Часть 29

Глубокая ночь. Комната Эрена

      Штаб Разведкорпуса погрузился в сон. Лишь редкие патрульные сменяли друг друга на постах, да где-то вдалеке слышался лай собак. Луна заглядывала в окно комнаты Эрена, серебряным светом заливая две фигуры на узкой кровати.       Фуло спала, уткнувшись носом в плечо Эрена. Её пепельные волосы разметались по подушке, розовые узоры на коже пульсировали слабым, едва заметным светом — признак глубокого, спокойного сна. Она была прекрасна в своей уязвимости — та, что днём была грозной Асурой, ночью становилась просто женщиной, нуждающейся в тепле и защите.       Эрен не спал. Он смотрел в потолок и думал. Думал о том, что сказала Фуло несколько дней назад — о тёмном, надвигающемся с моря. О Марли. О том, что скоро может начаться война.       — Я не дам тебя в обиду, — прошептал он, глядя на спящую девушку. — Что бы ни случилось.       Вдруг воздух в комнате изменился.       Стало холодно. Не по-зимнему холодно, а как-то иначе — пробирающе, до костей, до самого нутра. Луна за окном померкла, словно кто-то заслонил её огромной тенью.       Эрен резко сел, инстинктивно прикрывая Фуло собой. Его рука потянулась к ножу, всегда лежащему рядом.       — Не дёргайся, — раздался голос.       Голос был глубоким, спокойным, с лёгкой хрипотцой. В нём не было угрозы, но было что-то, отчего мурашки бежали по коже.       В углу комнаты, там, где только что была только тень, стоял человек.       Высокий, широкоплечий, с идеальной осанкой воина. Чёрные, как смоль, волосы падали на плечи, обрамляя точеное лицо с резкими, почти хищными чертами. Но самое поразительное были глаза — фиолетовые, глубокие, мерцающие в темноте собственным светом. Они смотрели на Эрена с интересом и чем-то, похожим на одобрение.       — Кто ты? — выдохнул Эрен, сжимая рукоять ножа. — Как ты сюда попал?       — Попал? — человек усмехнулся. — Я всегда там, где нужно. А кто я... сложный вопрос. Для одних — смерть. Для других — спасение. Для тебя, Эрен Йегер, я — ответ.       Фуло зашевелилась во сне, словно почувствовав чужое присутствие, но не проснулась. Фиолетовые глаза скользнули по ней с интересом.       — Асура, — произнёс человек. — Сильная. Красивая. Но истощённая. Она слишком много отдаёт тебе, мальчик.       — Не смей трогать её! — Эрен вскочил, заслоняя Фуло.       — Смелый, — одобрительно кивнул незнакомец. — Это хорошо. Но нож убери — я не враг. Пока.       — Кто ты? — повторил Эрен, не опуская оружия.       Человек шагнул вперёд, и свет луны упал на его лицо. Идеальные черты, лёгкая улыбка на губах и глаза — фиолетовые, как аметисты, глубокие, как космос.       — Моё имя Остин Гриффин, — сказал он. — Для смертных я известен как бог разрушения.

Тишина

      Эрен замер. Нож выпал из ослабевшей руки и с глухим стуком ударился о пол.       — Бог... разрушения? — переспросил он.       — Именно, — Остин развёл руками. — Звучит пафосно, знаю. Но так уж вышло.       — Богов не существует, — твёрдо сказал Эрен.       — Твоя женщина — Асура, — напомнил Остин. — Ты сам превращаешься в титана. А богов не существует? Смешной вывод.       Эрен замолчал. Логика в словах незнакомца была.       — Что тебе нужно? — спросил он наконец.       — Тебе, — просто ответил Остин. — Я здесь из-за тебя, Эрен Йегер.       — Из-за меня? Зачем?       Остин подошёл ближе. Теперь они стояли лицом к лицу — человек и бог. Фиолетовые глаза смотрели прямо в душу.       — Ты на пороге великих событий, — начал Остин. — Война с Марли. Сражения с титанами. Потери. Смерти. Ты будешь терять близких, Эрен. Многих. И однажды можешь потерять её.       Он кивнул на спящую Фуло.       — Нет, — выдохнул Эрен. — Я не дам.       — Дашь, — спокойно возразил Остин. — Потому что ты человек. А люди слабы. Но я могу сделать тебя сильнее.       — Зачем тебе это?       — Мне нужен преемник, — Остин пожал плечами. — Я устал. Тысячи лет разрушения — знаешь, это выматывает. Я хочу покоя. Но моя сила не должна пропасть. Она должна перейти к достойному.       — Ко мне?       — К тебе, — кивнул Остин. — Ты ненавидишь врагов. Ты готов уничтожать их. Ты пылаешь яростью — чистой, праведной яростью. Это то, что нужно для силы разрушения.       — Я не хочу разрушать, — покачал головой Эрен. — Я хочу защищать.       — Разрушать и защищать — две стороны одного меча, — усмехнулся Остин. — Чтобы защитить, нужно уничтожить угрозу. Чтобы спасти, нужно стереть врага с лица земли. Ты это умеешь.       Эрен молчал, переваривая услышанное.       — Что я получу? — спросил он наконец.       — Силу, — просто ответил Остин. — Силу, сравнимую с силой Асуры, но иную. Если она — созидание и защита, то я — разрушение и нападение. Вместе вы будете непобедимы.       — Она не захочет...       — Она захочет, чтобы ты жил, — перебил Остин. — Она захочет, чтобы ты мог защитить себя. А ты сейчас слаб, Эрен. Слаб настолько, что любой сильный враг убьёт тебя, а она будет воскресать и страдать, теряя себя.       Эрен вздрогнул. Это было больно, потому что это было правдой.       — Что нужно сделать? — спросил он глухо.

Ритуал

      Остин улыбнулся — довольно, но без злорадства.       — Умный выбор, — одобрил он. — Ритуал прост. Ты должен принять мою силу добровольно, без принуждения. И пообещать, что будешь использовать её во благо — своё, её, этого мира.       — Во благо? Но ты же бог разрушения.       — Разрушение — не всегда зло, — возразил Остин. — Иногда нужно разрушить старое, чтобы построить новое. Иногда нужно стереть врага, чтобы защитить близких. Разрушение — это инструмент. А инструмент может быть добрым или злым в зависимости от того, кто его держит.       Эрен кивнул. Это он понимал.       — Я согласен, — сказал он твёрдо.       — Хорошо, — Остин подошёл вплотную. — Закрой глаза. И не бойся.       Эрен закрыл глаза. Остин положил руку ему на голову, и мир взорвался фиолетовым светом.

Преображение

      Эрен чувствовал, как в него вливается сила. Она была иной, чем титанья — холодной, расчётливой, безжалостной. Но в то же время в ней была защита — та самая, о которой говорил Остин.       Перед глазами проносились видения — битвы, разрушенные города, поверженные враги. И среди всего этого — Фуло, живая, невредимая, улыбающаяся ему.       — Запомни это, — шептал голос Остина. — Ради неё ты будешь разрушать. Ради неё ты будешь убивать. Ради неё ты станешь тем, кем должен стать.       Свет погас.       Эрен открыл глаза. Он чувствовал себя иначе — сильнее, быстрее, увереннее. Его тело горело новой силой.       — Готово, — сказал Остин, отступая. Теперь он выглядел бледнее, словно отдал часть себя.       — Что теперь? — спросил Эрен.       — Теперь ты — мой преемник, — ответил Остин. — Моя сила в тебе. Используй её мудро.       — А ты?       — Я ухожу, — бог разрушения улыбнулся. — На покой. Тысячи лет — это слишком много даже для бога.       — Постой, — Эрен шагнул к нему. — Как мне управлять этой силой?       — Она сама подскажет, — ответил Остин. — В минуты опасности, в минуты ярости, в минуты отчаяния. Она будет просыпаться и защищать тебя. И её, — он кивнул на Фуло. — Теперь вы квиты. Она — Асура. Ты — бог разрушения. Идеальная пара.       Он начал таять, растворяться в воздухе.       — Остин! — окликнул Эрен. — Спасибо!       — Не за что, — донёсся уже слабеющий голос. — Береги её. И себя. Вы нужны этому миру.       Фиолетовый свет погас. Остин исчез.

Пробуждение

      — Эрен? — раздался сонный голос.       Фуло открыла глаза и села на кровати. В тусклом свете луны она увидела его — стоящего посреди комнаты, сжимающего кулаки, с фиолетовыми искрами, танцующими в глазах.       — Что случилось? — она мгновенно проснулась, вскакивая. — Кто здесь был? Я чувствую чужую силу!       — Всё хорошо, — Эрен подошёл и обнял её. — Всё хорошо, любимая.       — Нет, не хорошо, — она отстранилась, вглядываясь в его глаза. — Твои глаза... они фиолетовые. И сила... это не титанья сила. Что произошло?       — Ко мне приходил бог разрушения, — просто сказал Эрен. — Остин Гриффин. Он предложил мне стать его преемником.       — Что?! — Фуло побледнела. — Ты согласился?       — Да, — кивнул он. — Чтобы защищать тебя. Чтобы быть сильнее. Чтобы никогда не потерять.       — Эрен... — выдохнула она. — Ты даже не представляешь, что это значит. Сила бога разрушения... она может поглотить тебя.       — Как Асура поглощает тебя? — спросил он. — Но ты же держишься. Благодаря мне.       — Да, — она коснулась его щеки. — Благодаря тебе.       — Значит, и я удержусь, — он взял её руку и поцеловал. — Благодаря тебе.       Она смотрела на него долго, изучающе. Потом улыбнулась.       — Мы ненормальные, — сказала она. — Ты — бог разрушения. Я — Асура. Вместе мы — катастрофа.       — Самая красивая катастрофа в мире, — усмехнулся он.       — Самонадеянный.       — Упрямый.       — И это тоже, — она прижалась к нему. — Я люблю тебя, Эрен Йегер. Даже если ты теперь бог.       — А я люблю тебя, Фуло Ормаш. Даже если ты Асура.       Они стояли посреди комнаты, обнявшись, и фиолетовые искры смешивались с розовыми узорами, создавая новую, невиданную доселе энергию. Энергию любви и силы, способную изменить мир.

Утро. Штаб

      — Эрен, ты какой-то другой сегодня, — заметил Леви на построении.       — В смысле? — не понял тот.       — Глаза, — Леви прищурился. — Они фиолетовые. Раньше были карие.       — Свет так падает, — нашёлся Эрен.       — Свет, — повторил Леви скептически. — Ладно. Тренировка через час. Опоздаешь — накажу.       — Есть.       Когда Леви отошёл, Фуло сжала его руку.       — Он догадается, — шепнула она.       — Пусть, — ответил Эрен. — Я больше не буду скрывать. Я — бог разрушения. И я люблю тебя. Пусть знают все.       — Вот это мой мальчик, — усмехнулась она. — Пошли тренироваться. Хочу посмотреть, на что ты теперь способен.       — А после тренировки?       — А после — покажешь мне свою новую силу в деле, — она подмигнула. — В прямом смысле.       — Фуло!       — Что? Я Асура. Мне нужно знать, с чем я имею дело.       Он рассмеялся и поцеловал её. Впереди был новый день, новые силы, новые испытания. Но они были вместе — богиня и бог, Асура и разрушение, две половинки одного целого. И это было главное.