Глава 1. Первые проблемы.

Страсть… Поглощающая, овладевающая душой и телом, скручивающая все внутренности в тугой узел и не дающая дышать. Но тут же и страх… Обволакивающий, липкий, заставляющий оглядываться, не верить, разрушающий. Я боюсь заснуть. Боюсь, проснувшись, понять, что всё было сном. Что мечта так и осталась лишь моей слабостью. Что я умер и попал в плен своих желаний. Было где-то полпервого ночи, а я снова не мог уснуть. Поток мыслей вновь затягивал меня в свой водоворот, не давая шанса выбраться. Элис уже давно посапывала в моих объятиях, уютно уткнувшись носом мне в шею. Но вот ко мне сон приходить категорически отказывался. Глядя в потолок, я легонько поглаживал её по спине и думал. Невероятное стало действительностью. И меня сковывал ужас потерять всё это. Снова сжимаю кулаки до тех пор, пока ногти не впиваются в кожу. Эта боль даёт право думать, что я жив. Что это не больные фантазии лежащего в состоянии овоща зельевара где-то в больнице Св.Мунго. Я действительно жив. Она действительно рядом. Тихо вздохнув, я крепче прижал её тело к себе. Приоткрытые женские губы обдавали мою кожу лёгким тёплым дыханием, шевеля волоски на груди. Может разбудить её? Нежными поцелуями, водя губами по обнажённому бедру и скользя по нему вверх ладонью. Взять за талию и развернуть к себе, чтобы получить доступ к красивой груди. Провести языком по отвердевшим соскам. Поцеловать её мягкие губы, спуститься к шее, покусывая нежную кожу и заставляя её тело изгибаться. Снова развернуть спиной и войти… так сладко… Прикрыв глаза, я заставлял мысли остановиться, но они уже давно убежали далеко вперёд, насаживаясь одна на другую, и тело болезненно среагировало… Эта страсть лишала меня рассудка. Остановись, Северус, — кричал мне разум, но я не слушал. Я готов был убить за неё, или умереть сам, но не мог оставить мысли о ней, желания касаться её, любить, чувствовать… Но были и мелкие, по сравнению с этим, проблемы, которые, как ни странно, придавали моей жизни больше правдивости и смысла, чем я мог ожидать. И одна из них пришла до смешного неожиданно. Несколько дней назад дочь выдала мне, что через пару недель у мамы день рождения. Спросила, что я буду дарить. И тут моя и без того неспокойная жизнь превратилась в сущий кошмар. Будучи директором, я, конечно, не раз заглядывал в её дело в архиве, но сейчас эта дата совсем вылетела у меня из головы. А больше смущало то, что я ещё никогда никому не покупал подарки. Особенно на день рождения. Хотя, нет, Малфоям покупал. Но они не в счёт, поскольку там были совсем другие подарки. Но что подарить любимой? Такая, казалось бы, глупость, но она вводила в ступор. Хотя, честно сказать, немного радовала. Бытовая проблема делала моё существование более реальным. Невероятная даже для мечты действительность становилась более доступной для осознания. И я посвятил этой проблеме уйму времени, чтобы не думать о чем-то более пугающем. Что же подарить? Украшения? Что-то полезное? Нужно что-то особенное, что она запомнит на всю жизнь. Что сможет показать, как глубоки мои чувства. Я бы хотел подарить ей дом. Наш совместный. Поскольку тот, в котором мы живём сейчас, принадлежит Фоули. И, похоже, он вскоре намерен жениться. Так что нам в любом случае придётся переехать. А жить в родовом поместье Фоули на птичьих правах или в моём склепе в Паучьем Тупике точно не хочется. Хотя, даже это мне сейчас недоступно, и ещё неизвестно, будет ли. Я даже не могу продать своё имущество, пока оно под арестом министерства. А сбережений явно не хватит на что-то достойное. Хорошо ещё, догадался забрать деньги из Гринготтс до того, как меня обвинили в убийстве. Но что те сбережения? Слёзы с преподавательской зарплаты. Директорские, конечно, были побольше, но посидеть в этом кресле я тоже успел недолго. А скоро и они закончатся, и что тогда? Опять зелья? Всё это сильно угнетало. Я ведь должен обеспечивать. К тому же, она привыкла к роскоши, хоть и не стремится к этому. А что по сути? Да, при хорошем раскладе трудности временные, но насколько это затянется? Слушание состоится только через три недели. А потом ещё бумажная волокита. Тяжело выдохнув, я аккуратно освободился от прижимавшейся ко мне Элис и встал. Бросив взгляд на любимую, уже жадно прижимавшую к себе мою подушку и закинувшую голую ногу на одеяло, я шумно вздохнул. Иди уже на улицу, эгоист озабоченный! Она и без того весь день на ногах, носится с тобой, как с ребёнком! От осознания собственной несостоятельности в текущих обстоятельствах стало мерзко. Скорее бы всё это закончилось. Она должна гордиться мной, а не сжигать газеты с оскорблениями в мой адрес, пока я сплю. Натянув пижаму и накинув сверху мантию в качестве халата, я вышел из комнаты. Пройдя несколько шагов по полутёмному коридору, освещенному мягким лунным светом от единственного окна, заглянул в детскую. Здесь было гораздо светлее от ночника на тумбочке. Эйлин раскинулась звёздочкой на кровати. Длинные чёрные волосы разметались по подушке, а одеяло и вовсе было сброшено на пол. Я не смог сдержать улыбки. Это чудо! До сих пор не верю, что у меня есть дочь. Да еще такая. Разве это можно выдумать? Ухмыльнувшись, я снова на секунду поверил, что живу в реальности. Побоявшись тревожить её сон, возвращая одеяло на место, я просто стоял в дверях ещё несколько минут, умиляясь её очарованию, потом тихо спустился вниз и вышел на улицу. Ночь была светлая, звёздная. Звуки цикад, завязшие в густом тёплом воздухе, делали это место непривычным для меня. Я никогда раньше не был в Америке, и было странно ощущать себя так далеко от родины. Но здесь можно было чувствовать себя куда более свободно, чем там сейчас. В город я, конечно, не рисковал выходить без чужой личины. Но тут, в сельской местности мог спокойно прогуливаться, не оглядываясь. К тому же и домов поблизости было не так много. Штук двадцать, примерно, не более, на значительном удалении друг от друга. И все принадлежали маглам, которые и знать не знали, кто такой Северус Снейп. Итак, что мы имеем? Дом я ей пока купить не могу. Палочку уже купил, но это не в счёт. Сам сломал — сам и купил. О, небо! Ну что я за поганая свинья?! Жизнь исковеркал, палочку сломал, наказал за то, чего она и не делала вовсе! Самому мерзко. А она всё простила. Приняла. Любит. И что я могу дать взамен? Стареющее тело? Помрачнев ещё больше, я решительным шагом направился подальше от дома. *** Проснулась я сегодня отчего-то очень рано. Потянулась к Северусу, но его уже не было в постели. Немного нахмурившись, быстро надела домашнее платье, привела себя в порядок и вышла из комнаты. Эйлин ещё спала. Спустилась вниз, но и тут Северуса не обнаружила. Вышла в сад — тоже никого. Странно. — Дилли? Эльфийка как всегда появилась в мгновение ока. — Да, хозяйка. — Дилли, ты не знаешь, куда делся хозяин? — Он гостить у миссис Эртридж. — Да нет же, где Северус? — А-а, — эльфийка опустила голову. Она еще не привыкла к новому члену нашей семьи. А после случая в Брайтоне отношения у них были несколько натянутые. — Мистер Снейп уйти в час ночи. — В час ночи? И до сих пор не вернулся? В душе зародилась тревога. Быстро поднявшись в спальню, я заглянула в шкаф. Сюртук и брюки на месте, а вот мантии нет. Он, что же, ушёл в пижаме? Что происходит? Он же не мог уйти из дома в пижаме, правда? Или решение уйти было спонтанно? А если он вышел подышать, а на него напали? Или схватили по наводке? О, небо, я сейчас сойду с ума. Так, Элис, выдохни. Думай логически. Зачем ему было уходить от нас? Мы не ругались, вечером всё было прекрасно. Он точно любит свою дочь и ни за что не бросит. Правда, ведь? Нападать тут некому. Да и вряд ли министерство и аврорат будут отправлять своих людей так далеко, когда на своей территории ещё куча дел. К тому же, его нет в списке. Может, ничего страшного не случилось. Может, он просто решил прогуляться, а ты уже накрутила себе не пойми чего. Я намеренно глубоко выдохнула, успокаивая себя. Но расслабиться не смогла. — Мам, пап, я проснулась, вставайте! — влетела в комнату Эйлин, сияя как медный котелок. Я смотрела на неё растерянно, не зная, что сказать. — Доброе утро, родная. Она подошла ко мне и, как обычно, крепко обняла, а я чмокнула её в макушку, гладя по длинным, ещё не расчёсанным волосам. — А где папа? Уже внизу? — Нет… Он ушёл по делам ненадолго, — соврала я, не желая расстраивать дочь раньше времени. Что я скажу ей, если он не вернётся? — Пойдём завтракать? — Пойдём, — совсем безрадостно согласилась она, и вяло поплелась вниз. Дилли уже накрыла на стол. На двоих. Эта картина резанула по сердцу острее бритвы. Я успела привыкнуть видеть на столе три, а то и пять тарелок, а тут снова две. Эйлин была подавлена не меньше, совсем без аппетита ковыряя бекон в яичнице-глазунье. — Вспомним былые времена? Пойдем, позанимаемся вдвоём в саду? — подмигнула я дочери, пытаясь хоть как-то утешить. Глаза Эйлин на секунду зажглись азартом, но тут же потухли. — Что-то не хочется… — Как? А я хотела показать тебе новое заклинание с синим кроликом. Совсем не хочется? Но она лишь упрямо покачала головой. Так мы и сидели в тишине ещё минут пять, погружённые каждая в свои мысли, но явно об одном и том же. А потом я услышала звук открывающейся двери. Эйлин тут же сорвалась с места и бросилась в коридор. А у меня чуть не выпрыгнуло сердце от страха. Вдруг, это не он, а кто-то из авроров? — Эйлин, стой! Но дочь не остановилась, выбежала. Я кинулась следом. А потом с облегчением услышала её радостное: — Папа! Где ты был? Я уже совсем соскучилась! — Совсем-совсем? — смеясь, он подхватил её на руки, прижимая к себе. — Совсем-совсем-совсем, папочка! — чмокнула она его в щёку, обвивая его шею руками. — И я по тебе безумно соскучился, родная моя. — Северус. Нам нужно поговорить. Элис, доешь завтрак и начинай приводить себя в порядок. Я еле сдерживалась. Поднявшись в комнату, закрыла за ним дверь спальни и наложила заглушающие чары. — Ничего не хочешь мне сказать? — раздраженно начала я. — Элис, прости. Я немного задержался. Думал вернуться до того, как вы проснётесь. — Задержался? Задержался, Северус?! Ты среди ночи уходишь из дома в одной пижаме, не оставив даже записки! И это ты называешь «задержался»?! Да я места себе не находила, всё, что угодно передумала! А ты просто задержался! А что я должна была ответить Эйлин? Папа ушёл, не обещав вернуться? Ты хоть немного подумал о нас, когда вот так вот сбежал? Его лицо чернело с каждым моим словом. Брови сдвинулись к переносице. Я понимала, что могу сейчас ляпнуть лишнего, но ничего не могла с собой поделать. Слишком сильно я переживала, чтобы оставить всё как есть. — Что ты молчишь? Это безответственно, Северус! В такой ситуации, как сейчас, это верх безответственности! У нас и так много проблем сейчас, так ты ещё и на пустом месте нервничать заставляешь?! Да, он явно не привык, что его отчитывают, как ребёнка. И суровый взгляд чёрных глаз мог бы испугать меня в другой ситуации. Но не когда я была так зла на него. Хотя, он сильно изменился с поры наших первых встреч. Сейчас передо мной стоял взрослый мужчина с грозным взглядом, одним своим видом внушающий трепет перед его силой. И что от него можно ожидать, я не знала. — Ты закончила? — ледяным тоном поинтересовался он, отчего мне стало на самом деле страшно. Не от того, что он может что-то мне сделать, а от того, что я могла перегнуть палку, и он на самом деле уйдёт. — Да! — я опустила глаза, боясь, что он прочитает мой страх в них, и ещё больше нахмурилась, сложив руки на груди. Молчание с его стороны стоило мне нескольких пропущенных ударов сердца. Уже готовая кинуться с извинениями, я чуть не выдохнула с облегчением, когда он заговорил, и сдержалась. — Ты права. С моей стороны было большим эгоизмом просить тебя быть со мной, пока все проблемы с министерством не улажены. Его тон был ровным, как будто он заранее готовил эту речь. Внутри всё сжалось. Сердце забилось ещё быстрее. Но посмотреть на него я всё ещё не решалась. — Я не собирался уходить, это получилось спонтанно. Записка? Я даже об этом не подумал, прости. Я не привык к тому, что кто-то должен знать, где я… Элис, посмотри на меня, — его голос стал мягче, но я всё еще упрямо разглядывала пол левее его ног, боясь, что он увидит подступившие от его слов слёзы. Сделав пару шагов ко мне, Северус пальцем поднял мой подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом. Через секунду я уже не выдержала. Злость ушла. А он наклонился и нежно поцеловал меня. Стукнув его кулачком по груди, я буркнула ему что-то нечленораздельное, обвила его шею и теснее прижалась к любимому телу. Он целовал страстно и нежно одновременно. Голова кружилась от переполнявших эмоций. В груди зарождались желания, минуту назад о которых я и не думала. Он сильнее стиснул меня в объятиях, чуть ли не отрывая от пола, а потом и вовсе подхватил на руки, неся на кровать. Не отрывая губ от моих, Северус опустил меня на покрывало и отстранился. — Прости, что заставил нервничать, — выдохнул он несколько подавленным голосом, и это сейчас ранило больнее, чем то, что я до сих пор не знала причин его внезапного исчезновения. — Прощу, если ты немедленно разденешься, — игриво улыбнулась я, жадно бродя взглядом по его груди и ниже, стараясь отвлечь его от дурных мыслей. Прорычав что-то на снейповском, он тут же ринулся выполнять моё желание, а после придавил меня к постели своим тяжелым телом, покусывая за шею и спускаясь ниже. Вот уже несколько дней он был моей реальностью. Вот уже несколько дней я жила словно в тумане. И уже несколько дней подряд я закусывала губу перед сном, укутываясь в его объятиях, чтобы не зареветь.