Часть 3. Аполлон

Аполлон стоит на узорчатом балконе, наблюдая за жителями Олимпа, какие стараются восстановить его прежний вид. Афины рядом не видно, но она, скорее всего, работает в другом месте. Он уже слышит то, что к нему кто-то бежит, поэтому поворачивается лицом к проходу и ждёт. Гермес вместе с нереидами вошли и подошли ближе к нему. Бог, который обычно говорит не переставая, молчит, а нереиды только глазеют на него, дожидаясь, когда расскажет. — С какой же вы ко мне новостью пришли, что такие рассеянные? — он оперся руками о мраморный парапет. — Понимаешь, Аполлон, — начал говорить Гермес. — Я слышал песни сирен, а значит они были у наших берегов. — Да, да! И мы тоже слышали! — подхватывает нереида. — Мы поплыли на звук, но никого не нашли. Даже рыб поблизости не было! — Это очень странно. Они никогда не уплывают со своих островов. У них даже сил не хватит уплыть так далеко, — Аполлон не мог найти причину, по которой сирены могли появиться у них. Только если позвать на помощь? — Я ещё такой дурак, чуть не повелся на их голос, — грустно произнес Гермес. — Я подумал, что это кто-то из наших богинь так красиво поет. — Песни сирен отличаются от наших. Больше не совершай таких ошибок, ты всё-таки бог. — Конечно, — он улыбается и сразу тускнеет. — Так что же с сиренами делать? — Их среда — океан. Я попробую сам спросить у Посейдона, он точно должен знать, — Аполлон хмурит брови. — А где вообще океаниды? Они же лучше должны знать. — Мы их не видели. Наверное, у Посейдона. — Ладно… Идите, если будет нужна ваша помощь, то позову. Все в ответ кланяются и убегают обратно. Нереиды не оставят такую опасность, поэтому сейчас бегут снова к океану, чтобы самим что-нибудь найти. Аполлон стоит на берегу океана, опуская руку в воду и подавая свет, надеясь, что Посейдон сейчас выйдет и расскажет о сиренах и их планах. Но этого не происходит. Океан молчит вместе с хозяином: даже волн нет. — Да какого… Аполлон сжимает руки в кулаки и хмурится. Было ясно, что Посейдон может не ответить. Ситуация в море накаляется, а он, как главный, должен решить всё поскорее. Аполлон не дожидается и сам начинает заходить в воду, но не доходит даже до пояса, как слышит, что кто-то его тихо зовёт. Он поворачивает голову и видит свою сестру у дерева, за которое та держится. Бог бежит к ней и подхватывает на руки. — Что с тобой, Артемида?! — взволнованно спрашивает Аполлон. — Дриады гибнут, я их чувствую, туда, — она показывает пальцем в сторону и виснет на руках брата, какой сразу побежал. Деревья и правда страдают: некоторые уже упали, другие сухие без листьев, и дриад нет поблизости. Есть хорошие зелёные, но лечебной воды Посейдона не хватило для всего леса. Аполлон бежит, стараясь даже не обращать внимание на деревья. Сейчас важнее сестра, которая сжималась и дрожала каждый раз, когда они пробегали рядом со старыми стволами. Он сильнее ее обхватывает, исцеляя своими силами, и продолжает бежать, пока не замечает недалеко нимф и Деметру. Те стояли у полупрозрачных дриад. Артемида как только их видит, то слезает с рук Аполлона и подбегает на дрожащих ногах к одной из дриад. Она берет ее за руку, а другой рукой цепляется за сухое дерево. Артемида немного сползает вниз, всё ещё смотря на дерево и дриаду, которая ей улыбается и постепенно становится всё прозрачнее и прозрачнее. Деметра держится за землю, стараясь впитать в корни дерева энергию. И это помогает еще на пару минут. — Артемида, мы всё равно погибнем, — грустно улыбаясь, шепчет она. — Мы безмерно благодарны вашей доброте, но у наших жизней закончилось время. — Нет, нет, мы сможем хоть кого-то спасти. Правда же, Деметра? — Артемида полными от слез глазами смотрит на богиню, но та молчит. Артемида отворачивается и смотрит в землю, не веря, что ничего не может сделать для своих жителей. Аполлон хочет подойти к своей сестре, но понимает, что здесь он ничем не поможет. Его силы бесполезны. — Я вас сильно люблю, — говорит первая дриада, остальные тоже начинают произносить последние слова: кто-то рассказывает о прекрасных нимфах-подругах, другие говорят слова благодарности и прощаются со своим деревом или смотрят на небо, говоря, что будут скучать. Нимфы, которые пришли попрощаться с подругами, плакали, обнимаясь друг с другом. Когда дриады полностью исчезают, руки Артемиды падают, а она сама напоследок начинает обнимать стволы деревьев — последнее, что осталось от их покровительниц. Аполлон смотрит и понимает, что сестре нужно время оправиться и принять ещё одни смерти. Он тихо уходит, зная, что позже, если потребуется, она сама придет к нему.

***

Молодой бог стоит на том же балконе, впитывая в себя силы солнца. Свет был тусклее обычного. Он подставляет лицо под его лучи, золотистые волосы развеваются на игривом ветру. На щеку падает первая капля — начинается дождь. Аполлон открывает глаза, смотря на серые тучи, заполонившие небо и почти всё солнце. Дождь начинает сильнее капать. Он не уходит и чувствует мнимую поддержку. Кто-то точно его сейчас понимает.