Глава 1: Появление

Портал захлопнулся с тихим шипением, оставив после себя только запах озона и лёгкое головокружение. Томас стоял посреди пустой комнаты и медленно оглядывался. Квартира была маленькой. Окно выходило на серую стену соседнего дома, обои облупились, пол скрипел под ногами. Ни мебели, ни занавесок, ни следов жизни. Только пыль, тишина и он. — Мда... пустовато, — сказал он вслух. Голос прозвучал глухо, будто комната не хотела его принимать. Томас прошёлся по пустым комнатам, заглянул на кухню, потом в ванную. Везде было одинаково. Чисто. Пусто. Ничейно. Он скинул рюкзак на пол, достал мини-КПК. Экран засветился, замигал, поймал сигнал. Пальцы забегали по клавишам. — Аликс? Это я. Приём. Экран зашипел, потом на нём появилось лицо сестры. Усталое, как всегда, но с той же решимостью в глазах. — Томас, — голос её был ровным. — Как обстановка? — Пусто, — он оглянулся. — Квартира есть. Мебели нет. Но это неважно. — Важно, — перебила Аликс. — Ты не в гости приехал. — Я знаю, — он помолчал. — Как там? — Как всегда. Барни держится. Кляйнер работает. Вортигонты... они чувствуют что-то. — Что? — Не знают. Или не говорят. Томас усмехнулся. — Всегда так. — Ты готов? — спросила Аликс. — Готов. — Тогда жди. В ближайшее время приедут. — Кто? — Увидишь. Экран погас. Томас убрал КПК в рюкзак, подошёл к окну. За стеклом был чужой город. Не тот, где он вырос. Не тот, где война. Здесь не пахло гарью, не выли сирены, не бегали люди в масках. Здесь было... спокойно. И это пугало больше всего. Он сел на подоконник, достал из рюкзака флягу. Отхлебнул. Вода была тёплой, безвкусной, как всё в этом мире. — В ближайшее время, — повторил он. За окном темнело. Где-то вдалеке зажигались огни. Томас смотрел на них и думал о том, что где-то там, в другом мире, всё ещё идёт война. А здесь — тишина. Пустота. И ожидание. Чего? Он не знал. Но знал, что оно начнётся скоро. И тогда ему придётся выбирать. Или воевать. Или бежать. Или остаться. В этом странном, чужом городе, где даже небо было другим. — Пойду осмотрюсь хоть, — сказал он себе и встал. Рюкзак остался в квартире. Фляга — в кармане. Ничего лишнего. Он вышел на улицу и медленно пошёл вдоль домов. Так непривычно. Никаких ГэОшников. Никаких камер на каждом углу. Никаких силовых полей. Всё открыто. Двери не заперты, окна не заколочены, люди — если они тут есть — не жмутся к стенам. Он прошёл мимо какого-то здания с яркой вывеской. Остановился, прочитал: «Школа супергероев». — Интересно, что там, — пробормотал он. Потом махнул рукой. — Ладно, не моё дело. Он пошёл дальше. Улицы были чистыми, но пустыми. Ни одного человека. Ни одной машины. Только ветер шуршал листвой. — И где все жители? — спросил он пустоту. Пустота не ответила. Он уже хотел повернуть обратно, когда услышал музыку. Где-то вдалеке, за домами. И голоса. Много голосов. — Пойду хоть посмотрю, — сказал он и свернул на звук. Он шёл медленно, держась теней. Привычка. Слишком долгая, чтобы от неё отвыкнуть. За углом показалась площадь. Там было светло. Гирлянды, палатки, столы с едой, музыка, смех. Люди. Много. Звери, если точнее. Кошки, собаки, какие-то полосатые и пушистые, все в яркой одежде, с улыбками на мордах. Они танцевали, ели, разговаривали. Жили. Томас остановился в тени, прислонился к стене. Смотрел. — Фестиваль, — прошептал он. Он смотрел на них, на эту мирную жизнь, на улыбки, на детей, которые бегали между взрослыми, и не понимал. Как можно так жить? Не бояться? Не прятаться? Не ждать, что в любую секунду прилетит снаряд или войдёт патруль? Кто-то из прохожих обернулся, посмотрел на него. Томас отступил в тень, но тот уже отвернулся, увлечённый разговором. — Чужой, — сказал он себе. Он постоял ещё немного, глядя на фестиваль, на огни, на смеющихся детей. Потом развернулся и пошёл обратно. В пустую квартиру. К ожиданию. К тому, что должно было случиться. Он не знал, что. Но знал, что это не его праздник. Не его жизнь. Не его мир. И он не хотел, чтобы это стало его. Никогда. На сцену вышли двое. Кошка и леопард, в строгих костюмах, с важными лицами. Леон и Грейс. Они встали у микрофона, оглядели толпу. — Добрый вечер, жители города! — голос Грейс разнёсся по площади. — Мы рады приветствовать вас на нашем ежегодном фестивале! Сегодня мы представляем вам нашу школу супергероев! Из-за кулис высыпали ученики. Много. Лео, Тиг, Мила, Редьяра, Куба, ЛиЛи, Чит, Рэй, Вейшенг, Мартик. К ним присоединились Али, Бао, Ния, Вася, Соня. Дальше — Алиса, Мия, Буся, Жоржик, Викки, Дэн, Роберт, Антон. И ещё — Перси, Сиссабель, Тату, Хлоп-хлоп. Все в ярких костюмах, со значками на груди. — Ух... нихуя, — выдохнул Томас. Он сидел на скамейке в дальнем конце площади, в тени дерева, но отсюда было видно всё. Дети. Мелкие, пушистые, в дурацких плащах. Они махали лапами, улыбались, строили из себя героев. — Я тут герой, — прошептал Томас. — Я и не такое видел. Он смотрел на них и не понимал. На кой чёрт впутывать детей в эту дурь? Учить их махать кулаками, надевать маски, ловить воришек? Они же дети. Они должны играть, учиться, жить. А не стоять на сцене и строить из себя бойцов. — Нахуя детей впутывать в это? — спросил он вслух. Никто не ответил. Только музыка гремела и люди хлопали. Томас открыл сумку, порылся внутри. Рука нащупала знакомую рукоятку. Он вытащил оружие. — Так... оружие АВ2? — он повертел его в руках. — Откуда у меня эта пушка? Я вроде дома оставлял... Он вспомнил, как Аликс сунула её в рюкзак перед порталом. «На всякий случай», — сказала она. Тогда он не понял. Теперь понял. — Ладно, — он сунул пушку обратно. — Пусть будет. Он откинулся на спинку скамейки, сложил руки на груди. Смотрел на сцену, на детей, на учителей, которые учили их быть героями. — Вы не знаете, что такое война, — прошептал он. — Вы не знаете, что такое настоящий враг. Вы играете. А когда наступит реальность... вы не будете готовы. На сцене Леон что-то говорил о дружбе и долге. Грейс рассказывала о подвигах. Дети хлопали, смеялись, верили. Томас сидел и смотрел. И ждал. Когда всё это кончится. Или когда начнётся по-настоящему. Он не знал. Но знал, что это случится. И тогда он будет готов. А они — нет. Грейс обвела взглядом площадь. Улыбалась, кивала, махала. А потом увидела его. В дальнем конце, под деревом, сидел парень. Не местный. Не зверь. Человек. Лет девятнадцати, в обносившейся кожаной куртке, джинсах с потёртостями, кроссовках. На футболке был странный логотип — греческая буква лямбда. На поясе — ключ для взлома и пистолет. На руках — перчатки, браслеты. Сидел, уткнувшись в какой-то прибор, и не смотрел на сцену. — Кто это? — прошептала Грейс, наклоняясь к Леону. — Не знаю, — ответил тот. — Но выглядит... странно. — Странно? — Грейс прищурилась. — Он вооружён. — Может, просто фанат? — Фанаты не носят оружие. Она хотела подойти, но Леон удержал её. — Потом. Сейчас — фестиваль. Грейс кивнула, но взгляд её оставался прикованным к незнакомцу. Томас не смотрел на сцену. Он сидел, уткнувшись в КПК. Экран светился, строки бежали, он что-то быстро печатал. — Ты где? — голос Аликс был тихим, но чётким. — На площади, — ответил он. — Тут фестиваль. — Фестиваль? — Ага. Дети в костюмах. Учат быть героями. — И как тебе? — Смешно. — Смотри не пропусти главное. — Что главное? — Увидишь. Связь оборвалась. Томас убрал КПК в карман, поднял голову. Взгляд его встретился с глазами Грейс. Она смотрела на него с настороженностью. — Чего уставилась? — прошептал он. Грейс отвела взгляд, повернулась к сцене. Леон что-то говорил о новых учениках. Толпа хлопала. Томас усмехнулся. Встал, отряхнул джинсы. — Герои, — бросил он и пошёл прочь. Грейс смотрела ему вслед, пока фигура не скрылась за домами. — Кто это? — спросил Леон. — Не знаю, — ответила она. — Но мы узнаем. Обязательно. Томас вернулся в квартиру и замер на пороге. Всё было расставлено. Стол, стул, кровать, даже занавески на окнах. На кухне стояла посуда, в ванной — полотенца. Будто кто-то знал, что ему нужно, и приготовил всё заранее. — Эм... как? — спросил он пустоту. Никто не ответил. Только часы тикали на стене, отсчитывая секунды. — Ладно, — выдохнул он. — Неважно. Он закрыл дверь, прошёл в комнату. В углу стояла клетка. Большая, с проволочной сеткой, внутри — подстилка, миска, игрушка. И она. Ламарр. Хедкраб без жала, с блестящими глазками-бусинками, выбрался из укрытия, засеменил к прутьям. Забавно перебирал лапками, принюхивался. — Ламарр! — позвал Томас. — Иди кушай. Он открыл клетку. Хедкраб выскочил, пробежал по полу, запрыгнул на стол. Там стояла миска с какой-то едой — кто-то позаботился и об этом. Ламарр вцепился в неё, довольно заурчал. — Вот так, — Томас сел на стул, снял куртку, бросил на кровать. — Живём. Он смотрел, как Ламарр ест, как подпрыгивает, когда кусочек выпадает из миски, как бегает за ним по столу. — Ты единственный, кто меня понимает, — сказал он. — Правда? Хедкраб поднял голову, пискнул и снова уткнулся в еду. Томас достал КПК, проверил сообщения. Ничего. Тишина. — Аликс обещала, что приедут, — пробормотал он. — Когда? Кто? Он отложил прибор, подошёл к окну. За стеклом был чужой город. Тихо. Спокойно. Ни выстрелов, ни взрывов, ни сирен. И эта тишина давила больше, чем любой шум. — Ламарр, — позвал он. — Иди сюда. Хедкраб допрыгал до края стола, перебрался на руку, забрался на плечо. Устроился, довольно зажмурился. — Хорошо, — сказал Томас. — Вместе. Как всегда. Они стояли у окна, глядя на город, который не был их домом. И ждали. Чего? Они не знали. Но знали, что это случится. Скоро. И тогда всё изменится. Или не изменится. Но они будут готовы. Всегда. Вместе. Следующее утро в школе супергероев началось как обычно. Солнце светило в окна, в коридорах пахло краской и свежей выпечкой, где-то на втором этаже звенел звонок. Дети бегали по коридорам, кто-то готовился к урокам, кто-то просто играл. Рэй носился по двору с малышами. Его рыжая шерсть блестела на солнце, он ловко уворачивался от лапок, подпрыгивал, кувыркался, смеялся. — Не догоните! — кричал он, перепрыгивая через скамейку. — Догоним! — пищали малыши, бросаясь за ним. Они кружили по двору, пока Рэй не врезался во что-то твёрдое. — Ой, извините! — выпалил он, поднимая голову. Перед ним стоял Леон. Высокий, серьёзный, в форме. Он не улыбался. — Доброе утро, Рэй, — сказал он. — Доброе утро, учитель Леон! — Рэй выпрямился. — Я просто... — Играешь, — кивнул Леон. — Я вижу. Малыши разбежались, оставив Рэя одного. — Уроки начнутся через час, — сказал Леон. — Успеешь наиграться. — Успею! — Рэй улыбнулся, но Леон не улыбнулся в ответ. — Ты вчера был на фестивале? — спросил он. — Был! Там было так здорово! Мы смотрели выступление, потом... — Ты видел того человека? — перебил Леон. — В кожаной куртке. С оружием. Рэй задумался. Вспомнил. Тот парень под деревом. Не подходил, не разговаривал. Просто сидел и смотрел. — Видел, — кивнул он. — А что? — Ничего, — Леон покачал головой. — Просто будь осторожен. Не подходи к нему. Не разговаривай. — Почему? — Потому что он чужой. Мы не знаем, кто он и зачем здесь. — А разве чужие — это плохо? — спросил Рэй. Леон посмотрел на него долгим взглядом. — Не всегда, — сказал он. — Но лучше перестраховаться. Иди, играй. И запомни: если увидишь его — скажи мне или Грейс. — Хорошо, — Рэй кивнул и побежал к малышам. Леон остался стоять на крыльце. Смотрел, как Рэй играет, как смеётся, как его совсем не волнует вчерашний незнакомец. — Кто ты? — прошептал Леон. — Зачем ты здесь? Ответа не было. Только солнце светило, и дети смеялись, и школа жила своей жизнью, не зная, что в ней появился кто-то, кто мог всё изменить. Или не изменить. Пока они не знали. И не хотели знать. Томас сидел на подоконнике, смотрел в окно и крутил в руках пустую флягу. Ламарр спал у него на плече, свернувшись клубком, и тихо попискивал во сне. В комнате было тихо, только часы тикали на стене. В дверь постучали. Томас не шелохнулся. Стук повторился — настойчивее, громче. — Открыто, — сказал он, не оборачиваясь. Дверь открылась. На пороге стояли Леон и Грейс. Леон — высокий, в форме, с настороженным взглядом. Грейс — чуть позади, сжимала в руках какой-то планшет. — Ну и что вам? — спросил Томас, даже не поворачивая головы. — Мы... мы хотели поговорить, — начал Леон. — Проходите. Они вошли. Грейс оглядывалась, Леон держался ближе к выходу. В комнате было пусто: стол, стул, кровать, клетка в углу. И парень на подоконнике, который даже не смотрел на них. — Вы вчера были на фестивале, — сказала Грейс. — Был. — Мы не знаем, кто вы и откуда. — Не знаете, — согласился Томас. — У вас есть оружие, — добавил Леон. — Есть. — Зачем? Томас наконец повернулся. Посмотрел на них. На Леона, который стоял, выпрямившись, и пытался казаться уверенным. На Грейс, которая сжимала планшет и не знала, куда деть глаза. — Затем, — сказал он, — что там, откуда я, без оружия не выживают. Он спрыгнул с подоконника, и в этот момент с его плеча спрыгнул Ламарр. Хедкраб приземлился на пол, пробежал пару шагов и замер, глядя на гостей своими блестящими глазками-бусинками. — Что это?! — выдохнула Грейс, отступая к стене. — Осторожно! — Леон шагнул вперёд, заслоняя её. — Спокойно, — сказал Томас. — Это Ламарр. Он не опасен. — Не опасен?! — голос Грейс дрожал. — Что это за тварь? — Хедкраб, — ответил Томас. — Обыкновенный. Только без жала. Ей удалили клюв. Теперь она не опасна. Может посидеть на голове, если вы ей позволите. Но если у них есть жало... лучше бежать. — Зачем? — спросил Леон. — Потому что они превращают людей в зомби. Присасываются к голове, впрыскивают яд. Человек теряет волю, превращается в раба. Их называют зомби. Грейс побледнела. Леон сжал кулаки. — И вы носите это с собой? — спросил он. — Ламарр — мой друг, — сказал Томас. — Он не опасен. Я уже сказал. Он наклонился, протянул руку. Хедкраб подбежал, взобрался на плечо, устроился на привычном месте. — Так, — он выпрямился. — Короче, ближе к делу. Что вы пришли? Леон и Грейс переглянулись. — Мы хотим знать, кто вы, — сказала Грейс. — И зачем вы здесь. — Я Томас, — ответил он. — Томас Вэнс. Я здесь, потому что меня отправили. Ждать. — Ждать чего? — Не знаю. Сказали — приедут. Узнаю. — Кто сказал? — спросил Леон. — Сестра. И те, кто выше. — Вы военный? — Грейс указала на пистолет у него на поясе. — Был. Теперь просто... жду. — А ваши... хедкрабы? Они здесь? — голос Грейс всё ещё дрожал. — Нет. Только Ламарр. — Вы уверены? — спросил Леон. — Уверен, — Томас посмотрел на него. — Я бы знал. — Хорошо, — Леон выдохнул. — Мы проверим. — Проверяйте, — Томас пожал плечами. — Мне нечего скрывать. — Но будьте осторожны, — добавила Грейс. — Если... если что-то случится... — Я справлюсь, — перебил Томас. — Я всегда справляюсь. — Мы будем следить, — сказал Леон. — Следите, — Томас подошёл к окну. — Я никуда не денусь. — И ещё, — Грейс остановилась в дверях. — Если вам понадобится помощь... — Не понадобится, — ответил Томас, не оборачиваясь. Они вышли. Дверь закрылась. Томас стоял у окна, смотрел на город, который не был его домом. Ламарр тихо попискивал на плече. — Следите, — повторил он. — Пусть следят. Мне всё равно. Он достал КПК, проверил сообщения. Ничего. Тишина. — Жди, — сказал он. — Просто жди. Он убрал прибор, сел на подоконник, прислонился к стеклу. За окном темнело. Где-то вдалеке зажигались огни. А он сидел и ждал. Того, что должно было случиться. Или не случиться. Он не знал. Но знал, что это будет скоро. И тогда всё изменится. Для всех.