Часть 1

Лиам

В Архивах всегда пахло одинаково: пылью веков, старым пергаментом и чем-то еще — едва уловимым ароматом покоя для Вайолет, который в Басгиате казался почти кощунственным. Я стоял рядом с Вайолет, стараясь сохранять вид скучающего телохранителя, но внутри меня все натянулось, как тетива. Привычка. В Квадранте Всадников ты либо настороже, либо мертв. А потом появилась она. Капюшон скрывал лицо, но я почувствовал её приближение раньше, чем увидел. Легкий шорох подошв по каменному полу. Когда она откинула ткань, мир вокруг меня — весь этот огромный мир — просто перестал существовать. Есиния. У неё были глаза цвета глубоких сумерек, подобные которым я не видел никогда. Вайолет заговорила с ней на языке жестов, и я невольно подался вперед. Я знал этот язык. Нас учили ему в приёмной семье, за что я был им сейчас несказанно благодарен. — Доброе утро, — её пальцы порхали в воздухе, а потом она посмотрела на меня. В этот момент в моей груди что-то оборвалось. Говорят, всадники находят своих драконов и чувствуют связь. Но никто не предупреждал, что можно найти человека и почувствовать, как твоя душа, до этого момента целостная, внезапно признает в ком-то другом своего единственного владельца. — Доброе утро, — ответил я вслух, и мой голос прозвучал чуть более хрипло, чем мне хотелось бы. Я подмигнул ей, привычно натягивая маску обаятельного наглеца. Это была защита. Если я не буду улыбаться, она увидит, что я едва дышу. Есиния покраснела. Нежно-розовый оттенок разлился по её щекам, достигая кончиков ушей, и я понял: я пропал. Я захотел эту девушку не так, как хотят временного утешения перед лицом смерти. Я захотел её всю — её тишину, её свитки, её застенчивые улыбки. Я захотел стать тем, ради кого она будет отрываться от своих книг. — Сегодня только эти? — спросила она, заглядывая в тележку. Я почти не слышал слов. Я смотрел на её губы, на то, как она прикусывает нижнюю, изучая список, который протянула Вайолет. В голове пульсировала одна-единственная мысль "Я влюбился". Когда она ушла, увозя тележку, я провожал её взглядом. Каждый изгиб её фигуры под простым балахоном писца казался мне более совершенным, чем изгиб крыла дракона. — Прекрати уже, — шепот Вайолет разрезал нахлынувший туман. Она чувствительно ткнула меня кулаком в грудь. — Что прекратить? — спросил я, хотя сердце все еще колотилось о ребра. — Заигрывать с Есинией. Она из тех, кому нужны долговременные отношения, и если это не твое, то просто… не надо. «Долговременные отношения». В нашем мире, где каждый день может стать последним, где друзья умирают за секунды, это словосочетание звучало как сказка. Или как безумие. — Кому тут вообще сдались долговременные отношения? — бросил я, пытаясь вернуть себе привычный цинизм. — Не все находятся в Квадранте, где гибель — не вопрос случая, а неизбежный конец, — Вайолет смотрела на меня с сочувствием, и это было хуже всего. Она видела меня насквозь. — Хочешь сказать, кто-то еще занимается такой ерундой, как строить планы? — Вот именно, и этот кто-то — Есиния. Поверь, я знаю ее много лет. Я снова посмотрел туда, где скрылась за шкафами её тень. Планы. Она строит планы. Она верит в завтрашний день. Она верит, что жизнь — это не только ожидание смерти. И в этот момент я понял. Я не просто хочу её. Я хочу то будущее, которое она олицетворяет. — Посмотрим, тихо сказал я, больше самому себе, чем Вайолет. Я был всадником. Моя жизнь принадлежала небу и дракону. Но глядя на пустой коридор библиотеки, я впервые почувствовал, что готов преклонить колено не перед королем, а перед маленькой девочкой с чернильными пятнами на пальцах. И, клянусь всеми богами Наварры, я собирался её получить. Даже если мне придется научиться молчать так же, как это делает она.

***

Я не помню, как прошел остаток того дня. Обычно после того, как Вайолет шла на тренировку с Ксейденом, я был свободен и отправлялся к Деи на отработку маневров или просто проводил время в столовой, слушая очередные байки сокурсников. Но в тот день все изменилось. Звон мечей казался приглушенным, смех товарищей – фальшивым. В моей голове крутились только её глаза, её руки, её смущение. Я не мог ждать до следующего раза, когда Вайолет понадобится посетить Архивы. Это было бы слишком медленно. На следующий день я объявил, что мне требуется дополнительная литература по истории Квадранта и тактике драконьих атак. Никто не удивился. Я был из Квадранта Всадников, а мы, как известно, были помешаны на выживании. Любое знание, которое могло бы дать преимущество в бою, ценилось выше золота. Вайолет подняла бровь, но не стала возражать. Она знала, что я никогда не сидел без дела. Не знала только, что теперь моим "делом" стало изучение не древних битв, а одной конкретной девушки. Впервые я пришел в Архивы один. Без Вайолет, без её острого языка и проницательного взгляда. Изначально я планировал сразу же найти Есинию, но потом… я замер. Зачем спешить? Я здесь, чтобы понимать. Библиотека встретила меня привычной тишиной, которая теперь казалась не просто отсутствием звука, а целым миром, наполненным скрытыми значениями. Я прошелся вдоль полок, делая вид, что выискиваю нужный раздел. На самом деле, мои глаза рыскали в поисках её силуэта. Она сидела за одним из дальних столов, под самым окном, где тусклый свет проникал сквозь узкие щели. Склоненная голова, перо в руке. Она что-то переписывала. Ее профиль был безупречен. Идеальная линия носа, мягкий изгиб подбородка. Прядь темных волос выбилась из-за уха, и я почувствовал иррациональное желание поправить её. Я выбрал полку, стоявшую достаточно близко, чтобы видеть её, но достаточно далеко, чтобы не привлекать внимания. Моя рука скользнула по корешкам старых книг. Ни одной тактической сводки. Только пыль, толстые тома и запахи, которые теперь ассоциировались у меня только с ней. Я взял первую попавшуюся книгу – по архитектуре древней Наварры. В обычной ситуации меня бы хватило на три абзаца, прежде чем я бы заснул. Но сейчас я мог часами сидеть, делая вид, что читаю, а на самом деле – смотреть на неё. Она знала каждый свиток, каждую полку. Её шаги не были слышны, но я чувствовал её присутствие. Я начал замечать мелочи. Как она прищуривает глаза, когда читает плохо написанный текст. Как её пальцы поглаживают край пергамента, прежде чем начать переписывать. Как она слегка улыбается, когда находит что-то интересное. Эти крошечные детали теперь казались мне бесценными сокровищами. Она разговаривала жестами. Это было удобно. Я мог "подслушивать" её разговоры, расширяя свой словарный запас. Я знал базовые фразы, но Есиния использовала такие быстрые, элегантные движения, что мне приходилось напрягаться, чтобы уловить смысл. Это было как учиться новому боевому стилю – каждый жест, каждое движение имело значение, каждое было отточено до совершенства. Я начал проводить в Архивах все больше времени. Сначала час-два, потом полдня. Тренировки с Деи стали для меня не столько удовольствием, сколько обязанностью, которую нужно выполнить, чтобы поскорее вернуться сюда. А Вайолет с удавольствием меня отпускала, зная что друзья рядом. Мой дракон чувствовал это. Он фыркал и недовольно толкал меня мордой, когда я спешил прочь, но я не мог ничего поделать. Моё сердце было в другом месте. В один из таких дней я сидел, уставившись в книгу о древних обрядах, совершенно не понимая, что там написано. Есиния прошла мимо моей полки, направляясь к высокому стеллажу, до которого даже с табуреткой было бы трудно дотянуться. Она встала на цыпочки, её рука потянулась вверх, но так и не дотянулась до нужного свитка. Это был мой шанс. «Слишком высоко», – я сложил пальцы в знак, который означал «высоко». Это было просто, но я сделал это максимально плавно, чтобы движения были не только понятными, но и… красивыми. Она вздрогнула. Её глаза расширились от удивления, а потом на её щеках снова проступил нежный румянец. «Да», – ответила она жестом, а затем добавила: «Спасибо». Её «спасибо» было едва уловимым движением головы и легким кивком. В её глазах мелькнуло что-то похожее на признательность, а может, и на что-то другое, более глубокое. Я не мог быть уверен. Но этот маленький момент, это короткое взаимодействие, заставило мое сердце подпрыгнуть. Я подошел к полке. С моей высотой это не составляло труда. Мои пальцы скользнули по грубому пергаменту, выбирая нужный свиток. Я почувствовал её дыхание рядом с собой, легкое, почти неощутимое, но для меня оно было как летний бриз после долгой зимы. Я опустил свиток в её протянутые руки. Её пальцы случайно коснулись моих. Электрический разряд прошел по моей коже. Она тут же отдернула руку, а румянец на её щеках стал еще ярче. «Там пыльно», – прошептала она, но я знал, что дело не в пыли. «Нам не привыкать», – ответил я, намекая на грязь и пыль тренировочных матов, но, кажется, она поняла это как-то иначе. Она быстро кивнула и поспешила обратно к своему столу. Я остался стоять посреди прохода, чувствуя, как внутри меня разгорается огонь. Этот огонь был опасен, он мог сжечь меня дотла. Вайолет была права. Ей нужны были долговременные отношения. Планы. А я был Всадником, моя жизнь – это бесконечная череда боев и неопределенности. Но если она верила в будущее, то почему я не мог? Может быть, это было наивно. Может быть, это было глупо. Я вернулся к своей книге, но буквы плясали перед глазами. Моя голова была занята одним: как мне пересечь эту пропасть между нашими мирами? Как убедить её, что всадник, который живет только сегодняшним днем, может быть тем, кто построит с ней завтра? Я не знал. Но я собирался выяснить. Я был всадником, и мы никогда не сдавались.