, ей надо делать также. Родители спустя пару таких истерик решили, что и в их доме, и в домах их родителей насилия не будет. А если кто-то ослушается решения, внучек не увидит. Потому эльфы часто баловали девочек.       Возвращаться в этот дом сегодня Астории не хотелось, но необходимость обязывала. Дафна была рядом, и визит ощущался как небольшое приключение. Как в детстве, когда они пробирались на кухню, чтобы стащить сахарные перья, которые им, конечно, запрещали есть в больших количествах. Успехом такие вылазки не заканчивались, сестёр всегда ловили. Сейчас ставки были выше, но и осторожности у них прибавилось. Они аппарировали к дверям нужного кабинета и вошли без опаски, ведь знали, что там никого нет. Обыск начался с письменного стола.       — Помнишь, как много лет назад мы здесь искали клад? — улыбнулась Астория. — Папа и мама тогда смеялись… А теперь мы ищем угрозу моей свободе.       — Хорошее было время… — бормотала Дафна, перебирая стопку пергамента. — Главное, успеть до их возвращения,       — Успеем. Главное, чтобы это всё закончилось чем-то полезным.       Тот самый не случившийся диалог о цветах висел над ними тяжёлым молотом. По крайней мере, над Асторией, которая постоянно боялась, что сестра поднимет тему. Она страшно нервничала, что Дафна не поймёт. Несколько минут тихих поисков и Астория снова подала голос, полный сомнений:       — А вдруг лазеек нет? Я ни за что и никогда не пойду замуж по указке, но тогда… Что тогда? Лишу нашу семью денег?       — Отец лишит нашу семью денег, а не ты, — строго сказала Дафна. — Он сам виноват. А ты, Тори, больше не думай о таком. Я сама не позволю тебе выйти замуж по расчёту. Как и ты мне.       Астория кивнула. Дафна всегда вела себя хладнокровнее, даже в ситуациях, касающихся лично её. В их дуэте она была мозгом и тормозами. На Тори лежала ответственность за творческую часть.       — До сих пор благодарна за то, что ты предложила идею с помолвкой. Теперь мы с Блейзом можем строить отношения спокойно, без всяких препятствий. Правда, мама сыпет вопросами о свадьбе, но это лучше, чем было, — вздохнула она. — Блейз, кстати, заглянет, когда мы закончим. Ты не против?       — Конечно, нет. Только пусть не ест моё любимое печенье, — пробурчала Астория.       — Не будет, если ты расскажешь, кто прислал тебе букет, — хитро сказала Дафна, скосив взгляд в сторону сестры. — А, впрочем, я знаю, что это Драко.       Бумаги, которые Астория держала в руках, рассыпались, а сама она, опешив, приземлилась на отцовский стул. Её ошалелый взгляд только подтверждал догадки старшей.       — Откуда?       — Дорогая моя, думала, ваш флирт никто не заметил? Ну, это даже как-то оскорбительно. Ладно, другие, но чтобы я не заметила изменения в тебе? — Дафна скрестила руки на груди. — Рассказывай. Что между вами?       — Ох, я и сама толком не знаю… — пожала плечами Тори, зная, что скрываться бесполезно. — Он мне нравится, но мы пока общаемся только на уровне флирта.       — И целуетесь.       — Это было один раз! И тот по нужде.       — Это было вчера. Я заметила твой взгляд, когда мы оказались дома. Такое же вдохновлённое лицо у тебя было, когда ты вернулась ночью домой после полуночи, а я тебя застала. Помнишь? — когда сёстры жили с родителями, приходилось осторожничать и не попадаться на глаза поздно вечером после встреч с ухажёрами. Несмотря на то, что они уже были совершеннолетними.       — Жестокая ты, Дафна… — Астория закатила глаза, а потом мечтательно сказала: — Он прислал мне букет пионов утром. Красивый с милой запиской. Я в восторге.       — И ты уверена, что он тебе подходит? Всё-таки… Ты сама понимаешь, какая между вами разница.       Она сомневалась ещё и из-за случая с помолвкой, а теперь, когда выяснилась правда, это переживание было беспочвенным. Дафна никогда не общалась с Драко наедине, но общение в компании показывало, что он был не худшим вариантом. И всё же, она не могла быть уверена наверняка.       — Не попробую, не узнаю. Я прекрасно знаю про его прошлое, но все мы выросли. Он спокойно работает с магглорождёнными, больше не грубит. И… Я не знаю его близко, но меня тянет. Сильно.       Астория вспоминала и первую прогулку, и переглядки, и заигрывания, но особенно вчерашний вечер и сегодняшнюю записку. Его защита от непрошеного жениха, приятные слова и многообещающее прощание покоряли её сердце. Она ещё не послала Драко ответ, но обязательно сделает это вечером.       — Будь аккуратна, — вздохнула Дафна, видя мечтательный взгляд сестры. — Уверена, и наши, и его родители против вашего союза, но это пустяки. Главное, предохраняйтесь.       — Дафна! — возмущённо воскликнула Тори, кинув свиток в шутницу. Та поймала его и посмеялась.       — Теряю сестру… Она скоро умчится на крыльях любви и забудет обо мне! — она бросила свиток обратно.       — А сама уже помолвлена! — и опять бросок. — Когда детишки пойдут?       — Не смей, Тори, иначе я покажу Драко твою детскую колдографию, где ты сидишь на горшке.       Вот теперь на лице Астории отразился настоящий ужас, отчего Дафна захохотала ещё сильнее.       — Если бы вы не обсуждали свои любовные похождения, то поняли бы, что кидаетесь нужным вам договором, — раздался строгий женский голос, отчего сёстры одновременно подпрыгнули и испуганно обернулись, но расслабились, увидев говорившую. В единственный портрет на стене вернулась его обитательница. Женщина преклонного возраста курила сигару и насмешливо смотрела на гостей. Мало кто в магическом мире курил, а потому предмет в длинных пальцах удивлял. — Я, конечно, неживая, но и не привидение. Ваша реакция неуместна.       — Здравствуйте, тётушка, — нервно улыбнулась Астория, пока Дафна разворачивала свиток.       — Это, правда, он! И пока не подписан.       Астория тяжело вздохнула. Значит, отец сказал о подписи, чтобы её припугнуть.       — Ваш отец не подписывает бумаги в спешке, юные леди, — хмыкнула дама с портрета. — Но даже при этом всё происходящее — верх глупости. Я пыталась его образумить, но тщетно. Поэтому помогу вам.       Её изображение — единственный портрет в кабинете. Не кровная дальняя родственница. Никто уж и не помнил её имя или чьей женой она была когда-то давно при жизни, но все помнили, что именно она помогла обрести то, что имелось у Гринграссов сейчас, потому портрет и висел здесь. Многие главы семьи прислушивались к её советам. Астории эта женщина всегда казалась интересной и экстравагантной. Во-первых, она выглядела ярко. Во-вторых, никто толком не знал её историю, а сама она ничего не рассказывала. Ни своё имя, ни имя мужа не называла, лишь ругалась на него иногда неприличными словами. Астория думала, что за этой тайной крылась какая-то тёмная история. Она пыталась докопаться до истины, но после череды неудач смирилась, решив, что ворошить прошлое — плохая идея. Какая разница, что там было несколько веков назад?       После того как сёстры по очереди прочитали договор, посмотрели друг на друга в растерянности. Ни одна из них не разбиралась в юридических вопросах.       — Он составил его особенно внимательно, чтобы ты не нашла лазеек, Астория, но подсказка: сделай так, чтобы даже подписанным договор не имел силы.       — А когда они собираются ставить подпись? — нахмурившись, спросила Астория.       — Через месяц состоится крупный бал. Там они объявят о помолвке, а сделку заключат через две недели.       — Это невероятно мало… — пробормотала Дафна.       — Советую вам написать вашей бабушке.       — Не стоит её беспокоить, — покачала головой Астория. — Последние годы мы справляемся без её помощи. И сейчас попробуем. Пусть отдыхает со спокойной душой…       Бабушка по папиной линии была единственным человеком, которая ругала их родителей за ошибки в воспитании. Она запросто могла поставить их на место и отругать, как непослушных детей. Однажды мама стала запрещать Астории и Дафне надевать что-то, кроме платьев, считая, что брюки не красят леди. Тогда бабушка устроила скандал и добилась для девочек права носить, что им нравится. Много раз она помогала им, но последние три года провела в путешествиях. Астория не хотела отвлекать её и напрягать своими проблемами. К тому же, отец был прав, когда говорил о гордости. Хотелось решить всё самой.       — Тори… — с сомнением сказала Дафна.       — Если ситуация совсем безвыходная, я напишу ей, а пока у нас есть две недели, — она уже прибиралась, чтобы всё выглядело также, как до их прихода. — Спасибо за помощь, тётушка.       — Всё ради этой семьи, — усмехнулась женщина, сделав очередную затяжку. — Если ничего не получится и нужен будет способ избавиться от мужа, обращайся.       Дафна и Астория несколько секунд шокировано смотрели на портрет. Она лишь невинно пожала плечами, и девушки решили не обращать внимание на сказанное. Пора домой.       На пороге квартиры уже ждал Блейз с пакетом продуктов, чего Астория совершенно не ожидала.       — Дафна попросила купить тебе еды, — сказал он, оставив пакет на кухонном столе, и окинул её строгим взглядом. — Сказала, в холодильнике мышь повесилась.       — Я просто не успела сходить в магазин… Но спасибо, — улыбнулась Астория. — Печенье в шкафу на верхней полке. Наслаждайся.       — Ты что, меня за собаку принимаешь? Не нужно мне никакое печенье.       Слишком часто после прихода Блейза у Астории пропадала еда. Сам Блейз ей нравился, но вот эта черта раздражала. Хотя, возвращал он потом в два раза больше, поэтому она не ругалась.       — О, Мерлин, перестаньте, — поспешила сказать Дафна, явно обеспокоенная чем-то. — Тори, пообещай, что не сделаешь чего-то, чего не сделала бы я.       — Не переживай, завтра я поговорю со знакомым юристом и приму меры.       — Вот этого я и боюсь, — нахмурилась она. — Твои меры обычно радикальны. Как те случаи с шампанским и поцелуем. И это только то, что произошло недавно.       — Обещаю, что буду паинькой, — невинно улыбнулась Астория. — А случай с шампанским тебе понравился. Признай, это было эффектно, и ты бы сама так поступила.       Дафна закатила глаза. Никогда у неё не получалось устраивать младшей сестре нравоучения. А Астория в глубине души думала о совете тётушки. Если найти слабое место в договоре не получится, нужно сделать так, чтобы даже подписанным он являлся недействительным…       — А сейчас мне надо ответить на то самое письмо.       По хитрому взгляду и интонации Дафна сразу поняла, о чём речь. Кажется, нужно было привыкать к тому, кем являлся новый ухажёр сестры. Ох, она обязательно поговорит с ним с глазу на глаз… Всё же Астория внимательно присматривалась к Блейзу прежде, чем одобрить. Теперь рядом друг с другом они вели себя как малые дети.       От разговора сестёр отвлёк шелест обёртки. Тори и Дафна повернули головы в сторону звука и увидели, что Блейз открывал печенье. Они переглянулись и не сдержали весёлое хихиканье.

***

      Середина недели выдалась непростой. Как и её начало. С того поцелуя прошло несколько дней и за эти дни Драко Малфой сломал себе голову. Он отправил ей цветы, на которые она ответила запиской. Казалось бы, стоит радоваться, но значение этого послания Драко совершенно не понял. Он даже запиской это не рискнул бы назвать.       » ;)       А.Г»       Всё, что Астория ответила. Что, во имя Мерлина, это значило? Точка с запятой и скобка. Что она хотела этим сказать? Ей понравились цветы или нет? Он сделал первый шаг. Слишком рано? Она не поняла его намёки? А может, поняла и так выразила своё недовольство? Об этой дурацкой скобке он думал несколько дней и никак не мог понять, было ли это разрешением на дальнейшие действия или наоборот.       Он размышлял над этим и сейчас, когда Грейнджер раздражённо говорила ему:       — Проснись, Малфой! Мне нужно забрать отчёт.       — Грейнджер, — Драко серьёзно посмотрел на неё и достал записку из кармана. — Ты девушка.       Гермиона недовольно изогнула бровь.       — Где-то я уже слышала это гениальное умозаключение. У всех мужчин проблемы со зрением? — спросила она и, встретив непонимающий взгляд, вздохнула. — К чему это ты?       — Что девушка имеет в виду, когда пишет вот это в ответ на букет цветов? — Драко протянул ей записку. Гермиона внимательно посмотрела на неё и довольно хмыкнула.       — Это она? Та, кто поцеловала тебя?       — Да. Мерлин, скажи, всё плохо? Я точно сделал что-то не так…       — Ого, впервые вижу влюблённого паникующего Малфоя, — улыбнулась она. — Выдохни. Всё хорошо.       — Хорошо? Насколько хорошо? Ей понравились цветы? — тут же встрепенулся Драко. Её слова разбудили в нём надежду.       Гермиона собиралась ответить, но внезапно открылась дверь и, к удивлению всех присутствующих, в комнату влетела Астория. Глаза её блестели заразительным предвкушением, от которого сердце Драко забилось быстрее.       — Женись на мне, Драко Малфой!       Он застыл с открытым ртом, а Гермиона с грохотом уронила на пол стопку бумаг. Повисла гробовая тишина.       «Ей очень понравились цветы,» — подумала Грейнджер, от шока с трудом вспоминая их диалог, случившийся только что. Этот день ей определённо запомнится.       Довольная собой Астория смотрела на Драко, в голове которого все шестерёнки беспощадно ломались. Он подумал, что ему послышалось, но со слухом у Драко проблем не было. Астория Гринграсс сделала ему предложение. Как такое возможно? Почему? Что-то в её хитром и уверенном взгляде говорило о том, что она сделала это не из-за бесконечной любви. Она выглядела также, когда целовала его и приглашала танцевать. Такая же завораживающая и интригующая. Снова какая-то игра.       Гермиона опешила ещё больше, когда на лице Драко появилась глуповатая улыбка. Он встал из-за стола и выдал:       — Я согласен.