Часть 11. В библиотеке Хогвартса

      Гермиона пропадала в библиотеке сутками. Она обложилась фолиантами по магической зоологии и истории британских поместий, пытаясь найти хоть какое-то упоминание о гигантских трехголовых псах. Сүхбаатар же в это время занимался «физикой процесса». Он заставлял Гарри до мозолей на пальцах отрабатывать простейшие запирающие и отпирающие чары, заставляя его делать это в темноте и на слух. — Если ты не можешь попасть в замок с закрытыми глазами, ты труп, Поттер, — бросал он, не отрываясь от своего пергамента, где чертил схемы распределения веса при падении. Наконец, в один из холодных октябрьских вечеров, Гермиона притащила в пустую гостиную огромный том в облезлом кожаном переплете. Она выглядела изможденной, с темными кругами под глазами, но в её взгляде горел триумф исследователя. — Я нашла! — выдохнула она, роняя книгу на стол перед Сүхбаатаром. — Это не просто собака. Это цербер, или «адская гончая». Редчайший вид, почти истребленный в средние века. В книге написано, что они обладают магической резистентностью — их шкура почти не пропускает заклятия. — Значит, палочки бесполезны, — подытожил Сүхбаатар, даже не взглянув на гравюру с монстром. — Что там насчет слабостей? Гермиона замялась, листая страницы. — Вот тут и странность. В этой книге, «Твари и где их прятать» издания 1742 года, сказано, что церберы... засыпают от музыки. Любой ритмичный звук вводит их в транс. Но, Рон, я проверила все современные справочники в школьной библиотеке. Там этого нет! В новых изданиях раздел о церберах либо вырезан, либо содержит только общую информацию о силе укуса. Сүхбаатар медленно поднял голову. Его взгляд стал острым, как бритва. В Корее он знал, как работают корпорации: если информация исчезает из общего доступа, значит, её кто-то купил или спрятал. — В библиотеке Хогвартса этого нет, потому что Дамблдору не нужно, чтобы дети знали, как усыпить его сторожевого пса, — спокойно произнес он. — Он хочет, чтобы препятствие казалось непреодолимым. Или чтобы ключ был только у него. Гермиона испуганно прикрыла рот ладонью. Идея о том, что директор может намеренно скрывать знания, была для неё ересью. — Но... зачем? Это же школа! Нас должны учить, как справляться с опасностями! — Нас учат быть послушными солдатами, Грейнджер, а не выживать, — Сүхбаатар захлопнул книгу. — Твоя находка бесценна. Теперь мы знаем, что магия — не единственный путь. Гарри! С завтрашнего дня ты учишься свистеть. Громко и ритмично. — Свистеть? — Гарри оторвался от отработки «Алохоморы». — Ты серьезно? — Серьезнее некуда. Если мы окажемся там снова, твои легкие спасут нас быстрее, чем твоя палочка. Сүхбаатар вернулся к своим записям. Его «котелок», как выразился бы близнец Фред, варил на полных оборотах. Он сопоставлял даты. Приближался Хэллоуин — время, когда в таких историях всегда случается дерьмо. В дунхуа это были моменты прорыва демонов, в ГП — это был тролль. Он начал носить в кармане мантии небольшой мешочек с толченым графитом и солью. В Корее он слышал, что соль отпугивает духов, а графит... графит хорошо проводит искры. Если ему придется столкнуться с горным троллем, он не будет пытаться поднять его дубину в воздух, как советовал профессор Флитвик. Он будет бить по глазам и слизистым. — Рон, — Гермиона тихо пододвинулась ближе, — ты сказал тогда в библиотеке... что магия — это давление. Я попробовала применить это на Трансфигурации сегодня. У меня получилось превратить кубок в крысу с первого раза, но я... я почувствовала себя опустошенной. Словно я пробежала марафон. — Потому что ты использовала свою волю, а не просто повторяла стишок, — Сүхбаатар впервые посмотрел на неё с чем-то похожим на одобрение. — Это цена, Гермиона. Хочешь быть сильной — плати силой. В этом мире нет бесплатных обедов. Он встал и направился к лестнице в спальни, оставив друзей в тени камина. Гарри продолжал тренировать движения кистью, а Гермиона задумчиво гладила старую страницу книги. Сүхбаатар знал: скоро их ждет первый настоящий экзамен на кровь. И он сделает всё, чтобы выйти из него живым, даже если для этого придется нарушить все правила этой чопорной британской школы.