Цена перерезания нитей

Отработав смену Виолетта спокойно прощается с Пилой и уходит домой. Она спрашивает, когда будет следующая игра, но он отказывается отвечать. Через неделю на её столе появляется отчёт. То, чего она боялась. Смерть Эллисон Керри. Даже будучи следователем, она не может сохранять спокойствие, глядя на фотографии — разорванные рёбра, изуродованное тело. Мысль о том, через что прошла Керри, не отпускает. Она слишком хорошо понимает, что это была не быстрая смерть… Пила, будто ничего не произошло, сообщает: в следующей игре она снова будет наблюдателем. И тогда Виолетта срывается: — Ублюдок!!! Она не такая как твои «подопытные»! Не наркоманка, не проститутка, не убийца — она следователь! Она просто делала свою работу! Она ничего не сделала!!! Ты убивал её медленно… Зачем?! Ради своей… философии?! Ты стоял и смотрел, как она умирает, как будто это урок! — Это был не я, — спокойно отвечает Пила, — Если бы ты наблюдала, ты бы поняла: это работа Аманды… Я бы дал ей шанс… — Но идея испытания — твоя, так?! — перебивает Виолетта, — Тогда за что наказали Керри? Я предупреждала тебя — не трогай моих коллег! И не смей говорить, что она была «мертва внутри»! Я её знаю! Пила молчит. Понимающе. Как дождь, который неизбежно начинается — на него не злятся. — Ты злишься? — спрашивает он. Виолетта смотрит на него так, как будто он спросил ее, мокрая ли вода. — Злюсь?! Я хочу, чтобы ты сдох. Медленно и мучительно. Просто так. Без шанса. Как она. Эти слова заставляют его задуматься. На мгновение — словно он вспоминает что-то… возможно, тот день, когда услышал приговор от врача. — Если бы ты знала, насколько ироничны твои слова… — тихо говорит он. — Знаешь что? — продолжает Виолетта. — Ты победил. Игра окончена. Слова прозвучали ровно. Почти спокойно. Слишком спокойно. Она достаёт пистолет. Пистолет тяжёлый. Слишком тяжёлый для одной руки. Металл в руке казался холодным и чужим, словно принадлежал не ей. Она не спеша снимает предохранитель и подносит к голове. Один выстрел — и всё наконец-то закончится. Палец ложится на спуск. Не нажимает. Просто лежит. Сердце бьётся слишком громко. Оно укололось - резко, предательски. Она тяжело выдыхает: — Это же не больно… Слова звучали правильно. Логично. Почти убедительно. Она пыталась она успокоить свое тело. Она не боится - это ведь всего одно мгновение, но почему сердце бьется так сильно? — Чёрт… Рука дрожит. Она сильнее сжимает рукоять — будто злится на собственное тело. — Ты уже все решила, — шепчет она себе. — Всё. Хватит. Но Пила перехватывает её руку. Спокойно надевает на неё устройство с пятью пулями. — Здравствуй, Виолетта. Я хочу сыграть с тобой в игру. Он говорит ровно, почти мягко: — Только что ты попыталась принять единственное решение, которое, как тебе казалось, осталось твоим. Ты стояла на грани, где нет боли… потому что там уже ничего нет. Он делает паузу. — Но жизнь, оборванная из упрямства… всё равно остаётся бессмысленно потерянной. Он слегка наклоняет голову. — Теперь тебе предстоит другой выбор. Тот, который нельзя заглушить одним нажатием на курок. — У тебя на шее устройство. Внутри — пять пуль. — Одна женщина будет бороться за свою жизнь. Если её сердце остановится не в свое время... Ты отправишься следом за шестьдесят секунд... Ровно столько, чтобы осознать, от чего ты так хотела избавится. Он смотрит прямо на неё. — Ты хотела перестать быть марионеткой. Но марионетка перерезает нити только что бы упасть. Теперь ты узнаешь цену перерезания нитей. Свобода — это не отсутствие пут. Это готовность принять последствия, когда они обрываются. Его голос становится холоднее. — Ты больше не можешь выйти из этой игры, просто умерев. Он вызывает Аманду: — Покажи ей… что бывает, когда нарушают правила. Аманда приводит Виолетту в комнату - это похоже на больничную палату, только белые стены, 2 кровати с идеально заправленными белыми простянями, на одну прилег Пила, возле кроватей маленькие пустые тумбочки а в углу стоял шкафчик с какими-то лекарствами и медицинскими приборами. Аманда отлучается и приводит красивую, живую женщину в медицинском халате и на инвалидной коляске - эта женщина явно не понимает что происходит... О ней говорил Пила... Она агресивно спрашивает "Кто ты?!! Кто ты?!!" — Здравствуйте, доктор Денлон. Ты меня наверное не помнишь но я тебя хорошо запомнил. Ты помнишь меня? Аманда дает доктору медицинскую карту в руки. — Вас по телеку показывали. Вас лечил Лоуренс Гордон — отвечает врач — Я был его пациентом а он был моим. Там написано что у меня мало надежд. Ты согласна? Доктор смотрит в медицинскую карту. Там написано: «Операции не подлежит» Она отвечает с холодной спокойностью врача — Профилактики здесь будет недостаточно.