Часть 16

После футбольной тренировки Конхо задержался у старой раздевалки, когда случайно заметил то, что перевернуло его мысли. Мэри мягко коснулась губами щеки Мартина, а он, не удержавшись, ответил поцелуем в губы. В этот момент для Конхо стало ясно: между ними больше, чем дружба. Их связь — тонкая, хрупкая, но сильная, как невидимая нить, связывающая два сердца. И именно это знание могло стать его козырем. Он не терял времени. Через свои контакты Конхо быстро нашёл Нару, бывшую девушку Мартина. Он предложил ей сделку: сыграть на чувствах и разорвать союз Мартина и Мэри за деньги. Нара согласилась, хотя сердце её колебалось. Когда Мэри не было в школе, Нара подошла к Мартину после уроков. — Привет… давно не виделись. Ты скучал по мне? — её голос звучал сладко, почти по-дружески, но с лёгкой дрожью. — Привет… и что ты хочешь этим сказать? — Мартин сдержанно посмотрел на неё, не скрывая раздражения. — Решила вернуть наши отношения. Мне плохо без тебя… — Нара шагнула ближе, словно хотела стереть между ними всё расстояние. — Мне это не нужно. Я забыл тебя. Не хочу возвращаться к прошлому. — Его голос был холодным, но в глазах мелькнуло что-то вроде сожаления. — Брось, не обманывай себя. Я знаю, что скучал… и я вижу, как ты изменился. Стал лучше… — Нара улыбнулась, пытаясь пробить защиту Мартина. — Оставь меня в покое. Ты сама ушла, а теперь хочешь вернуться. Зачем? — его слова были твердыми, словно железная стена. — Я люблю тебя… всё ещё. Помнишь, как нам было хорошо вместе? Разве ты не хочешь снова почувствовать это? — Нара протянула руку, словно хотела дотронуться до его воспоминаний. — Не хочу. — Ладно… недотрога, — тихо сказала Нара, но в голосе сквозила решимость. — Тогда позволь мне хотя бы на прощание… Прежде чем Мартин успел что-то сказать, Нара поцеловала его. В этот момент Конхо, скрытый в тени, сделал фотографию. На снимке всё выглядело так, будто Мартин отвечает ей взаимностью. Но реальность была другой: Мартин оттолкнул Нару и твёрдо сказал: — Между нами всё кончено. Фотография оказалась у Конхо — холодное и безупречное оружие, готовое ударить в самый чувствительный момент. Конхо довольно усмехнулся, наблюдая за тем, как пост на школьном сайте набирает просмотры. Фото, где Мартин целует Нару, было опубликовано «тайно» — через его связи. Комментарии взорвались: — «Это Мартин и Нара? Они снова вместе?» «Нара же уехала!» «Вау, вот это новость…» Конхо откинулся на спинку стула. Цирк. Чистой воды цирк. Ему было смешно наблюдать за этой бурей в стакане воды. Он знал, что это лишь вопрос времени, когда это увидит Мэри. И тогда… для неё это станет концом. Утром Мэри, собираясь в школу, решила зайти на школьный сайт — проверить, не выложили ли новое расписание. Но вместо расписания на главной странице она увидела фото. Мартин. Целует Нару. Она замерла. «Этого не может быть…» — пронеслось в голове. — «Может, это не он? Он бы так не сделал…» Но потом её взгляд упал на дату. Тот самый день, когда её не было в школе. Всё рухнуло. Цели, мотивация, вера — всё ушло на второй план. Она почувствовала, как земля уходит из-под ног. Комната поплыла. Мэри медленно закрыла ноутбук, сняла рюкзак и, не сказав ни слова, залезла под одеяло. Слёзы потекли сами собой. Мартин ждал её в школе. У входа. На перемене. После уроков. Но её не было. «Странно, — подумал он. — Она бы предупредила… Если заболела или ещё что…» День тянулся бесконечно. Он писал ей сообщения, но они оставались без ответа. Звонки сбрасывались. А Мэри лежала под одеялом, глядя в одну точку. Ей казалось, что мир перестал существовать. Всё, ради чего она старалась, всё, во что верила — рассыпалось в прах за одну секунду. К вечеру в телефоне:   58 пропущенных звонков и 32 сообщения от Мартина.   Ей было всё равно. Она смирилась — пусть Конхо заберёт наследство. Чувства человека оказались важнее. Мартин волновался всё сильнее. Купив  цветы, поехал к Мэри. Открыл её отец, лицо суровое: — Где Мэри? С ней всё в порядке?   — С ней было всё нормально, пока ты не разбил ей сердце. Пожалуйста, не приходи больше она не хочет тебя видеть.   — Стойте, почему? Что случилось?   — Зайди на школьный сайт и  всё поймёшь. Мартин сразу открыл сайт.  Там красовалась фотография  с Нарой и из поцелуем , а дата говорила о том , что в этот день Мери не было в школе. Всё встало на места — проделки Конхо. И тут пришло сообщение от самого Конхо📱:   «Понравился подарок? Вы такие милые на фото, глаз не могу оторвать. Передавай Мэри привет… а, ой, вы же теперь не общаетесь! Я обещал вам ад — это только начало. Концом будет, когда я получу стажировку, а потом и наследство.» Мартин сжал телефон так, что пальцы побелели.   —Ах ты, гаденыш… Ну ничего. Я тоже сыграю с тобой по-грязному. А потом объясню всё Мэри, и мы помиримся. Это я тебе обещаю, Конхо. В его глазах загорелся огонь — не злобы, а решимости. Война только началась. Мартин тяжело выдохнул и поехал от дома Мэри. Слова её отца и злорадство Конхо смешались внутри него в яростный коктейль эмоций. Он почувствовал, как закипает что-то древнее и дикое. Конхо перешёл черту, затронув самое святое — доверие Мэри, их отношения. Теперь Мартин не собирался играть по правилам. Он провёл ночь за ноутбуком, забыв о сне и еде. Погрузился в теневые уголки интернета, туда, где раньше не искал. Он искал слабости Конхо, его скрытые грехи, подводные камни. Мартин знал: бабушка ценила честность и репутацию превыше всего. Конхо был скользким, но хищники всегда оставляют следы. На рассвете Мартин нашёл то, что искал. Не одну, а несколько зацепок. Конхо использовал ботов и фальшивые аккаунты для накрутки стоимости виртуальных активов, а, судя по всему, имел дело с отмыванием денег через игровую валюту. Более того, он присваивал идеи других разработчиков, выдавая их за свои. Судебных исков не было, но в темных уголках форумов Мартин нашёл доказательства. Холод пробежал по спине. Это было настолько грязное дело, что могло стоить Конхо не только стажировки, но и серьёзных проблем с законом. Но сомнения длились недолго: Мэри была разбита. Всё это — из-за подлой игры Конхо. — Ты сам захотел этого, Конхо, — прошептал Мартин, глядя на экран. Он составил план. Не просто разоблачить Конхо перед бабушкой, а сделать это публично, чтобы все, кто ценил его проект, увидели его настоящую сущность. «Оценивать буду не я, а ваша аудитория», — напоминала Мартину бабушка. Он анонимно отправил досье блогерам и журналистам, приложил ссылки на доказательства. Реакция была мгновенной: соцсети задымились обвинениями, статьи начали появляться одна за другой. Мартин убедился, что информация дошла и до тех, кто ранее восхищался проектом Конхо — их возмущение должно было быть особенно сильным. Затем он снова попытался связаться с Мэри. Телефон молчал. Но теперь Мартин знал: единственный путь к примирению — сначала очистить своё имя и показать Мэри истинное лицо врага. Конхо же, не ведая о надвигающейся буре, наслаждался триумфом. Он видел себя во главе огромной корпорации бабушки, предвкушая окончательное поражение Мартина и Мэри. Улыбка Конхо была шире обычного. «Идиоты, — думал он, — они не понимают, что этот мир принадлежит хищникам». Он ещё не знал, что Мартин, которого он считал романтичным мечтателем, сам оказался хищником — тихим, аналитическим, но куда более опасным. Война, начатая Конхо, приняла новый оборот. На этот раз ставка была выше: теперь на кону стояли не просто победа и поражение, а правда, доверие и сердца, которые он хотел сломать.