Глава 1. Неожиданная встреча

      Гермиона Грейнджер стояла у окна большого зала Министерства магии, наблюдая, как вечерние сумерки окутывают Лондон. Вокруг кипела жизнь: волшебники в парадных мантиях переговаривались, звенели бокалы, из динамиков лилась лёгкая магическая музыка. Сегодняшний приём был посвящён пятилетию победы над Волан‑де‑Мортом — и, конечно, её реформам в области прав магических существ, которые наконец прошли второе чтение.       Но вместо радости Гермиона чувствовала лишь усталость. Она поправила складки изумрудно‑зелёного платья, которое выбрала специально для этого вечера — не слишком вычурное, но достаточно элегантное. Оно подчеркивало её фигуру в нужных местах, выделяя нужные женские формы: она не была уже подростком в бесформенной одежде во время войны, нет, она была девушкой. И именно это хотела доказать себе Гермиона, когда выбирала наряд на данное мероприятие - она девушка, живой человек, а не просто Герой Войны или часть «Золотого Трио».       — Гермиона! — звонкий голос Джинни прорвался сквозь гул голосов. — Ты выглядишь потрясающе!       Джинни подошла, лучезарно улыбаясь. Подруга оглядела Гермиону с ног до головы и одобрительно кивнула. Рыжие волосы ведьмы были уложены в сложную причёску, а на шее сверкало фамильное ожерелье Уизли.       — Спасибо, — Гермиона слегка обняла подругу. — Просто устала немного. Столько всего нужно успеть…       — Ты всегда так говоришь, — Джинни подмигнула. — А теперь иди, тебя уже ползала ищет. Министр хочет представить тебя важным гостям.       Гермиона вздохнула и направилась вглубь зала. Она ловила на себе восхищённые взгляды — всё‑таки она была не просто лучшей выпускницей Хогвартса, а живой легендой, одним из героев войны. Но сегодня это внимание тяготило её. Ведь за пять лет восстановления никто так и не поинтересовался у неё ей, всех лишь интересовал успех их совместной победы.       Внезапно толпа расступилась, и она увидела Рона. Он стоял у стола с напитками, в новой парадной мантии бордового цвета, и нервно теребил рукав. Когда их глаза встретились, он покраснел и поспешно отвернулся, делая вид, что очень увлечён изучением этикетки на бутылке огневиски.       «Опять он так», — подумала Гермиона с лёгкой досадой.       Их подростковые отношения так и не смогли перерасти во что-то большое, долгое и полноценное. Со временем пришли ссоры, недопонимания и разногласия. Гермиона поняла, что они не могут существовать все трое по отдельности, поэтому их отношения типа «Рон и Гермиона» просто не имели никакого шанса на будущее (по мнению самой гриффиндорки, Уизли же придерживался своего «правильного» мнения). Они расстались, но с обещанием друг другу, что будут рядом, что будут друзьями. И они были, правда какое-то время, пока Рон не стал вечно ревновать Грейнджер ко всем её знакомым мужского пола. Именно это и стало их точкой невозврата: они долгое время не общались, отдалились друг от друга, даже Гарри пытался объединить их снова - но все напрасно. Лишь спустя некоторое время Рон снова стал проявлять себя как нечто, похожее на друга, но они выросли.       Не успела она решить, подойти ли к нему, как чья‑то рука мягко коснулась её локтя.       — Мисс Грейнджер, вы сегодня особенно прекрасны, — глубокий голос Виктора Крама заставил её обернуться.       Он выглядел так же внушительно, как и несколько лет назад: высокий, широкоплечий, с тёмными волосами, зачёсанными назад. Его болгарская форма сборной по квиддичу выгодно подчёркивала фигуру. Он выглядел статно, значительно мужественнее, чем тогда на турнире, даже не удивительно, что у него столько поклонниц даже по сей день.       — Виктор! — Гермиона искренне улыбнулась. — Рада тебя видеть. Что привело тебя в Лондон?       — Матч через неделю, — он слегка склонил голову. — Но я приехал раньше, чтобы увидеть тебя.       Он взял её руку и галантно поцеловал. Гермиона почувствовала, как к щекам прилила кровь — не от смущения, а от неожиданного тепла, которое она испытала. У нее были интрижки с мужчинами после Рона, но никто и никогда не вел себя так галантно, как Виктор. Гермиона помнила это еще со времен их общения в Хогвартсе.       — Ты всё такой же обходительный, — она слегка сжала его руку.       — Только с теми, кто этого заслуживает, — Виктор улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что‑то, чего Гермиона не смогла распознать.       В этот момент позади них раздался холодный, насмешливый голос, который нельзя было спутать ни с чем другим:       — Грейнджер, неужели ты наконец научилась пользоваться макияжем? Или это какое‑то новое заклинание?       Этот тон, то, как мужчина выделял каждый слог её фамилии, так делал только он. Она резко обернулась и встретилась взглядом с Драко Малфоем. Он стоял, небрежно прислонившись к колонне, в безупречном чёрном костюме, его платиновые волосы были аккуратно зачёсаны назад. От него даже за километр пахло чем-то дорогим: зелёным яблоком, карамелью и ноткой чего-то древесного. В глазах читалась привычная насмешка, но что‑то в его взгляде было другим — более острым, изучающим.       — Малфой, — Гермиона выпрямилась и натянулась как струна, стараясь не показать, как её задело его появление. — Видимо, тюрьма пошла тебе на пользу — научился одеваться.       Драко усмехнулся, и на мгновение в его глазах промелькнуло что‑то похожее на восхищение. Слизеринец пристально изучал её реакцию на своё появление здесь, ранее они пересекались пару раз в Министерстве, кидая друг другу дежурные фразы по типу «добрый день» или «здравствуй». Но диалога между этими двумя никогда никто не замечал.       — Острый язычок, как всегда. Хотя, должен признать, ты действительно выглядишь… сносно.       Виктор, до этого молча наблюдавший за их перепалкой, шагнул вперёд:       — Мы знакомы? — его голос звучал вежливо, но в нём чувствовалась сталь и непокорство.       — Драко Малфой, — тот протянул руку с нарочитой вежливостью. — Бывший слизеринец, нынешний благотворитель и просто хороший человек.       — Виктор Крам, — Виктор пожал его руку, но взгляд его оставался настороженным.       Рон, который всё это время стоял неподалёку, не выдержал:       — Гермиона, можно тебя на пару слов? — его голос прозвучал слишком громко и нервно.       Все трое мужчин теперь смотрели на неё, и Гермиона вдруг ощутила себя в центре какого‑то странного треугольника. Напряжение между ними было почти осязаемым. Еще пару минут и все присутствовавшие люди на приёме однозначно бы увидели если не молнии, то разряды тока между ними. Это явно не входило в планы сегодняшнего вечера, да и в планы по жизни.       — Конечно, Рон, — она постаралась говорить спокойно. — Извините, парни, я вернусь через минуту.       Они отошли в сторону, к окну. Рон нервно теребил манжету, избегая её взгляда. Он был обеспокоен, зол или насторожен чем-то?       — Что происходит, Гермиона? — он наконец поднял глаза. — Ты что, встречаешься с Крамом? А Малфой… что он тут делает?       — Рон, я ни с кем не встречаюсь, — Гермиона вздохнула. Опять эта его ревность. — Я просто разговаривала с ними.       — Но он на тебя так смотрел! — Рон кивнул в сторону Виктора. — И Малфой… он же всегда тебя ненавидел!       Гермиона буквально видела, как Рон начинает вскипать как чайник, его кулаки были слишком сильно сжаты, а дыхание просто обжигало кожу, хоть они и не стояли близко. Если бы Уизли дали зелёный свет, видит Мерлин, он бы сорвался на крик.       — Люди меняются, — она попыталась улыбнуться. — И, знаешь, я устала от того, что все пытаются решать, с кем мне общаться. Тем более что с тобой мы это уже обсуждали, Рон. Ни к чему делать шаги в прошлое, не здесь и не сейчас уж точно.       Рон только успел открыть рот, чтобы что‑то сказать, но в этот момент к ним подошли Джинни и Гарри.       — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Джинни.       Уизлетта смотрела то на подругу, то на брата, совершенно не понимая, за кого надо будет заступаться в первую очередь. Гарри же в свою очередь прекрасно понял, что его друзья в очередной раз повздорили. Это уже было привычным делом для него: решать проблемы его друзей, которые до сих пор разбирались в своих прошлых отношениях (хотя разбирался тут только Рон).       — Да, просто обсуждаем последние новости, — Гермиона взяла подругу под руку. — Пойдём, Джин, мне нужно выпить чего‑нибудь, да по крепче, пожалуй.       Оставляя Рона и Гарри стоять у окна, она направилась к столу с напитками.Но краем глаза заметила, что Драко всё ещё наблюдает за ней — теперь уже без насмешки, а с каким‑то новым, непонятным для неё выражением. Это что, был интерес в его глазах?       А в кармане её платья что‑то слегка зашевелилось. Гермиона на мгновение замерла, ощутив странное тепло. Но когда она проверила карман, там ничего не было.       «Наверное, показалось», — подумала она, но неприятное предчувствие оставило осадок.       Вечер только начинался.