Глава 6

— Так ты все же, что привело тебя в эти земли? Уж не думаю, что магам есть дело до таких всеми забытых мест. — Я уже говорила, что хочу навестить подругу. Мы учились вместе в Академии, но она выпустилась в прошлом году. А мне все равно по пути, вот и решила совместить приятное с полезным. — А тебе зачем в Волховск, уж не в столицу ли намылился? — В нее самую, хочу открыть новые горизонты. Да и всегда было интересно взглянуть на Дворец. Говорят, в лучах солнца он блестит краше, чем чешуя Змея. А где живет твоя подруга? — В письме она упомянула Огожицу. Иван в миг растерял легкость и беззаботность. Нахмурился и задумчиво поджал губы. — Что-то не так? — Хочу думать, что нет. Но…места здесь и правда порой дикие. Еще и эта вера в летающую змею. Надеюсь, твоя подруга благоразумнее других ведьм. В груди Киры поселилась тревога, необоснованная и беспочвенная. В конце концов она еще ни разу за время своего путешествия не столкнулась с чем-то из ряда вон выходящего. Не считая этого странного парня, вызывающего в ней противоречивые чувства. И тягу, которую Кира упорно игнорировала. К вечеру пятого дня путешествия они добрались до Огожицы, где их встретили лаем собак и гудящей ребятней. Многие жители возвращались с полей, вели кругом скот, а те, кто посвободнее стягивались к большому постоялому двору. По сравнению с другими поселениями Огожица казалась огромной, с мощеной площадью, широкими улочками. Здесь даже дома, сложенные из серого камня, встречались. Однако своеобразная красота деревни не могла заглушить тревогу Киры. Она возвращалась поздним вечером к таверне, расстроенная и каплю обиженная, что подруга к ней так и не пришла. Эти мысли так захватили ее внимание, что девушка не сразу заметила группу молодых людей, у самого входа в заведение. — Оп-па, это за что красуля такая? Ты откуда такая? — Мы тебя раньше не видели. Давно в Жице? — Да ты не стесняйся, мы парни завидные, в обиду не дадим, — Кира всячески пыталась не обращать внимание на ребят, пока один из них бесцеремонно не схватил ее за локоть. — Пусти, не до вас, — спокойно отозвалась чародейка и попыталась высвободить руку. — Слышь, парни, да у нас тут строптивая! — рыжий с пожелтевшими зубами парень, что держал Киру за руку, гоготнул и с силой потянул девушку на себя, заставляя ту упереться ему в грудь. — Так даже интереснее, — гадко усмехнувшись, проговорил высокий, щуплый парнишка с кривым носом. — Пойдем-ка прогуляемся, светик, мы тебе и деревушку нашу пока… — Эй, ребят, вы хотели чего? — скажи Кире неделю назад, что она так будет рада голосу Ивана, она наверняка покрутила бы у виска. А сейчас невольно обернулась к парню через плечо и бесшумно, но с облегчением выдохнула. — А тебе чего, патлатый? Твоя чтоль девка? Иди куда шел, пока цел, — у щуплого в руках сверкнул нож, который тот стал крутить в руках. Видно привык, что этого для деревенщин достаточно, чтобы дать деру. — А если и моя, то что? Катитесь-ка лучше вы сами, пока зубы с земли собирать не пришлось. Едва ли подпивших парней, чувствующих свое численное превосходство, слова Ивана хоть сколько-то остановили. В то время как парень ловко увел Киру себе за спину и приготовился обороняться. И если от рыжего и его брата угрозы почти не исходило, то вот темноволосый с ножом представлял куда большую опасность. Пытаясь уворачиваться от хаотичных и неумелых взмахов лезвия, Иван все же схлопотал по лицу и тут же ощутил противный металлический привкус во рту. Пусть и спасовал, ответив таким же сильным ударом противнику в грудь. — Пригнись! Присев первее, чем успел подумать, Иван с удивлением смотрел за тем, как один из парней упал на землю, а рядом с ним вдребезги разлетелось деревянное ведро. Правда за секундное отвлечение он вновь пропустил удар, на этот раз лезвием прошедший по левому плечу. — Это тебе за Кирю, шавка! Ну сейчас я тебе морду-то окончательно подправлю! Темноволосый будто обезумел, принялся яростно размахивать ножом, пока Иван не схватил его запястья, перед этим порезав ладонь, и не обездвижил паренька. Правда прежде, чем он успел хоть что-то сделать, нечто пронеслось рядом, вырвав противника из его рук и отправив стену ближайшего сарая. Уже там оба парней, оказавшись друг на друге, жалобно застонали. Иван опешил, еще несколько мгновений простоял с поднятыми руками, а потом прищурившись посмотрел на Киру. Она в свою очередь отряхнула руки, шумно выдохнула и поправила одежду. — А говорил, что умеешь драться, — немного помедлив, девушка сделала шаг к Ивану и, чуть приподняв голову, посмотрела сначала на разбитую губу, а после и на кровоточащую рану на плече и ладони. — Пошли, не будем же мы ждать, пока эти придурки придут в себя. Судя по тому, что в таверне все шло своим чередом, до драки на улице никому не было дело. Кто хотел - выпивал, кто хотел - лапал баб, а кто-то и вовсе храпел прямо на столах. Пара без проблем поднялась на второй этаж в комнату, где предусмотрительно стояли две раздельные кровати в разных частях помещения. Уже здесь Кира усадила Ивана на стул и смочила небольшой клочок ткани водкой, что попросила у хозяина таверны. Парень дернулся, едва учуяв резкий запах и поморщился, даже придержал здоровой рукой Киру за запястье. — Хочешь, сделай сам или ничего не делай, мне без разницы, — негромко проговорила чародейка и протянула ткань. Парень помедлил, но все же сдался и выпустил чужую руку. Кира незамедлительно взяла широкую ладонь и осторожно провела по не глубокому порезу. Затем также осторожно провела еще раз, и перемотала мужскую руку еще одним лоскутом. Она работала уверенно и четко, обрабатывая одну ранку за другой, порой смачивая ткань горящей водой и срывая с губ Ивана шипение. — Тебе не стоило вмешиваться. — О, ну разумеется, — усмехнулся Иван, и тут же болезненно поморщился. — Разумеется. Я просто не хотела задеть тебя магией. В самом конце девушка чуть склонилась к чужому лицу и коснулась разбитой губы, заставив Ивана вновь зашипеть и невольно дернуться. — Я могла бы справиться и сама. Да будет тебе известно. — Не за что, колдунья. Кира вздохнула и ненадолго отняла ткань. — Если «чародейка» для тебя так сложно, то запомни хотя бы «Кира». — Не за что, Кира… Девушка на короткий миг отвела глаза, вновь взяла бутылку с прозрачной жидкостью и опрокинула ее на ткань. А после приложила к чужой губе. Но буквально в следующее мгновение Иван накрыл ее руку своей и прижал ткань к ране еще раз. Кира отчетливо чувствовала его дыхание на своей коже и мурашки, что бежали по спине. От тепла его руки, от близости и взгляда карих глаз, прикованных к ее лицу. Она замерла, как замерло, казалось, само время, пока в груди все переплеталось в огромный клубок мыслей и чувств. В какой-то момент Кире показалось, что не все эмоции принадлежат ей одной, что это она тонет ярких глазах цвета солнечного янтаря и плавится от жара широкой ладони. Буквально через мгновение странное наваждение растворилось, оставляя после себя странную неловкость и фантомные ощущения прикосновений. Кира отступила на полшага и слегка прижала к себе руки, как-то естественно ища за что бы зацепиться взглядом. Повисла неловкая тишина, первым которую нарушил Иван, встав со стула, что едва различимо скрипнул. Парень почесал затылок, невольно коснулся опухшей губы и вздохнул. — На твое сч-частье говорить мне будет …тяжело. Какое-то время. — Дай мне хоть немного соскучиться по твоей болтовне, — Кира улыбнулась, как-то тепло и мягко. Иван усмехнулся, но вновь пожалел об этом и поморщился. За окном вечерело, на небе загорались звезды, а в просторной комнате догорала последняя свеча. Еще некоторое время назад молодые люди разошлись каждый в свой угол. И каждый из них думал о своем. Ворочался, наблюдая за причудливым танцем теней от пламени свечи. В какой-то момент Кира не выдержала и тихо коснулась прохладного пола босыми ногами. Но не успела она войти в оранжевый полукруг света, как он вырвал из темноты силуэт юноши. В необъяснимом порыве они шагнули друг навстречу другу, через мгновение Кира ощутила под бедрами прохладу деревянного стола. А еще через миг Иван потушил свечу, зажав фитиль меж двух пальцев.