Глава 6: Хогсмид

Лорд Волдеморт посмотрел на Петтигрю, когда тот вошел, сжимая в руках ранний выпуск «Ежедневного пророка», который затребовал его господин, и дрожа, пока он неуклюже пробирался к нему. Темный Лорд все больше терял терпение из-за некомпетентности своего подчиненного и отсчитывал минуты до того момента, когда обретет новое тело. Крыса умрет первой, а за ней последуют два отродья Поттеров. — На этом все, Хвост, — прохрипел он. Петтигрю изобразил жалкий поклон, невнятно пробормотал что-то и быстро вышел. Губы Волдеморта скривились в отвращении при этом зрелище, прежде чем он обратил свое внимание на первую полосу газеты.

Трагедия Трёх Волшебников

Рита Скитер

Недавно возобновленный Турнир Трёх Волшебников вчера вечером подвергся пристальному вниманию, так как один из драконов, использовавшихся в первом испытании состязания, был убит. Венгерская хвосторога, чье имя не называлось, стала жертвой того, что позже было опознано как Разрывающее проклятие, наложенное на одну из ее желез, что заставило существо вспыхнуть и в конечном итоге привело к его гибели. Участник, с которым она столкнулась, Гарри Блэк, своенравный сын Джеймса и Лили Поттер и неожиданное дополнение к турниру, по слухам, успешно восстанавливается после собственных травм, полученных во время мероприятия. — Это очень прискорбный инцидент, и мы его тщательно расследовали. После этого мы пришли к соглашению, что мистер Блэк выполнял свою задачу в рамках правил, а последовавшая смерть дракона была лишь несчастным случаем, — сообщил Барти Крауч, глава Департамента международного магического сотрудничества. — Мистер Блэк не будет оштрафован или наказан, что и отражают полученные им баллы, — добавил он. Многие, однако, не удовлетворены расследованием, и организаторы турнира находятся под огнем критики из многих источников. Чарли Уизли, сотрудник драконьего заповедника, из которого были предоставлены существа, сказал следующее. — Мы все опустошены потерей одного из драконов. Нас заверили, что они будут в безопасности. Мистер Блэк применил то, что можно расценить только как смертельное проклятие, которое привело к гибели нашей хвостороги, и мы будем требовать компенсации от дома Блэк за его действия, а также от органа, управляющего турниром. Если не считать этого неприятного исхода, первое событие испытания было провозглашено многими как вполне успешное. Все четыре чемпиона одержали победу в своих попытках, и никто не получил серьезных травм. Гарри Блэк, несмотря на исход своей части задания, лидирует, получив сорок пять баллов, за ним следует Виктор Крам с сорока четырьмя. Флёр Делакур занимает третье место в рейтинге, набрав сорок два балла, а чемпион Хогвартса Седрик Диггори находится на четвертом месте с сорока одним баллом. Тёмный Лорд отбросил газету, обдумывая свой следующий шаг, довольный тем, что мальчишка Поттер играет свою роль, хоть и невольно. Барти объяснил связь мальчика с семьей Блэк и тот факт, что он принял их фамилию, но это не имело никакого значения. Мальчишка мог называть себя хоть Мерлином, если бы пожелал, он все равно всегда будет Гарри Поттером, Мальчиком-Который-Исчез. Однако он оставался загадкой для Волдеморта. Как бы тот ни старался, воспоминание о Хэллоуине 1981 года оставалось неуловимым. Тем не менее он помнил, как пересек границу поместья, и знал, что разговаривал с крысой, но затем наступал провал. Часто ему снилась яркая вспышка убивающего заклятия, и он просыпался сразу после этого от мучительной боли, но затем — ничего. Воспоминание, о существовании которого он знал, просто не желало всплывать на поверхность. Он разочарованно зарычал и сжал кулаки. Это было пустяковое дело, о котором он легко бы забыл, если бы не тот факт, что оно так терзало его, дразнило из самых потаенных уголков его собственного разума и оставалось стойко недосягаемым. Он тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Это действительно не имело значения. Оба будут убиты, а его недолгое пребывание в изгнании станет лишь неприятным воспоминанием.

***

Гарри Блэк медленно выплывал из дремы, потревоженный тихим открытием и закрытием двери неподалеку. Палочка мгновенно оказалась в его руке; он окинул взглядом незнакомую обстановку, быстро сделав вывод, что пока он спал, его перевели в главный лазарет школы. Но что-то было не так. Он рискнул бросить взгляд на дверь и осмотреть комнату, но не заметил ничего подозрительного, ничего, что указывало бы на неизбежную опасность, и все же ощущение, что за ним наблюдают, не исчезало. — Тебе лучше показаться, — прорычал он, ведя палочкой вдоль всей комнаты. — Это всего лишь я, — вскрикнул Чарли, и его голова возникла в пространстве у изножья кровати. Гарри покачал головой. — Черт возьми, я чуть не проклял тебя, — вздохнул он. — Извини, я не хотел тебя пугать, — ответил Чарли, становясь полностью видимым и запихивая серебристую ткань в мантию. — Хорошая мантия, — прокомментировал Гарри. Чарли слегка покраснел и пожал плечами. — У меня еще и карта удобная была, но мама ее отобрала, — объяснил он, нахмурившись. — Карта Мародеров? Чарли взволнованно кивнул. — Я слышал о ней. Отец и Джеймс чего только с ней не вытворяли, да еще и под мантией. Надеюсь, ты её постирал. Чарли поморщился от намека. — Фу, пожалуйста, скажи мне, что они этого не делали. — А по-твоему, они бы удержались? Чарли покачал головой и нахмурился. — Спасибо, Гарри. Как раз те мысли, которых мне сегодня не хватало. Гарри усмехнулся. — Что ты здесь делаешь? — спросил он. — Просто хотел убедиться, что ты в порядке, — объяснил Чарли. — Я почти не спал и подумал, что стоит тебя навестить. — Значит, пробрался сюда до начала часов посещения? Я правильно понимаю, что никто не знает о твоем присутствии? Виноватый вид, который он получил в ответ, послужил ответом на оба вопроса. — Я с тобой, — Чарли пожал плечами. — Ничего не случится. Гарри забавно покачал головой. — Я в порядке, Чарли, — заверил он мальчика, приподнимаясь и морщась от того, как натянулась обожженная кожа на плече. — Кажется, пришло время для еще одной порции этой чудесной мази, — проворчал он, потянувшись к банке на прикроватной тумбочке. — Я сделаю, — охотно предложил Чарли, едва не выхватив банку из рук брата. — Здесь есть целительница, это ее работа, — заметил Гарри. — Ну, раз уж твой брат сейчас здесь, позволь это сделать мне. Гарри что-то пробормотал себе под нос. — Не веди себя как маленький, — вздохнул Чарли, начиная наносить мазь на его кожу. — Я не веду себя как маленький, — обиженно фыркнул Гарри. — Конечно-конечно, — пропел Чарли. — А теперь замолчи, и я куплю тебе мороженое, если будешь хорошим мальчиком, — поддразнил он. Гарри нахмурился, глядя на младшего брата, но ничего не сказал. Он просто покачал головой и позволил мальчику продолжить дело.

***

Нимфадора Тонкс поднялась после своего прерывистого сна — этой ночью отдых давался ей нелегко. Каждый раз, когда она закрывала глаза, в её сознании снова и снова прокручивалась сцена с Гарри, взмывающим в воздух после удара драконьего хвоста. Когда ей всё же удавалось уснуть, сны состояли из видений, в которых Гарри поглощало пламя, а она ничего не могла сделать, чтобы помочь ему. — Возьми себя в руки, Тонкс, — проворчала она себе под нос, рассматривая своё отражение в зеркале. Она всегда старалась менять внешность сразу после пробуждения. Однако сегодняшнее преображение вышло, мягко говоря, тусклым. Она стремилась к короткому ярко-розовому бобу, ярко-голубым глазам и изящному носику. Но то, что она увидела, было её естественной длиной волос с легким розовым оттенком, тусклыми карими глазами и довольно луковичным носом. Она знала, что на её способности метаморфомага могут влиять эмоции, и учитывая, что события вчерашнего дня и беспокойная ночь оставили её в состоянии некоторого шока, неудивительно, что она испытывала трудности. Она вздохнула, сосредоточившись на желаемом результате, и достигла его спустя несколько тяжелых мгновений — подобное ей приходилось заставлять себя делать только во время учебы в школе. Она кивнула своему отражению, удовлетворенная приложенными усилиями, оделась и вышла из комнаты. Судя по пустоте в школьных коридорах, было раньше, чем она думала, но она всё равно продолжила свой путь. Ради собственного спокойствия ей нужно было убедиться, что с ним всё в порядке. Она не сомневалась, что так оно и есть, но ей нужно было увидеть это воочию, прежде чем она сможет расслабиться. Она дошла до входа в больничное крыло и осторожно толкнула дверь, не желая беспокоить пациентов, только чтобы встретить взгляд Гарри, сидящего на кровати, и увидеть другого мальчика, которого она не знала, густо замазывающего его ожоги мазью. — Ты уже закончил? — проворчал Гарри. — Всё, никакого тебе мороженого, — отчитал его другой мальчик. — Да не нужно мне это чертово мороженое, эта мазь и так достаточно холодная, — проворчал Гарри. Тонкс фыркнула, глядя на эту парочку, и вошла в палату, когда они повернулись к ней. — Привет, Гарри, ты ведь не вздумал капризничать, верно? — спросила она, вскинув бровь и уже чувствуя себя лучше. — Я не капризничаю, он просто возится целую вечность. Я бы лучше доверился целителю, — пожаловался Гарри. — Сомневаюсь, что даже Помфри стала бы с тобой возиться, — пробормотал Чарли. — Ты не собираешься нас познакомить? — поинтересовалась Тонкс, кивнув в сторону мальчика. Гарри злорадно ухмыльнулся. — Конечно, где мои манеры. Это мой младший брат, Чарли. Чарли, это Нимфадора, — пояснил он, накладывая на ничего не подозревающую девушку Безмолвие. — Приятно познакомиться, Нимфадора, — поприветствовал её Чарли, продолжая втирать мазь в плечо Гарри и не замечая яростного выражения, появившегося на лице женщины. Тонкс попыталась поправить мальчика, но обнаружила, что не может говорить, поэтому перевела гневный взгляд на Гарри, после чего запустила в младшего мальчика жалящим заклятием и сняла чары со старшего. Чарли вскрикнул и в шоке уставился на покрасневшую женщину. — Меня зовут Тонкс, и не забывай об этом, маленький Поттер, — предупредила она. Гарри от души расхохотался, пока Чарли потирал руку. — Она так делает, если использовать её имя. — Тогда почему она не сделала этого с тобой? — заныл Чарли. — Потому что я лучше неё, — ответил Гарри, подмигнув. Тонкс зарычала. — Я пришла проверить, в порядке ли ты, а теперь жалею, что вообще утруждалась, — фыркнула она, разворачиваясь и направляясь к выходу. — Тонкс, прости, — позвал Гарри. — Ты ведь не оставишь меня здесь одного страдать от боли? Девушка обернулась, прищурилась и покачала головой, глядя на его притворно-умоляющий вид. — Еще хоть одно слово, и ты проторчишь здесь гораздо дольше, — пригрозила она. Гарри невинно поднял руки. — Я буду вести себя прилежно, — торжественно пообещал он. Тонкс вздохнула и присела на стул рядом с кроватью. — Как ты? — спросила она с тревогой. — Я в порядке, — заверил он её с улыбкой. — Полагаю, потребуется нечто большее, чем дракон, чтобы прикончить меня. Она снова прищурилась, глядя на него. — Я думаю, её одной более чем достаточно, — вставил Чарли, кивнув в сторону недовольной женщины. — Возможно, ты прав, — согласился Гарри. — Честно, я в порядке, — добавил он. — Хорошо, — выдохнула Тонкс, раздраженная, но испытывающая облегчение от того, что он вернулся в норму, несмотря на его талант выводить её из себя. — Ты знаешь, когда тебя выпишут? — Как только появится целитель, я сваливаю, — поклялся Гарри. — Думаю, я мог бы осмотреть деревню, если ты найдешь время пойти со мной? Учитывая, какой ты занятой мракоборец и всё такое. Тонкс нахмурилась, глядя на него. — Что ж, работа занятого новичка приносит не так много, так что если ты угостишь меня обедом, я, возможно, подумаю об этом, — небрежно предложила она. Гарри кивнул. — Прости, младший брат, тебе сегодня нельзя покидать территорию школы. Не хочу, чтобы меня обвинили в том, что я сбил тебя с пути истинного. Чарли пожал плечами и ухмыльнулся, вставая и доставая мантию из кармана. Набросив её на плечи, он перевел взгляд с одного на другого и поиграл бровями. — В любом случае, я бы не хотел мешать вашему свиданию, даже я не настолько зануда, — съязвил он, прежде чем исчезнуть под мантией и со смехом броситься к дверям лазарета. — Это не свидание! — крикнул Гарри, посылая ему вдогонку жалящее заклятие. — Наглый паршивец, — добавил он, когда двери открылись, и его заклинание безвредно разбилось о стену. — Интересно, в кого он такой? — саркастично спросила Тонкс. — В Джеймса, — немедленно ответил Гарри. — И в тебя тоже, — отозвалась Тонкс. Гарри мгновенно посерьезнел, и Тонкс мысленно отругала себя за это сравнение. — Извини, — произнесла она, — я не подумала, прежде чем сказать. Гарри отмахнулся от её слов. — Не бери в голову. Она взяла одну из его рук в свои и покачала головой. — Нет, раз это тебя беспокоит, значит, и я буду об этом беспокоиться. Гарри слабо ей улыбнулся. — Просто трудно воспринимать их как своих родителей. Они отдали меня так, будто я ничего не значил, и именно Сириус, мой отец, вырастил меня. — Это как-то связано с тем, почему ты ненавидишь Дамблдора? — прозондировала почву Тонкс. Гарри кивнул. — Он возился с памятью каждого: Джеймса, Сириуса и Лили, даже моей. Это он оставил меня у маглов и заставил Сириуса забыть обо мне. Он обманом заставил Джеймса и Лили думать, что они навещают меня у Петуньи, но тётя Кэсси и папа спасли меня, когда мне было четыре. — Ублюдок, — прошипела Тонкс. — Маглы были настолько плохими? Гарри поник. — Я уже немного рассказывал тебе о них. Со всеми остальными они были милы, но меня презирали. Я жил в чулане под лестницей и был бы уже мертв, если бы они не пришли за мной вовремя, — объяснил он, и в его голосе проступила уязвимость. — И Дамблдор знал об этом? — гневно спросила она. — Знал, — подтвердил Гарри. — Он даже пытался найти меня, чтобы вернуть обратно. Если бы не Лорд Блэк, ему, вероятно, это удалось бы. Волосы Тонкс начали сменять один цвет за другим, пока Гарри не сжал её руку. — Всё в порядке, Тонкс. Это случилось давно. У меня есть папа и остальные, это всё, что мне нужно. — Это не в порядке, Гарри, — прошипела Тонкс. Гарри усмехнулся. — Почему бы тебе не позвать целителя, чтобы я мог наконец-то отсюда выбраться. Я, может быть, даже куплю тебе десерт, если повезет. Тонкс вздохнула. — Думаю, мне нужно нечто большее, чем десерт, — пробормотала она, направляясь к кабинету в дальнем конце палаты, чтобы разбудить мадам Помфри. Не успела она даже постучать, как целительница вышла из комнаты и направилась к кровати, чтобы проверить состояние Гарри. Пожав плечами, метаморфомаг последовала за женщиной, посмеиваясь над выражением лица Гарри, когда та принялась хлопотать над ним. — Я беру свои слова назад, — простонал он. — Верните сюда моего брата, его манера ухода за больными мне нравится больше. — О, помолчите, мистер Блэк, — мягко пожурила его мадам Помфри, — вы расстраиваете других людей в этом помещении. — Я здесь единственный пациент, — раздраженно заметил он. — Я имела в виду себя и мисс Тонкс, — парировала целительница. Гарри надулся и метнул в хихикающую Тонкс гневный взгляд. — Теперь я не куплю тебе десерт, — проворчал он. — О-о-о, бедный Гарри, — поддразнила Тонкс, — неужели он не может выдержать немного нежной заботы? — Нежной заботы? Просто запусти в меня парочкой Костоломов и покончим с этим. Тонкс покачала головой. — Мадам Помфри — очень хороший целитель, Гарри. — Вам ли не знать, мисс Тонкс. Мне не раз приходилось латать вас после ваших очередных злоключений, — напомнила ей женщина. Тонкс вспыхнула ярко-розовым цветом, но от дальнейшего смущения её спасло появление Сириуса и Арктуруса Блэка. — Как он, мадам Помфри? — спросил младший из них. — Учитывая, что последние пять минут он ныл как дитя, я бы сказала, что он восстанавливается на редкость хорошо. Как только оденетесь, мистер Блэк, можете быть свободны, — закончила она с милой улыбкой. — Слава Мерлину, — вздохнул Гарри. — Спасибо, мадам. Ваши усилия по нанесению мне еще больших увечий весьма признательны. Мадам Помфри покачала головой и зашагала обратно к своему кабинету. — Никогда бы не подумала, что ты окажешься таким слабаком, когда тебя лечат, — фыркнула Тонкс. — Гарри ненавидит целителей, — вклинился Сириус с ухмылкой. — Он терпеть не может полагаться на кого-либо в чем бы то ни было, но в медицинских заклинаниях он бесполезен, — объяснил он. — Я справляюсь лучше, чем раньше, — в свою защиту сказал Гарри. — В последний раз, когда ты пытался перевязать одну из ран Лео, бинт обмотался вокруг его шеи вместо руки. Ты его чуть не убил, — вставил Арктурус. Гарри покачал головой и приподнял одеяло, прежде чем натянуть его обратно и покраснеть. — Кто меня раздел? — спросил он с широко раскрытыми глазами. Сириус поскреб подбородок. — Ну, поскольку Тонкс здесь не было, чтобы помочь, мы позволили сделать это нескольким семикурсницам, интересующимся целительством. И паре парней тоже, — ответил Сириус. — ЧТО? — вскрикнул Гарри, в то время как Тонкс попыталась пнуть мужчину, едва не споткнувшись при этом. — Я шучу, — успокоил его Сириус, громко захохотав. — Это сделал я, а еще я отнес твое яйцо в наши комнаты. Гарри глубоко выдохнул и кивнул. — А теперь проваливайте, чтобы я мог переодеться, — скомандовал он. — Ты уверен, что тебе не нужна помощь? Мы не хотим, чтобы ты усугубил свои травмы. Я уверен, Тонкс… Это было все, что он успел сказать, прежде чем разъяренная девушка выхватила палочку и выставила его из палаты. — Характер у нее определенно в мать, — прокомментировал Арктурус, последовав за парой из комнаты и оставляя Гарри переодеваться. — Мне нужно в душ, — пробормотал тот, уловив застоявшийся запах горелой плоти и пота, который впитался в него после вчерашних событий. Осторожно натянув одежду, он покинул больничное крыло, чтобы как следует привести себя в порядок, надеясь, что не окажется здесь снова в ближайшее время.

***

Выбравшись невредимым из больничного крыла, Чарли направился обратно к башне Гриффиндора, чтобы встретиться с Роном и Гермионой перед тем, как они отправятся в Большой зал на завтрак. — Смелым сопутствует удача, — сказал он Полной Даме, которая открылась, чтобы впустить его, но не без подозрительного взгляда на мальчика. Он вошел в гостиную и обнаружил, что она почти пуста. В конце концов, была суббота, и большая часть факультета наслаждалась редкой возможностью подольше поспать. — Фред, Джордж, — поприветствовал он близнецов, которые сгрудились в одном из углов. Мальчики поспешно убрали то, над чем работали, и запихнули это в сумку, плохо скрывая тот факт, что они, как обычно, что-то замышляли. — Малыш Чарликинс, — ответил один из них. — Самый Поттер из всех Поттеров, — последовал за ним другой. — Мы ведь не шпионим по углам? — обвинил первый. — Нет, — возразил Чарли, — я просто навещал своего брата. — Прекрасное зрелище он нам устроил, — похвалил Фред, как ему показалось. — Весьма блистательное представление, — согласился Джордж. Чарли разочарованно покачал головой. Ему следовало знать, что не стоит к ним подходить. — Рон и Гермиона всё ещё спят? — спросил он. Оба весело расхохотались. — Малыш Ронникинс мог бы проспать вечность, — ответил Фред. — Ленивый паршивец, это точно, — добавил Джордж разочарованным тоном. — А вот книжная красавица ушла как раз перед твоим приходом, — продолжил Фред. — Сама не своя, вся на иголках. Даже не нашла времени, чтобы выдвинуть против нас парочку клеветнических обвинений, — вздохнул Джордж. — Мне лучше её догнать, — пробормотал Чарли. — Прощай, Чарликинс, поцелуй её от нас. Ничего не ответив, Чарли оставил этих двоих продолжать свои проделки. Чем меньше он знал о том, что они замышляли, тем лучше. Он покинул коридор седьмого этажа, переводя взгляд на каждый укромный уголок, из которого на него могли напасть. Он не мог доверять некоторым слизеринцам, которые только и ждали возможности наброситься на него — такое уже случалось раньше. Он вздрогнул, когда, завернув за угол, столкнулся лицом к лицу с другом Гарри, подскочив от того, как пугающе близко тот оказался перед ним. — Полегче, парень, — спокойно произнес Лео. Он оглядел коридор и нахмурился. — Разве с тобой не должно быть сопровождения? Чарли вздохнул. — Рон все еще в постели, а Гермиона уже ушла. Я всего лишь иду в Большой зал, — объяснил он. Лео покачал головой. — Гарри говорил мне, что тебе не стоит оставаться одному, это небезопасно, сейчас больше, чем когда-либо. Пойдем, я провожу тебя, я еще не был в зале, — предложил он. Чарли кивнул и расслабился в сопровождении своего эскорта. Он нечасто общался с этим парнем, но не сомневался, что может ему доверять. — Ты рано встал для субботы, — заметил он. — Я еще и не ложился, — усмехнулся Лео. — Кассиопея — суровый надсмотрщик. Собирался перекусить и повидать Гарри, прежде чем пойду высплюсь. — Его, скорее всего, уже не будет там к тому времени, как ты поешь, — ответил Чарли. — Я видел его раньше, и та девушка, Тонкс, с ним, — добавил он, нахмурившись и потирая руку в том месте, куда она его прокляла. — Ты ведь не назвал её по имени, верно? Чарли кивнул, и парень рассмеялся. — Да, меня она тоже поймала. Она пламенная девчонка. — Гарри ведет её на свидание, я так думаю, — поделился Чарли. — Неужели? — с удивлением отозвался Лео. — Полагаю, всё бывает в первый раз. — Гарри ни с кем не встречается? — с интересом спросил Чарли. — Насколько мне известно — нет, — ответил Лео. — Его больше интересует практика магии или тренировки поединков. — Тренировки поединков? — Ага, не стоит оказываться у него на пути, хоть с палочкой в руке, хоть без неё. Паршивый он тип, твой брат. — А ты бы стал с ним сражаться? — спросил Чарли, занимая место за гриффиндорским столом. Лео отвел взгляд от заколдованного потолка и покачал головой. — Я вполне могу за себя постоять, и мы тренируемся вместе, когда выпадает возможность. Да, я могу продержаться против него какое-то время, но он — нечто иное. Быстрый как молния и такой же беспощадный, как Лорд Блэк, — честно ответил Лео. — Мне не стыдно признать, что у меня не было бы против него ни единого шанса. — Вы говорите о твоем брате? — вмешался женский голос. — Да, — подтвердил Чарли. — Это Алисия, она в команде по квиддичу, — представил он девушку. — А это Лео, он друг Гарри. — Приятно познакомиться, дорогуша, — поприветствовал её Лео с улыбкой. — Взаимно, — тепло ответила она. — Твой брат в порядке? Чарли кивнул. — Выйдет сегодня, если когда-нибудь перестанет ворчать, — пробормотал он. Лео рассмеялся. — Ага, когда он ранен, то ноет за двоих. А это твои подруги? — спросил он, заметив двух других девушек, сидевших с ней и прислушивавшихся к их разговору. — О, это Анджелина и Кэти, — представила их Алисия. — Они тоже в команде по квиддичу, вместе с Фредом и Джорджем. У нас сейчас нет вратаря, и нам нужен новый ловец. Дэнверс никуда не годится. — Ты ведь не о тех двоих рыжих парнях? — нахмурившись, уточнил Лео. — Что они уже успели натворить? — фыркнула Анджелина. — Пока ничего, но я за ними присматриваю. У них на лбу написано «неприятности», — ответил Лео. — Ты и половины не знаешь, — усмехнулся Чарли. — Анджелина и Алисия с ними встречаются. Лео покачал головой. — Как вы их еще не придушили? — Мы обе были близки к этому несколько раз, но они очень милые, когда узнаешь их получше. Нужно просто пережить первые несколько лет, — объяснила Алисия. — А как насчет тебя? — вмешалась Кэти. — У тебя есть дама сердца, которая ждет тебя дома? — Нет, я с девяти лет учился в школах только для мальчиков, только что выпустился, — ответил он, пожав плечами. — Школа только для мальчиков? — переспросила Кэти. — Ага, одна в Японии и одна в России. Это военные школы, и девочек туда не принимают. У них есть и женские, но нас держат порознь. Нам нельзя доверять даже с нашими обетами, — добавил он с недоверием. — Обетами? — спросил Чарли. — Ну да, обет безбрачия на время службы в школе. Обет помогать школе по первому зову до двадцати пяти лет и обет перед МКМ на случай, если им понадобится мобилизовать силы, до сорока лет, — отчеканил он. — Что за школа на такое идет? — в ужасе поинтересовалась Кэти. — Только лучшая, — ответил Лео, подмигнув. — Семь тяжелых лет, но они стоили каждой секунды, и теперь я свободен, если только не потребуется моя помощь. — И что ты будешь делать теперь? — спросила Анджелина. Лео пожал плечами. — Сейчас я прохожу обучение у тети Кэсси, а потом, может быть, стану охотником за головами, мракоборцем или, возможно, уйду в частную охрану. Я еще не решил. — Ты будешь этим заниматься в Ирландии? — спросила Кэти. — Нет, там для меня ничего нет. Вероятно, в конце концов я вернусь в Россию, — ответил он сдержанно. — В любом случае, я собираюсь поспать, может кто-нибудь из вас, девчат, присмотреть, чтобы он добрался в целости? — Я присмотрю, — предложила Алисия. — Спасибо, было приятно со всеми вами познакомиться, — произнес он и резко ушел. — Я сказала что-то не то? — нахмурившись, спросила Кэти. — Он родился в Ирландии, но он сирота, — ответил Чарли. — Гермиона говорила, что ему там пришлось несладко, и он с Гарри с самого детства. — О, мне теперь неловко, что я об этом упомянула, — сказала Кэти. — Ты же не знала, — утешила её Алисия. — Я извинюсь, когда увижу его в следующий раз, — пообещала самая младшая из охотниц.

***

Приняв душ и одевшись в джинсы, кроссовки, джемпер и темно-серое зимнее пальто, Гарри едва успел обмотать шарф вокруг шеи, как его вытащила из замка восторженная Тонкс, которая за то время, пока его не было, каким-то образом распланировала весь их день. С понимающей улыбкой глядя на девушку, он последовал за ней, когда они покинули территорию и направились к Хогсмиду. — Сначала мы должны зайти в «Сладкое королевство», потом в «Зонко», о, а затем к Визжащей хижине, — настаивала она. Когда он вошел в уютную деревушку, стало ясно, почему волшебное население так высоко ее ценит. Сама по себе она была прекрасна, спокойна в своем уникальном роде, а окружающие горы и пейзажи только дополняли это впечатление. Гарри посетил много магических поселений, но в Хогсмиде было что-то подлинное, что показалось ему привлекательным. Он был честным и лишенным того привычного преувеличенного блеска, который проецировало большинство знаковых мест. Его наблюдения за этим местом длились всего несколько мгновений, прежде чем его бесцеремонно втолкнули в одну из лавок, и его нос мгновенно наполнился множеством сладких запахов. Тонкс вручила ему корзину и принялась водить его по магазину, взяв на себя смелость наполнить ее и тем, что нравилось ей самой, и тем, что, по ее мнению, пришлось бы по вкусу ему, кратко комментируя каждое лакомство, прежде чем перейти к следующей витрине. Гарри, никогда не сталкивавшийся с таким лихорадочным подходом к покупкам, изо всех сил старался не подавать виду, но быстро понял, что лучше просто позволить метаморфомагу делать то, что ей заблагорассудится, и поспевать за ней настолько, насколько он мог. Не то чтобы ему было на что жаловаться: за женщиной было определенно интересно наблюдать — ее волосы и черты лица менялись, пока она выполняла задачу по закупке такого количества сладостей, которого, скорее всего, хватило бы, чтобы накормить половину школы, оставшейся позади. — С вас двадцать шесть галлеонов и шесть сиклей, — объявила кассирша, закончив подсчитывать общую сумму — немало золота за одни лишь сладости. Гарри просто усмехнулся, предъявляя свою карту Гринготтса. — Ты должен позволить мне оплатить половину, — настаивала Тонкс. Гарри покачал головой. — Я пригласил тебя сюда, так что я и заплачу, — твердо возразил он. — К тому же, это стоило того, просто чтобы посмотреть, как ураган по имени Тонкс проносится здесь. Слова были искренними. Гарри редко находил время, чтобы расслабиться, и настрой Тонкс был весьма заразительным. Ему было тепло на душе, когда он видел её такой беззаботной, изучающей полки. Тонкс покраснела, вызывающе выпятив подбородок. — Мне здесь многое нравится, — защищалась она. Гарри просто ухмыльнулся и вытащил её из магазина, прежде чем она заметила что-нибудь ещё, что могло бы ей приглянуться. Помня о том, что он не знаком с деревней, он снова последовал за Тонкс, и почти час спустя пара вышла из «Зонко», нагруженная еще большим количеством покупок, после чего женщина потащила его к тому, что можно было описать только как полуразрушенное здание. — Самый густонаселенный призраками дом в Британии, — с гордостью заявила Тонкс. Гарри усмехнулся и покачал головой. — В нём нет призраков. — Нет, есть, — возразила Тонкс, — деревенские жители и пресса — все слышали доносящиеся отсюда крики. — Это были крики Римуса Люпина. Он приходил сюда, чтобы превращаться в полнолуние. Тонкс уставилась на него, разинув рот, а затем хлопнула его по плечу. — Ты такой зануда, Гарри, — проворчала она. — За это я возьму два десерта, — надменно потребовала она, развернувшись и зашагав обратно к деревне. — Ты ведь не дуешься, а, Тонкс? — поддразнил он, догнав её. В ответ он получил недовольный взгляд, после чего она вошла в «Три метлы» и нашла им столик в глубине паба. Гарри сел и просто уставился на неё. — Что мне сделать, чтобы загладить свою вину? — вздохнул он. Тонкс скромно улыбнулась ему, подавшись вперед. — Карамельные пузыри. Я хочу их все. Гарри прищурился, глядя на неё. — Ты хочешь их только потому, что знаешь — они мои любимые. Тонкс кивнула. — Они и мои любимые тоже, а раз уж ты разрушил для меня тайну Визжащей хижины, думаю, мне нужны они все, чтобы пережить это расстройство. — Ладно, — согласился Гарри, — но шоколадные лягушки мои. Тонкс пожала плечами. — Они мне всё равно не нравятся, — ответила она с пренебрежительным жестом. Прежде чем их перепалка успела продолжиться, её прервало появление официантки. — Здравствуйте, мистер Блэк, что я могу вам принести? — нервно спросила она. Гарри нахмурился, глядя на нерешительную девушку. На него пялились большую часть дня, но он просто игнорировал это наряду с тыканьем пальцами и шепотом. Вместо того чтобы придавать этому значение, он тепло ей улыбнулся. — Мне, пожалуйста, филе миньон средней прожарки и салат, — попросил он, — и сливочное пиво. — Конечно, — подчинилась девушка, записывая его заказ. — А для вас, миледи? Тонкс была ошарашена таким обращением и замялась, пока Гарри пытался скрыть свое веселье. — Я не леди, — резко поправила она. — Но я возьму то же самое, что и этот идиот, — добавила она, метнув в Гарри гневный взгляд. Официантка широко раскрытыми глазами посмотрела на Тонкс, после чего поспешно ретировалась. — Это не смешно, — прорычала Тонкс. — Смешно, — возразил Гарри. — Просто хотелось бы, чтобы они все перестали пялиться. Тонкс оглядела зал и сразу осознала тот факт, что за ними обоими и впрямь беззастенчиво наблюдают другие посетители. — Ну, ты всё-таки убил дракона. Не знаю, скольким из ныне живущих это под силу, не говоря уже о том, чтобы разгуливать по округе на следующий день. Гарри покачал головой. — Все будут помнить это, как и то, что однажды ты станешь главой очень влиятельного рода, — объяснила она. — По крайней мере, никто из них не рискнет с тобой связываться. Гарри глубоко выдохнул. — Не то чтобы я собирался здесь оставаться, — ответил он. — Я найду подходящего доверенного представителя, который будет действовать от моего имени. — О, я и забыла, что ты уедешь, — пробормотала она. Воспоминание об этом пришлось девушке не по душе. Ей нравилось проводить время с Гарри. Она чувствовала, что может быть самой собой, ей было комфортно, когда он был рядом. — Да, но ты всегда можешь приехать и навестить меня, когда захочешь, — предложил он с улыбкой. — Есть много мест, которые я могу тебе показать. Тонкс покачала головой. — Не думаю, что Лорд Блэк позволит. Гарри взял её за руку через стол и мягко сжал. — Ты будешь там в качестве моей гостьи, и поверь мне, если бы у него были проблемы с твоим присутствием, он бы не допустил этого здесь, не говоря уже о доме. — Полагаю, нам просто придется посмотреть, как всё сложится, — ответила Тонкс, пожав плечами. — Никогда не знаешь, вдруг я тебе до смерти надоем ещё до конца этого года, — добавила она с ухмылкой. Гарри тихо фыркнул. — Сомневаюсь, — возразил он. — Я привыкаю видеть тебя каждый день. — Не каждый день, — парировала Тонкс. — Вообще-то, каждый, — поправил Гарри. — С тех пор как ты разбудила меня посреди ночи, ты была рядом каждый день. — О, — пробормотала Тонкс. Когда она мысленно вернулась к последним нескольким неделям, то поняла, что он прав. Она навещала его каждый день, как только заканчивалась её смена. — Я всегда могу перестать приходить, — предложила она с натянутой усмешкой. Гарри покачал головой. — Тебе рады в любое время, — искренне произнес он. — Мне нравится, что ты рядом. Это заставляет меня забыть о том, что я ненавижу это место и что я застрял в этом дурацком турнире, — объяснил он с задумчивым видом. — На самом деле, мне стоит тебя поблагодарить. — За что? — спросила Тонкс. — Просто за то, что ты здесь. За то, что делаешь это место сносным, даже веселым. Тонкс улыбнулась ему. — Похоже, мне придется задержаться на какое-то время. Мы ведь не можем позволить тебе впасть в депрессию, верно? — ответила она, подмигнув. — Мне бы этого хотелось, — ответил Гарри с ответной улыбкой. Оба с удовольствием пообедали и даже остались еще на несколько порций сливочного пива, прежде чем решили закончить на сегодня. Солнце уже зашло, когда они вышли из паба и направились обратно к школе, поэтому они решили идти прямиком на третий этаж, в покои, которые Гарри делил со своим окружением. После того как их поприветствовал эксцентричный сэр Кэдоган, они вошли в комнату и обнаружили Сириуса, Арктуруса, Лео и Кэсси, собравшихся вокруг стола, в центре которого красовалось его золотое яйцо. — Что-то случилось? — спросил Гарри. — Нет, ничего такого. Мы просто обсуждали, каким может быть второе испытание, — объяснил Сириус. — Простите, мне следовало вернуться раньше, — извинился Гарри. Сириус отмахнулся от него. — Ты заслужил выходной, Гарри. Как тебе Хогсмид? — поинтересовался он, кивнув на сумки, которые нес каждый из них. — Мне понравилось. Там много всего, и я потратил чуть меньше тридцати галлеонов только на сладости, — добавил он, многозначительно указав на Тонкс. Сириус коротко захохотал. — О-о, твой первый поход по магазинам с женщиной. Тебе лучше сразу занять твердую позицию, иначе до конца своих дней будешь работать личным носильщиком сумок и куклой для переодевания, — посоветовал он, многозначительно поиграв бровями. — Я сама ношу свои сумки, большое спасибо, — парировала Тонкс. — Это пока что, — прокомментировал Сириус. — Замолчи, Сириус, — вмешался Арктурус. — Подойди, Гарри. Давай откроем это и посмотрим, что там за подсказка. Мы не знаем, сколько времени уйдет на то, чтобы ее разгадать. Гарри кивнул и сложил сумки на один из диванов, после чего подошел и взял яйцо. Узор на нем был замысловатым, но не состоял из рун или каких-либо других знакомых знаков. Он заметил откидную верхушку и потянул ее. В ту же секунду он выронил яйцо и закрыл уши, когда оно завыло; остальные в комнате повторили его реакцию. — РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО, ЗАКРОЙ ЕГО! — заорал Сириус, перекрывая визг. Гарри захлопнул яйцо пинком и сердито уставился на него. — Проклятье, звучит в точности как моя мать, когда она выходила из себя, — простонал Сириус. — Вальбурга была хуже, — невозмутимо отозвалась Кассиопея. — Что это было? — спросила Тонкс, потирая уши. — Это не может быть банши, иначе мы бы все оглохли, — вздохнул Лео. — Нет, но это должен быть какой-то язык, — предположил Гарри. Арктурус кивнул в знак согласия. — Может, стоит попробовать заклинание перевода. Хотя сомневаюсь, что всё будет так просто, — предположил он. — Мне нужно об этом подумать, — решил Гарри. — Унесу его куда-нибудь, где тихо, и посмотрю, смогу ли я во всём разобраться. — Хорошая идея. Тебе стоит сделать это приоритетом, — посоветовал Арктурус. Гарри кивнул. — Сегодня также объявили о бале, — добавил Сириус. — Ещё кое-что, о чём тебе стоит поразмыслить. Гарри простонал. — Я не могу его просто пропустить? Арктурус покачал головой. — Ты должен хорошо разбираться в подобных мероприятиях. Как Лорд Блэк, ты будешь получать на них множество приглашений и не сможешь игнорировать их все, Гарри, — объяснил он. — Ладно, я пойду, — раздраженно уступил тот. — Тебе лучше подыскать подходящую партнершу, в конце концов, тебе придется открывать бал танцем, — с ухмылкой сообщил ему Сириус. — Замечательно, — саркастично ответил Гарри. — Поторопись, — подбодрил Сириус, — ты ведь не хочешь остаться без особого выбора пары. — Он чемпион, он, вероятно, мог бы пригласить кого угодно, — вслух размышлял Лео. — Тогда тебе тоже стоит найти себе пару. Если я должен идти, то и ты тоже, — парировал Гарри с ухмылкой. Лео в ужасе покачал головой и посмотрел на Кэсси в поисках поддержки. Женщина просто покачала головой и вскинула одну из своих изящных бровей, глядя на него. — Кстати, о походах, — вмешалась Тонкс, — мне пора. Увидимся позже, Гарри, — попрощалась она и вышла из комнаты прежде, чем он успел ответить. — Займусь этим завтра, — вздохнул Гарри и невнятно проворчал что-то себе под нос, устало потирая глаза. — А сейчас я лягу пораньше, — объявил он, направляясь к своей спальне. — Чертовы драконы, а теперь еще и это, — фыркнул он, усаживаясь, чтобы поработать над своей окклюменцией.

***

Нимфадора Тонкс вошла в свою комнату; с тех пор как она покинула покои Блэков, в животе поселилось неприятное чувство. Ей понравился день с Гарри, и не произошло ничего такого, что могло бы вызвать подобные ощущения. Это сбивало её с толку, и единственное, в чем она была уверена — она не могла находиться рядом с ним в данный момент, но и оставаться одной ей тоже не хотелось. Ей нужно было что-то, что отвлекло бы её от странного негатива, который так её раздражал. Видя, что ещё детское время, она приняла душ и покинула замок, чтобы проветрить голову, так и не приблизившись к пониманию того, что её беспокоит. Она вышла за пределы территории замка и замерла, глядя на видневшуюся впереди деревню; её желудок дискомфортно сжался при мысли о том, чтобы пойти туда. Она покачала головой и трансгрессировала, чувствуя нарастающее раздражение и желая лишь одного — чтобы это чувство утихло. Она оказалась перед домом своих родителей и с облегчением вздохнула при виде улицы, на которой провела детство. Она не навещала родителей с самого начала своей службы в школе; приближаясь к входной двери, она почувствовала облегчение от того, что оказалась вдали от Хогвартса, но теперь на смену ему пришло чувство вины. Обычно она старалась заглядывать к ним хотя бы раз в неделю, чем пренебрегала в пользу своих обязанностей и времени, проведенного с Гарри. — Дора, — поприветствовала её мать с улыбкой, заключая в объятия. — Ты в порядке? — спросила она, заметив несчастный вид, застывший на лице дочери. — Да, я в порядке, — отрезала Тонкс. — Кажется. Я не знаю, — закончила она с пренебрежительным вздохом. Андромеда улыбнулась ей, завлекая внутрь. — Как насчет того, чтобы я заварила нам чаю? Тонкс кивнула, следуя за матерью и втайне жалея, что пришла. Она и сама не знала, зачем это сделала — ей просто хотелось на время сбежать из замка. — Тед, — позвала Андромеда, когда они вошли в кухню. — Дора здесь, — объявила она, принимаясь наполнять чайник и доставать чашки. Мгновение спустя в комнату вошел Тед Тонкс и тут же крепко обнял Нимфадору. — Ты в порядке, милая? — спросил он, обеспокоенно нахмурившись. — Я в порядке, пап, — вздохнула она. Тед усмехнулся и покачал головой. — Ты не можешь лгать отцу, Дора. Я вырастил тебя и вижу, что тебя что-то гложет. Тонкс одарила мужчину вымученной улыбкой, когда он сел за стол напротив неё. — Я в порядке, — попыталась она заверить мужчину. — Тебя что-то гложет, — вставила Андромеда, наполняя их чашки и добавляя молоко и сахар в чашку дочери. — Если только ты не сама решила носить такие волосы? Тонкс нахмурилась и проверила своё отражение в выпуклой стороне ложки. Её волосы снова безжизненно свисали, тускло-коричневого цвета с бледно-розовыми прядями по всей длине. Глаза стали почти черными, и она обреченно вздохнула, не понимая, почему это происходит. — Я просто хотела на время выбраться из замка, — пробормотала она. — И как там идут дела? — поинтересовалась Андромеда. — Лучше, чем я думала, — ответила Тонкс, пожав плечами. — Приятно снова видеть Сириуса. Он говорил, что напишет тебе. Андромеда кивнула. — Я получила его письмо, но если он думает, что я так легко его прощу, то его ждет разочарование. Пусть помучится в неведении, прежде чем я вообще подумаю о том, чтобы написать ответ, — заявила она. Тед просто ухмыльнулся и скрыл веселье, сделав глоток чая. Его жена была упрямой женщиной, и никто не пожелал бы оказаться у неё в немилости. — Ты уже виделась с моим дедом? — небрежно спросила Андромеда, хотя её тон был резким. Веселье Теда мгновенно испарилось, челюсти плотно сжались. У него не было нужды в примирении с этим человеком, но он был бы крайне недоволен, если бы к его дочери отнеслись с презрением из-за того, что они с Анди якобы нанесли оскорбление её фанатичной семье. — Я с ним особо не разговаривала, но он ведет себя нормально, — ответила Тонкс. — Он не запрещал мне там находиться, — добавила она. Андромеда кивнула. — А как насчет тети Кэсси? — Я её почти не вижу. У неё есть ученик, и они постоянно заняты. С Гарри я вижусь чаще, чем со всеми остальными, — она пожала плечами. — С мальчиком Поттеров? — спросила Андромеда, глубоко нахмурившись. — Мы видели газету, это немалое достижение для кого угодно, не говоря уже о шестнадцатилетнем подростке. — Он не Поттер, — резко парировала Тонкс, и её волосы вспыхнули темно-красным. Тед и Андромеда обменялись удивленными взглядами из-за этой вспышки, и последняя подняла руку в примирительном жесте. — Извините, — пробормотала Тонкс, — но они не имеют права называться его родителями. Он — Блэк. — И какой же он? — спросила Андромеда, отпивая напиток. Нимфадора улыбнулась. — Он веселый, очень умный и настоящий кудесник в магии, я сомневаюсь, что даже Грозный Глаз смог бы его победить. Я провела с ним весь день в Хогсмиде. Он раньше там никогда не был, — защищалась она, пока её мать выгибала бровь в её сторону. — И весьма недурен собой, — добавила Андромеда с ухмылкой, заставив мужа поперхнуться, а Тонкс — неудержимо покраснеть. — Мам, — заныла она. — Я вообще-то здесь, — заметил Тед. — О, Тед, — пропела она, — он слишком молод, чтобы тебе стоило беспокоиться. Я просто констатировала факт: он очень завидная партия, даже если не брать в расчет внешность. Подозреваю, за ним охотится целая толпа ведьм, — закончила она, взглянув на свою пунцовую дочь. Тед последовал её примеру и в отчаянии покачал головой, мгновенно раскусив игру жены. Нимфадора заскрежетала зубами от темы разговора. Она не хотела думать о Гарри прямо сейчас, особенно в таком ключе. — Он симпатичный, и что с того? — ровно отозвалась она, чувствуя, как узел в животе затягивается еще туже, чем прежде. — Я просто к слову, — невинно ответила Андромеда. — Тебе понравился день в деревне? Тонкс кивнула. — Было здорово. Мы зашли в «Сладкое королевство», «Зонко» и пообедали в «Трех метлах», — объяснила она. — Он сказал, что ему там понравилось, — добавила она с легкой улыбкой. — Значит, у тебя с ним было свидание? — наседала Андромеда. — Это не было свиданием, — яростно запротестовала Тонкс. — Похоже на то, дорогая, — вставил свои пять копеек Тед. — Мы именно так и делали в школе, — добавил он, указывая на себя и жену. Самая младшая из троих зарычала, прежде чем сползти еще глубже в кресло. — Это не было свиданием, — повторила она. Андромеда улыбнулась ей. — Тебе понравилось проводить с ним день? — допытывалась она. Тонкс бросила на неё сердитый взгляд, но кивнула. — Да, — вздохнула она, — но это ничем не отличалось от любого другого раза, когда я провожу с ним время, — поспешно добавила она. — А как много времени ты с ним проводишь? — вклинился Тед. — Я вижусь с ним каждый день, — ответила она, слегка нахмурившись. — Я даже не задумывалась об этом, пока он сам сегодня не упомянул. Тед кивнул. — Проводить с ним время — это совершенно естественно, — констатировал он. Тонкс нахмурилась еще сильнее, но тем не менее кивнула. — И сегодня не произошло ничего, что могло бы тебя расстроить? — спросила Андромеда. Нимфадора решительно покачала головой. — Нет, — твердо сказала она. — Всё было как всегда. Мы провели день в Хогсмиде, вернулись к нему, и он открыл яйцо — подсказку к следующему заданию, — раздраженно объяснила она. — Что-нибудь еще? — настаивала Андромеда. Тонкс покачала головой. — Только то, что они объявили о Святочном бале. — Для которого Гарри придется найти пару, — заметила Андромеда. — Он вообще не хочет идти, но Сириус сказал, что он обязан, потому что ему нужно открывать бал танцем, — фыркнула Тонкс. Андромеда сочувственно улыбнулась дочери. — Может, именно это тебя и гложет? — С чего бы это? — прорычала та. — Это просто то, что он должен сделать. — С девушкой под руку, — напомнила ей Андромеда. — Тебя это беспокоит. — Вовсе нет, — гневно прошипела Тонкс, и её волосы начали сменять один цвет за другим. — Конечно, милая, — вздохнула Андромеда, хотя и не смогла скрыть улыбку. Она никогда не видела свою дочь такой откровенно ревнивой. Она знала, что та ни с кем не встречается из-за того, что случилось в школе, и это беспокоило женщину на протяжении многих лет. Она провела много ночей, утешая девочку после того случая, и ей требовалась вся сила воли, чтобы не проклясть парня, который её расстроил. — И что это должно значить? — прорычала Тонкс. — Совершенно ничего, Дора, — ответила её мать. — Но посмотри на это с другой стороны. Что бы ты почувствовала, если бы увидела Гарри с другой женщиной, проводящей с ним время так же, как и ты? Тонкс поморщилась и тяжело сглотнула, чувствуя, как узел в животе затянулся еще болезненнее. — Тебе не кажется, что он мог бы тебе нравиться... ну, хоть немного? — продолжала настаивать Андромеда. «Да», — тут же отозвался её разум, но она покачала головой. Да, ей нравилось проводить с ним время. С ним было легко, он поддразнивал её так же часто, как и она его, и в его присутствии она никогда не чувствовала себя странно или не в своей тарелке, но на этом всё — больше за этим ничего не стояло. Он был привлекателен и относился к ней с уважением, но она не думала о нем в таком ключе. Она ни о ком так не думала и не могла позволить себе подобного со времен школы. — Всё совсем не так, — возразила она, вставая. — Он просто друг, — твердо отрезала она, прежде чем уйти. — Она напугана, — вздохнула Андромеда. — У девочки совсем нет уверенности в себе. Тед кивнул в знак согласия. Подозрения относительно чувств их дочери только усилились, когда на следующее утро принесли «Ежедневный пророк». На первой полосе красовалась фотография Гарри и Нимфадоры: первый сжимал руку девушки через стол в «Трех метлах», и оба с непринужденным восхищением смотрели друг на друга. Статья, разумеется, строила догадки о потенциальном романе между ними и комментировала, как уютно им было в компании друг друга. Сопровождающее фото ничуть не опровергало это, напротив — оно лишь добавляло веса этим заявлениям. — Либо они оба понятия не имеют, что происходит, либо это чертовски искусная подделка, — констатировал Тед, указывая на снимок. — Ты не хуже меня знаешь, что это не подделка, — вздохнула Андромеда. — А если это так, то «Пророк» может ждать возмездия. Дедушка не оставляет клевету безнаказанной.

***

Сириус Блэк выругался себе под нос, устало потирая глаза. Гарри не примет эту статью спокойно, даже перед лицом таких неоспоримых улик. Более того, ему придется объясняться перед дедом. Арктурус презирал прессу, но репортаж не содержал ничего, кроме догадок, и с этим мало что можно было поделать, особенно учитывая характер фотографии, которая только подтверждала комментарии автора. Эти двое определенно не облегчили ситуацию тем, насколько близкими они казались — Сириус корил себя за то, что не заметил этого раньше. Тонкс проводила в их комнатах много времени с самого момента их прибытия, но он не придавал этому значения, пока не увидел фото, и тогда пришло осознание. Поначалу она приходила навещать его, но это быстро переросло в визиты ради того, чтобы провести время с Гарри. Он даже не допускал мысли, что между ними может что-то завязаться. Гарри никогда не проявлял интереса к свиданиям. Однако этот снимок заставил Сириуса усомниться. Дверь в покои открылась, впуская главу семьи; тот сжимал в руках собственный экземпляр газеты, его губы были плотно сжаты. — Что ты об этом думаешь? — прорычал Арктурус, швыряя её на стол. Сириус вздохнул. — Не знаю, — пробормотал он, снова потирая глаза. — Я ничего об этом не знаю, — добавил он, видя недоверчивый взгляд старика. Арктурус покачал головой и сел на стул. — Что мы собираемся с этим делать? — спросил он. — А что мы можем сделать? — возразил Сириус. — Если в этом есть хоть доля правды, — сказал он, указывая на статью, — то мы бессильны. Гарри упрям, и если это правда, ты что, собираешься им мешать? Арктурус ударил кулаком по столу. — Девчонка — позор для этой семьи, — выплюнул он. — И если ты озвучишь свое мнение Гарри, как думаешь, что произойдет? — парировал Сириус. Арктурус покачал головой. — Он меня не послушает. Он уже не тот маленький мальчик, который дрожал, когда я входил в комнату. — Он почти мужчина, — заметил Сириус. — Он должен принимать собственные решения. Ты сам это в него вдалбливал. — Знаю, — признал Арктурус. — Но он мой наследник. Он будет делать то, что я прикажу. Сириус фыркнул. — Он любит и уважает тебя, но если ты начнешь давить на него и заставлять идти туда, куда он не хочет, он отвернется от тебя, — со знанием дела сказал Сириус. — Значит, мы просто позволим им продолжать в том же духе? Сириус кивнул. — С тех пор как она появилась рядом, он стал гораздо спокойнее. Таким счастливым я его не видел, даже несмотря на то, что мы здесь. Ты сам говорил, что устроил бы его брак с дочерью Нарциссы или Беллатрисы, будь они у них. Почему бы не с дочерью Энди? Ты не можешь отрицать, что в ней течет кровь Блэков. Арктурус раздул ноздри, глядя на внука. Он и впрямь допускал мысль о подобных союзах, будь они возможны. Гарри, без сомнения, был Блэком, но его происхождение вызывало у него опасения. Он хотел больше крови Блэков в следующем поколении, а поскольку Белла была в Азкабане, а Нарцисса произвела на свет лишь глупца-сына, он давно оставил эту затею. — Мне это не нравится, — вздохнул он, — но на этот раз ты, возможно, прав. Девчонка — вылитая мать. — Тогда давай просто оставим их в покое, — взмолился Сириус. — В любом случае, за этим может ничего и не стоять, — добавил он с сомнением. Арктурус фыркнул, указывая на снимок. — По-твоему, Сириус, это похоже на «ничего»? Младший покачал головой. — Это похоже на двух людей, которые очень дорожат друг другом, — признал он. — Но я всё же считаю, что нам стоит поговорить с Гарри и послушать, что он скажет. Арктурус кивнул в знак согласия. — Где мальчик? — спросил он. — На пробежке, — ответил Сириус, закатывая глаза. — Где же ещё он может быть в такое время?

***

Закончив утреннюю тренировку, Гарри выбрался из озера и наложил на себя Осушающие и Согревающие чары, направляясь обратно к замку. Он довольно давно не плавал, и озеро оказалось достаточно интересным, чтобы привлечь его внимание. В глубинах он увидел больше существ, чем мог себе представить, и ему даже пришлось отразить нападение стаи гриндилоу, которые пытались утащить его на мутное дно. Несмотря на это, он получил огромное удовольствие от процесса. Как обычно, коридоры замка были пустынны, пока он пробирался на третий этаж и входил в гостиную Блэков, где его встретили суровые глава рода и отец. — Что случилось? — спросил он. — Присядь, Гарри, — велел Арктурус. Нахмурившись, Гарри исполнил просьбу и сел напротив мужчин; дед тут же пододвинул ему экземпляр утренней газеты. Его хмурость усилилась, когда он принялся изучать обложку, а взгляд сразу приковало фото на первой полосе. — Ты можешь это объяснить? — спросил Сириус. — Объяснять нечего, мы просто обедали, — ответил Гарри тоном защищающегося. — Посмотри на фото, Гарри. Посмотри на него внимательно и скажи мне, что ты видишь, — настоял дед. Гарри покачал головой, но посмотрел. На снимке был он и Тонкс в «Трех метлах» за своим столиком; он сжимал её руку и наклонился к ней. Даже его неопытному глазу сцена казалась куда более интимной, чем он помнил. — Всё было не так, — решительно возразил он. — Тогда почему бы тебе не рассказать нам, как всё было на самом деле, — предложил Арктурус. — Этот снимок ненастоящий? Гарри вздохнул и запустил руку в волосы. — Она расстроилась, потому что я сказал ей, что уеду в конце года, — объяснил он. — Я просто сказал, что она может навещать меня, если захочет. — И это всё? — сурово допытывался Арктурус. — Потому что для меня это выглядит как нечто гораздо большее. И для всех остальных это будет выглядеть так же. — Ради Мерлина! — прорычал Гарри, вскакивая на ноги. — Всё не так. Мне нравится проводить с ней время, но на этом всё. Мы просто друзья. Арктурус поднял руку, чтобы его успокоить. — Для меня это не имеет значения, Гарри, — заверил он мальчика, — и, честно говоря, это не касается никого, кроме тебя и Нимфадоры, но ты должен быть осторожен, больше, чем кто-либо другой. Однажды ты станешь главой этого рода, и подобные сцены не прибавят тебе симпатии в глазах потенциальных союзников. — Мне плевать, что говорят или думают другие, — прошипел Гарри, его глаза опасно блеснули. — Я буду проводить время с кем захочу и в любом качестве. Это, — заявил он, выхватывая злополучную статью, — всего лишь два друга, которые вместе обедают. Спросите её, и она скажет вам то же самое, — закончил он, сверкнув глазами. Арктурус спокойно кивнул. — Тебе это может быть и не важно, Гарри. Но как насчет Нимфадоры? Как ты думаешь, что она почувствует из-за этого? — спросил он, указывая на газету. Гарри глубоко выдохнул и снова сел на место. — Не знаю, — пробормотал он. — Я поговорю с ней, когда увижу, — пообещал он. Оба мужчины кивнули в знак согласия. — Ты уже думал о возможных кандидатках для бала? — с ухмылкой спросил Сириус, получив в ответ гневный взгляд. — Думаю, у меня есть дела поважнее, о которых стоит беспокоиться в первую очередь, тебе не кажется? — раздраженно огрызнулся он. Сириус покачал головой. Гарри в своей наивности не видел того, что было прямо перед ним, но Сириус видел и был уверен, что его дед тоже это заметил. Однако не в его правилах было лезть не в своё дело глубже, чем он уже залез. Если Гарри предпочитал оставаться в неведении относительно того, что Сириус считал правдой, — это было его решение.

***

В течение двух дней с момента публикации статьи он её не видел. Она не приходила к нему, как обычно делала после работы, и он не встречал её во время своих перемещений по замку — чего, ввиду приближающегося Святочного бала, он и так старался избегать. Казалось, что даже вопреки статье в «Пророке», многие девушки соперничали за его благосклонность в качестве кавалера. Стоило ему покинуть свои комнаты, как тут же начинались пересуды и шепотки. Сначала он полагал, что дело в статье, но случайно подслушал несколько приглушенных разговоров на совсем другую тему, а именно — о том, что он является главной мишенью на роль сопровождающего на бал. Большинство держалось от него на расстоянии — из-за нервозности или страха, он не был уверен. Другие же были куда смелее в своих притязаниях. Он уже отклонил предложения от двух девушек из Шармбатона и трех из Хогвартса, хотя это никак не умерило разговоров и жадных взглядов, которые он ловил на себе. Чтобы избежать этого, он решил по большей части оставаться в своей комнате. У него не было ни склонности, ни настроения дольше притворяться вежливым. Правда заключалась в том, что он скучал по Тонкс. Она бы знала, как с этим справиться, и ему просто не хватало её присутствия рядом. Сириус взял на себя труд при каждом удобном случае осведомляться о его успехах в поиске пары и остался недоволен, когда Гарри сообщил ему, что отклонил несколько предложений. Девушки не были непривлекательными, напротив — все они были весьма миловидны по-своему, особенно семикурсница со Слизерина, которая пригласила его, но он не знал ни одну из них. Он никогда раньше не ходил на свидания и понимал, что совершенно неопытен, когда дело касается противоположного пола. Это было скорее по части Сириуса, а обсуждать это с ним у Гарри не было никакого желания. Тот и так вел себя раздражающе, и Гарри не хотел форсировать этот вопрос. Лео был столь же неопытен, как и он сам, а Кэсси просто посоветовала бы ему найти наиболее выгодную партию с политической точки зрения. Он не собирался вести девушку на свой первый бал только потому, что в будущем она могла стать полезным контактом. Он покачал головой, выходя из своей комнаты и уже заранее не ожидая застать там Тонкс. Тем не менее, разочарование от того, что за столом сидел Сириус, дало о себе знать. — Ты ведь знаешь, что можешь пойти и найти её, — заметил Сириус, не отрываясь от книги, которую читал. — Кого? — ворчливо отозвался Гарри. — Тонкс, — вздохнул Сириус. — Если она не идет сюда, значит, иди к ней сам. Гарри покачал головой, усаживаясь напротив мужчины. — Она, вероятно, просто занята, — отмахнулся он. Сириус закрыл книгу и с раздражением посмотрел на сына. — Или расстроена из-за статьи, — он пожал плечами. Гарри лишь прищурился, глядя на него. — Знаешь, я никогда не считал тебя трусом, — небрежно бросил Сириус, снова взяв том и продолжив его изучать. — И что это должно значить? — запальчиво отозвался Гарри. — Ты слишком боишься встретиться с ней, — обвинил он. — Вместо этого ты последние два дня киснешь здесь, будто у тебя отобрали любимую игрушку. — Она не игрушка, — прошипел Гарри, — и я не трус. Сириус пожал плечами. — Не мне ты должен это доказывать, — ответил он, снова отложив книгу и умоляюще глядя на подростка. — Сходи к ней, Гарри. Самое худшее, что она может сделать — это захлопнуть дверь перед твоим носом и послать тебя куда подальше. — Она не хочет меня видеть, пап, — фыркнул Гарри. — А может, она думает, что это ты не хочешь её видеть, — заметил Сириус. — Иногда, Гарри, нужно просто перестать столько раздумывать и начать действовать. Сидение здесь не заставляет тебя чувствовать себя лучше, но я жизнь готов поставить на то, что встреча с ней поможет. — Мы просто друзья, — пробормотал Гарри. — Тогда иди и навести свою подругу, — посоветовал Сириус. — Если она для тебя не более чем друг, то у тебя не должно возникнуть проблем с тем, чтобы всё это прояснить. Гарри покачал головой. — Я не знаю, где её комнаты, и не видел её в замке. — Это не значит, что её здесь не было, — пожал плечами Сириус. — Быть метаморфомагом — великий дар. — Ты знаешь, где её комнаты? — раздраженно спросил Гарри. — Нет, — возразил Сириус, — но я уверен, что кто-нибудь из эльфов сможет указать тебе верное направление. Гарри уронил голову на стол от простоты решения. — Ни слова, — прорычал он, вставая и поспешно выходя из комнаты. — Вроде парень и сообразительный, а в элементарных вещах — дуб дубом, — пробормотал Сириус, возвращаясь к чтению.

***

С того дня, что она провела в Хогсмиде, Нимфадора Тонкс не могла избавиться от дурного настроения, в котором оказалась; если уж на то пошло, оно только ухудшилось. Статья в «Пророке» на следующее утро беспокоила её больше, чем родители, но и то, и другое померкло по сравнению с тем, как несколько девушек приставали к Гарри, и тем дискомфортом, который он испытывал под их вниманием. Ей хотелось проклясть их всех, но она сумела сдержаться. Было не в её праве делать подобное, несмотря на то, как сильно это задевало его — и её саму, если быть честной. Это вызывало у неё сильный дискомфорт, и по этой причине последние пару дней она держалась от него на расстоянии. Она заботилась о нем, это она могла признать, но разлука лишь ухудшала её настроение и усиливала боль, которую она чувствовала, до такой степени, что её трансформации перестали работать так, как ей хотелось бы. В сложившихся обстоятельствах она могла поддерживать лишь самые незначительные изменения. Исчезли её любимые яркие цвета, и теперь её волосы и глаза стали тусклыми — это она не могла контролировать. Чтобы не привлекать внимания, она надела свою хогвартскую мантию и сказала Дамблдору, что какое-то время побудет под прикрытием, чтобы выявлять потенциальные проблемы или добывать сведения. Старик похвалил её находчивость и отпустил, и Нимфадора вздохнула с облегчением, хотя и понимала, что эта мера может быть лишь временной. Тем не менее, это дало ей столь необходимое время, чтобы вернуть контроль над своими способностями, хотя они пока не проявляли признаков возвращения. Как бы она ни старалась, она просто не могла избавиться от настроения, в котором пребывала, и знала, что именно это препятствует её способностям. Её вырвал из раздумий стук в дверь. — Кто это? — окликнула она, подходя ближе. — Это я, — нервно ответил голос Гарри, заставив её замереть на месте. — Чего тебе, Гарри? — вздохнула она, и её нутро сжалось от собственного резкого тона. Она услышала, как он глубоко вздохнул, прежде чем ответить. — Я просто хотел узнать, всё ли с тобой в порядке. — Со мной всё хорошо, — печально ответила она, хотя и умело это скрыла. Тишина между ними затянулась; она стояла неподвижно, не понимая, там ли он ещё. — Мне жаль, — услышала она его голос, едва громче шепота. — Если я сделал что-то, что тебя расстроило, или если дело в статье, то прости меня. Меньше всего на свете я хотел выставить тебя в дурном свете. От его тона тяжесть переместилась из живота в грудь, и она тут же шагнула вперед, услышав, как его шаги удаляются, и распахнула дверь. — Дело не в тебе, — бросила она его удаляющейся спине. Он обернулся к ней и улыбнулся при виде неё. — Не ты же её писал, — вздохнула она. — Тогда почему ты меня избегала? — спросил он, нахмурившись. Тонкс пожала плечами и слегка опустила голову. — Не знаю. Я думала, ты не захочешь меня видеть. Тот снимок выглядел не лучшим образом. — Мне плевать на снимок, — возразил он. — Мне плевать на то, что говорят другие. Ты мой друг, и ты значишь для меня больше, чем все они вместе взятые с их мнениями. — Это могло усложнить тебе поиск пары на бал, — заметила она. — Если бы, — пробормотал он. — Неужели французские девушки или слизеринка тебя не устроили? — спросила она с натянутой ухмылкой. Гарри раздраженно покачал головой. — Я вообще не хочу туда идти, — вздохнул он. — Но раз уж обязан, то предпочел бы пойти с кем-то, кого знаю. — Он на мгновение задумался, прежде чем его глаза загорелись. — Ты пойдешь со мной? Глаза Тонкс расширились, и она покачала головой. — Это не самая лучшая идея, — слабо возразила она. — Я ужасно танцую, — попыталась она оправдаться. — Пожалуйста? — взмолился Гарри, взяв её за руку. — Я прошу тебя как друга. Она почувствовала, как пересохло во рту, когда её взгляд замер на их переплетенных руках. Как она могла ему отказать? Правда заключалась в том, что она знала — она не сможет, даже если это причинит ей боль в долгосрочной перспективе. Не в силах вымолвить ни слова, она кивнула и искренне улыбнулась в ответ. — Спасибо, — выдохнул Гарри, — за всё. — Тебе лучше сделать так, чтобы это того стоило, — предупредила она, сумев сострить. — Я ни ради чего не надеваю платья, но, полагаю, для этого случая придется, — добавила она, нахмурившись. — Ты можешь надеть всё, что тебе нравится, Тонкс. Для меня это не имеет значения, — ответил он, пожав плечами. Она почувствовала, как от его слов на сердце стало тепло, но почти сразу оно упало. Он был так внимателен к ней, даже не подозревая, как много значит такой простой жест. То, что он мог так к ней относиться, причиняло ей такую же сильную боль, какую дарило счастье. — Что у тебя с волосами? — внезапно спросил он, вырывая её из раздумий. — О, я тут выполняю кое-какие задания под прикрытием в школе, — быстро объяснила она. — Тебе идет, — ответил он с улыбкой. — Это странно. Я постоянно вижу тебя с разными волосами и глазами, но именно такой я представляю тебя, когда думаю о тебе или чувствую твою магию. Тонкс тяжело сглотнула, прежде чем покачать головой. — Они скучные, — фыркнула она, теребя свои от природы светло-каштановые пряди. Гарри усмехнулся. — Вовсе нет, — возразил он. — Ты далека от скуки даже без цветных волос или глаз. — Я не выглядела так с четырнадцати лет, — Тонкс пожала плечами, отмахиваясь от его комментария. — Даже такую они все меня ненавидели. — Кто? — в замешательстве спросил Гарри. — Девчонки в школе, — прошептала она в ответ. Гарри сжал её руку. — Зависть часто к этому приводит, — посочувствовал Гарри. — Но тебе всегда следует делать то, в чем тебе комфортно. Если это твои яркие волосы, то решать тебе. Я лишь хотел сказать, что это выглядит мило, — объяснил он. Тонкс покачала головой. — Ты же знаешь, я на тебя не сержусь, тебе не обязательно говорить это, просто чтобы я почувствовала себя лучше. — Я и не пытался, — искренне возразил Гарри, — я имел в виду каждое слово. А теперь, как насчет того, чтобы полетать? Мне до смерти надоело сидеть в замке, а ты сможешь отпугивать любого, кто решит меня донимать, — предложил он с ухмылкой. — Я ходячая катастрофа на метле, — застенчиво пробормотала Тонкс. — Тогда полетишь со мной, — настоял Гарри, увлекая за собой протестующего метаморфомага, чьи волосы теперь приобрели рыжий оттенок под стать румянцу.