Кошка

      На свадьбе своего младшего брата Лиланда Пэт ощущал себя не в своей тарелке. Дело было не в арендованном поместье, во дворе которого раскинулись стойки с цветами, арка с цветами, столы с цветами и кучей цветов на каждом гребаном метре двора. Дело было в людях: чудаки в разноцветных, порой «кричащих», мантиях и шляпах, не похожие на приличных людей, шныряли то тут, то там, громко общались и пили, как в последний день на Земле.       Со всем этим вычурным волшебством он познакомился около десяти лет назад, когда Лил притащил какую-то странную неотесанную девчонку в черных тряпках к ним домой. С того самого момента спокойной жизни Пэта настал конец: Лил и его подружка постоянно что-то ломали, пару раз чуть не подожгли дом, порой уничтожали вещи и самого Пэта. Казалось, прикоснись эта парочка к Вестминстерскому дворцу, простоявшему на английской земле более столетия, его стены во мгновение ока осыпались бы пеплом и пылью.       Через пару лет после появления замухрышки выяснилось, что мир куда больше, чем Пэт мог себе представить. Фокусы, которые выкидывал его брат со своей подружкой, были не просто розыгрышами или баловством, а самой настоящей магией. Оказалось, что где-то там, в тенях, прятался мир волшебников, которые вели свою отдельную обывательскую жизнь. И никто из простых смертных не знал об этом мире, не считая правительства, которое уж точно было в сговоре с этими…       У них даже отдельное слово было для таких, как Пэт, настоящих людей. «Магглы»! Мерзкое, уничижительное и рабское слово. Но порой любопытство Пэта все же пробивалось наружу. Когда Лил в очередной раз приезжал на каникулы из школы волшебства Хогвартс, по ночам в свете луны он подползал к прикроватной тумбе брата и аккуратно доставал из верхнего ящика ивовую палочку. Учебники с заклинаниями найти было проще — стол Лила ломился от всякого волшебного скарба. Однако каждый раз надежды Пэта найти в себе зерно волшебства разбивались о воздух, который он разрезал палочкой в попытке сотворить хоть что-нибудь отличное от его реальности. Пэт был уверен, что если б на месте Лила был он сам, то не стал бы растрачивать этот дар на тупые игры с друзьями и создал бы что-то особенное, что имело бы силу и принесло бы пользу всем. Да, он бы точно стал отличным волшебником…       Но! Как говорится, «нет худа без добра». Именно благодаря Хогвартсу бо́льшую часть года Пэт мог жить спокойно в тишине и желанном одиночестве, мире предсказуемости и порядка, где он посвящал всего себя учебе.       Однако каково было удивление Пэта и всей семьи Эванс, когда Лиланд сообщил о своем намерении жениться. И совсем не на той замухрышке, что открыла ему мир магии — Сильване Снегг, а на «чистокровной» волшебнице Дженнифер Поттер. На девушке яркой, шумной и смешливой. Казалось, что в жизни Дженнифер всегда было ясное солнечное небо, тогда как Сильвана была апогеем депрессии. Пэт испытывал хоть какое-то утешение на свадьбе брата, когда видел кислую мину Сильваны, девчонки, которая испортила всю его жизнь и отвернула брата от нормальной жизни. Так ей и надо!              Пэт сидел за столом в идеально выглаженном белом смокинге. Он поправлял запонки на манжетах рубашки, когда его тело словно пробило током. Импульс ударил в затылок и пронесся стремительной волной к кончикам пальцев ног и рук. Пэт никогда не чувствовал подобного прежде. Он стал растерянно озираться по сторонам. Источник ужаса и колкой боли даже не думал скрываться. Это была девушка с растрепанными каштановыми волосами до плеч. В отличие от остальных подружек невесты, она была одета в мужской смокинг, который бессовестно облегал ее худые округлые бедра. Но и тут она решила выделиться: несколько верхних пуговиц ее рубашки были расстегнуты и слегка обнажали ее небольшую грудь. Девушка стояла в тени старого дуба, уперев одну ногу в ствол дерева, и пялилась на него светлыми глазами. Рядом с ней лежала опустошенная бутылка шампанского и несколько бокалов, что она урвала у суетливых официантов. Девушка заметила, что Пэт ее обнаружил, но это не вызвало ее смущения и взгляда она отводить не стала. Даже наоборот: она подмигнула и с ухмылкой на лице двинулась в его сторону кривой походкой. Пэт судорожно и смущенно начал озираться, чтобы найти адресата откровенного флирта подружки невесты, но, увы, «Пэтуниас Эванс, получите, распишитесь!».       В одно мгновение девушка исчезла из виду и возникла на соседнем от Пэта стуле.       — Позвольте спросить, а Вы случайно не брат жениха? — нарочито томно произнесла она.       — Эммм…       — Знаете, Дженн мне ничего не смогла о Вас рассказать. Видимо, старина Лиланд пытается скрыть такого красавчика от кучи испорченных подружек невесты. — Она громко рассмеялась, но никто из волшебников не обратил внимания на этот сюр.       — Да не то чтобы… — робко промямлил Пэт, резким движением схватил стакан с водой и принялся его опустошать. Впервые он столкнулся с «подкатом», которому пытался научить его отец.       «Так вот, что чувствуют девушки в подобной ситуации! Так не годится», — инсайт был пойман и усвоен.       — Позвольте, мисс…       — Блэк, Сирена Фелис Блэк. — Она широко улыбнулась и сощурила глаза.       — Мисс Блэк, знаете, я не очень…       — Зачем так формально?! Зови меня Си-ре-на.       — Хорошо. Мисс Сирена… Ой! Сирена… знаете, я не…       — А давай на «ты». — Пэт чуть не захлебнулся собственным возмущением, но Сирену это не смутило. Она грубо положила руку на плечо Пэта и придвинулась, ухватившись за его шею. Пэт хотел было вырваться из объятия мисс Блэк, но хватка у девицы оказалась крепкая. — Считай, мы породнились… Брат!.. Ведь Дженн мне как сестра. Ближе нее у меня никогошечки нет. Смекаешь?       — Ах, так вон оно что… — Пэт невольно сморщил нос и зажмурился, ведь дыхание девушки было убийственным. Дыхни она на вазу с цветами — они тотчас же были бы приговорены к скорейшей смерти — и ваза, и цветы.       — Мисс Блэк…       — Ммм?! — с претензией промычала она.       — Сирена… Мисс Сирена, отпустите. Не надо, пожалуйста…       — А знаешь что? Нет, ты знаешь?!       — Что знаю?       — А ты ниче такой. Волосики эти твои… — Сирена покрутила пальцами выбившийся из прически Пэта локон светлых волос, придвинулась на расстояние вытянутых губ и смущенно зашептала: — А глаза… так просят… веселья!       В момент, когда кровь перестала поступать в замершее сердце Пэта и он был готов распрощаться со своей невинностью прямо здесь и сейчас, девушка залилась смехом и отпрянула. Она ловко соскочила со стула и, припав на одно колено, протянула ему руку.       — О, прекрасный принц! Не сочтите за хамство и подарите танец мне, недостойной вашей красоты букашке!       — С-с… Серьезно? — Пэт на долю секунды почувствовал себя прекрасной… принцессой и машинально протянул руку в ответ. Он не заметил хихиканья брата и подружек Сирены, грубая шутка какого-то старого пер… волшебника из-за соседнего столика стала частью шума, который Пэт был не в состоянии понять. Он видел, как улыбка Сирены медленно становилась все шире и шире по мере приближения его руки. Удары сердца становились все ощутимее.       Ту-дум… Ту-дум. Ту-дум! Ту! Дум!       Это была самая длинная секунда в его жизни.       Стоило тонким пальцам Пэта лишь коснуться ладони Сирены, как она выдернула его из неги ожидания резким порывом в реальность и закружила в вихре танца.       — Надо же, а Пэтти, оказывается, умеет танцевать! — весело заключил Лиланд. — Миссис Эванс, позвольте…       — Позволяю, мистер Эванс! — Дженн ответила на приглашение реверансом, и молодожены пустились в пляс.              Остаток дня Пэта прошел в погоне за порывами Сирены к приключениям. Пару раз пришлось вступиться за шальную девицу, когда она начинала нарываться на драку с господами почтительного возраста.       — Да не держи меня! Отпусти! Я ему раскрашу хорошенечко нос, и мы посмотрим, кто из нас поблагороднее будет!       — Сирена, прошу тебя! Сирена, что ты делаешь?.. — Пэт горел от стыда и оттаскивал новую знакомую в сторону. Однако при всей неловкости ситуаций, что провоцировала девушка в смокинге, ему казалось, что в гневе, когда появляются морщинки на носу и когда ее улыбка превращается в оскал, Сирена становится особенно манящей. Ее свобода и вседозволенность, безбашенность и колкость завораживали. Она сверкала, словно новый, доселе неизвестный, драгоценный камень каким-то особенным рисунком граней. Хотелось прикоснуться к ней и ее миру, но к вечеру, когда солнце попрощалось с гостями, Пэт был уже не на шутку испуган.       Новой жертвой Сирены стал иноземный гость в белой феске с золотой кисточкой. Он был из древнейшего рода среднеазиатского континента и по совместительству плотно сотрудничал с Филис Поттер, матерью Дженн, которая когда-то занималась производством и поставкой снадобья для волос в страну волшебника в белой феске. Когда Сирена, брызжа слюной, кричала про волшебную «кастрацию» каких-то источников и маленьких рабов, о том, что страну господина в белой феске по-хорошему надо бы снести и отстроить заново, ибо традиции у них из каменного века, Пэт дал слабину и не удержал чертовку, а она вырвалась и дала громкую затрещину господину в белой феске. Гость быстро схватил свою черную палочку с изогнутым навершием и направил на Сирену.       — Ну, держись, мерзавец! — она опустилась на четвереньки и обернулась черной пантерой. Пэт даже представить себе не мог, что люди на такое способны. Он ошалело замер и наблюдал за происходящим.       — Ой, что сейчас будет! — с радостью воскликнула одна из подружек невесты.       — Пенни, цыц! — одернула ее Дженн. Невеста была вне себя от происходящего. — Эй ты, кошка драная, прекращай выпендриваться и проспись уже, пока я тебе не наподдавала! Пэт, душенька, — вдруг изменилась она в голосе и стала слащаво дружелюбной, — подсоби, молю. Отведи нашу кошку в комнату. Проследи за тем, чтобы она дошла и легла в кроватку. Спасибочки!       — Я?       — Да-да, душенька. Ты. — Было в дружелюбии этой милой девушки нечто коварное и отталкивающее. Пэт с радостью покинул бы мероприятие, но, словно предчувствуя ответ брата, Лиланд спешно подошел к ним.       — Ну-ну, куда это ты пятишься. Помоги по-братски, а мы с господином Фахратдином уладим дела, пока это не переросло в международный конфликт и не опозорило на-шу семь-ю. — Лиланд знал, на что давить, и ловко манипулировал честолюбием старшего брата.       — Ну ладно… — обреченно вздохнул Пэт. — Мисс Блэк… Сирена…       Постепенно лапы пантеры стали уменьшаться, густые черные волоски обнажили рукава смокинга, и Сирена снова встала на две ноги.       — Сорян, — виновато она бросила в сторону Дженн.       — Ух, забудь! Иди давай, — подгоняла невеста.       — П-прошу… — сбивчиво пробормотал Пэт и жестом указал Сирене направление к гостевому домику.       — Секунду! — бросила она. Сирена подбежала к господину в белой феске, воспользовавшись моментом, когда все были отвлечены обсуждением очередного конфликта на свадьбе, и со всего маха ударила его промеж ног. Мужчина с коротким воплем ссутулился, схватился за битые яички и опустился на колени. К моменту, когда Дженн осознала происходящее, Сирена уже схватила Пэта за руку и унесла его за собой к одной из освещенных фонарями дорог поместья. Ее резкий смех разрывал воздух. Пэта подташнивало от ужаса и смеха, которым его накрыло в момент побега. Они мчались быстро, пока Пэт не начал задыхаться и им пришлось остановиться под фонарем у одного из гостевых домиков.       — Это… — тяжело дыша он наклонился и уперся руками в колени. — Это был грязный прием... но… но, Господи, как же смешно!..       — А то ж! — Сирена притянула его за грудки к себе и поцеловала прямо в губы. Пэт опешил, но не стал сопротивляться. Он мягко обнял ее за талию одной рукой, а вторую запустил в растрепанные волосы. Его дыхание стало глубоким.       Это были самые долгие две минуты в его жизни.       Сирена медленно отпустила отвороты белого смокинга.       — Видел, как я его? — шептала она.       — Ага… — тянулся Пэт, желая продолжить сладостный момент.       — Ты же знаешь, что нам с тобой совсем не по пути?       — Еще как не по пути… Но сейчас ведь все хорошо?       — Да… — Сирена нежно чмокнула Пэта и поманила за собой в гостевой домик.              Это были самые короткие три минуты в ее жизни!