73

Первый пожар начинается примерно в четыре часа дня. Что стало причиной — кто знает? Возможно, это был окурок, неосторожно брошенный в неподходящую кучу мусора. Может быть, это был устроенный бездомными костер в бочке, который вышел из-под контроля. Впрочем, это мог быть и поджог, устроенный безрассудным мародером или кем-то из Барыг. Важно то, что к тому моменту, когда это привлекает мое внимание, большая часть бывшей набережной уже охвачена огнем. После ухода Левиафана погода прояснилась, и все уже достаточно просохло. Пожарные части, которые еще работают, не могут добраться к очагу возгорания, хотя вскоре это изменится, когда огонь распространится. Один из импровизированных палаточных лагерей уже охвачен пламенем, и те немногие пожитки, что оставались у выживших, сгорели дотла. Я чувствую, что, наверное, мне следует что-то с этим сделать. Я активирую связь. — Капрал. — Мэм. — Он отвечает мгновенно. Похоже, мистеру Лаборну действительно нравится быть кейпом, или, по крайней мере, кем-то вроде кейпа. Во всяком случае, гораздо больше, чем когда я называю его «мистер Лаборн». — Что скажете насчет того, чтобы вместе со мной выдвинуться на тушение пожара? — Интересно. Как мы это сделаем? — Надувные противопожарные заграждения, — отвечаю я. — Раскрываются при ударе, если их уронить с высоты более десяти футов. Мы сможем локализовать пожар, пока он не распространился. Он кивает. — Звучит неплохо, мэм, но как будут выбираться люди, оказавшиеся с той стороны заграждения? Я об этом даже не подумала. — А… понятно. Есть предложения? — Вы когда-нибудь видели пожарный самолет? — Нет. — Я заинтригована; никогда раньше об таком не слышала. — На данный момент самый эффективный из имеющихся — Bombardier 415. Это модифицированные грузовые самолеты с водозаборниками. Они снижаются над водоемом, открывают водозаборник, и через двенадцать секунд в их грузовом отсеке оказывается около полутора тысяч галлонов воды, после чего они снова набирают высоту. Я думаю, и думаю очень серьезно. У меня сейчас восемь парящих дронов; каркас из бронекомпозита должен справиться с задачей перевозки такого количества воды, если задействовать все восемь. Более того, как только пожары будут потушены, я смогу помочь FEMA распределять гуманитарные грузы, не нарушая график моего производства. Кажется, все надежно, однако — что, если кто-то воспользуется нынешним кризисом и захватит один или несколько из них? У всех дронов, конечно, есть маячки, не говоря уже о постоянной связи со мной, так как это дистанционно управляемые аппараты, но и то, и другое можно вывести из строя, причем это даже не особо сложно. Если кто-нибудь сможет их захватить, изучить или перехватить над ними контроль, даже если они сравнительно грубые и примитивные ради экономии массы… Внезапно меня несколько тревожит тот факт, что я больше беспокоюсь о потере нескольких изначально одноразовых дронов, чем о десятках тысяч людей, которые голодают, страдают от болезней и холода. Что, черт возьми, со мной не так? Какие-то остатки приличия, или, может быть, просто стыд, подталкивают меня к действию. — Мистер Лаборн, хотите помочь мне модифицировать парящие дроны? Он слегка хмурится, услышав свое имя, но кивает. — С удовольствием, мэм. * * * Когда мы заканчиваем, пожары уже разгорелись вовсю; мне приходится перенаправлять небольшое количество энергии на работу аварийных фабрикаторов, но для строительного дрона задержка составляет всего несколько минут. Я стараюсь не жалеть об этих потерянных минутах, особенно учитывая, что на противопожарные заграждения ушло бы гораздо больше времени. Готовые дополнения похожи на примитивные черпаки или, возможно, на мешки, как у пеликанов. Мы с мистером Лаборном будем управлять дронами при доставке груза, но я написала подпрограмму для водозабора и сброса, чтобы у нас было больше времени на управление всеми четырьмя дронами, и не приходилось пилотировать каждый в отдельности. Мне кажется важным приберечь эту подпрограмму на будущее; нет сомнений, что она или что-то подобное мне еще пригодится. Пока дроны получают указания забрать первую порцию воды, я проектирую разгрузочное устройство для новых грузовых отсеков и внутренних камер для них. Если я собираюсь использовать дроны для помощи FEMA в распределении гуманитарной помощи, то грузы надо будет как-то загружать и выгружать, а не просто насыпать и вываливать. Думать о том, как это сделать — легко. Проблема в том, что я чувствую, будто постепенно забываю или просто теряю свой ориентир. Свои причины для заботы. Я направляю дроны сбрасывать свой жидкий груз на горящие обломки, и поливать кучи, которые еще не загорелись. И я размышляю. Оглядываясь назад, я вижу, как это происходит. Все меньше и меньше меня заботят люди. Все меньше я забочусь об их чувствах, об их благополучии. В глубине души мои опасения по поводу Брайана связаны не столько с сопутствующими последствиями, сколько с неудобствами, которые он доставит мне, когда наступит на кого-нибудь по пути к Луну. Я объединяю три из четырех дронов, чтобы потушить особенно большую кучу обломков; пламя мерцает, пар клубится, но мои тепловизоры показывают мне, что в этой груде обломков глубоко зарыт горячий очаг пожара, и он снова вспыхнет, если я оставлю его так. Вместо этого я продолжаю сбрасывать на него воду, отправив один дрон разгребать обломки, чтобы вода могла добраться до очага, и размышляю о том, что меня это мало заботит, что меня много чего мало заботило, и все становится только хуже. Я размышляю о своем лицемерии по отношению к Брайану, когда я говорю, что ему наплевать на страдания других, а в глубине души это именно мне наплевать. Я не хочу, чтобы Брайан убил Луна, потому что думаю, что Лун может оказаться полезен, а не потому, что мне важна его жизнь как человека. Я действительно хочу, чтобы Лун был под рукой, потому что он хотя бы выступил как эффективное пушечное мясо против Губителей — или, по крайней мере, Левиафана — по сравнению с остальными кейпами, которые сражались, но были совершенно бесполезны. Я думаю обо всех людях, которые голодны, мерзнут и страдают, и эта мысль меня не особо беспокоит. Я сбрасываю воду на бегущего человека, частично объятого пламенем, и меня не волнует, все ли с ним в порядке, пока я продолжаю бороться с огнем. Мне нужна Лиза. Она не давала мне слишком сильно сбиться с пути. Думаю, она не позволяла мне стать хуже. Мне нужен наставник. Кто-то, кто мог бы служить мне моральным компасом. Кто-то, кто лучше теперешней меня знает, что мне нужно делать, чтобы оставаться человеком. Я не могу доверять суждениям Брайана. Аиша? Даже не будем об этом говорить. А Лиза… нет. На самом деле у меня есть только один выбор. Пожары почти взяты под контроль. Когда мы наконец можем начинать сбавлять темп, я поднимаю взгляд со своего кресла. — Мистер Лаборн… Капрал… думаю, мне нужна ваша помощь.