Глава 5. Щелчок - дверь закрылась на замок !

Волосы Нагайны развевал прохладный лондонский ветер. Спустя столько времени она вернулась в этот город. Годы, проведённые в цирке уродов, где её показывали как женщину‑змею, заставляя превращаться в свою змееподобную форму… Этот наследственный вирус душил её и портил ей жизнь. Она бы хотела раз и навсегда избавиться от него, но, увы, все дети её рода болели этим вирусом, и она — не исключение. Открыв дверь своей уютной квартирки в Косом переулке, она вошла в неё и проверила на наличие опасности. Чисто. Квартира была двухкомнатная. Она помнит, как радовалась, когда хозяин вручил ей ключи от неё, и она стала владелицей этой квартиры. Путешествуя по Европе, она много где жила, но именно в Лондоне ей нравилось. Эта прохлада, дождливая погода были ей по душе, и она любила Лондон всей душой, особенно магический. Как же она давно не колдовала! Живя то тут, то там, она редко пользовалась палочкой, хотела пожить немного как обычный маггл, но, видимо, придётся вернуться к своей сущности волшебницы и маледиктуса. Чёрт бы его побрал… Сев на бархатный тёмно‑зелёный диван, но спустя минуту она легла на него: она хотела отдохнуть хорошенько. Всё равно нечего делать. Закрыв глаза, она быстро заснула. Нагайне снилось, что она находится в каком‑то лесу, и рядом с ней стоял таинственный мужчина лет тридцати. Чёрные, слегка волнистые волосы были уложены в аккуратную причёску; белая, идеально выглаженная рубашка контрастировала с чёрным пиджаком и галстуком, а мантия на плечах говорила о том, что он волшебник, да и палочка, похожая на кость, в кармане — тоже. Его голубые глаза следили за ней. Она была в облике змеи — она точно знала это ощущение, когда ты передвигаешься, плавно ползая, и когда на тебя смотрят со страхом. Но он так не смотрел, нет. Он смотрел с… уважением? Странно. Мужчина вдруг подошёл к ней и протянул руку — и тут же сон оборвался, словно его и не было. Она дёрнулась во сне и проснулась. Спазмы скручивали тело, которое всё норовило превратиться в змею, но зелье удерживало. Как же она благодарна профессору Дамблдору, который предоставил ей его! Зелье, конечно, не поможет избавиться от вируса, но хоть сдерживало немного приступы, которые были частыми. Протерев глаза, она встала с дивана, надела тапочки и ушла на кухню. Взяв графин, она налила себе стакан воды, который помог ей от сухости в горле. Что за сон такой, всё‑таки странный, ей приснился? Вещий? Вряд ли… Хотя у волшебников никогда ничего не бывает случайно. Ладно, она слишком устала, чтобы думать об этом. В любом случае тот мужчина не смотрел на неё со злостью в глазах или страхом. Это было чистой воды либо восхищение, либо уважение — но за что? Она не знала. Она огляделась, осмотрев кухню, которую не успела рассмотреть как можно лучше. Бежевые обои в стиле 30‑х годов и картина какого‑то художника, имя которого она не помнила, но точно знала… Гарнитур кухни был не новым, но и старой его назвать было нельзя — он был в хорошем состоянии. Сделав на кухне все дела, она направилась обратно в гостиную и осмотрела уже её: первым делом она сразу же легла спать, не рассмотрев как следует всю квартиру в принципе. Диван, который стоял чуть в середине комнаты, красиво смотрелся с чёрным столиком рядом с ним, а ковёр, тоже тёмно‑зелёного цвета, с бахромой, был пушистым и приятным на ощупь. В общем, ей всё нравилось и устраивало. Она хотела уж было пойти снова на кухню, чтобы поесть, но, даже не успев и пискнуть, сзади её кто‑то оглушил, и она застыла в позе. Она не успела ничего предпринять: кто это был вообще — воры, грабители? Вот же дерьмо. Она не видела лица своего похитителя, но от него веяло тёмной магией издалека. Он поднял её с помощью заклинания левитации и вышел вместе с ней из квартиры. На улице была ночь, никого почти не было, как назло. Они трансгрессировали. Нет, нет, нет! Только не это… Она только смогла спокойно жить, но её тут же скрутили — и куда на этот раз везут? Как же это всё надоело…

***

Том был в отличном настроении. Улыбка до ушей не сходила с его лица весь день. Вчера, когда он вернулся домой из Азии, к нему прилетело письмо от Долохова, а в письме говорилось, что они нашли какую‑то женщину‑маледиктуса, и, по словам Антонина, её должны были привезти ему совсем скоро. Как же он был рад! Он подготовил даже место для экспериментов, подготовил для неё комнату. Мерлин помог ему, как он и просил. В дверь квартиры постучали, и он сразу её открыл, проверив на опасность и поняв, что ничего нет, и, за дверью стоит Антонин, открыл её. — Антонин, — сказал сразу же Том, заворожённо смотря на женщину, летающую над его соратником. — Том, — ответил Долохов, преклоняя голову и сняв капюшон мантии. — Как и обещал, её зовут Нагайна. Долгое время выступала в цирке уродов, но потом сбежала — ну, там долгая история… Антонин аккуратно спустил Нагайну, и у той во взгляде читалась усталость, смешанная с беспокойством. На ней был лёгкий пижамный костюм, состоящий из маечки на не очень тонких бретельках и шорт, доходящих до колен. Сам костюм был тёмно‑синего цвета, а её иссиня‑чёрные волосы, которые блестели, были собраны в пучок, который немного распался, вероятно, из‑за сна и такого неудобного положения, которое ей так любезно предоставил Долохов. — Нагайна… — прошептал Том, глядя на неё бегающим и лихорадочным взглядом. Он сам не знал, что на него нашло. Он был слишком рад, что нашли маледиктуса, и он наконец сможет от и до разобрать этот вирус. Не передать его счастья на данный момент… Антонин попрощался с ним напоследок и ушёл, оставив Тома и его новый артефакт по имени Нагайна наедине. Том расколдовал Нагайну, и её палочка, что находилась в её руке, быстро перелетела Тому в руки, и он ухмыльнулся, а Нагайна уставилась на него испуганными глазами. — Здравствуй, Нагайна, — сказал Том, скрыв своё восхищение в голосе. Она молчала. Жаль. Молчаливая змейка… Ну ничего, разговорит. Всё‑таки одному иногда скучно. Нагайна стояла в ступоре, совершенно не понимая, что делать, и смотрела на Тома, словно кого‑то вспомнила. Её карие глаза были прикованы только к нему, и это не могло ему не льстить. Он должен был признать,что она была хороша собой, но Том быстро отбросил это наваждение. Соберись, Реддл. Не сейчас. Нагайна вздрогнула, словно вышла из транса, с отрешённым видом отшатнулась от Тома и побежала к двери, но как же она была глупа, думая, что сможет открыть её. Щелчок. Дверь закрыта на замок. У Нагайны шок! Ха‑ха‑ха, да ему в поэты идти только! Лорд Волдеморт — поэт всея магической Британии, до чего же смешно! Жуткая улыбка не сходила с его лица, а Нагайна, повернувшись к нему, обречённо посмотрела прямо ему в глаза. Вот и попалась змея. Осталось только в клетку посадить.