Часть 24

Три дня спустя. Штаб Разведкорпуса. Утро

      Леви сидел в своём кабинете с чашкой чая и наслаждался редкими минутами тишины. Последние несколько дней прошли на удивление спокойно. Никаких докладов о странной активности в лаборатории, никаких рапортов о "неподобающем поведении" в общественных местах, никаких Ханджи с её безумными идеями.       — Хорошее утро, — пробормотал он, отхлёбывая чай.       Дверь распахнулась без стука.       — ЛЕВИ! — заорала Ханджи, влетая в кабинет с охапкой бумаг. — У меня новые данные! Сенсационные!       Леви поперхнулся чаем. Закашлялся. Посмотрел на Ханджи с выражением человека, который только что видел рай и понял, что его туда не пустят.       — Ханджи, — прохрипел он. — Я же просил стучаться.       — Некогда стучаться! — она вывалила бумаги на его стол. — Смотри! Я обработала данные ночных экспериментов!       Леви замер. Чайная чашка застыла в воздухе.       — Но... каких экспериментов? — спросил он с подозрением.       — Ну тех, что мы проводили три ночи подряд! — Ханджи ткнула пальцем в график. — С разными позами! Результаты потрясающие!       — Три ночи подряд, — повторил Леви ледяным тоном. — Разные позы. Ты хочешь сказать...       — Да! — Ханджи сияла. — Мы исследовали влияние миссионерской позы, наездницы, на боку, сидя лицом, сидя спиной и ракурса на энергообмен между Эреном и Фуло!       В кабинете повисла мёртвая тишина.       Леви медленно поставил чашку на стол. Ещё медленнее встал. Подошёл к Ханджи. Посмотрел на неё сверху вниз.       — Ты, — сказал он тихо, пугающе тихо. — Проводила. Секретные. Эксперименты. У меня под носом. Три ночи подряд.       — Ну да, — кивнула Ханджи, не замечая опасности. — Ты же сказал, чтобы мы не смели проводить их в лаборатории без твоего ведома? Вот мы и проводили тайно!       — ТАЙНО?! — взорвался Леви. — ТЫ ДУМАЕШЬ, ЭТО ЛУЧШЕ?!       — Но ты же не хотел знать! — возразила Ханджи. — Вот я и решила тебя не беспокоить!       — НЕ БЕСПОКОИТЬ?! — Леви схватился за голову. — Ты устроила в моём штабе тайный бордель с научным уклоном и решила меня НЕ БЕСПОКОИТЬ?!       — Это не бордель! — обиделась Ханджи. — Это важные исследования! Смотри, какие графики!       Она ткнула в бумаги, но Леви даже не взглянул.       — Ханджи, — сказал он, сдерживаясь из последних сил. — Я сейчас очень зол. Я зол так, как не злился никогда. Если ты не хочешь, чтобы я прибил тебя прямо здесь, ты немедленно заберёшь свои бумаги и уйдёшь.       — Но Леви...       — НЕМЕДЛЕННО!       Ханджи схватила бумаги и вылетела из кабинета быстрее, чем можно было представить.       Леви рухнул в кресло и уставился в потолок.       — За что мне это, — прошептал он. — За что?

Коридор. Час спустя

      Эрен и Фуло шли по коридору, когда из-за угла вылетела запыхавшаяся Ханджи.       — Ребята! — зашептала она. — Плохие новости!       — Что случилось? — насторожился Эрен.       — Я случайно проговорилась Леви про эксперименты! — выпалила Ханджи.       — ЧТО?! — Эрен побледнел. — Ты сказала ему?!       — Не специально! — замахала руками Ханджи. — Я хотела показать данные, и вырвалось!       — И что теперь? — спросила Фуло спокойно.       — Он в бешенстве! — Ханджи оглянулась. — Я никогда не видела его таким злым! Даже когда мы взорвали лабораторию в прошлый раз!       — Мы взрывали лабораторию? — удивился Эрен.       — Долгая история, — отмахнулась Ханджи. — Главное — нам нужно спрятаться! Переждать, пока он остынет!       — Спрятаться? — переспросила Фуло. — От Леви?       — Да! — Ханджи закивала. — Я знаю одно место... подвал старого склада... там нас никто не найдёт!       Фуло и Эрен переглянулись.       — Ты серьёзно предлагаешь нам прятаться в подвале? — спросила Фуло.       — А что? — Ханджи пожала плечами. — Лучше, чем быть убитыми!       — Леви не убьёт нас, — покачал головой Эрен. — Он просто... накричит. Назначит наказание. Мы переживём.       — Ты не видел его лица! — возразила Ханджи. — Он был готов меня прибить!       — Потому что ты заслужила, — раздался ледяной голос за их спинами.       Все трое обернулись. Леви стоял в конце коридора, скрестив руки на груди, и смотрел на них с выражением крайнего недовольства.       — Ханджи, — сказал он, приближаясь. — Йегер. Ормаш. Ко мне в кабинет. Немедленно.       — Леви, мы можем всё объяснить... — начала Ханджи.       — В КАБИНЕТ! — рявкнул он. — ЖИВО!

Кабинет Леви. Разнос

      Они стояли перед столом Леви, как провинившиеся школьники. Ханджи нервно теребила блокнот, Эрен смотрел в пол, Фуло сохраняла невозмутимое выражение лица.       — Итак, — начал Леви, меряя их взглядом. — Я хочу услышать правду. Всю. Без утайки.       — Леви, это чистая наука... — начала Ханджи.       — МОЛЧАТЬ! — рявкнул он. — Сейчас говорит Йегер. Эрен, что вы делали три ночи подряд в лаборатории?       Эрен покраснел и замялся.       — Мы... ну... Ханджи попросила...       — Что попросила?       — Исследовать... влияние разных поз на энергообмен, — выпалил Эрен.       Леви закрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Разных поз, — повторил он. — И вы согласились?       — Фуло сказала, что это важно для науки...       — Фуло, — Леви перевёл взгляд на неё. — Ты. Ты же старше, опытнее. Зачем ты втянула его в это?       Фуло посмотрела на него спокойно.       — Потому что это действительно важно, капитан. Мы получили уникальные данные. Теперь мы знаем, какие позы максимально эффективны для передачи энергии.       — ЭФФЕКТИВНЫ?! — Леви вскочил. — ВЫ ТРАХАЛИСЬ В ЛАБОРАТОРИИ ПОД ПРИБОРАМИ, А ТЕПЕРЬ ГОВОРИТЕ МНЕ ПРО ЭФФЕКТИВНОСТЬ?!       — Капитан, — Фуло даже не повысила голоса. — Вы же сами сказали — если нам нужна близость, пусть будет в комнатах. Лаборатория — это комната. Мы не нарушили ваш приказ.       Леви открыл рот. Закрыл. Открыл снова.       — Ты... ты... — он ткнул в неё пальцем. — Ты издеваешься надо мной?       — Нисколько, — ответила Фуло. — Я просто констатирую факт.       — А ТО, ЧТО ВЫ ЭТО ДЕЛАЛИ ТАЙНО, ЗНАЯ, ЧТО МНЕ ЭТО НЕ ПОНРАВИТСЯ?! — взорвался Леви.       — Вы сказали — не делать без вашего ведома в лаборатории, — напомнила Фуло. — Мы делали без вашего ведома. Всё честно.       Леви схватился за сердце.       — Она меня убьёт, — прошептал он. — Эта женщина меня убьёт.       — Леви, успокойся, — попыталась вмешаться Ханджи. — Давай я покажу тебе графики, и ты поймёшь, что это действительно важно...       — НЕ ХОЧУ Я ВИДЕТЬ ТВОИ ГРАФИКИ! — заорал Леви. — Я НЕ ХОЧУ ЗНАТЬ, КАК ТАМ ВСЁ ВЫГЛЯДИТ В ЦИФРАХ!       — Но там такие интересные зависимости! — не унималась Ханджи. — Например, в позе ракурс передача энергии на пятьдесят процентов выше, чем в миссионерской!       — ХАНДЖИ!       — А при зрительном контакте показатели выше на двадцать процентов! — продолжала она. — И если Фуло сверху, то...       — ХВАТИТ! — Леви схватил со стола стопку бумаг и швырнул их в воздух. — Я НЕ ХОЧУ ЭТОГО ЗНАТЬ! НИКОГДА!       Бумаги разлетелись по кабинету. Ханджи обиженно поджала губы. Эрен вжал голову в плечи. Фуло осталась невозмутимой.

Наказание

      Леви тяжело дышал, глядя на них. Потом медленно выдохнул и сел в кресло.       — Значит так, — сказал он устало. — Я устал. Я очень устал от вас всех. Поэтому наказание будет простым.       — Каким? — с надеждой спросила Ханджи.       — Вы трое, — Леви обвёл их пальцем, — будете драить выгребные ямы. Всей командой. Вручную. Без перчаток. Целый месяц.       — ЧТО?! — заорали они хором.       — Месяц, — повторил Леви. — И это ещё легко. Если я ещё раз узнаю о каких-то экспериментах — отправлю вас всех в самый дальний гарнизон. Считать ворон.       — Но Леви! — взмолилась Ханджи. — Мои исследования! Мои данные!       — Твои данные пойдут в топку, — отрезал он. — Вместе с твоими графиками.       — НЕТ! — Ханджи схватилась за сердце. — Только не данные! Это же годы работы!       — Месяц ям, — повторил Леви. — Или я сейчас сожгу всё это прямо при тебе.       Ханджи замерла, глядя на него с ужасом.       — Ладно, — прошептала она. — Месяц.       — Йегер? — Леви повернулся к Эрену.       — Согласен, капитан, — вздохнул тот.       — Ормаш?       — Как скажете, — пожала плечами Фуло.       — Отлично, — Леви встал. — С завтрашнего утра. Инструменты получите у кладовщика. А теперь — вон из моего кабинета.

После. Коридор

      Они вышли в коридор подавленные.       — Месяц ям, — простонал Эрен. — Это же смерть.       — Я переживу, — философски заметила Фуло. — Я бессмертная.       — А я нет! — возмутился он. — Я обычный человек!       — Не совсем обычный, — напомнила она. — Но да, ямы — это неприятно.       — Это катастрофа! — Ханджи схватилась за голову. — Мои данные! Мои графики! Я не смогу их обрабатывать, пока буду драить ямы!       — Может, это и к лучшему, — буркнул Эрен. — Меньше соблазна проводить новые эксперименты.       — Ты не понимаешь! — Ханджи схватила его за грудки. — Я на пороге великого открытия! Если я прервусь...       — Ханджи, отпусти его, — вмешалась Фуло. — Леви прав. Мы перегнули.       — Ты тоже так думаешь? — удивилась Ханджи.       — Да, — кивнула Фуло. — Но я не жалею. Данные того стоили.       — Вот! — Ханджи ткнула в неё пальцем. — Она понимает!       — Понимаю, — согласилась Фуло. — Но Леви тоже понимать надо. Мы его подставили.       — Ладно, — вздохнула Ханджи. — Месяц так месяц. Но потом — новые эксперименты!       — ХАНДЖИ! — заорали Эрен и Фуло хором.

Вечер. Комната Фуло

      Они лежали на кровати, усталые после долгого дня. Завтра начиналась месячная каторга, и оба понимали, что легко не будет.       — Знаешь, — сказала Фуло, глядя в потолок. — Я не жалею.       — О чём? — спросил Эрен.       — Обо всём, — она повернулась к нему. — О том, что мы делали. О том, что рисковали. О том, что попались.       — Даже о ямах?       — Даже о ямах, — она улыбнулась. — Потому что это всё — часть нашей жизни. Нашей общей жизни.       — Ты становишься философом.       — Это ты на меня влияешь, — она чмокнула его в щёку. — Размягчаешь.       — Хорошо или плохо?       — Для Асуры — плохо, — честно ответила она. — Для меня — хорошо.       Он обнял её, прижимая к себе.       — Я люблю тебя, Фуло. Даже с ямами.       — А я тебя, — ответила она. — Даже с твоей наивностью.       — Я не наивный!       — Конечно нет, — усмехнулась она. — Ты просто веришь в лучшее. Это одно и то же.       — Спорим?       — Не буду, — она закрыла глаза. — Спать давай. Завря тяжелый день.       — Тяжелый месяц, — поправил он.       — Месяц пролетит быстро, — пообещала она. — А потом — новые эксперименты.       — ФУЛО!       — Шучу, — она улыбнулась во сне. — Почти.       Эрен вздохнул и прижался к ней. За окном светила луна, и где-то вдалеке слышались крики ночных птиц. А они лежали вдвоём, и мир вокруг переставал существовать.       — Фуло, — прошептал он уже засыпая.       — М?       — Спасибо, что ты есть.       — Всегда пожалуйста, — ответила она. — Ты тоже есть. И это главное.       — Главное, — эхом отозвался он.       И они уснули — усталые, но счастливые, готовые к новым испытаниям. Вместе. Как всегда.