«Ich will dass ihr mir vertraut...»

      Эмили удивилась приходу Коннора безумно сильно. Как странно увидеть андроида, который буквально вчера сидел напротив нее на стуле и задавал вопросы о случившемся.       RK800 мирно стоял, смотря прямо в глаза Эмили. Его лицо было спокойным и даже мягким, если так можно выразиться, а руки сложены сзади.       Девушка стояла не в силах сказать и слова. В такую встречу нужно поприветствовать человека, но она просто физически не могла это сделать при виде его. Она начала будто… смущаться? Нет, странно давать такое определение. Смущение к андроиду? Что за бред..? — Здравствуйте, миссис Уайт, — нарушил тишину андроид, продолжая одаривать ее дружелюбным взглядом и легкой улыбкой на лице.       Эмили чуть приоткрыла рот, хотев ответить ему, но в этот момент она услышала быстрые шаги, которые поднимались по лестнице прямо к ней. Брюнется повернула голову к лестнице и увидела поднимающую по ней Энн. Девушка увидела Эмили и слегка понизила скорость подъема. — Эмили, прости, я забыла свою сумочку! Я снова… — Энн притихла, когда увидела рядом с ней андроида, который повернулся к ней лицом и наблюдал за произошедшим. — Простите… Я помешала вам, — произнесла подруга Эмили, слегка неуверенно подходя к брюнетке. Та уже протягивала ей ее сумку. — Ничего страшного, возьми, — успокаивающе сказала Эмили и улыбнулась уголком губ.       Энн аккуратно взяла сумку с ее рук и глянула на андроида, который продолжал смотреть на нее изучающим взглядом. Когда девушка увидела его взгляд, она моментально опустила взгляд и повернулась к Эмили лицом. — Прости еще раз, — девушка развернулась и пошла в сторону лестницы, но быстро обернулась, будто снова что-то забыла. — Всего доброго, — произнесла уже Коннору и попыталась быстрее скрыться. — И вам всего доброго, — ответил андроид и повернулся к Эмили.       Уайт стала немного застенчива после появления Энн, когда увидела, как она стала смущаться андроида, забегая чисто за своей сумкой. — Проходите, — промямлила Эмили, рукой указывая на свою квартиру, и отошла на пару шагов назад, чтобы тот зашел.       Андроид уверенным шагом зашел в квартиру и закрыл за собой дверь. Он начал осматривать быстрым взглядом ее место жительства и вновь посмотрел на Эмили. — Вы чувствуете себя уже лучше. Это не может не радовать, — с легкой улыбкой произнес тот, наблюдая за реакцией девушки. — Спасибо, — ответила Уайт и взаимно улыбнулась андроиду. — У Вас что-то важное? — задавала вопрос, продолжая смотреть в глаза Коннора. — Верно. Я пришел предупредить вас об опасности. — Опасности? — спросила девушка, явно не понимая, к чему клонит RK800. — Что вы имеете в виду?       Пока Эмили крутила в руках от легкого страха пуговицу на рубашке и порой трогала свои волосы, Коннор продолжая стоять спокойно и прямо, наблюдая за ее действиями с любопытством. — Дело в том, что сейчас происходят массовые убийства всех семей. Андроиды-девианты убивают не только одного члена семьи, но и все их потомство.       Девушка опешила и смотрела на андроида выпученными глазами. Чувство страха сковало ее и теперь она даже перестала теребить свою пуговицу. Ее взгляд был прикован лишь к одному андроиду, которому будто абсолютно безразлично все это. — Вы хотите сказать, что я тоже в опасности? Тот андроид, который убыл Карла — охотится и за мной? — Верно. Но не нужно беспокоиться, мы сделаем все, чтобы найти преступников, — пытался успокоить девушку Коннор, увидев страх в ее глазах. — Ваша главная задача сейчас — стараться не выходить из дома без надобности. — Но… — чуть запнулась Эмили, но, сглотнув ком в горле, продолжила. — Я же не желаю зла андроидам.       RK800 прикрыл глаза на долю секунды, будто о чем-то думая и вновь взглянул на девушку. — Это не зависит от того, насколько сильно вы ненавидите или поддерживаете андроидов. Под руку разочарованных девиантов попадают все.       В этот момент Эмили смотрела на него опустошенно и опечаленно. Время будто остановилось, остались только она, эта информация и Коннор, стоявший напротив нее, не в силах понять ее переживание. — Спасибо, что предупредили, — через какое-то время вымолвила она, с опущенным взглядом.       Коннор лишь слегка улыбнулся ей. Можно сказать, эта улыбка олицетворяла поддержку. Признать честно, он переживал за нее, сам того не понимая. Его процессы перегревались при виде нее, а осознавая, что она находится в опасности — становилось так тяжело на душе. Он не знал, есть у него душа или нет, он — робот, созданный и запрограммированный. Как это неживое создание ощущает эмпатию, свойственная только людям?       RK800 продолжал смотреть в ее лицо, пытаясь запомнить и отложить в карте памяти ее облик. Смотря на нее продолжительное время, он больше осознавал, насколько она красивая. Ямочки на щеках при улыбке; окровавленная бордовая рубашка; которую она так и не осилилась снять, учитывая ее состояние, он мог понять это; маленький кулончик на груди; прекрасные синие глаза, на которые можно было смотреть вечность и даже больше. — Что-то не так? — спросила Эмили, заметив пристальный взгляд андроида на себе. Эти слова заставили андроида чутка зашевелиться и отвести взгляд — так делают и люди, когда их застукали. — Ваш цвет глаз… Вчера вечером они были голубыми, а сейчас светло-синие, — произнес Коннор, слегка запнувшись в словах. — А, это нормально. Когда я плачу мой цвет глаз становится более ярким. — Это прекрасно, — улыбнулся Коннор и отвел снова взгляд в сторону, будто он стыдится своих же слов.       Эта фраза заставила Эмили покраснеть от смущения. Она даже не знала, это воспринимать как комплимент или нет, но его фраза заставила ее засмущаться. Как странно было получать комплименты от робота, но подобное не замечал никто раньше, лишь из-за этого ей стало теплее на душе. Подумаешь, сравнили ее цвет глаз и назвали это «прекрасным». Но девушке казалось, что эти слова были искренне сказаны. Хотя, андроид и искренность? Разве они способны на это?       Пока Эмили слегка смущалась словами Коннора, стоявшего перед ней, тот в свою очередь рассматривал постеры на ее стенах. По ощущениям они висели уже достаточно давно, но до сих пор девушка их не сняла. Возможно это постеры брата, которые она не хочет снимать, либо ее. На самих плакатах были изображены лица людей, которые были явно незнакомы Коннору, но тот их за секунду проанализировал. — Ваши плакаты, — отметил тот, смотря на стену. — Ох, просто картинки, не обращайте внимание, — перебила его та, будто стыдясь этого. — Они ваши? — задал вопрос детектив, переводя взгляд на брюнетку.       Эмили притихла. Она слегка опустила голову, раздумывая над тем, стоит ли говорить ему правду. — Да… — произнесла та, начав мигом оправдываться. — Но это было давно, мне просто лень их снять каждый раз, — солгала Уайт, прикусив нижнюю губу. — Как по мне это выглядит красиво, незачем снимать их. Тем более оно хорошо описывает вас как человека.       Эмили подняла вопросительный взгляд на собеседника, не в силах понять, к чему он клонит. — Что Вы имеете в виду? — Вы украсили комнату этими плакатами, так как без них квартира выглядит более скудно и пусто. Так и с Вашим внутренним миром.       На это Эмили не знала как ответить. Она будто остолбенела от подобных слов Коннора, который выглядел как обычно, будто даже и не подумал над своим высказыванием. Эти слова настолько сильно въелись в нее, что та будто забыла как дышать. Таких слов девушка точно не ожидала услышать даже от андроида. — А также Вы нашли бы общий язык с лейтенантом Андерсоном, — добавил андроид, мягко улыбаясь собеседнице.       Девушка подняла взгляд и теперь смотрела в его карие глаза. К чему ей эта информация – она не знала, тем более лично она толком не контактировала с Хэнком, но ей стало легче от слов RK800.       По нему было видно, что он не осудит ее за это. В первую очередь он андроид, который в целом не имеет никаких чувств, но он с таким интересом разглядывал постеры на стене, что можно было подумать, что его эта тема заинтересовала довольно сильно.       Коннору было интересно узнать о людях больше, и это было заметно. Он замечал человеческие эмоции и пытался их повторить. Это выглядело достаточно забавно и неуклюже, но и в тоже время мило со стороны Эмили. Он своим взглядом осматривал все с глубочайшим интересом, сам не замечая, насколько палевно это выглядит со стороны. — Ну… Мне до сих пор кажется, что для двадцатиоднолетней девушки это слегка по детски… — произнесла та, слегка улыбнувшись. — А он тоже любит хеви-метал? — спросила Эмили, пытаясь поддержать диалог насколько это возможно. — Верно, миссис Уайт. Хоть я не слушаю музыку, но, мне кажется, это довольно интересно, — признался андроид, слегка улыбаясь девушке. — Эмили. Называй по имени, мне так больше нравится, — улыбнулась в ответ Уайт.       Коннор остолбенел на мгновение. Он запрограммирован на более деликатное общение со всеми. Подобное предложение было довольно быстрым для андроида, который еще ни к кому на «ты» так и не перешел. — Не думаю, что это хорошая идея. Это будет очень некорректно с моей стороны. — Я же сама тебя прошу об этом, — начала та, улыбнувшись слегка Коннору. — Мне становится некомфортно, когда ко мне обращаются по фамилии. — Хорошо, Эмили, — довольно быстро сдался Коннор. Для него главное, чтобы при разговоре с человеком, тот чувствовал себя комфортно, и он эту задачу выполнил. — Мне пора идти. Будьте аккуратнее, всего доброго. — Постараюсь. Всего доброго, — ответила взаимностью Эмили и закрыла дверь, когда тот уже вышел в подъезд.       Она слышала, как он спускался по лестнице к выходу, как открылась дверь и мигом захлопнулась. На лице ее красовалась слегка заметная улыбка, вперемешку с грустью и тоской. Она никогда не могла подумать, что произойдет такой момент, когда она будет так близка с андроидом.       Вспомнился сразу Карл, который лишь и говорил о том, что «Андроиды — зло». Можно сказать, это был его девиз. Под одну гребенку он сваливал всех андроидов, не думая над тем, что они уже стали нашей частью в жизни. Эмили уже перестала тогда с ним спорить, хоть и спорила она с ним редко даже в такие случаи. В основе она просто выслушивала его монологи о том, какие же андроиды сволочи. Только сволочи не они, – а люди, которые создали этих машин. Разве в создании машины — следует винить саму машину, а не ее создателя? Разве при поломке автомобиля нужно винить автомобиль, а не водителя?       Наверняка в том, что андроиды начали массово становиться девиантами и процент из этих девиантов пошли на убийство – виноват создатель. Именно он мог что-то упустить или намеренно добавить в программу машины этот сбой, который ведет к имитации эмоций.

***

— Кэтрин, бесишь уже. Мы вышли погулять, а не для того, чтобы я смотрел, как ты в телефоне кому-то пишешь, — произнес недовольно Дэни, смотря на блондинку.       Кэтрин за секунду дописала сообщение и взглянула на парня, сидящего рядом с ней на скамейке. — У меня конфликт с кое-каким человеком, не мешай. Сам, когда Карл был жив, на постоянной основе время ему уделял, а про меня вспоминал только тогда, когда тот был занят.       Дэни опустил взгляд и теребил в руках фильт от окурка.       Его бесила Кэтрин, но и в тоже время с ней становилось как-то спокойней. Она была довольно легкомысленной и даже глупой, что на фоне ее, у него повышалась самооценка. Он понимал, что это эгоистично, но ему правда становилось легче от таких людей, как она. Возможно лишь из-за этого, он продолжает с ней общение по сей день. — С кем конфликт развязался? — спросил парень, продолжая теребить в руках несчастный фильтр. — Сам догадайся. С которой мы вчера еще сильно повздорить успели. Наверняка еще самой Эмили проболталась, выставляя меня в плохом свете, — ответила та, в одной руке она держала телефон, а локтем второй руки оперлась на спинку скамьи и слегка жестикулировала этой рукой. — Прошу заметить, не мы, а ты! — Боже, прекращай умничать, — произнесла та, закатывая глаза. — Я не умничаю, просто не стоит приплетать меня в этот конфликт, — выплеснул Дэни, выбросив окурок в урну, стоящую рядом с ним, и достал сигарету, но не торопился подкуриваться.       Кэтрин лишь недовольно взглянула на парня, поправив прядь своих светлых волос. — А с какого момента ты таким правильным стал? В основе всегда во все дискуссии вступал, подраться мог, если считал, что твое мнение выше других, — с ноткой злости выпаливала та, смотря прямо на парня, который теперь крутил в руках сигарету. — Отдай, раз курить не хочешь — я покурю. Ты резко изменился, даже не написал мне по приходу домой вчера.       Дэни смотрел в одну точку и пожал плечами, даже не зная, что можно ответить на подобное высказывание в свой адрес. Кэтрин абсолютно права — он изменился, но не знает причину изменения. Когда Карл был жив, у него был хоть кто-то, кому он мог высказаться и довериться, чтобы при других показывать себя мразью. Сейчас он остался один со своей никчемностью. — Я не стал правильным, Кэтрин, — ответил Дэни, пытаясь показать себя таким же, каким и был раньше. — Просто терять своего друга довольно травматично. — Вы будто настолько близки были, — произнесла та, слегка закатывая глаза. —Ну уж не думаю, что настолько ты опечален в его смерти.       Последние слова Дэни будто не слышал и не хотел слышать никогда. Она ничего не знает о нем, ничего не знает о их дружбе, уж точно не ей говорить об этом. Она настолько зациклена на себе, что даже и не знала, что Дэни общается с Карлом дольше, чем он с ней. Насколько надо быть самолюбимым эгоистом, который думает лишь о себе. Удивительно, что тема зашла в это русло, в основе Кэтрин было не остановить в разговорах, а Дэни лишь добавлял шутки и всеми силами поддерживал диалог в ее стиле, обсуждая лишь ее желания.       Кэтрин это говорила с такой обыденностью, будто смерть человека ничего не значит. Разве смерть любого человека — не трагедия? Тем более, когда смерть пришла в облике андроида с ножом в руке. Любое убийство — это трагедия, тем более для близких людей. — Тебе разве Эмили не жаль? Для нее это большая потеря, чем для нас, учитывая, что никого у нее больше нет. — А в какой момент времени у тебя проснулась жалость к людям? — задала девушка вопрос, оглядывая парня. — Жаль, не жаль — какая разница? Будто от моей жалости я верну его к жизни. Легче смириться, так и жить будет проще.       Карл достал другую сигарету из пачки и подкурился, наслаждаясь никотином. Ему казалось все это безумием. В чем-то Кэтрин права, с этим тяжело не согласиться, но она не пытается поставить себя на место Эмили, которая сама умирает внутри. Больше эмпатии было у Дэни, хоть всеми силами старался этого не показывать. Все время он выставлял себя так, будто он самый прекрасный и великолепный на всем белом свете, хоть сам и не считал себя таковым.       Признать честно, сам Дэни не до конца понимал, почему он так делает. С детства он не видел ничего хорошего: отец — пьяница, тративший все деньги на алкоголь, попутно избивая своего же сына, а мать умерла во время родов. Единственный, кто заботился о Дэни — дедушка по папиной линии, который всегда старался помочь своему внуку, хоть и сам был поглащен трагедией. Дедушка был опорой и поддержкой, хоть и не такой, о которой могли бы мечтать дети, сильно он был суров и холоден. Своего сына тот старался оправдать, говоря Дэни «Он не может управиться с утратой, а в тебе видит виновного, тем более на пьяную голову». Дэни не понимал этих слов в детстве, а когда подрос – уже и позабыл о них вовсе.       Спустя некоторое время, когда уже не стало отца и дедушки, то он испытал и жалость к своему отцу, позабыв о том, насколько сильно порой его мог тот избить. Простить он никогда бы его не смог, но понять его поступки теперь он в силах.

***

      Эмили устало смотрела в потолок на своей кровати. Все, что происходит с ней — будто сон, из которого нет выхода в реальную жизнь. Ее тело ослабло настолько, что встать с кровати казалось подвигом. Ее жизнь начала меняться с того дня, как умер Карл. Эмили стало будто безразлично на всех — это странно, ведь раньше ее заботила чужая безопасность больше, чем своя собственная. Но задумываться об этом у Эмили не было никакого желания.       Появление Коннора было столь неожиданным и, можно даже сказать, приятным, что Эмили даже забыла, как дышать. Увидев парня, девушка потеряла дар речи, не ожидая увидеть его за дверью. Такие смешанные чувства при виде андроида она не испытывала ни разу в своей жизни.       «Узнал бы Карл об этом — закопал меня» — проснеслось в голове у Эмили, продолжая смотреть в одну точку.       В целом, если посудить, Карлу уже нет никакого дела до сестры. Эмили не думала, что существует рай и ад, что существует перерождение и прочие вещи после смерти. Для нее один конец — пустота, в которой ты останешься навечно. Сама девушка не боялась этой пустоты, скорее, после смерти брата, она уже сама мечтала окунуться в эту тьму вместе с ним. Но какой смысл? Ее жизнь не прекращается, нужно продолжать жить хотя бы ради собственного брата, который наверняка был бы против ее жажды пойти за ним.       Тем более Коннор… Из неоткуда возникло чувство, что именно этот андроид был бы против ее решения. Хотя, какое ему дело до этого? Куску запрограммированного железа не было бы до нее никакого дела. Каждые андроиды, на которого она натыкалась, не показывали никаких эмоций, лишь послушание и деликатное общение, которое уже было запрограммированно в их программе. Они улыбались, когда это нужно было; пытались расположить к себе; жестикулировали лишь в нужных местах, когда это было необходимо. Но Коннор… Он вел себя иначе. Его эмоции были будто искренние, его легкую неловкость чувствовала даже Эмили.       После прихода Коннора, Эмили боялась выйти даже в магазин и закупиться продуктами. Кого больше всего ей не хотелось увидеть — убийцу ее родного брата, за которым на данный момент ведутся поиски. Больно было даже думать над тем, что она почувствует, если увидит его. Эмили изредка вспоминала его и каждый раз, когда в ее голове промелькала мысль о нем, она испытывала разные чувства. Сперва она хотела сама этот ножик запихать ему глубоко в глотку, чтобы эта мразь ощутила ту боль, которую перенес ее брат; после она испытывала неимоверный страх, которого не испытывала никогда раньше и в самом конце ощущала понимание и даже сочувствие. Этот андроид сам терпел унижения и оскорбления в свой адрес, что не смог больше сдерживаться. Это никогда не оправдает его, что Эмили и сама прекрасно понимала.       Брюнетка ощущала себя загнанным в углу зверьком, боявшийся солнечного света. Снизу снова бушевали соседи, которые вновь и вновь кричали друг на друга, не давая ей спокойно жить. Однажды, когда Карл был жив, он не стерпел и спустился к ним, пытаясь угомонить этих алкаголиков поздно ночью, на что к его просьбе отнеслись с пониманием и прекратили шуметь ровно на 10 минут.       Самое пугающее было то, что этих соседей она знает уже довольно долгое время. Она и Карл видели их в разные этапы жизни, но каждый раз они возращались к алкоголю. На самом деле эти двое были достаточно приятные в общении на трезвую голову. Девушке удавалось застать их абсолютно трезвыми и эти мужчины были очень грамотными и воспитанными людьми.       Первому парню было 25 лет, а второму недавно исполнилось 40. Самого старшего из этих двоих зовут Стив: раньше был владельцем цветочного магазина, который Эмили не смогла застать в то время, но через три года прогорел. Его жена Маргарет спустя еще два года совершила суицид, когда узнала о том, что больна раком мозга. Она не хотела мучаться, будто понимая, что не сможет полностью вылечиться. Не сказав ничего Стиву, она повесилась в гараже, написав ему предварительно предсмертную записку, которую оставила на столе, на котором покорно лежали все его инструменты. Детьми они не успели обзавестись. Они безумно хотели взять ребенка с детского дома, ведь своих они не могли иметь, так как Стив бесплоден. После смерти жены начал запивать свое горе, пытаясь избежать реальности. Возможно, этим он занимается и по сей день…       Второго зовут Майкл, он же просто парень, который с подросткового возраста баловался алкоголем со своими друзьями, совершенно не думая, что дойдет до алкоголизма. Его родители были изверги, которые часто поднимали руку на своего единственного ребенка в семье и сами частенько напивались до беспамятства. С детства Майкл сбегал из дома, дабы не получить кулаком в лицо от родителей за не исправленную двойку в дневнике, но в семнадцатилетнем возрасте он ушел и больше не вернулся. Тогда он уже был знаком со Стивом, в котором Майкл увидел родительскую фигуру и убегал из дома всегда к нему. С той поры они до сих пор продолжают вместе жить и напиваться вдвоем.       Зная всю эту историю, Эмили задумывалась над тем, как Майкл все еще не сбежал от Стива, ведь конфликты и разбивание вещей об пол она слышит почти на постоянной основе. На это она нашла свою теорию, которой придерживалась долгое время и подтвердилась Стивом, которого увидала случайно на скамейке возле дома. — «Здравствуйте, мистер Стив,» — поздаровалась девушка, улыбнувшись мужчине, заметив его трезвый вид. — «Здравствуй, Эмили, — улыбнулся тот в ответ. — Никуда не торопишься?»       Эмили взглянула на часы и подсчитала время. В ее руках была папка с заполненными листами, которую она несла домой. — «Пока что нет, мой автобус только через полтора часа отправится,» — ответила та, обнимая свою папку двумя руками. — «Не хочешь присесть? Мне довольно скучно с самим собой монологи вести, а тут человек нашелся, с которым можно перейти на диалог,» — произнес мужчина, слегка ухмыльнувшись.       Эмили без сомнений согласилась. Видеть перед собой алкоголика, который сейчас спокойно с тобой разговаривает и на трезвую голову предлагает пообщаться – на самом деле безумно счастливое событие для девушки. Она давно не натыкалась на него в трезвом виде, разговаривала она с ним последний раз примерно год назад. — «Как время-то летит, недавно была зима, а уже середина осени. Недавно ты маленькая здесь бегала, а уже вот какая взрослая стала,» — тихо начал он, слегка жестикулируя руками при разговоре. — «Согласна. Сама удивляюсь тому, как скоротечно время,» — ответила Эмили, поправляя свои документы, которые уже лежали у нее на ногах. — «Как с учебой дела обстоят?» — «Неплохо, на самом деле. Хоть суматохи становится больше и больше, но справляюсь.» — «Ты уже на каком курсе?» — «На последнем четвертом,» — ответила та, довольная тем, что скоро учеба закончится.       Стив чуть слышно присвистнул от удивления. — «Останется у тебя только работа и станет в разы легче, когда не нужно будет это совмещать с учебой.» — «Именно! Я только и жду, когда закончу уже универститет и смогу работать на полную смену.»       Стив слегка задумался, явно прокручивая в голове моменты из своей жизни. — «Помню, когда я был студентом, мечтал о том, чтобы эта студенческая жизнь закончилась как можно скорее, а сейчас лишь вспоминаю о ней со слезами на глазах. Правда ведь говорят, что самая лучшая жизнь — это студенческая.»       Эмили не знала что ответить на это. Подобные разговоры со взрослыми людьми для нее были ужасно печальными и душераздирающими, когда понимаешь, что ты проживаешь ту жизнь, о которой они сейчас вспоминают с тоской. Наверняка он в студенчестве не догадывался о том, что станет алкоголиком в будущем с трагичной историей. — «Ты… Прости меня и Майкла, что мешаем тебе. Учиться в шуме – такое себе удовольствие.»       Эмили печально улыбнулась и опустила взгляд, но через мгновение снова посмотрела на Стива. — «Вы с Майклом очень часто ссоритесь. Почему, если не секрет?»       Стив слегка замялся, но выглядел он достаточно уверенно и спокойно. Его глаза забегали по асфальту, вглядываясь в каждую глубинку и царапину. Этот вопрос застал его в тупик. — «Сложно сказать, дорогая. На пьяную голову — начал тот, указывая пальцем в свой висок. — Можно спорить по каждой мелочи. Порой я даже забываю, на какие темы мы входили в конфликт, но слушай… В основе всегда тема одна и та же — и это прошлое. Уж я сам понимаю, что Майкл увидел во мне замену отца, ведь относился я к нему всегда с уважением, я сам считал его родным сыном, которого у меня никогда не было. Когда он сбегал из дома, у него была только одна дорога — ко мне. Тогда я еще не настолько сильно связался с алкоголем и всегда принимал Майкла к себе, в конечном итоге принял его навсегда, — Стив громко кашлянул в кулак и вдруг взглянул на Эмили. — Ох, прости, я ушел от темы. Споры в основе о том, что с того самого дня, когда он пришел ко мне уже окончательно, мы начали пить вместе. Он винит меня в том, что я споил ребенка, уже не помню сколько лет ему было, когда он пришел ко мне. В целом, я согласен, это моя вина. Я мог бы заняться воспитанием ребенка, как всегда хотел с женой, но упустил свой шанс.» — «А родители Майкла? Когда он в конечном счете убежал из дома, то его разве не искали?»       Стив ухмыльнулся и достал сигарету с пачки. — «Родители? Им плевать было всегда, просто выплескивали на него свою ярость, которая появилась из-за ненависти к себе же. В общем в начале я был знаком с его родителями, мы были в довольно дружеских отношениях, а когда узнали о том, что я их сыну разрешаю отсиживаться у меня, то разорвали все контакты со мной. Думаю, это к лучшему. » — «А где сейчас его родители?» — «Умерли лет 5 назад. До их смерти Майкл еще питал надежду, что сможет вернуться к ним, но возвращаться стало поздно.»       Стив замолчал на минуту, явно вспоминая все события из прошлого. — «Я виню себя в том, что не смог взять ответственность за мальчишку. Я не смог удержать ту самую отцовскую фигуру, которую он видел во мне раньше, а сейчас в его глязах я — собутыльник, хоть до сих пор надеюсь на то, что смогу стать для него хорошей заменой отца. Я знаю, что он не уйдет от меня, идти ему некуда, хотя у меня есть предположения, что у него также, как и у меня, есть надежда на то, что я снова смогу стать для него отцом, поэтому продолжает оставаться со мной до последнего.»       Эмили заметила, как Стив рассказывает ей почти все, что связано с его жизнь, но ничего против этого не имеет. Признать честно, ей было правда интересно узнать поближе тех, кто является ее соседями, тем более таких травмированных, как Стив. Девушка предположила, что ее сосед редко бывает трезвым лишь из-за того, что не хочет снова чувствовать эту вину, а алкоголь — помощник избавиться от всех мыслей в голове. — «Почему же вы тогда все еще не бросили пить? Если вы сделаете это вдвоем с Майклом, то все наладится,» — спросила Эмили, убирая волосы с лица.       Мужчина на этот раз точно встал в тупик, уже не зная, что ответить. Он прекрасно понимал, что Эмили безусловно права, но зависимость сильнее. — «Легко сказать. Знаешь, понять легко, что нужно бросить и все будет хорошо, но… Смерть жены преследует меня везде, если я не буду пить. На трезвую ты видишь мир более глубоким, а на пьяную ни о чем не думаешь. Проблема в том, что мне нравится ни о чем не думать и жить в таком состоянии мне только в радость, — мужчина тяжело выдохнул и поправил свои очки, которые слегка съехали. — Я оказался в алкогольной яме, но если выберусь из нее, то окажусь в другой яме, но я там буду лежать уже в гробу.»

***

      Коннор вернулся в офис, где уже находился Хэнк Андерсон, уставившись в монитор компьютера. Андроид подошел к нему уверенно, его шаги были хорошо слышны, от чего Хэнк поднял голову, когда понял, что приближаются к нему. — Я выполнил Ваше поручение, Лейтенант, — сказал Коннор, когда остановился возле стола Андерсона.       Тот лишь посмотрел на него и покачал головой, давая понять, что тот принял эту информацию. — Вы что-то еще узнали? — спросил андроид, ожидая хоть каких-то слов от Хэнка. — Нет, ничего. Единственное, что из нового, так это снова убийство, — мужчина тяжело выдохнул и устало навалился об спинку своего рабочего кресла. — Все-таки хорошо, что мы предупредили ту девчонку об опасности. — Полностью согласен с Вами, Лейтенант. Надеюсь с ней ничего не случится.       Лейтенант снова только покачал головой, смотря на свой компьютер. Видимо, ему не особо хотелось разговаривать, скорее он был чем-то расстроен. — Вы чем-то обеспокоены? — спросил RK800, ожидая покорно ответа от мужчины. — Та у меня все крутится в голове убийство той девочки, о которой ты мне сказал. Бедный ребенок… — тот оперся логтем на стол и положил свою голову на кулак. — За что ребенка-то убивать?       Коннор промолчал, не зная, что добавить в ответ на это. Почему андроид убил еще и ребенка — для него загадка, которую им нужно раскрыть. Помолчав какое-то время Коннор произнес: — Мы можем отправиться на место происшествия. Убийство произошло примерно два часа назад, возможно мы что-то сможем узнать.       Хэнк усмехнулся, явно понимая, что жизнь этому ребенку уже не вернуть, но исследовать место все-таки требуется и встал со своего кресла, идя за андроидом, который сразу понял, что тот согласен идти с ним. — Сраные андроиды, от вас одни проблемы только.       Коннор услышал слова Хэнка, но не придал никакого значения, лишь спокойно направлялся к выходу из полицейского участка.