Наследие рода Найт.

Утро встретило Киру непривычно тихим туманом. Девушка проснулась задолго до будильника, не столько от бодрости, сколько от лихорадочного желания поскорее увидеть где жили ее предки и найти гримуар. Сборы не заняли много времени. Кира привыкла путешествовать налегке, лесной домик, в котором она провела долгие годы, научил ее ценить минимализм. Бросив в дорожную сумку пару смен одежды, несколько защитных амулетов и запас трав, она в последний раз окинула взглядом уютную гостиную. Ей показалось, что здесь все еще витал едва уловимый аромат маминых духов, смешанный с запахом старых книг. Дорога до Нового Орлеана заняла несколько часов. С каждым километром, удалявшим ее от Мистик-Фоллс, девушка чувствовала, как невидимая петля на ее шее затягивается чуть слабее. Ей не хватало уединения. В лесу, среди вековых деревьев, она была сама себе хозяйкой. Там не было Сальваторе с их вечными драмами, не было Елены, вокруг которой вращался весь мир. Окраина Французского квартала встретила ее запахом влажной земли, жасмина и чего-то древнего, застывшего в самом воздухе. Нужный дом стоял в стороне от шумных туристических троп, скрытый густыми зарослями плюща и покосившимся кованым забором. Это был двухэтажный особняк с облупившейся краской, который выглядел так, словно устал сопротивляться времени. Кира припарковалась и несколько минут просто сидела, глядя на фасад. Мама жила здесь. Здесь корни моей силы, которую Эстер так безжалостно пыталась вырвать. Она коснулась пальцами груди, там, где все еще ощущалась фантомная пустота. Выйдя из машины, она толкнула калитку. Та жалобно скрипнула. Поднявшись на крыльцо, она приложила ладонь к деревянной двери. Магия внутри дома не была враждебной — она просто дремала. Девушка прошептала короткое заклинание, и замок щелкнул. Внутри пахло пылью и сухими травами. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь щели в ставнях, подсвечивали мириады пылинок, танцующих в воздухе. Кира не стала сразу осматривать комнаты. У неё была цель. Она спустилась в подвал. Ступеньки опасно скрипели под ней, а темнота внизу казалась почти осязаемой. Кира щелкнула выключателем, который, как ни странно, сработал, и осмотрела помещение. Каменный пол, стеллажи с пустыми банками и старая мебель, накрытая простынями. Она начала мерить шагами комнату, вспоминая слова матери. «Под половицами в подвале...» Кира опустилась на колени и стала простукивать камни и доски. Ее пальцы коснулись половицы в дальнем углу. Звук был глухим. Она поддела доску ножом, который всегда носила с собой. Слой пыли, паутина... и вот в небольшом углублении, завернутый в грубую холщовую ткань, лежит он. Когда ведьма взяла книгу в руки, по ее телу пробежала волна тепла. Это было узнавание. Потемневший от времени кожаный переплет казался живым под ее ладонями. Она прижала книгу к груди и закрыла глаза, впервые за долгое время позволив себе просто дышать. Остаток дня она провела, наводя порядок в одной из спален на втором этаже. Она вымела пыль, нашла в шкафу чистые простыни, хоть и пахнущие лавандой, и открыла окна, впустив в дом душный, но свежий воздух Луизианы. Вечером, сидя в старом кресле-качалке с чашкой чая, Кира открыла первую страницу гримуара. «Для тех, кто хранит свет в тени» — гласила надпись на форзаце, сделанная почерком, так похожим на ее собственный. Я не просто ведьма, которую можно использовать как батарейку для ритуалов. — думала Кира, перелистывая страницы, исписанные сложными формулами и защитными заклинаниями. — Я Найт. И если этот город хочет войны, я встречу ее во всеоружии. Тишина особняка окутывала ее. Здесь не было соседей, не было вампирских разборок за стеной. Только она, ее магия и наследие ее рода. Кира чувствовала, как пустота внутри медленно, по капле, заполняется чем-то новым. Она планировала провести здесь еще три дня. Три дня тишины перед бурей, которая неизбежно обрушится на нее по возвращении. Но сейчас, глядя на заходящее над Новым Орлеаном солнце, Кира Найт впервые за долгое время почувствовала себя не жертвой обстоятельств, а хозяйкой собственной судьбы. Она медленно провела пальцем по строчкам заклинания призыва силы и прошептала: — А теперь попробуй отнять это у меня, Эстер. В ответ на ее слова огонь в свече на столе вспыхнул ярко-синим пламенем, на мгновение осветив решимость в ее глазах. Кира улыбнулась. Отдых только начинался.