Блэйд

Серебряные волосы рассыпались по подушке. Марго сидела на кровати, поджав ноги, и смотрела на экран телефона с таким выражением, будто надеялась прожечь в нём дыру. Полторы минуты ожидания. Две. Ответа не было. — Придурок, — Выдохнула она, вбивая новое сообщение. Пальцы летали по клавиатуре с привычной злостью. За месяцы такого общения она научилась печатать так, чтобы каждое слово было ножом. «Можешь передать Блэйду, что я ему табло снесу, если он не напишет мне самостоятельно. Мне плевать где вы и чем занимаетесь. Смс-ку не должно быть сложно отправить». Отправила. Замерла. Экран моргнул, и через несколько секунд высветилось: «Прочитано». Но ответ пришёл не от того, от кого она надеялась. «Блэйд занят. Передам, если не забуду. А ты злая сегодня))) — С.В.» Марго рыкнула — по-настоящему, горлом, так, что в пустой квартире это прозвучало почти дико. Она швырнула телефон в кресло, схватила первую попавшуюся бутылку с тумбочки и ушла в ванную. — Вечно занят, — Шипела она, откручивая крышку. — Слишком занят, чтобы написать «отъебись»? Чтобы сказать, что жив и здоров? Она сделала большой глоток — крепкий, обжигающий — но в горло не полезло. Только разозлило ещё больше. Она поставила бутылку на край ванны, включила воду почти горячую, и когда пар затянул зеркала, разделась и погрузилась в воду. Тело само запомнило его руки. Узкая талия, длинные ноги, упругая грудь — всё это было полигоном для его грубости. И она, чёрт возьми, скучала. Больше, чем говорила в слух. — Скотина, — Прошептала она в потолок, делая ещё глоток из горла. Снова закрыла глаза. Откинулась на бортик. Вода плескалась где-то на уровне ключиц. Марго подумала о том, как судьба вообще свела её с этим человеком — с этим бессмертным, молчаливым, опасным. И за что она его вообще любит. Злость потихоньку уступала место чему-то липкому, тягучему. Тому самому, что она заливала алкоголем и ненавистью. Она не слышала шагов. Не слышала, как открылась дверь. Только холодный воздух коснулся мокрых плеч, и она поняла — не одна. — А вот и судьба, — Сказала она, не открывая глаз. — Явился. Без стука, без звонка. Надо забрать у тебя ключи, а то расхозяйничался. Блэйд стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку. Длинные сине-красные пряди упали на лицо, скрывая выражение глаз, но алый отсвет в них горел ровно и тяжело. Он смотрел на неё — расслабленно-напряжённая поза голодного мужчины, который уже выбрал жертву и теперь просто наслаждается мгновением перед действием. — Табло снесешь? — Голос низкий, с хрипотцой, которую не спутать ни с чем. — Громко сказано для той, кто не может допить одну бутылку. Марго приоткрыла один глаз. Сквозь пар и полумрак она увидела его — высокого, широкого, опасного. Бинты на правой руке слегка промокли. Он шагнул вперёд, и половицы под его сапогами не издали ни звука. — А ты приполз, — Усмехнулась она, не двигаясь с места. — Какая честь. Месяц игнора, и вот он — собственной персоной. Серебряный Волк устала быть твоим секретарём? Он остановился у края ванны, глядя сверху вниз. Марго чувствовала его взгляд даже сквозь прикрытые веки — липкий, злой, голодный. — Больше, — Поправил он. – Серебряный Волк устала быть твоей нянькой. — Моей? — Она приподнялась, позволяя воде стечь с груди. — Это ты не умеешь пользоваться телефоном. Или грамота не для бессмертных? Блэйд наклонился, выхватил бутылку из её руки и поставил на кафель с глухим стуком. — «Смс-ку не сложно отправить», — Процитировал он её сообщение, и в его тоне проступило что-то опасное. — А я не твоя собачка, Марго. Не будешь дёргать поводок — не получишь ответа. Он схватил её за подбородок — пальцы жёсткие, без намёка на нежность. Заставил поднять голову. Марго не отвела взгляда. Светло-карие глаза встретились с его тёмно-золотыми, в которых плескался красный огонёк. — А кто ты, Блэйд? — Спросила она тихо. — Тот, кто приходит без звонка, когда ему захочется? Тот, кто трахает и исчезает на месяц? — Тот, кто не отчитывается. Девушка фыркнула. — Скучала? — Прямо спросил Блэйд, и в его голосе прорезалась издевательская нотка. — Или просто нейроны закисли от безделья? — Скучала. — Сказала она, и в этом слове не было ни капли лжи. — Ахринеть как скучала. Он не ответил. Вместо этого его губы впились в её шею — не целуя, а кусая сразу, с жестокостью привычной. Зубы вжимались в кожу, язык тут же зализывал солоноватый привкус — и снова укус, глубже, до почти нестерпимого жжения. — Считай. — Выдохнул он ей в плечо. — Посмотрим потом, сколько будет. — Считаю. — Прошептала та, чувствуя, как тело отзывается на каждое чёртовое прикосновение. — Но ты мне за это ответишь. — Обещаешь? — Он поднял голову, и в алых глазах горело пламя. Она не ответила словами. Рыкнула — и влепила ему пощёчину. Звонко, сочно. Голова Блэйда чуть дёрнулась в сторону, но он даже не поморщился. Напротив — медленно повернул лицо обратно, и в его глазах разгорелось что-то опасное, хищное. — Слишком много себе позволяешь, вваливаясь в мою квартиру. — Прорычала Марго. — Думаешь, ты главный? Думаешь, такой ахриненный? И прежде чем он успел ответить, она притянула его за шею к себе и впилась в его губы яростным, жёстким поцелуем. Блэйд ответил сразу. Без нежности. Грубо. Его поцелуй был таким же, как и он сам: требовательным, почти злым. Он вжался в её губы с силой, кусая нижнюю сразу, до солоноватого привкуса. Одна его рука вцепилась в её волосы у корней, дёрнув назад так, чтобы открыть доступ к шее. Другая скользнула по мокрой спине вниз, сжала ягодицу с той же жестокостью. Марго застонала ему в рот, не разрывая поцелуя. — Ахрененный? — Прорычал он ей прямо в губы. — Нет. Я — тот, кто оставляет тебя мокрой и дрожащей. Даже когда ты орёшь на меня. Он резко разорвал дистанцию — всего на дюйм, чтобы видеть её глаза. Дыхание сбитое, но на лице ни тени смущения. — Влепишь ещё раз — заставлю жалеть. Но не так, как ты думаешь. Ты будешь жалеть, что не сделала это раньше. — Попробуй. — Выдохнула Марго, и её губы растянулись в улыбке. — Я зверь? Или, может быть, зверёныш — это ты? Всегда бежишь ко мне. Она хрипло простонала, поддаваясь вперёд, ближе к нему. — Наседаешь на меня так, словно сожрать хочешь. — Сожрать — это слишком просто. – Блэйд снова впился в её губы — на этот раз глубже, жёстче, заставляя запрокинуть голову. — Я хочу слышать, как ты просишь. Как стонешь моё имя. Маленькая голодная зверушка. Марго не собиралась просить. Вместо этого она сдёрнула с него мокрую рубашку, впиваясь губами в его шею. — Упрекнешь меня в том, что я хочу тебя, даже несмотря на то, что ты редкостный засранец? — Прошептала она, прикусывая кожу. — Просто мне всегда нравились такие гады. А ты... Находишься на вершине моего сексуального интереса. Блэйд замер. На секунду. А потом низко, опасно рассмеялся. — Вершина, значит. — Мужчина резко перехватил инициативу — одной рукой обхватил её затылок, другой толкнул спиной к стене. Кафель холодный, мокрый, но ей было всё равно. Он сжал её ягодицу, приподнял ногу, заставляя обвить его талию. — Тогда не ной, что я слишком жёсткий. Он прижался всем телом, позволяя почувствовать, как напряжены его мышцы. Его пальцы скользнули между ними, грубо вошли в неё — и она выгнулась, застонав. — Блядь... Блэйд..! — Выдохнула Марго, запрокидывая голову. Он начал двигать пальцами — резко, глубоко, без подготовки, но она и не нуждалась. Блэйд знал это тело лучше, чем она сама. — Скучала? — Его шёпот стал опасным, низким. — Докажи мне. Сейчас же. Я хочу слышать, как ты кончаешь на моих пальцах. — Боги... Убью тебя когда-нибудь... — Простонала она, впиваясь ногтями в его плечи до красноты. — Но до того момента... Продолжай выводить меня из себя и владеть мной. Его пальцы внутри неё дрогнули — всего на долю секунды — а потом задвигались быстрее, жёстче, почти безжалостно. Влага стекала по его пальцам, звук хлюпающей плоти смешивался с её стонами. Его любимые звук. Блэйд чувствовал, как её стенки судорожно сжимаются. — Убьёшь? Попробуй. — Прорычал он. — Я бессмертный. А ты кончишь первой. Он добавил третий палец, нажал большим на клитор — грубо, без нежностей, так как она любила. Так, как он любил доводить её. — Кончай. Я хочу почувствовать. И Марго кончила. С криком, содрогаясь между его телом и кафелем. Всхлипнула, закатила глаза. — Чёрт возьми, Блэйд! Много! Я не выдержу... Он не остановился. Замедлил, но не убрал пальцы — дразня, растягивая удовольствие. — Не выдержишь? А кто просил продолжать? Кто сказал «владей мной»? Он резко вытащил пальцы и поднёс к её губам. — Открой рот. Она повиновалась. Он всунул два пальца ей в рот — она послушно облизала их, чувствуя собственный вкус. — Чисто. — Одобрил Блэйд. — Будешь вспоминать. Ткань его брюк зашуршала, девушка сжалась от предвкушения, покусывая нижнюю губу. Крепкие руки Блэйда обхватили её, приподняли. Его горячий член упёрся между влажных складок. Блэйд водил им, задевая клитор, дразня, изводя её. А потом вошёл в неё. Одним резким, глубоким толчком, заполняя её тело собой. Мужчина глухо простонал, чувствуя, как она сжимается вокруг его плоти. Невероятно. В ней всегда было чертовски хорошо. — А теперь... — Он начал двигаться. Жёстко, глубоко, почти грубо. — ...кричи. Чтобы соседи слышали, что твой мужчина вернулся. И она повиновалась, как делала всегда. Потому что не могла иначе. Потому что слушалась только его, только от него сходила с ума и только его одного хотела. Марго стонала. Громко, развязно, развратно, теряя себя в этих ощущениях. Её руки сжались на его плечах, ноги обвили талию, не позволяя отстраниться. Грудь подпрыгивала в такт толчкам. И девушка чувствовала всем телом, как он пялится на это совершенство. — Извращенец... — Хрипло рассмеялась она, сжав одной рукой свою грудь. — Не смотри на них, они смущаются. — Смущаются? — Блэйд наклонился, лизнул её сосок сквозь пальцы, грубо, влажно. — А ты, значит, их хозяйка. Так покажи. Он убрал её руку и сжал грудь сам — сильно, почти больно. Марго выгнулась, простонала, когда он толкнулся особенно глубоко и шлёпнул её по ягодице. — Ах! Блэйд... Негодяй... — Негодяй, который заставляет тебя стонать. — Он ускорился, вбиваясь в неё с силой. — Ты сама сказала — вершина. Теперь терпи. Она чувствовала каждую клеточку его тела. Боль смешивалась с наслаждением, ненависть — с любовью. И это было их совершенством. То, без чего они оба не могли жить. — Блэйд.. Блэйд.. Я.. — Простонала она, упёршись головой в его плечо. Зубы впились в его кожу — до боли, которую он, бессмертный, вряд ли почувствовал. Но Марго нужно было оставить свой след. Она кончила второй раз, сжимая его член внутри себя. Внутренние стенки жадно пульсировали, не желая отпускать. — Убью... — Прошептала она ему в плечо. — Как же люблю... Он замер. Напрягся и кончил следом — глубоко, толчками, заливая её изнутри. Его тело содрогнулось, и он уткнулся лицом в её мокрые волосы. — «Люблю». — Повторил он глухо. — Ты сказала «люблю», маленькая бестия. Он не двигался. Оставался внутри, тяжелый, твёрдый даже после разрядки. — Ты меня ненавидишь, Марго. — Блэйд отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть в её глаза. Алые зрачки расширены. — И правильно. Потому что такие, как я... не заслуживают любви. Она посмотрела на него. На мокрые волосы, на шрамы, на следы её зубов на плече. — Не тебе решать. — Сказала она тихо. — Я сама выбираю, кого любить. Даже если это конченый бессмертный идиот. Блэйд медленно вышел из неё. Его семя потекло по её бедру. Он опустил её на кафель, придерживая за талию. — Не смей плакать. — Приказал он, взяв в ладони женское лицо, поцеловал в лоб. Нежно, после всего что было сказано и сделано. Так умел только он. — Не плачу. — Ответила та. И правда — глаза были сухими. Он отошёл к раковине, включил холодную воду, плеснул в лицо. Стоял спиной, и она видела старые шрамы, которые не затягивались. — Если скажешь это слово ещё раз... — Начал он, не оборачиваясь. Сжал край раковины так, что костяшки побелели. — ...я поверю. И тогда ты уже не сможешь от меня избавиться. Никогда. Марго медленно поднялась. Она подошла к нему сзади и положила ладони на его спину, задумчиво поглаживая напряжённые мышцы. — А кто сказал, что я хочу избавляться? — Спросила она, лукаво улыбнувшись. Он повернулся. Посмотрел на неё — растрёпанную, мокрую, с засосами на шее и свежими синяками на бёдрах. С его семенем, стекающим по ногам. — Иди в постель. — Приказал он, но в голосе уже не было стали. — Я приду. Мы продолжим. Потому что один раз — это не про нас. Она улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у него внутри всё переворачивалось. — Знаю. — Сказала девушка. — Я подожду. И пошла в спальню, даже не оглядываясь. Потому что знала — он придёт. Всегда приходил. Даже когда молчал месяцами. Даже когда она грозилась свернуть ему шею.