Глава 7

На следующее утро Гермиона пришла в кабинет Драко бледная и растерянная. Она остановилась у порога, будто не решаясь войти. — Что‑то не так? — сразу заметил он, поднимая взгляд от пергаментов. — Не могу вспомнить, что было вчера после обеда, — она сжала виски. — Просто провал. И это не первый раз за неделю. Вчера я забыла, куда положила отчёт по артефактам сектора «Бета». Драко нахмурился, отложил перо и внимательно посмотрел на неё: — Ты обращалась к целителям? — Да, — Гермиона села в кресло напротив. — Они говорят, что это связано с тем амулетом. Он не просто сдерживал тёмную энергию — он каким‑то образом взаимодействует с памятью тех, кто к нему прикасался. Видимо, когда я проверяла его защитные чары, часть энергии перешла ко мне. — И что они предлагают? — Драко скрестил руки на груди. — Пока ничего конкретного. Говорят, нудно изолировать источник воздействия. Но амулет уже под охраной Аврората, а симптомы остаются.                             *** Гермиона опоздала на утреннее совещание на 15 минут. Когда Драко спросил, в чём дело, она растерянно ответила: — Я… забыла, что оно сегодня в 9:00. Хотя сама же его и назначила. Позже в тот же день она не смогла вспомнить, куда положила блокнот с заметками о последних экспериментах с артефактами. Драко заметил, как она обходит кабинет,оглядываясь по сторонам, будто впервые видит эти стены. — Грейнджер, ты в порядке? — он подошел ближе. — Да, просто… не могу найти блокнот. Странно, я точно помню, что оставляла его здесь. Драко молча достал блокнот из ящика её стола— она сама туда его убрала утром, забыв об этом. На совещании по артефактам сектора «Гамма» Гермиона запнулась, не сумев объяснить принцип работы защитного заклинания, которое сама же разработала неделю назад. — Гермиона? — Драко наклонился к ней. — Ты же рассказывала мне об этом вчера. — Да? — она нахмурилась. — Наверное, я просто устала. После совещания она призналась Драко: — Я не помню деталей своего же отчёта. Как будто кто‑то стёр часть информации из головы. Драко предложил: — Давай я составлю список ключевых моментов по каждому проекту. Будешь сверяться. — Спасибо, — она слабо улыбнулась. — Но это странно. Я помню теорию, помню заклинания, но не могу связать их с конкретными случаями. Утром Гермиона не узнала коллегу, с которым работала полгода: — Простите, мы знакомы? — спросила она, когда тот поздоровался с ней в коридоре. — Гермиона, это же я, Стивен! Мы вместе проверяли защитные чары на хранилище артефактов! — Ах да, конечно, — она натянуто улыбнулась, но в глазах читалась растерянность. Позже она заблудилась в Министерстве: свернула не в тот коридор; не узнала столовую, где обедала каждыйдень; долго искала свой кабинет, хотя проходиламимо него трижды. Когда она наконец вошла в кабинет, Драко сразу заметил её состояние: — Что случилось? Ты бледная. — Я… потерялась, — призналась она. — Немогла найти дорогу сюда. Как будто всё стало чужим. Драко достал зачарованный компас, которой всегда указывал на их кабинет: — Держи. И надень эти зачарованные очки — они подсвечивают наш маршрут. — Ты готовился к этому? — она удивлено подняла бровь. — Просто предусмотрительность, — пожал он плечами. — Малфои всегда продумывают варианты. Гермиона начала терять не только факты, но иэмоциональные воспоминания: не помнила, почему поругалась с коллегой накануне; забыла, как радовалась успеху их последнего проекта; не могла вспомнить, почему поставила настол фотографию с друзьями — и кто эти люди. Однажды она показала Драко книгу: — Я нашла это у себя на столе. Здесь есть мои заметки, но я не помню, о чём эта книга и зачем я её читала. Драко узнал фолиант — это был редкий труд по артефактологии, который они обсуждали вчера. — Это книга о древних защитных чарах, — напомнил он. — Ты говорила, что она поможетнам с амулетом. — Точно… — она провела рукой по корешку. — Но я не помню своих мыслей по этому поводу. Как будто часть меня исчезла.                             *** Кабинет Драко выглядел так же, как и всегда: книжные полки до потолка, зачарованный глобус, мерцающий голубым светом, стол с разложенными пергаментами. Но атмосфера была напряжённой — Гермиона стояла у двери, растерянно оглядываясь, будто впервые видела это место. Драко поднял взгляд от пергаментов, которые изучал, и сразу заметил неладное. Её поза — напряжённая, руки слегка дрожали, а взгляд метался по комнате, не задерживаясь ни на чём конкретном. — Что‑то не так? — он отложил перо и встал из‑за стола. — Ты бледная. Гермиона сделала шаг вперёд, но остановилась, будто не решаясь приблизиться. — Драко… — её голос дрогнул. — Я не помню, как мы начали работать вместе. Он замер, не донеся чашку с остывшим чаем до стола. Чашка чуть не выскользнула из рук, но он успел перехватить её. — Что ты сказала? — его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Я помню, что мы партнёры, — она села в кресло напротив, сжимая руки. — Но не помню, почему. Не помню, как это началось. Не помню… всего, что было между нами. Драко поставил чашку на стол, стараясь не выдать волнения. Он подошёл к ней и сел напротив, внимательно вглядываясь в её лицо. — Это всё амулет, — сказал он твёрдо. — Мы найдём способ это исправить. — А если нет? — она подняла на него глаза. — Если я забуду всё? Даже то, что мы — партнёры? Впервые за долгое время Драко не смог скрыть эмоции. Его самоуверенность дала трещину.  Его голос дрогнул, когда он произнёс: — Не забудешь. Я не позволю. — Но как? — Гермиона покачала головой. — Это магия, с которой целители не могут справиться. — Значит, справимся сами, — он сжал подлокотники кресла. — Слушай. Мы начали работать вместе после того, как ты доказала, что я не причастен к утечке данных в Министерстве. Помнишь? Она нахмурилась, пытаясь вспомнить: — Утечка данных… — повторила она. — Что это было? — Три месяца назад, — Драко заговорил медленнее, подбирая слова. — Кто‑то слил информацию о новых защитных чарах хранилища артефактов.  Подозрения пали на меня из‑за прошлого. Но ты изучила записи, нашла доказательства моей невиновности и публично заявила, что доверяешь мне. Драко начал перечислять ключевые моменты их партнёрства. По мере того как Драко рассказывал, выражение лица Гермионы менялось: сначала — растерянность и недоверие; затем — проблески узнавания, когда он упоминал конкретные детали; наконец — осознание, что всё это действительно было. Они начали восстанавливать воспоминания шагза шагом: перечитывали отчёты по совместным проектам; просматривали записи совещаний; восстанавливали хронологию событий; обсуждали ключевые решения и их последствия. Драко был терпелив и внимателен. Он не торопил Гермиону, давал ей время осмыслить каждую деталь. Постепенно её память начала восстанавливаться — не полностью, но достаточно, чтобы она снова могла работать. Через неделю Гермиона уже уверено ориентировалась в текущих делах. Она поблагодарила Драко за помощь: — Спасибо, что не дал мне потерять то, что мы создали. — Это было важно не только для тебя, — он слегка улыбнулся. — Наше партнёрство — это результат нашей работы. И я не мог позволить ему исчезнуть. — Партнёры, — кивнула Гермиона. — Партнёры, — подтвердил Драко. Они вернулись к работе, но теперь оба понимали: их союз стал крепче. Не из‑за эмоций, а из‑за взаимного уважения и осознания ценности того, что они построили вместе.                             *** «Три метлы», дальний столик у окна. В таверне шумно: слышны разговоры, звон кружек, смех. За соседним столом группа волшебников бурно обсуждает последние новости Министерства. Гермиона заходит в таверну и сразу замечает Гарри и Рона за дальним столиком. Она подходит и садится напротив них. — Гермиона, мы должны поговорить, — начинает Гарри серьёзно, понижая голос, чтобы их не услышали посторонние. — О том, что происходит между тобой и Малфоем. — Что именно тебя беспокоит? — Гермиона старается говорить спокойно, но чувствует, как внутри нарастает напряжение. Рон не выдерживает и резко подаётся вперёд: — Ты проводишь с ним больше времени, чем с нами! Мы почти не видим тебя. А когда видим, ты всё время говоришь о ваших «совместных проектах». Звучит так, будто вы не просто работаете вместе. — Мы действительно работаем вместе, — твёрдо отвечает Гермиона. — Расследуем дело об амулете, который угрожает магическому миру. Это серьёзное дело, требующее постоянного взаимодействия. Гарри поднимает руку, призывая Рона к спокойствию, и мягко продолжает: — Мы понимаем, что это важно. Но дело не только в количестве времени. Ты начала оправдывать его поступки, говорить, что он «изменился». Откуда такая уверенность? — Потому что я вижу это своими глазами, — Гермиона скрещивает руки на груди. — Он не раз доказывал свою надёжность в ходе расследования. Он делится информацией, помогает анализировать данные, не скрывает ничего. — Или очень хорошо притворяется, — бурчит Рон. — Ты забыла, кто он такой? Сын Пожирателя смерти, сам едва избежал Азкабана! — Рон, — вмешивается Гарри, — дело не в том, сколько времени она с ним проводит. Дело в доверии. Малфой годами демонстрировал враждебность. И вдруг он становится твоим надёжным партнёром? Что‑то здесь не сходится. — Всё сходится, если смотреть на факты, — Гермиона наклоняется вперёд. — Он предоставил доступ к семейным архивам, которые помогли нам найти зацепки по амулету. Он отказался от выгодного контракта, чтобы сосредоточиться на расследовании. Он даже поделился информацией, которая могла бы скомпрометировать его семью. Рон фыркает: — Может, он просто использует тебя, чтобы выгородить себя? Или заманивает в ловушку? — Если бы он хотел меня подставить, у него было куча возможностей, — возражает Гермиона. — Но он этого не сделал. Он действует открыто и честно. Гарри смотрит на неё пристально: — Гермиона, мы беспокоимся о тебе. Не потому, что хотим контролировать твои решения. А потому, что знаем тебя. Ты всегда даёшь людям второй шанс, ищешь в них хорошее. Но иногда это может быть опасно. — Я ценю вашу заботу, — Гермиона смягчается, но остаётся твёрдой в своей позиции. — Правда, ценю. Но я взрослый человек и сама могу решать, кому доверять. И я уверена в своём решении. Малфой — мой партнёр по расследованию, и я верю, что мы сможем довести это дело до конца. Рон хочет что‑то сказать, но Гарри кладёт руку ему на плечо. — Хорошо, — говорит Гарри. — Мы не будем настаивать. Но обещай нам одну вещь: будь осторожна. Если почувствуешь, что что‑то идёт не так, сразу сообщи нам. Гермиона кивает: — Обещаю. Я буду осторожна. Но и вы должны пообещать мне кое‑что: дать мне возможность самой разобраться в ситуации. Доверять моему суждению. Гарри и Рон переглядываются. Рон вздыхает и неохотно кивает. — Ладно, — бормочет он. — Но если он тебя подведёт, я его… — Рон! — обрывает его Гарри. — Мы доверяем Гермионе. И ждём, что она будет с нами честна. — Буду, — Гермиона улыбается краешком рта. — Спасибо, что беспокоитесь обо мне. Но поверьте: я знаю, что делаю. Она берёт чашку с чаем, делает глоток и переводит разговор на другую тему: — Кстати, как дела у Тедди? Давно его не видела. Гарри улыбается — он рад смене темы: — Отлично. Андромаха научила его превращать игрушки в сладости. Теперь приходится прятать все плюшевые мишки. Рон наконец расслабляется и смеётся: — Вот это талант! Надо будет научить его этому трюку, когда он подрастёт. На мгновение атмосфера становится лёгкой, но Гермиона понимает: друзья всё ещё настороже. И она должна доказать, что её доверие к Драко оправдано.                              **** Уютная квартира Джинни в Косом переулке. В камине потрескивает огонь, на столе дымится чайник, пахнет корицей и ванилью. Джинни только что поставила на стол печенье с шоколадной крошкой и села напротив Гермионы. — Гермиона, что случилось? Ты выглядишь так, будто на тебя свалился Хогвартс целиком, — сказала Джинни. Гермиона вздохнула и стала крутить чашку вруках. — Гарри и Рон говорили со мной о Малфое. Опять. Они требуют, чтобы я прекратила с ним работать, — ответила она. — И что ты им сказала? — поинтересовалась Джинни, наливая чай и пододвигая печенье к Гермионе. — Что это только работа. Что мы партнёры по расследованию амулета. Но они не поверили. Рон сказал, что я слишком много времени провожу с ним, а Гарри… Гарри беспокоится, что я могу попасть в ловушку, — объяснила Гермиона. — Я не про романтику, Гермиона, — улыбнулась Джинни мягко, без насмешки. — Я про то, что ты видишь в нём что‑то, чего не видят другие. Ты ведь не стала бы работать с кем попало, особенно под давлением друзей. Значит, он тебя чем‑то зацепил.  Гермиона задумалась и посмотрела в чашку. — Может быть. Он… он не такой, каким был в школе. Он серьёзно относится к делу. Когда моя память начала подводить, он не отступился. Он составил список наших совместных проектов, напомнил мне о клятве партнёрства. Он не просто помогал — он боролся за то, чтобы я вспомнила, кто мы друг для друга в профессиональном плане, — поделилась Гермиона. — Вот видишь? Он доказал свою ценность. И н видишь. А они — пока нет, — заметила Джинни. — Но они же мои друзья. Они беспокоятся обо мне, — возразила Гермиона. — И это нормально. Но послушай: твоя способность доверять людям всегда была твоей силой, а не слабостью. Ты не бросаешься в объятия первому встречному. Ты анализируешь, проверяешь, убеждаешься. И если ты решила, что Малфой достоин доверия в профессиональном смысле — значит, у тебя есть на то основания, — уверенно сказала Джинни. — Они считают, что он может меня использовать. Что он притворяется, чтобы выгородить себя или семью, — призналась Гермиона. — А ты? Что ты думаешь? — спросила Джинни. Гермиона помолчала, прежде чем ответить. — Я думаю, что он искренен. Не во всём, может быть. Он всё ещё Малфой — гордый, упрямый, временами высокомерный. Но в том, что касается нашего партнёрства, он честен. Он показал это своими действиями: предоставил доступ к семейным архивам, отказался от выгодного контракта ради расследования, поделился информацией, которая могла бы скомпрометировать его род, — твёрдо произнесла она. — То есть он поставил дело выше личной выгоды? — уточнила Джинни. — Да. И это не единичный случай. Он делает так постоянно, — подтвердила Гермиона. — Тогда в чём проблема? — спросила Джинни. — В том, что мои друзья не видят этого. Н только прошлое: сына Пожирателя смерти, бывшего слизеринца, который нас ненавидел, — вздохнула Гермиона. — Потому что они не работали с ним бок о бок. Они не видели, как он меняется. А ты видишь. И это даёт тебе право принимать решение, — сказала Джинни. — Но я не хочу терять дружбу с Гарри и Роном,— обеспокоенно произнесла Гермиона. — Ты и не потеряешь. Но им нужно время, чтобы привыкнуть. А тебе нужно быть твёрдой в своём выборе. Доверяй себе. Ты никогда не ошибалась в людях, если слушала разум и сердце одновременно. Ты не бросишься в омутс головой, если речь идёт о работе. Ты взвесишь все «за» и «против», — заверила еёДжинни. — Ты правда так думаешь? — с надеждой спросила Гермиона. — Я знаю это. Ты — самая рассудительная из нас всех. И если ты говоришь, что ваше партнёрство — это профессионально, значит,так и есть. Доверяй своим ощущениям. Не позволяй никому диктовать, кому ты можешь доверять, а кому нет. Особенно если это мешает делу, — с уверенностью ответила Джинни. Гермиона выдохнула и расслабилась. — Спасибо, Джинни. Я… я как‑то запуталась. Все эти голоса вокруг, давление… А ты помогла мне разложить всё по полочкам, — искренне поблагодарила она. — Всегда пожалуйста. И запомни: я на твоей стороне. Что бы ни случилось, — улыбнулась Джинни . — Знаю. И это очень много для меня значит, — улыбнулась в ответ Гермиона. — А теперь давай выпьем чаю и поговорим о чем‑нибудь менее драматичном. Как на счет того нового заклинания, которое ты разрабатывала для защиты артефактов? — предложила Джинни. — О, это действительно интересно! Я обнаружила один нюанс в структуре чар… — оживилась Гермиона. Они погрузились в обсуждение магии, и напряжение последних часов постепенно рассеивалось. Гермиона чувствовала, что приняла правильное решение — не поддаваться давлению, а опираться на факты и собственный опыт.