Часть 13 - Дед Мазай

** С одной стороны, я мог просто абстрагироваться от происходящего, но с другой стороны, я вполне мог сделать кое-что не очень обременительное, но всё равно полезное людям. — Внимание всем бригадирам! Среди ваших подчинённых есть некий новичок, известен как Итан Смит. Найдите и передайте, что у него пять минут, чтобы добежать до диспетчерской, — припомнив официальное имя Штурма, который, видимо, игрался в аналог «в тылу врага» на местности. — Барсук, мне надо в город, — буквально налетела на меня запыхавшаяся Панацея, которая лечила сегодня всех желающих от пристрастия к химии у нас в травмпункте. Ну а я, соответственно, в мозгах ковырял, чтобы исключить тлетворное влияние человеческих страстей. Так-то я по своему первому миру помню, как некоторые наркоманы ложились в специализированные клиники «подлечиться», с целью продолжения комфортного потребления дури. — Наш «паровозик» готовят к отправлению, — успокоил я девчонку и краем глаза заметил несущегося во весь опор парня, в котором без костюма было трудновато узнать героя. — Штурм! Давай сюда. К счастью, рядом посторонних лиц не было, а то, чувствую, кто-нибудь обязательно попытался бы пожевать мозги за эту их плюшево-маскарадную деятельность. Это же больным человеком надо быть, чтобы светить нижней частью лица, будучи в костюме, и надеяться, что установленные у нас тут камеры не распознают в тебе официального героя. Парень, услышав меня, сбился с шага, но, увидев Панацею, успокоился и подбежал, как его и просили. — Связь с Пиггот у тебя есть? Или кто будет командовать вспомогательными отрядами, медиками в первую очередь? — Лучше связаться с Оружейником, у него сейчас больше полномочий, — с небольшой заминкой, ответил парень и, с недоумением посмотрев на мою ладонь, не сразу, но через секунду вложил в неё свой телефон, набрав какую-то кодовую комбинацию. — Статус? — без прелюдий раздался голос Оружейника. — В ожидании транспорта, — ответил я столь же безэмоционально, невольно отзеркалив собеседника. — Вы уже развернули полевой госпиталь? — Понял. М… в процессе. — У меня тут Панацея, хорошо освещенные ангары с койками и несколько тысяч потенциальных добровольцев. Жду вашего делегата связи. — Понял. Обсуждаем. — Я должна быть там! — словно бы нахохлилась девчонка, яростно указав пальцем в сторону города. — Если хочешь покончить жизнь самоубийством, то всегда можешь вскрыть вены после того, как нападение закончится. — Да я же… Я же не в том смысле, — словно на стену налетев, не сразу нашлась, что ответить Панацея. — Может её и в самом деле лучше на нашу площадку перебросить? — подал голос Штурм, но был прерван хлопком воздуха. Мгновение и перед нами стоят… — Я Барсук, обеспечиваю эту точку. — Легенда, — кивнул хорошо знакомый в этом мире герой и указал рукой на неброско одетого паренька и явного оперативника СКП. — Это Попутчик, он будет перебрасывать пациентов, а это Адамс Крей, организует режим и поможет, если дела совсем плохо пойдут. — Адамс, вот ваша связь с местным дежурным. Пообщайтесь пока, настройте ребят на нужный режим, — протянув обыденную радиостанцию типа уоки-токи СКПшнику, фамильярно обратился ко второму персонажу разворачивающейся трагедии: — Попутчик, что у ваших подчиненных с ограничениями? Мне стоит заложить всю эту поляну носилками или они смогут доставлять пациентов сразу на койки. — Подчинённые? — немного неуверенно переспросил мой собеседник и покачал головой. — Многие смогли бы, но лучше и в самом деле наложить носилок на поляне. Меньше вероятность, что кто-то размажется на выходе. Легенда покосился на то, как толпа наших работяг тащит на себе дикое количество носилок, которые они принялись сноровисто раскладывать с определенным шагом. — Хоть где-то всё готово, — почти беззвучно пробурчал герой и обернулся к появляющимся людям в разнообразных костюмах. — Внимание! Это точка эвакуации Браво, всех раненых категории «A» и «B» доставлять в первую очередь сюда. Всем всё понятно? Хорошо. Попутчик, на башню, пора начинать брифинг. — Не зря значит носилки трансфигурировал, — порадовался я и обратился к не успевшим разбежаться кейпам-телепортерам: — Как видите, точка выгрузки будет максимально доступна. Выкладываете груз и сразу освобождаете пространство. Кому нужно питьё, еда или ещё что-то, чтобы восстановиться - вам к тому домику, сегодня у нас шведский стол. У кейпов, чей костюм не закрывал лица снизу, появились немного нервные улыбки, да и хохотки были сдержанные, но, кажется, многих отпустило. Вскоре прыгуны натащили некоторое количество СКПшников и медиков, которые все как один вздрагивали, когда видели десятки рядов с кроватями. Как-то я совсем подзабыл про банальную психологию и вид тысяч «посадочных мест» с одной стороны успокаивал, как бы говоря, что мест хватит, но с другой стороны это же зрелище начинало шептать, что это жу-жу неспроста. — Ну, ты, б*ядь, размахнулся, — прошептала Панацея, для которой тоже стало открытием, что тут такое под пара́ми стоит. ** Когда состав нашей карманной железной дороги достиг конечной точки маршрута, с неба уже буквально хлестал дождь, а волна цунами разворотила и опрокинула башню-платформу в заливе. Её пафосный энергетический щит пару раз мигнул и на этом всё закончилось. Надеюсь, вся эта костюмированная братия успела оттуда свалить. Хотя я один черт не понимаю, зачем надо было устраивать сборище именно там. Наши немногочисленные попутчики, люди, которые в самом деле понимали, зачем они едут в атакованный Левиафаном город, в темпе вальса покинули борт, а на их место битком набивались перепуганные женщины и дети. Пришлось даже устроить небольшой фильтр, чтобы паникующие люди не отжали тех пассажиров, за которыми изначально мы и приехали. К счастью, Кукла услышала меня верно, во время нашего разговора по телефону и каждый присланный ею беженец имел привязанный к одежде лоскут хорошо знакомой мне ткани. — Мам, у него браслет, это кейп, — уловил мой слух вскрик какого-то ребёнка лет пяти, который на полном серьезе пытался успокаивать паникующую женщину. — Слышишь, Мисс Дракон не сообщила ещё ни об одном убитом кейпе, значит всё хорошо. Мысленно пожал сам себе руку, ибо додумался спросить у Адамса, можно ли как-то фильтровать информацию на браслете, которые массово раздавали кейпам, что хоть как-то участвовали в этой операции. Как оказалось, было несколько потоков трансляции, был и тот, где не демотивировали постоянными сообщениями, что такой-то выбыл. То бишь помер. — О, Эберт, и вы здесь, — приветственно кивнул мужчине, что забрался в кабину тягача. — А дочь где? — Она… — губы мужчины побелели. — Сказала, что пойдет сражаться. — Коньяк в бардачке, слева, — подсказал я и дал отмашку на возвращение. Электромоторы взвыли, но хоть у нас и был внушительный перегруз по пассажирам, но грузовые вагоны были освобождены перед выездом, так что нашему эрзац-составу хватило тяги, чтобы стронуться на намокших рельсах. Искры трущейся стали о сталь, не самые радужные звуки, но мы таки начали набирать скорость. Так-то от конечной станции до того места, где сейчас на берег выбрался Левиафан, хорошо если несколько километров. Учитывая записи о других сражениях с губителями, это не так уж и далеко. Да и защитники не чурались применять всякое. Один луч, так и вообще, переотразившись хитрым образом, пропорол землю метрах в трёхстах от мчащегося состава. И хорошо пропорол, шарахнуло так, словно кто-то применял двухтонные ОДАБы. Взрывная волна была настолько мощной, что состав нашей узкоколейки явственно закачался. Ещё немного и вагоны точно сорвало бы с рельс. Ну, а окна. Повезло, что корпуса для вагонов делали из отслуживших своё школьных автобусов. Ударная волна превратила прозрачный материал в матово-белые плиты, а кое-где эти матовые плиты начали выкрашиваться на пассажиров, но в осколки окна не превратились, и никого не посекло стеклянной шрапнелью. Видимо, сам Мерлин пошептал, ибо моих чар хватило только на первый привет, да и то частично. — И в самом деле, пошептал, — пробормотал я, нечаянно прочтя мысли нашего штатного машиниста. Утрируя, мы уже должны были жизнерадостно гореть в смятых гармошкой эрзац-вагонах, но повезло. Прямо магия какая-то. Во всех смыслах этого слова. — А почему так тихо? Почему никто не орет? Я бы с удовольствием повизжал от ужаса, — поделился Эберт своим наблюдением, одновременно с этим подрагивающими руками сворачивая крышку с бутылки. — Звукоизоляция хорошая, — повинился я. — Кстати, тут у меня ещё двухградусный сладкий сидр есть. Кто-нибудь будет? ** Если первый выезд напоминал американские горки, то второй рейс не задался. Тварюшка таки сделала крюк в нашу сторону, и мы невольно оказались в самом эпицентре сражения. И да, в очередной раз больше вреда нанес дружественный огонь. Пришлось мне выбегать под ливень и, размахивая палочкой, при помощи Секо и какой-то матери, отсоединять остатки выгоревшего вагона, что норовил сбросить уцелевшие вагоны с беженцами с рельс. В этот раз машинист не стал отказываться и присосался к фляге с сидром, но только после того, как яростно перекрестился и высказал всё, что думает о губителях и героях в частности. — Эх, помыться бы сейчас, — стряхнув с волос характерный такой, жирный пепел, наложил на двигательную установку охлаждающие чары, и звук моторов стал менее истеричным, да и изоляцией вонять стало куда меньше. — Это ведь от пассажиров? — проводив ссыпавшийся с меня пепел диким взглядом, уточнил машинист. — Давай сделаем вид, что это всего лишь песок. — Да-да, всего лишь песок, — передернув плечами, парень вновь жадно присосался к фляге. ** Ссадив беженцев, мы недолго постояли с машинистом перед двигательной установкой нашего тягача и вздохнули синхронно. Парень ушел искать свою семью, которую мы успели вывезти первым рейсом, а я заглянул к дежурным, удивился бодрому виду присутствующих и полнейшему отсутствию паники и надрыва. Люди просто сидели и работали, синхронизируя усилия наших отрядов. — Джеймс, вам что-то нужно? — обратился ко мне Курт, что вынырнул из подсобки со жменей раций в руках. — Как-то у вас тут тихо, — не то попенял, не то из зависти произнес я. — Наслышаны про ваши поездки, — кивнул докер, выкладывая радиостанции на стол и параллельно с беседой со мной, проверяя их. — А у нас тут всё в разумных пределах. Панацея, бедная девочка, зашивается, конечно, да и телепортеры начали падать на соседние с принесенными пациентами носилки, но с нашей стороны все плюс-минус нормально. Минут двадцать тому назад я отправил половину наших ребят спать и распорядился провести замену дежурных вне расписания. — Хоть одна хорошая новость за сегодня, — поморщившись из-за пепла, что опять попал на нос, достал платок, попытавшись протереть лицо. — Может, в душ? Что это на тебе такое вообще? — Это песок, это всего лишь песок. — Песок? — с сомнением на лице переспросил Курт. — Ты тут босс. Раз говоришь, что песок, значит и в самом деле песок.