Глава 𝐈𝐈. Начало дружбадома и житьё ихнее

Глава 𝐈𝐈

Начало дружбадома и житьё ихнее.

      Пуська и белочка без уха шли долго, ещё дольше, чем Пуська шла в Измайлово. Времени ни Пуся, ни белочка не помнили, да и не хотелось. Остатки разума, как и счёт времени, были успешно проёбаны. Пуська и белочка беседовали о всяком: о Янке, о Беляево, о княжне Рижской, о Спермомайке, об Арбате и Гольяново. Точнее, Пуся рассказывала, а белочка молчала, но слушала. Они потеряли счёт времени, пока Пуська с жаром рассказывала измайловской белочке о своей Родине. И, по правде сказать, там так хорошо, что и я Вам поведаю об этом прелестном месте.       В Беляево не было расчёсок, все вычёсывали блох из своей шевелюры старыми дедовыми граблями. Дядя Вася коптил грабли на мангале и раздаривал раскалённый свинец всему Беляево. Тёща приговаривала: "хорошо чешет, вообще волос нихуя нет, как полбашки." И была права. Беляевские грабли - это сила, а не тупые арбатские приспособы. А беляевцы жили. Невесть что заставляло их оставаться на родной земле: то ли любовь к беляево, какая может быть только у беляевца к беляево, то ли страх, что в цивилизованных районах кушать трупы и пинать по пятерочке труп мамы Санселла, скорее всего, не разрешат.       Беляевцы вставали рано, если вообще ложились спать, а ложились только по приказу их помещика. В беляево крепостное право ещё не отменили, как вы уже догадались, но в этом и была изюминка этого места: беляево было лидером по работорговле, незаконному детскому труду, количеству зоофилов и подпольных лабораторий да швейных фабрик. Днём они без продыху копали дороги по приказу Собянина, а если кто-то отлучался на перерыв - тот был публично повешен на главном беляевском морге (а позже и осквернен патриотами, т.к. беляево славится как княжество некрофилов). Вечерами беляевцы собирали вече, на котором параллельно снимался Дом 2, потому что зданий в беляево не хватало критически. Они обсуждали житьё своё беляевское, но говорили лишь хорошее: не боялись, как арбатцы депутатов, а любили.

***

      Бог знает сколько времени прошло, но Пуська и измайловская белочка вышли на опушку, на которой распологался заброшенный аварийный дом. Пуська, жившая в Беляево, уже приучилась жить в такого рода концлагерях, поэтому, найдя этот чудесный дом, по угашенному улыбнулась, прошла на крыльцо, и поставив белочку рядом, легла спать.       Пуське снилось всякое такое вот лихое, что никак не вспомнить ни мине, ни тебе, ни мышу, ни камышу, ни конуре, ни кобуре. Снилось Беляево, Измайлово, Первомайка, Молодёжная с Кунцевской. Снился Арбат, снилась Янка. Янка в её сне была покровительницей Беляево, впрочем, таковой она и была. Беляево, в свою очередь, умоляло Пуську вернуться. Оно отчаянно звало, но не словами - интуитивно. Беляево будто молило вернуться. Знаки о возвращении будто тлели и сами собой проявлялись следующие, а потом догорали и они, сменяясь новыми. Но Пуся знала: вернуться Беляево - значит сдаться серому миру гигахрущевок, новостроек и прочих кошмаров. Пластмассовый мир победил, но беляево всё ещё могло стать сильней. Она могла бы поднять восстание, могла бы петь Янку в толпе таких же бунтовщиков, но понимала, что это - абсолютно бессмысленно. Видите ли, Пуська всю жизнь читала Конан Дойла, но уровень её дедукции и логики остался на уровне бухого Шерлока из сериала от BBC. Даже если в Беляево человек оказывается трезвым дольше 1 минуты, его всё равно никто не послушает. "Кто бы мне поверил, если б я был трезв" - пел Егор Летов о Беляево. Просто беляевцы должны были принять простую истину: после смерти Янки на Беляево стало похуй всем, кроме Пуськи. И Янка не завещала Пуське Беляево: она, наоборот, знала о скорой кончине этой залупы. Потому и велела судьбе вывести Пуську в Дружбадом Беляевско-Измайловский, позже переименованный в Богатырскую Заставу, но об этом читатель узнает попозже... В общем, Пуське снилась разная наркомания, мир лсд и прочее. Когда последняя мысль о Беляево начала исчезать, новая всё никак не появлялась. Это был печальный, но настоящий знак: Беляево должно жить, но не на прежнем месте, заполонённом сейчас новостройками и бежевыми жкх.

Беляево, кроме сердец беляевцев, живёт в Дружбадоме Беляевско-Измайловском.

***

      Пуся проснулась полная решимости перенести Беляево в безопасное, сохранное от новостроек место. Произошёл быстрый обзвон всех арбатских бомжей, таких как Княжна Рижская со Спермомайского(Первомайского по-культурному) княжества и Яна Сибыча с Тайгейского княжества. Правда оказалось, что, на удивление коренного беляевца Пуськи, княжества больше не зовутся княжествами, а теперь скорее походят на притоны или типо того. Ребята объединились, чтобы спасти свои Отчизны: Тайгей, Беляево и Первомайскую.       Первым прибыл Ян Сибыч. Он приехал на стуле Алексея Навального, крича "Путин хуйло" и размахивая флагом Тайгея. Ян, точно-точно следя за дорогой, набухался в дрова, и всю дорогу играл в хойку прямо за рулём его трона. По приезде, Ян лишь мудро произнёс с тайгейским акцентом "ало вы все пидоры конченые... не тот крутой остался.. в любви Пушин кто клялся.. а тот крутой остался.. кто в щи набухался... бэ..." и завалился спать прямо блять на крыльцо, проломив его своей навальнисткой каретой. Пуська спорить не стала, они же с Яном не мама гриб и сын гриб, а просто молча оценила народную тайгейскую мудрость, сказанную Сибычем, и стала молча ждать Катерину. Княжна не заставила долго себя ждать и, прикатив на трамвае со Спермомайки, крепко пожала Пуське руку, а затем любезно потрепала лапу измайловской белочке.       Когда Сибыч протрезвел (что для него состояние крайне редкое), они все вместе решили основать Дружбадом Беляевско-Измайловский... Развесили Янкины портреты, в каждой комнате поставили по ящику коньяка, включили видео Навального да раскидали по углам матрасы полусгнившие. Прошло совсем немного времени, когда дружбадом был обустроен (хотя по правде сказать, состояние дома походило на последствия страшного погрома, урагана, ограбления, цунами и изнасилования Кузи БарашкУО.)       — Ну что, бахнем в честь дружбадома? — начал в привычной своей манере Ян. — а белку эту хуйлушу уебите о стену, заебала уже................ Ян подождал одобрения остальных, но хорошим товарищам иногда не нужны слова, дабы быть на нужном уровне бурмалды, поэтому ровно через 3,7 секунд молчания, все трое синхронно открыли по чекушке и выдули за один глоток. Коньяк действовал медленно, теплом разливаясь по сердцу дружбадомовцев. «Просто мёд по телу сука» - вспоминала Пуська.