Часть 3. Предчувствия и клубничный дождь

Если очень спешишь - начинаешь подгонять время и перестаешь замечать жизнь. Следующие дни пробежали в суматохе. Вечером, накануне прибытия делегаций, Гермиона тихо сидела в кресле-качалке и разглядывала кремовую розу на обоях. Вообще-то их здесь было много, этих роз. Но она выбрала ту самую, памятную. Три года назад, когда они с Роном только переехали в эту квартиру, брызги шампанского попали как раз на неё. До сих пор осталось небольшое пятнышко - воспоминание о былом веселье. Сейчас она тупо на него смотрела... и чувствовала усталось. Вот уже и слезы катятся по щекам... Не потому, что расстроена. Просто так её глаза реагируют на хронический недосып - Гермиона часто засиживались с бумагами до поздна. Попробовала однажды взять их с собой в постель, но тут уж Рон выступил решительно против. И она потом обижалась целую неделю. Вспоминая об этом сейчас, Гермиона слабо улыбнулась. Она всё-таки ненормальная, ничего не попишешь! Обиделась из-за такой чепухи. Вместо того, чтобы отшвырнуть папки в сторону и... просто обнять своего парня! Тогда ей казалось, что он таким образом показывает ей своё пренебрежение, недооценивает её профессиональные компетенции. К чёрту компетенции! К чёрту всё! Никогда она ещё не чувствовала себя настолько обессиленной, а жизнь не казалась такой бесцветной. Даже в тяжёлые времена, когда они с Роном и Гарри мотались по стране в поисках крестражей, у неё была надежда. Да, сейчас плохо, но вот, совсем скоро, будет хорошо. Гарри победит Волдеморта. Они построят новый мир! Тогда у неё было светлое завтра, а теперь... Лишь серое сегодня. И каждое такое сегодня уныло вклинивалось в долгую беспросветную череду дней. В них не было радости. Не было огня, одно только бесконечное "надо". Как это произошло? Загадка. Завтра она наденет свой тёмно-синий костюм, застегнет запонки на рубашке... Сделает дневной макияж и строгую причёску (Упаси Мерлин, никаких кудрей!), засунет ноги в чёрные элегантные лодочки, и, конечно, не забудет кожаный портфель... Годрик, как же от него воняет! Правда! Гермиона поморщилась. Похоже химический состав, которым была пропитана кожа, категорически не подходил её обонятельным рецепторам. А может всё дело в том, что этот запах ассоциировался с нелюбимой работой... Стоп! Она сказала "с нелюбимой"? В смысле... подумала!.. Нужно сейчас же наказать себя, прижечь руки утюгом, как это сделал когда-то Добби. Гермиона нервно засмеялась. - Я схожу с ума... - тихо прошептала она. - А если не будет ума, что тогда от меня останется? В самом деле. Долгие годы она была "мозгом" золотого трио. Могла дать ответ на любой вопрос. А если не получалось - находила его со скоростью сниджета. Она не должна сдавать позиции, иначе... Просто перестанет быть собой. Гермионе вдруг стало холодно. Очень. Она лениво поднялась, накинула плед, подошла к окну. Луна почти полная и яркая-яркая... Такое ощущение, что она хочет поделиться своим светом, утешить, приободрить. Гермиона постояла немного. Ноги стали совсем ледяными. Она тихонько прошлепала в спальню и улеглась слева. Рон спал. Он был очень тёплым. Тёплое дыхание, тёплое тело. Она придвинулась к нему поближе, устроила свои озябшие ноги на его горячих и стала греться. Это было так приятно!.. Даже в животе стало теплее, и как будто проснулось желание. Это её обнадежило и обрадовало - в последнее время эта часть жизни тоже казалась бесцветной. Может тихонько его разбудить? Нет. Нельзя. Скоро важный матч. Он должен хорошо высыпаться. Годрик!.. Её тело становится горячим, энергия тягучей... Сладко... И жарко... Почему именно сейчас? Ночь такая лунная, спокойная, прохладная... Она приблизилась к Рону, слегка коснулась губами его щеки, прихватила за ухо... Как он любит - едва - едва, нежно оттягивая и отпуская... Он издал какой-то странный звук... Должно быть думает, что это сон... Ну и пусть. Она покрыла поцелуями шею , бесшумной россыпью спустилась к ключицам... Нет, похоже, осознал, что всё происходит на самом деле. Обнимает, отвечает... Ей давно не было так хорошо. И жарко. И она вдруг поняла, что хочет красное платье! Строгие цвета надоели!.. Она наденет его прямо завтра! Распустит волосы. Обновит кросовки и гетры. Купит новые сладковато - пряные духи, а на обед будет есть клубнику! Надоело быть серьёзной. С завтрашнего дня она станет просто... свободной! Пусть только придёт это утро! Пусть откроет двери новый день! Она войдёт в него совсем другой. .. Посмотрит в зеркало и сама себя не узнает! И вот... наступил рассвет, растаяла луна... Должно быть расстроилась, увидев Гермиону в привычном тёмно-синем с кожаным портфелем... - Ты сегодня ночью была невероятной, - обнял её со спины Рон. - Ты помнешь костюм, Рональд, - раздражённо ответила она, - я опаздываю! Чмокнула его в нос, забрала из комнаты какие-то бумаги, покосилась на новые кросовки в шкафу и направилась к выходу. - Я сегодня закончу пораньше. Может сходим куда-нибудь? В ресторан, например... Давно не выбирались... Гермиона хотела было фыркнуть, что сегодня у неё точно не будет на это времени, но встретилась с ним взглядом и передумала. - Я постараюсь, - мягко сказала она, задержалась на секунду, рассматривая кремовые розы на обоях, так и не смогла найти "ту самую"... и скрылась за дверью. На мгновение ей показалось, что она больше сюда не вернётся. Что видит всё это в последний раз! От этих мыслей снова стало холодно. Нет... Ей всё-таки нужен отпуск. Она займётся этим сразу после закрытия фестиваля! А сегодня... Сегодня она должна встретить делегацию из России во главе с Кирой Климовой, которая наверняка окажется надменной дамой средних лет с поджатыми губами в тёмно-сером костюме с серебряной брошкой. Гостья станет зудеть и жаловаться на трудности перелёта, на жёсткую постель, невкусный обед и ужасные условия хранения артефактов. Почему-то ничего другого Гермиона не ожидала. С чего вдруг это общение должно её порадовать, если, прямо, скажем, ей его навязали?! В Министерстве достаточно менее загруженных молодых сотрудников. Они вполне могли бы заняться организацией фестиваля и встретить гостей... Однако начальник сказал, что такое важное дело практикантам доверять нельзя. Мало того, что стоимость артефактов из Колдовстворца весьма внушительна, так некоторые из них ещё и представляют опасность для жизни и здоровья, если обращаться с ними неправильно. - Всё должно быть организовано на высшем уровне! - Отчеканил он. И Гермиона только козырнула в ответ. Подумала правда, что практикант со свежими силами устроит всё куда более достойно, чем сотрудник, который три года не был в отпуске... Но вслух этого не сказала. Запах кожаного портфеля в этот момент показался ей ещё более противным. Как и блеск огней в атриуме Министерства сегодня утром. Хотелось зажмуриться или, на худой конец, одеть тёмные очки. Но этого она, конечно, тоже не сделала. Прошла к стойке, украшенной слишком ярким баннером с изображением русской матрёшки и приготовилась раздавать дежурные улыбки. В помещении практически никого не было. Она, как обычно, пришла пораньше. Столы уже накрыли к завтраку. Кипенно белые шёлковые скатерти спускались до пола. Золотой блеск приборов и изящных вазочек с фруктами невероятно нервировал. Здесь были яблоки, груши, бананы, киви и виноград... И... Не было клубники! Совсем! Как эти олухи могли про неё забыть?! Гермиона тихонько отошла от своей стойки и достала волшебную палочку, твёрдо намереваясь исправить эту оплошность. Она прекрасно помнит бытовые заклинания и без труда сможет трансфигурировать никому не нужный ананас в элегантное блюдо со спелыми красными ягодами! В глазах ведьмы заплясали искорки. Она прошептала нужную словесную комбинацию и направила поток энергии на реализацию задуманного. Голова закружилась, во все стороны полетели мелкие блестящие мушки. Гермиона схватилась за украшенную лепниной колонну, чтобы не упасть. В этот момент раздался приветственный гул фанфар и зал, словно по мановению волшебной палочки, наполнился людьми. Здесь были дурмстранговцы в ярких одеждах и массивных шубах. Во главе делегации - миниатюрная девушка в чёрной классической юбке (единственная в команде). На фоне этих "медведей" она выглядела почти Дианой охотницей, которая по ошибке облачилась в деловой костюм. Здесь были представители Инверморни. В ярко - голубых мантиях они походили на прекрасных бабочек из рода Морфо. Сквозь серую пелену Гермиона увидела изящных девушек из академии Шармбатон и преподавателей школы Кастелубрушу во главе с капитаном бразильской команды по квиддичу Жуаном Коэлью. "Настоящий красавчик", - мимоходом подумала она. Здесь были посланцы японской школы магии Махотокоро, судя по всему, лучшие из лучших - в мантиях золотого цвета. Здесь были гости из России во главе с Кирой Климовой - высокая девушка с длинными волосами пшеничного цвета, которые бессовестно завивались и спускались ниже пояса, никак не походила на образ, нарисованный Гермионой этим утром. На ней было светло - зелёное льняное платье, лёгкая обувь без каблуков, витиеватый браслет на щиколотке и длинные серьги в ушах. А ещё - довольно заметная татуировка с растительным орнаментом на предплечье. "И она даже не потрудилась скрыть это "художество", отправляясь на официальное мероприятие!", - с осуждением (а скорее со скрытой завистью!) подумала Гермиона. В этот момент сработало её заклинание. Причём самым неожиданным образом. Вместо злосчастного ананаса в клубнику превратились практически все фрукты, возлезавшие в золоченых вазах. Но не думайте, ягоды не остались лежать в блестящих посудинах! Вместо этого они обрушились на вошедших ярко-красным дождём (точнее градом!) оставляя на праздничных платьях и мантиях весьма заметные разводы. Едва одна ягодка ударялась о голову заграничного гостя, как в воздухе появлялась другая.... Казалось этому не будет конца!.. Аромат стоял сногсшибательный! Непосвящённый подумал бы, что в атриуме Министерства магии варят клубничное варенье.