11 Часть

Слагхорн настороженно осматривал крошечную комнату, неловко сидя на стуле, который, казалось, мог сломаться в любой момент под его огромным весом. Он выглядел точно так же, как в воспоминании, в котором разговаривал с Томом о крестражах. Разочарованный Гарри молча сидел на своей кровати. В отличие от Дамблдора, Слагхорн испытывал благоговейный трепет перед своим драгоценным учеником Томом Марволо Риддлом. Объяснять ему, в какой ситуации он оказался, было бы роковой ошибкой, Слагхорн не только ему не поверит, но и Том тоже узнает правду. Кто знает, с таким же успехом он мог оказаться в Азкабане, если судить по его опыту в министерстве. Теперь у него не было другого выхода, кроме как дождаться 1 октября, чтобы оказаться в Хогвартсе. — Мерлин, Том, вы живёте здесь? Я и представить себе не мог, что маггловское здание может выглядеть так, словно в нём живут призраки. — вырвалось у Слагхорна. — Теперь вы знаете, профессор, почему я каждый год обращаюсь к директору с просьбой разрешить мне остаться в Хогвартсе? — тихо спросил Том. — Я понимаю, мой... мальчик, и я действительно ценю вашу приверженность, это невероятно – стать звездой Хогвартса, растя в такой обстановке. — Слагхорн, как и ожидалось, хвалил Тома. — Разве я не говорил, что однажды вы вырастете волшебником, которого наш мир запомнит навсегда? Гарри скрыл усмешку. Да, действительно, волшебный мир не забудет самого ужасного тёмного лорда в своей истории. — Так это и есть таинственный Гарольд Джеймс Поттер, — наконец, внимание Слагхорна привлёк Гарри, — Мерлин, вы выглядите столь юным и маленьким для одиннадцати лет. — Воскликнул он. Гарри мысленно зарычал. Когда же он наконец избавится от своего истощенного тела? — Да, профессор, всё та же старая история о том, как родственники-магглы мучили ребёнка-волшебника. Их отношение к нему в течение десяти лет привело к такому росту и ухудшению зрения. — Том сказал это небрежно, как будто констатировал факт. — Печальная история. Это было совершенно несправедливо по отношению к ребёнку. — Слагхорн сочувственно кивнул. Он протянул ему руку: — Привет, мой... мальчик, я профессор Гораций Слагхорн из школы чародейства и волшебства Хогвартс. — он остановился на полпути и повернулся к Тому, — Надеюсь, он знает о Хогвартсе, — сказал он смущенно. — Не волнуйтесь, профессор, я обучил его, насколько это было возможно. Он довольно быстро учится. — Риддл одобрительно похлопал Гарри по спине. Поттер почувствовал легкую гордость, он уже понял, что добиться похвалы от Тома непросто. Но он по-прежнему не улыбался. — Я знал, что мы можем положиться на вас, Риддл, под вашим руководством новичку не составит труда адаптироваться в нашем мире. — Слагхорн снова принялся расхваливать Тома. — Персонал Хогвартса был весьма удивлён, узнав о существовании в Вуле ещё одного волшебника, особенно когда министерство не смогло найти никаких предыдущих записей об этом ребёнке. Кроме того, у Поттеров нет наследника по имени Джеймс Поттер. Всё, что мы знаем, это то, что ребёнок по имени Гарольд Джеймс Поттер начал жить с Томом Риддлом с 1 июля. Но я знал, что вы хорошо справитесь с ситуацией. — Профессор, министерство как-нибудь объяснило, почему они не смогли отследить местонахождение Гарри? О его маггловских родственниках тоже ничего? — Гарри уловил нотку подозрения в голосе Тома. — К сожалению нет, информации о какой-либо Лили Эванс, которая умерла, оставив годовалого сына нет, Вернон и Петуния Дурсль также не были найдены. Том нахмурился, услышав ответ Слагхорна. — Гарри сказал, что они планируют покинуть Британию. Но, насколько я знаю, в Хогвартсе хранится информация о каждом ребёнке-волшебнике на Британском острове. Так как же это возможно, что о нём не было никакой информации? Сердце Гарри громко забилось в груди, когда Том пристально посмотрел на него. Он не хотел подвергаться ещё одному допросу со стороны Риддла, это стоило бы ему огромного психологического напряжения. К сожалению, у него заканчивались все возможные отмазки. — Это возможно, если они живут в Ирландии. Министерству ещё предстоит укрепить свою сеть на острове Айрис. — Гарри никогда прежде не был так благодарен Слагхорну, как сейчас. — Но для того, чтобы маленький ребёнок без каких-либо предварительных знаний проделал такой путь до Лондона, требуются невероятные умственные способности. Мерлин, если это так, то я должен признать, что этот мальчик Поттер обладает незаурядной силой воли. — Слагхорн был по-настоящему удивлён. Гарри вздохнул. По крайней мере, в одном Слагхорн был прав. Вся его жизнь зависела от его силы воли. Как иначе он мог жить с Волдемортом после того, что пережил в другой жизни, и при этом не терять рассудок? Риддл больше не хмурился. Но Поттер был бы глупцом, если бы поверил, что это объяснение его полностью убедило. Но, по крайней мере, на данный момент Гарри мог быть избавлен от вопросов Тома. — В любом случае, я здесь, чтобы вручить вам официальное письмо о приёме, Поттер. — Слизнорт протянул Гарри знакомый свернутый пергамент. Перед глазами Поттера промелькнуло воспоминание о одинадцатилетии, очерендом его дне рождения. Он вдруг вспомнил, что Хагрид был нынешним студентом Хогвартса. Вероятно, он смог бы, по крайней мере, выдержать это испытание путешествием во времени в Хогвартсе. — На самом деле, заместитель директора Альбус Дамблдор ещё не вернулся с континента. Поэтому директор Диппет поручил передать письма мне. Список необходимых вам материалов также прилагается к письму. Так вот почему Дамблдор не появился. — Профессор, этот визит на континент имеет какое-либо отношение к Геллерту Гриндевальду? — Улыбка Слагхорна исчезла при вопросе Тома. — Мой... мальчик, я знаю, что ты умный ребёнок, но мы не должны говорить о таких вещах, особенно о том, что касается Альбуса. Кроме того, он находится там по просьбе министерства. Но я уверен, что он вернётся, как только начнутся занятия в школе. — Неловко ответил он. Лицо Тома застыло в идеально имитированной улыбке. — Конечно, профессор, это между профессором Дамблдором и министерством магии. Но не думаете ли вы, что в нынешних обстоятельствах мы заслуживаем того, чтобы получить информацию для подготовки к встрече с не угасающей опасностью по имени Гриндельвальд? Я имею в виду, что все знают о слухах о его причастности к продолжающейся маггловской войне. Гарри знал, что имел в виду Том. Это означает, что Риддл уже имеет некоторое представление о прошлом Дамблдора с Гриндельвальдом. Но Гарри не мог себе представить, что Дамблдор действительно пойдет на встречу с этим немецким тёмным лордом. Глобальный мир среди волшебников возник в 1945 году. Так пытались ли они вести переговоры до этого? Слагхорн вздыхает. — Том, я знаю, что вы имели в виду, и я согласен с вами в определенной степени, но, поскольку в этом замешан Альбус, мы ничего не можем сделать на данный момент. — Он повернулся к Гарри. — В любом случае нашему юному другу нужно подготовиться к походу на Диагон аллею. Позвольте мне сначала свериться с моим расписанием. — Слагхорн намеренно сменил тему. — Не волнуйтесь, профессор, я отведу Гарри туда. Вы можете сосредоточиться на своей работе. — Слагхорн, казалось, испытал большое облегчение, когда Том заверил его. — Я знал, что могу рассчитывать на вас, Том. Честно говоря, у меня много незавершенных дел и половина отпуска уже позади. Затем он достал палочку и наколдовал небольшую записку. Знакомый вид волшебной палочки успокоил Гарри, напомнив, где он на самом деле находится. — Возьмите записку, мальчик. Сначала вам нужно добраться до Гринготтса, покажите это гоблинам, и они отведут вас к вашей ячейке. — Но сироты или бедные студенты, которых финансирует Хогвартс, не получают личных ячеек. — На этот раз даже Гарри разделил недоумение Тома. Студентам, чье обучение финансировалось за счёт Хогвартса, вообще не нужно ходить в Гринготтс. Оплата их книг и мантий поступала непосредственно из Хогвартса. Слагхорн улыбнулся: — В этом преимущество носить чистокровную фамилию мой… мальчик. Большинство богатых чистокровных семей имеют дополнительный счёт в Гринготтсе. Если ребенок из какой-либо ветви семьи попал в беду, счёт покрывает их расходы на образование. Поттеры в этом случае не исключение. Так что, Гарри, вы должны отнести записку в Гринготтс, там вас проверят, чтобы убедиться в вашей связи с Поттерами. Если это подтвердится, вы получите доступ к вашей личной ячейке. Вам не придётся зависеть от ограниченных галлеонов, которые Хогвартс выделяет студентам в качестве пожертвований. — Спасибо, профессор. — Гарри быстро взглянул на Риддла. Лицо Тома стало бесстрастным, но Гарри знал, что Риддл наверняка думает о том, что только что сказал Слагхорн. Осознание важности чистокровной фамилии, несомненно, усилило презрение Тома к своей семье по отцовской линии. Гарри вздрогнул, вспомнив подробности убийства Реддлов, был ли какой-нибудь способ остановить это? Вскоре Слагхорн ушёл, сказав утешительные слова: — Я поговорю с Диппетом о том, чтобы позволить вам остаться в Хогвартсе на следующее лето. — Они оба знали, что этого не произойдет.

***

После того, как Слагхорн ушёл, Том запер дверь. Гарри нервно сжался. — Почему ты запер дверь? — его голос дрожал. Он быстро пошёл открывать дверь, но Том остановил его на полпути. — Нам нужно поговорить, Гарри. — Поттер почувствовал тревогу от этого холодного тона. — О чем ещё говорить, Том? Ты слышал, что сказал ваш профессор. — Гарри был сыт по горло допросами Риддла. Если бы Том был магглом, у него было бы будущее в Скотленд Ярде. — Что ты приехал из Ирландии? И у тебя при этом есть идеальный британский акцент без каких-либо ирландских ноток, верно? Ты же не думал, что я поверю этому объяснению, не так ли? — Том склонил голову к Гарри. Поттер заметил, что Риддл кажется на полдюйма выше, чем был месяц назад. Мерлин, как быстро растёт этот юный Волдеморт. По сравнению с ним процесс роста Гарри, кажется, часто прерывается. — Хочешь верь, хочешь нет, как тебе угодно. А теперь отпусти. — Гарри предпринял тщетную попытку убрать руку, но хватка Тома была ужасно сильной. — Сначала ответь на мой вопрос, Гарри. Ты ждал этого дня с тех пор, как познакомился с нашим миром. Был так взволнован, что пропустил трапезу, и с тех пор, как вошёл профессор Слагхорн, всё твоё нетерпение покинуло тебя. Ты был настолько разочарован, что едва произнёс одно-два слова. Почему так? Ты ждал кого-то ещё? Но кого? Ты никого из Хогвартса не знаешь, верно? — Том взял Гарри за подбородок и поднял его лицо к своему. — Я требую ответа, — приказал он. — Что бы я сказал? — огрызнулся Гарри, которому надоело психологическое давление Тома, его разум был не так слаб. — Твой профессор был настолько поглощен восхищением твоим талантом, что у него почти не было времени поговорить со мной. И ты меня за это допрашиваешь? Тогда вини себя за то, что ты его любимый ученик, и перестань загонять меня в угол. — Гарри попытался убрать руку Тома со своего подбородка, но тот не отпускал. — Не думай, Гарри, что тебе каждый раз будут сходить с рук твои отговорки. В тот день, когда я узнаю, что ты на самом деле что-то скрывал от меня, ты не представляешь, что тебя ждёт. Тебе лучше никогда не позволять этому дню наступить. — От ледяного голоса Тома у Гарри кровь застыла в жилах, но он сохранял невозмутимое выражение лица. — Если твои угрозы закончились, могу я пойти и взять немного печенья? Я умираю с голоду, Том. — Гарри был по-настощему раздосадован. — Ты зря пропустил обед, — ухмыльнулся Том и отпустил его. Гарри помассировал запястье, на котором остались красные следы от пальцев Риддла. Почему Тому всегда нужно было хватать его так, будто Поттер был его вещью? — Возьми это. — Прежде чем Гарри направился к двери, Том протянул ему небольшой свёрток. Гарри не хотелось с ним разговаривать, поэтому он взял свёрток и раскрыл. Это был ТОРТ? Маленький, только что вынутый из духовки. Но тем не менее, это был торт. Гарри непонимающе уставился на Тома. Неужели Том Риддл только что подарил ему торт на день рождения? Или он наложил на него заклятие, и у него начались галлюцинации? — Что? Разве твой день рождения не сегодня? И кто же этим утром плакался своей не менее плаксивой лучшей подруге, что в доме его тёти никогда не было праздничного торта для него? — На лице Тома была типичная самодовольная улыбка. Но Гарри был слишком удивлен, чтобы раздражаться. Он действительно рассказывал Ханне, как Дурсли забывали о его дне рождения. Но с каких это пор тёмный лорд стал вести себя так благородно? — Эй, не смей думать, что меня волнует, через что тебе пришлось пройти. — Том быстро разобрался в душевном состоянии Гарри. — Это была просто награда за твоё хорошее поведение на прошлой неделе, за то, что ты слушался меня. Поэтому я попросил Барбару испечь торт. Ты же знаешь, она не отказывается выполнять мои приказы. — Том ухмыльнулся, а Гарри надулся. Барбара была самой младшей горничной в Вуле, ей было всего 18-19 лет. Гарри заметил, что она питала слабость к самому привлекательному подростку приюта, и Том использует её расположение в своих интересах, когда это необходимо. Девушка всегда выполняла всё, что просил Риддл, даже если миссис Коул ругала её за то, что она игнорировала другую работу. Гарри часто возмущался лицемерием Тома, который использовал магглов и ненавидел их одновременно. Но на этот раз Риддл сделал что-то ради его интересов, хотя это было всё равно, что подарить ошейник послушной собаке, но всё же только Том подарил ему праздничный торт. Гарри не мог не испытывать благодарности. — Спасибо, Том. — Поттер откусил кусочек от торта. Тот был обычным, но Барбара испекла его с особой тщательностью, это было действительно вкусно. — С днём ​​рождения, Гарри. — Палец Тома снова начал играть с чёлкой Поттера, как будто почесывая за ухом своего питомца, но на этот раз Гарри не чувствовал раздражения. В конце концов, он наконец-то отправится в Хогвартс.