Часть 11

Наконец-то наступили летние каникулы. «Хогвартс-Экспресс» отвёз учеников обратно на вокзал Кингс-Кросс, где их встречали родители, сёстры, братья и домашние эльфы богатых семей. Платформа 9¾ гудела от радостных криков, объятий и прощаний на два месяца. Ребята смотрели на это со стороны — у них не было никого, кто ждал бы их на платформе. Только миссис Харроу, которая встретила их в приюте с обычным кислым выражением лица. — Вернулись, — проворчала она, пересчитывая их по головам. — Все десять. Хорошо. Не теряйтесь. Ужин в семь. Ребята, конечно же, были в приюте. Но только на первый взгляд. Они вернулись в свои серые комнаты, разложили вещи, переоделись в простую одежду — ту самую, в которой они прибыли в этот мир, — и дождались, пока миссис Харроу и другие воспитатели уйдут спать. А потом, как только часы пробили полночь, они собрались в своей тайной комнате на чердаке — той самой, где когда-то впервые обсуждали своё положение. — Все готовы? — спросила Усаги, оглядывая друзей. — Готовы, — ответили они хором. Ами активировала свой микрокомпьютер и вывела на экран координаты. Сецуна достала гранатовый жезл и начала создавать временной портал — небольшой, локальный, который должен был перенести их в Японию 1991 года. Не в замороженное настоящее, а в то прошлое, которое существовало параллельно их пребыванию в Хогвартсе. — Портал нестабилен, — предупредила Сецуна. — У нас есть ровно три дня. Потом я не смогу его удерживать, и нам придётся вернуться другим способом. — Три дня — достаточно, — сказал Мамору. — Мы успеем. Они шагнули в портал — один за другим, и через секунду оказались в Токио. Том самом Токио, который был им так знаком и так чужд одновременно. Здесь не было небоскрёбов, которые они помнили, не было огромных рекламных экранов и толп людей с телефонами. Был 1991 год — год, когда они сами ещё не родились, когда их родители были детьми, а город выглядел совсем иначе. Но храм Хикава был на том же месте. Они незаметно переместились в Японию, используя магию времени и собственные силы. Никто их не видел — ни соседи по приюту, ни миссис Харроу, ни случайные прохожие в Токио. Они были тенями, призраками, которые пришли за тем, что принадлежало им по праву. Храм Хикава стоял на холме, окружённый старыми деревьями. В темноте он выглядел таинственно и величественно — красные ворота, каменные ступени, покрытые мхом, и тишина, которую нарушал только ветер. В этом времени храмом управлял ещё не дедушка Рей, а его отец — старый священник, который, наверное, даже не подозревал, какие тайны хранятся под его ногами. — Я знаю это место, — прошептала Рей, оглядываясь. — Я выросла здесь. Но в моём времени здесь всё по-другому. — Место остаётся тем же, — сказала Сецуна. — Камни помнят. Духи помнят. И кристалл помнит. Они вошли на территорию храма, стараясь не шуметь. Рей вела их за собой — она знала каждый уголок, каждую потайную дверь, каждый подземный ход. Даже в этом времени, когда храм выглядел иначе, она чувствовала его душу. — Сюда, — сказала она, останавливаясь у старого колодца за главным зданием. — Внизу есть секретная комната. Мой дедушка показал её мне, когда я была маленькой. Он сказал, что там хранятся древние реликвии, которые никто не видел сотни лет. Сейчас важным для них было достать тот самый кристалл из храма Хикава. Если они это не сделают, половина ритуала не исполнится. «Хроники Вечности» были ясны: для открытия портала в их время нужна была не только книга, но и «Слеза Луны» — кристалл, который хранился в одном из древнейших храмов Японии, связанный с силами Серебряного Тысячелетия. Рей спустилась в колодец первой — по старой каменной лестнице, которая вилась вниз, в темноту. Остальные последовали за ней. Внизу было сыро, холодно и пахло землёй и вековой пылью. Но Рей знала, куда идти. Она провела их через несколько подземных залов, мимо древних статуй, которые, казалось, следили за ними пустыми каменными глазами, и наконец остановилась перед тяжёлой деревянной дверью, окованной железом. — Здесь, — сказала она, толкая дверь. Они нашли кристалл в секретной комнате, которую Рей показала для ребят только ради такого дела. Комната была небольшой, круглой, с алтарём в центре. На алтаре лежала каменная чаша, а в ней — кристалл. Он был размером с кулак, прозрачный, с голубоватым отливом, и внутри него, казалось, текла жидкость — как слёзы. «Слеза Луны». Когда Усаги взяла его в руки, кристалл засветился тёплым серебряным светом, и по комнате разлилась мелодия — тихая, печальная, но такая знакомая. — Это музыка нашей Луны, — прошептала Усаги. — Я слышала её в замке Серенити. — Кристалл узнал тебя, — сказала Сецуна. — Ты — его истинная хозяйка. Усаги прижала кристалл к груди, и на секунду ей показалось, что она слышит голос Луны — не той, кошки, а самой планеты, древней и мудрой. — «Возвращайтесь домой, — прошептал голос. — Мы ждём». Они вышли из подземелья так же тихо, как и вошли. Никто их не заметил — ни старый священник, который спал в своей комнате, ни духи храма, которые, возможно, наблюдали за ними, но не мешали. Кристалл был у них. Одна часть ритуала — завершена. После этого ребята снова переместились в приют. Портал закрылся за их спинами, и они снова оказались в своей тайной комнате на чердаке. За окном уже светало, и где-то внизу послышались шаги миссис Харроу — она начинала свой день. — У нас есть кристалл, — сказала Усаги, кладя его на стол. Теперь он тускло мерцал, будто спал, ожидая своего часа. — Осталось найти другие части. Они так же поняли, что для активации ритуала им нужны их собственные силы — то есть силы Сейлор-кристаллов и Золотого и Серебряного кристаллов. Им нужно объединить силы, и тогда они смогут попасть домой. — Книга, кристалл и наши силы, — перечислила Ами. — Три компонента. Два у нас уже есть. Осталось найти фрагменты, которые находятся в Хогвартсе. — Мы искали их весь год, — напомнила Макото. — И не нашли. — Потому что мы искали не там, — сказала Сецуна. — «Хроники Вечности» указывают на то, что фрагменты ритуала — это не предметы. Это места. Места в Хогвартсе, где сила времени особенно сильна. Мы должны провести ритуал именно там. — Где именно? — спросила Харука. — В Выручай-комнате. Она — не просто комната. Это место, где пересекаются временные линии. Где возможны чудеса. Именно там мы сможем открыть портал. Но они решили поискать фрагменты, которые находятся в Хогвартсе, когда будут уже на втором курсе, когда уже будет учебный год, чтобы пока что никто не заметил их отсутствия. — Мы не можем вернуться в Хогвартс сейчас, — сказал Мамору. — Летние каникулы. Замок закрыт. Если мы попытаемся проникнуть туда сейчас, нас заметят. Или того хуже — подумают, что мы тёмные маги. — Мамору прав, — кивнула Усаги. — Мы подождём. Второй курс начнётся через два месяца. За это время мы подготовимся. Изучим книгу до конца. Тренируемся. И когда вернёмся в Хогвартс, проведём ритуал. — А что мы будем делать эти два месяца? — спросила Минако. — Сидеть в приюте и есть овсянку миссис Харроу? — Нет, — улыбнулась Усаги. — Мы будем отдыхать. Они переглянулись. Отдыхать? В этом мире? В приюте? Это звучало почти смешно. Но Усаги была серьёзна. — Мы заслужили отдых, — сказала она. — Весь год мы учились, тренировались, искали книгу, переводили её, рисковали. А теперь у нас есть кристалл, есть книга, есть план. И два месяца свободы. Давайте проведём их так, как давно не проводили. — Как? — спросила Хотару. — Вместе, — ответила Усаги. — Просто вместе. И они остались в приюте, но в своём тайном укрытии на чердаке — том самом, где когда-то впервые осознали, что попали в другой мир. Они принесли туда еду, подушки, одеяла, настольные игры, которые Макото где-то раздобыла, и старый магнитофон с кассетами, на которых Минако записала музыку. Они просто веселились. Как обычные дети. Как те, у кого нет войны, нет битв, нет замороженных миров. Они играли в карты, смотрели на звёзды через маленькое окошко, пели песни, танцевали под музыку, которая звучала из динамиков. Ами показывала фокусы с числами, Рей гадала на картах Таро, Макото пекла печенье на маленькой электрической плитке, которую тайком пронесла на чердак. Минако устраивала конкурсы красоты, Харука и Мичиру танцевали медленные танцы, Сецуна рассказывала сказки о времени, Хотару рисовала всех подряд, а Усаги и Мамору сидели в углу, обнявшись, и смотрели на своих друзей. — Смотри на них, — тихо сказала Усаги. — Они счастливы. — Мы все счастливы, — ответил Мамору. — Потому что мы вместе. — Даже в этом странном мире? — Даже здесь. Потому что дом — не место. Дом — это люди. Усаги поцеловала его в щёку и прижалась крепче. В окно чердака светила луна — та самая Луна, которая была и в их мире, и в этом. Она смотрела на них, серебряная и далёкая, и, казалось, улыбалась. — Мы вернёмся, — прошептала Усаги в ночь. — Мы обязательно вернёмся. *** Прошло несколько недель, и наступил уже июль. Лето в Англии было серым и дождливым — таким же унылым, как и сам приют Святой Бригитты. Но ребята почти не замечали непогоды. Они жили двойной жизнью: днём изображали послушных сирот, которые помогают по хозяйству и не нарушают правил, а ночью… ночью они перемещались в Японию. Сецуна научилась открывать портал быстро и почти бесшумно — теперь это занимало у неё всего несколько секунд. Каждую ночь, когда приют погружался в сон, десять фигур бесшумно скользили на чердак, и через мгновение оказывались в Токио 1991 года. Там, под тёплым летним небом, среди незнакомых улиц и старых храмов, они чувствовали себя почти как дома. Особенным днём стало двадцатое июля. А также было день рождения Усаги, который ребята праздновали с удовольствием. — С днём рождения! — закричали они хором, когда она проснулась на чердаке приюта. Минако держала в руках маленький пирог, который они испекли тайком, используя магию и подручные средства. Свечи горели ровным светом, и на них была цифра «17» — не одиннадцать, как в этом мире, а семнадцать, как в их настоящем возрасте. — Вы помнили, — прошептала Усаги, и её глаза наполнились слезами. — Конечно, помнили, — сказала Макото, обнимая её. — Мы всегда помним. — Даже в чужом мире, — добавила Рей. — Даже в чужом времени, — кивнула Ами. Усаги задула свечи, и все захлопали. Потом они переместились в Японию, чтобы отпраздновать по-настоящему. Они переместились в Японию и просто веселились там. Никто их не замечал, никто не знал о них. Они гуляли по ночному Токио, который в 1991 году был совсем другим, но всё равно узнаваемым. Они заходили в круглосуточные магазины, покупали снэки и газировку, сидели на крыше старого заброшенного здания и смотрели на звёзды. — Смотрите, — сказала Хотару, указывая в небо. — Та же Большая Медведица. Те же звёзды, что и дома. — Но дом далеко, — вздохнула Минако. — Не далеко, — возразила Сецуна. — Просто… в другом времени. Мы вернёмся. Они нашли маленький парк, где никого не было, и устроили там пикник. Макото разложила плед, Мичиру достала скрипку и начала играть тихую мелодию, а остальные просто сидели, ели, смеялись и разговаривали. — Помните, как мы впервые отпраздновали твой день рождения? — спросила Рей у Усаги. — Ты тогда обиделась на Мамору за то, что он забыл про твоё день рождения, а ты ещё хотела тогда хрустальные туфельки. — Помню, — улыбнулась Усаги. — Каоринайт когда использовала меня, ведь думала, что у меня чистое сердце, и она заморозила Мамору. Она думала, что я действительно Сейлор Мун, и она отобрала у меня чистое сердце. Харука и Мичиру тогда ещё пришли на помощь, а ещё Минако использовала волшебную ручку и была практически похожа на меня, что отвлекло злодеев. — Помню, — усмехнулась Харука. — мы тогда действительно были удивлены, когда Минако превратилась в тебя. Это действительно была тогда наша первая совместная работа. Но всё сейчас изменилось. — Или не изменилось, — сказал Мамору, обнимая Усаги за плечи. — Мы всё те же. Просто стали сильнее. Усаги посмотрела на своих друзей — на их лица, освещённые луной, на их улыбки, на то, как они держатся друг за друга. Она чувствовала благодарность, такую огромную, что словами не передать. За то, что они здесь. За то, что они вместе. За то, что они не бросили её. — Спасибо, — сказала она тихо. — За этот день. За всё. — Не благодари, — ответила Минако. — Мы семья. — Семья не благодарит, — добавила Макото. — Семья просто есть. Они сидели в парке до рассвета, слушая, как Мичиру играет на скрипке, а потом переместились обратно в приют, как раз перед тем, как миссис Харроу начала обход. Конечно, для всех на виду они оставались в приюте, но на самом деле они перемещались незаметно в Японию и тусили там. Им было приятно и хорошо, что наконец-то у них было свободное время. Они исследовали Токио, находили старые места, которые знали по своему времени, и удивлялись тому, как они выглядят сейчас. Заходили в кафе, ели рамен (настоящий, японский, а не ту бурду, которую подавали в приюте), гуляли по паркам, ходили в кинотеатры, где крутили старые фильмы. Они были обычными подростками, которых никто не узнавал, не преследовал, не ждал от них спасения мира. Это было похоже на каникулы. Настоящие, долгожданные каникулы после долгого учебного года. Но они так же понимали, что скоро им придётся возвращаться в Хогвартс и искать ответы уже там. — У нас осталось три недели, — сказала однажды Ами, когда они сидели на крыше приюта и смотрели на закат. — Потом — снова школа. — Снова Хогвартс, — вздохнула Минако. — Снова Снейп, снова домашние задания, снова Грейнджер с её подозрениями. — И снова поиски, — добавила Харука. — Ритуал. Портал. Дом. — Дом, — повторила Усаги, и это слово прозвучало сладко и больно одновременно. — Мы готовы? — спросила Хотару. Все замолчали. Готовы ли они? У них была книга Плутона, переведённая почти полностью. У них был кристалл «Слеза Луны». У них были их силы — Сейлор кристаллы, золотой и серебряный кристаллы. У них был план — провести ритуал в Выручай-комнате в начале учебного года, пока никто не заметит. — Мы готовы, — сказал Мамору. — Насколько это вообще возможно. — Мы всегда готовы, — поправила его Рей. — Мы Сейлор воины. — И Такседо Маск, — улыбнулась Усаги, глядя на возлюбленного. — И мы вместе, — закончила Сецуна. — А это главное. Они смотрели на закат — красный, огненный, похожий на тот, что бывал в их Токио. Ветер шевелил их волосы, и на секунду каждому показалось, что они слышат голоса — знакомые, родные. Луны, Артемиса, своих родителей, своих друзей, которые остались в замороженном мире. — Мы вернёмся, — сказала Усаги, и её голос был твёрдым, как сталь. — Мы вернёмся, и всё будет как прежде. — А если нет? — спросила Минако, но в её голосе не было страха, только любопытство. — Тогда мы сделаем так, чтобы было лучше, — ответила Усаги. — Как всегда. Они сидели на крыше до темноты, а потом спустились вниз, чтобы отдохнуть перед следующим днём. Летние каникулы продолжались, и они были полны решимости наслаждаться каждым мгновением. Потому что они знали: скоро всё изменится. Скоро начнётся новый учебный год, а с ним — новый этап их пути домой. Но сейчас, в этот момент, они просто были вместе. И этого было достаточно. Продолжение следует…