Часть 12.Хеллоуин и битва с троллем!!

      Хэллоуин в Хогвартсе ощущался Сүхбаатаром как затишье перед бурей. Тысячи живых тыкв с горящими глазами парили под потолком Большого зала, а запах печеных яблок и засахаренных орехов наполнял воздух сладостью, от которой у него сводило зубы. Сидя между Гарри и Гермионой, он почти не притрагивался к еде. В его голове постоянно прокручивались кадры из фильмов, но реальность уже начала давать трещины. Гермиона не плакала в туалете — она сидела рядом, сосредоточенно изучая заметки по Защите от Темных Искусств. Его влияние сделало её собранной, почти жесткой. Она больше не была «выскочкой», она стала ценным активом. Внезапно двери зала распахнулись. Профессор Квиррелл, чье лицо было бледнее его собственного тюрбана, ворвался внутрь с дикими криками о тролле в подземельях. Паника вспыхнула мгновенно. Крик сотен детей слился в единый гул ужаса. Когда Дамблдор приказал старостам вести факультеты в гостиные, Сүхбаатар почувствовал, как внутри него что-то щелкнуло. — Держитесь за мной, — коротко бросил он Гарри и Гермионе, хватая их за мантии. — Не растягиваться. Смотрите под ноги. Они двигались в толпе гриффиндорцев, но Сүхбаатар намеренно притормаживал, пропуская вперед шумных старшекурсников. Его план выживания не подразумевал прямой схватки с четырехметровым монстром, но он знал: хаос — лучший учитель. Когда они свернули в один из боковых коридоров, ведущих к лестницам, воздух внезапно стал тяжелым и зловонным. Запах грязных носков и сточных канав ударил в нос так резко, что Гарри поперхнулся. — Он не в подземельях, — прошептал Сүхбаатар, прижимаясь к холодной каменной стене. — Он здесь. Из-за угла медленно выплыла огромная, серая туша. Тролль был воплощением первобытной, тупой силы. Огромная дубина волочилась по полу, оставляя борозды в камне. Монстр замер, поводя плоским носом, и его крошечные глаза остановились на троице первокурсников. — В класс! Быстро! — Сүхбаатар толкнул друзей в открытую дверь кабинета заклинаний, заскакивая следом. Тролль, учуяв добычу, взревел и ударил дубиной по дверному косяку, превращая дерево в щепки. Гарри выхватил палочку, его руки дрожали. Гермиона замерла, её лицо стало восковым, но она не закричала. Сүхбаатар же залез рукой в карман, нащупывая свой мешочек с графитом и солью. Он не был «имбой», у него не было магической мощи, чтобы свалить гиганта. У него была только физика и знание уязвимых точек. — Гарри, целься в глаза! Не нужно сложных заклятий, просто искры! — крикнул Сүхбаатар, выжидая момент. Когда тролль просунул голову в проем, Сүхбаатар швырнул горсть графитовой пыли прямо в раскрытую пасть и ноздри существа. Пыль мгновенно забила слизистую, вызывая у тролля приступ удушливого кашля. В этот же миг Гарри, подчиняясь приказу, выпустил поток искр. Мелкая взвесь графита вспыхнула коротким, ярким хлопком прямо перед мордой монстра. Тролль взвыл от боли, теряя ориентацию. — Вингардиум Левиоса! — голос Гермионы прозвучал неожиданно твердо. Она не целилась в дубину. Она подняла тяжелый чернильный прибор со стола и с силой обрушила его на затылок дезориентированного чудовища. Тролль покачнулся и с грохотом рухнул, заполняя собой весь проход. В наступившей тишине было слышно только их прерывистое дыхание. Через минуту в коридоре послышались быстрые шаги — Макгонагалл, Снейп и Квиррелл ворвались в помещение. Разбирательства были долгими, но Сүхбаатар молчал, предоставив Гермионе и Гарри объясняться. Он лишь стоял в тени, чувствуя странное покалывание в затылке — словно чье-то невидимое присутствие оберегало его разум от проницательного взгляда Дамблдора. «Защита... — подумал он. — Та сущность, что забросила меня сюда, не дала мне сил, но она дала мне стену внутри головы». Он не вспоминал об Улан-Баторе, не шептал слов на родном языке. Он был Роном Уизли. Идеальной маской. Когда они наконец вернулись в пустую спальню мальчиков, Гарри и Невилл сидели на своих кроватях, всё еще бледные от пережитого. Невилл тихо всхлипывал, понимая, что мог оказаться на пути у этой твари. Сүхбаатар подошел к окну. Он посмотрел на спящий замок, чувствуя, как холодная тяжесть ответственности ложится на его детские плечи. — Мне жаль, что вам пришлось это увидеть, — произнес он тихим, непривычно глубоким голосом, обращаясь к Гарри и Невиллу. — Этот мир не такой добрый, каким кажется в учебниках. Привыкайте к этому. Мы сегодня выжили только потому, что были вместе. Гарри поднял голову, глядя на друга. — Ты спас нас, Рон. Тот фокус с пылью... откуда ты это узнал? — Прочитал в старой книге об алхимии, — соврал Сүхбаатар, даже не моргнув. — Спите. Завтра будет новый день. И он не будет легче. Он лег в кровать и закрыл глаза. В глубине сознания он чувствовал ледяную уверенность: он не позволит этому миру сломать себя. Он не Рон Уизли из сказки. Он — выживший. И первый год обучения только начинался. Ему нужно было выяснить, почему Квиррелл пахнет смертью, и сделать это раньше, чем Дамблдор решит, что «герои» готовы к своей следующей жертве.