Часть 25

Месяц спустя. Штаб Разведкорпуса. Утро

      Месяц каторги закончился. Тридцать дней ада, проведённых в выгребных ямах, навсегда врезались в память Эрена, Фуло и Ханджи. Они драили, скребли, мыли и проклинали всё на свете. Но месяц прошёл, и они снова стояли перед Леви — уставшие, но живые.       — Ну что, — Леви окинул их взглядом. — Месяц прошёл. Надеюсь, вы усвоили урок.       — Усвоили, капитан, — уныло ответил Эрен.       — Никогда больше, — добавила Ханджи с чувством.       — Посмотрим, — хмыкнул Леви. — А теперь — по делу. Йегер, у меня для тебя новое задание.       Эрен насторожился. Фуло прищурилась.       — Какое? — спросил он.       — Патрулирование стен, — Леви протянул ему бумагу. — Целый месяц. Северный сектор.       — Месяц? — переспросил Эрен. — Но капитан, месяц на стенах...       — Это необходимо, — перебил Леви. — Там неспокойно. Нужен надёжный человек. Ты — надёжный. Собирайся, выезд завтра на рассвете.       — Но... — Эрен посмотрел на Фуло.       — Никаких "но", — отрезал Леви. — Приказ есть приказ.       Фуло молчала. Но в её алых глазах начало разгораться пламя.

Взрыв

      — Ты издеваешься?! — вдруг выкрикнула Фуло, делая шаг вперёд.       Леви поднял бровь.       — Прости?       — Я говорю — ты издеваешься над нами! — Фуло сжала кулаки. — Целый месяц ям! А теперь — месяц патрулирования! Ты специально разлучаешь нас!       — Ормаш, остынь, — Леви даже не повысил голоса. — Это служебная необходимость.       — СЛУЖЕБНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ?! — Фуло почти кричала. — Да ты просто завидуешь!       В кабинете повисла мёртвая тишина. Ханджи замерла с открытым ртом. Эрен побледнел.       — Что ты сказала? — спросил Леви ледяным тоном.       — Ты слышал, — Фуло не отступала. — Завидуешь! У Эрена есть я, у нас есть страсть, любовь, близость! А у тебя — ничего! Только работа, бумаги и вечное недовольство!       — Ормаш... — начал Эрен, пытаясь её остановить.       — Молчи! — рявкнула она. — Я скажу всё, что думаю! Посмотри на него! — она ткнула пальцем в Леви. — Сидит здесь, в своём кабинете, командует всеми, а сам даже не знает, что такое быть счастливым! У него нет никого! Ни жены, ни девушки, ни даже простого понимания, что такое любить!       — Фуло, прекрати! — Эрен схватил её за руку.       — НЕТ! — она вырвалась. — Пусть знает! Пусть слышит! Ему просто обидно, что кто-то может быть счастлив, пока он тут прозябает в одиночестве! Вот он и разлучает нас!       Леви слушал молча. Его лицо не выражало ничего — абсолютно ничего. Но Ханджи, знавшая его много лет, заметила, как дрогнул уголок его глаза.       — Ты закончила? — спросил Леви тихо, пугающе тихо.       — Нет! — Фуло сверкнула алыми глазами. — Ты думаешь, мы не понимаем? Месяц ям, теперь месяц стен — это не наказание! Это месть! Ты просто не выносишь, что у нас есть то, чего нет у тебя!       — Интересная теория, — Леви встал и медленно обошёл стол. — Очень интересная.       Он остановился прямо перед Фуло. Они смотрели друг другу в глаза — капитан и Асура, два сильнейших существа в этом штабе.       — Скажи мне, Ормаш, — произнёс Леви почти шёпотом. — Ты действительно думаешь, что я способен на такую мелочность?       — Я думаю, что ты человек, — ответила Фуло, не отводя взгляда. — А люди завидуют. Даже капитаны.       Леви усмехнулся. Усмешка вышла кривой, почти болезненной.       — Ты права, — вдруг сказал он. — Я человек. И да, иногда мне бывает... одиноко. Но знаешь что?       — Что?       — Я выбрал эту жизнь сам, — Леви говорил тихо, но каждое слово врезалось в тишину. — Я выбрал служить, защищать, командовать. Я знал, на что иду. И я не завидую тебе, Ормаш. Я за тебя рад.       Фуло замерла.       — Рад? — переспросила она.       — Да, — кивнул Леви. — Рад, что ты, потерявшая столько человечности, нашла того, кто помогает тебе её сохранить. Рад, что Эрен, потерявший столько близких, нашёл любовь. Рад, что вы есть друг у друга.       Он развернулся и пошёл к окну.       — А месяц патрулирования, — добавил он, не оборачиваясь, — это действительно необходимость. Там, на севере, что-то происходит. Тиран становится активнее. Нужен тот, кто сможет не только заметить, но и отреагировать. Йегер — лучший кандидат.       В кабинете повисла тишина.

Осознание

      Фуло стояла, не двигаясь. Её алые глаза смотрели на спину Леви, и в них впервые за долгое время появилось что-то, похожее на... стыд?       — Капитан, — сказала она тихо. — Я... я не должна была...       — Должна, не должна, — перебил Леви, всё ещё глядя в окно. — Ты сказала то, что думала. За это я тебя уважаю. Но в следующий раз — думай сначала.       — Простите, — выдохнула Фуло.       Леви обернулся. Его лицо было спокойным, как всегда.       — Иди, Ормаш. Йегер, готовься к выезду. Ханджи, займись своими отчётами. Все свободны.       — Но капитан... — начала Ханджи.       — СВОБОДНЫ, — рявкнул он.       Они вышли. В коридоре Фуло прислонилась к стене и закрыла глаза.       — Я дура, — сказала она. — Полная дура.       — Ты погорячилась, — осторожно заметил Эрен. — Но Леви... он понял.       — В том-то и дело, — Фуло открыла глаза. — Он понял. Он всегда понимает. А я... я просто выплеснула злость.       — Ты переживала за нас, — Ханджи положила руку ей на плечо. — За то, что нас разлучают. Это нормально.       — Ненормально орать на капитана и обвинять его в зависти, — покачала головой Фуло. — Я должна извиниться.       — Потом, — Эрен взял её за руку. — Сейчас ему нужно время. А нам — подумать, как пережить месяц разлуки.       — Месяц, — эхом отозвалась Фуло. — Это долго.       — Пролетит быстро, — попыталась утешить Ханджи. — Ты же сама говорила.       — Говорила, — вздохнула Фуло. — Но тогда речь шла о ямах. А теперь — о нём.       Она посмотрела на Эрена. В её глазах плескалась тоска — человеческая, живая, настоящая.       — Я буду ждать, — сказала она. — Каждый день. Каждую ночь.       — Я буду писать, — пообещал он. — Как только смогу.       — Письма, — она усмехнулась. — Я никогда не получала писем.       — Будешь получать, — улыбнулся он. — Обещаю.

Вечер. Комната Эрена

      Они сидели на кровати, прижавшись друг к другу. Завтра на рассвете он уезжал. На месяц.       — Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала Фуло.       — Я знаю, — ответил он. — Но это необходимо.       — Ненавижу это слово.       — Я тоже.       Она повернулась к нему и поцеловала — долго, страстно, вкладывая в этот поцелуй всю свою тоску, всю любовь, весь страх разлуки.       — Это будет самая долгая ночь в моей жизни, — сказала она, отрываясь.       — Нет, — покачал головой он. — Самая долгая ночь будет через месяц, когда я буду возвращаться.       — Ты прав, — она улыбнулась. — Тогда давай сделаем эту ночь незабываемой.       — Всегда готов.       Они любили друг друга до рассвета — неистово, нежно, отчаянно. Каждое прикосновение было обещанием, каждый поцелуй — клятвой, каждый стон — молитвой о скорой встрече.       — Я люблю тебя, — шептал он.       — Я знаю, — отвечала она. — И я тебя.       А за окном вставало солнце, принося новый день и новую разлуку.

Рассвет. Ворота штаба

      Эрен стоял у ворот, уже в форме, с мешком за плечами. Рядом с ним — несколько бойцов, отправлявшихся на север. Леви давал последние указания.       — Смотри в оба, Йегер, — говорил он. — Если что — сразу сигналь. Не геройствуй.       — Есть, капитан.       Фуло стояла в стороне, наблюдая. В её алых глазах плескалась тоска, но она держалась.       — Время, — сказал Леви. — По коням.       Эрен подошёл к Фуло. Они смотрели друг на друга — и слова были не нужны.       — Я вернусь, — сказал он.       — Знаю, — ответила она.       — Буду писать.       — Жду.       Он поцеловал её — коротко, на прощание — и вскочил на коня.       — Береги себя! — крикнула она вслед.       — Ты тоже! — донеслось уже издалека.       Отряд скрылся за воротами. Фуло стояла, глядя им вслед, и ветер трепал её пепельные волосы.       — Он вернётся, — раздался голос за спиной.       Она обернулась. Леви стоял рядом, глядя туда же, куда и она.       — Знаю, — ответила она.       — А ты... как ты?       — Я Асура, — пожала плечами Фуло. — Я справлюсь.       — Люди иногда справляются хуже, чем Асуры, — заметил Леви. — Если захочешь поговорить — я рядом.       Фуло посмотрела на него с удивлением.       — Капитан... вы предлагаете мне... поговорить?       — Странно, да? — усмехнулся Леви. — Но я тоже человек. Иногда хочется с кем-то разделить... ну, не знаю. Тяжесть.       — Спасибо, — тихо сказала Фуло. — Я... ценю это.       — Иди, — Леви махнул рукой. — Отдыхай. Завтра новый день.       Она кивнула и пошла в штаб. А Леви остался стоять у ворот, глядя на пустую дорогу.       — Зависть, — пробормотал он. — Интересная теория.       Он покачал головой и пошёл по своим делам. А где-то вдалеке, на северной дороге, Эрен Йегер увозил с собой частичку души Фуло Ормаш. И эта частичка будет греть его холодными ночами в патруле.