Глава 6. Купание и откровенность

      Дневник Мирославы       Сегодня случилось то, чего я боялась и ждала одновременно.       Мы пошли купаться. Я не умею плавать — точнее, умею, но плохо, и боюсь глубины. Влад это помнил. Он подошёл сам, без Олиных подсказок, без Максовых намёков.       «Пойдём, я помогу», — сказал он.       И я пошла.       Сейчас, когда пишу эти строки, у меня всё ещё дрожат руки. Потому что в воде, когда мы были далеко от берега, он посмотрел на меня и сказал: «Я скучал».       Просто. Без объяснений. Без оправданий.       Я ответила: «Я тоже».       Этого мало. Но это начало. Мира

***

      День выдался жарким — солнце стояло в зените, воздух дрожал над травой, и даже в тени яблонь было душно. Макс первым предложил искупаться.       — Пруд сегодня просто сказка! Вода прогрелась, берег чистый — грех не полезть.       — Я с вами, — лениво сказал Марк, откладывая телефон. — Только плавки найду.       Злата закатила глаза, но тоже пошла переодеваться.       Через полчаса вся компания собралась на деревянном пирсе, вросшем в тину у берега. Макс уже прыгнул, подняв тучу брызг, Оля визжала с пирса, не решаясь нырнуть. Марк, напротив, сделал это красиво и эффектно, вынырнув далеко от берега с улыбкой победителя.       Влад разделся последним. Мира старалась не смотреть на его голый торс — но, конечно, смотрела. Плечи, руки, талия, родинка на ключице, которую она помнила ещё с прошлого года. Он вошёл в воду спокойно, не прыгая, привыкая к температуре.       Мира стояла на пирсе в купальнике — скромном, тёмно-синем, закрывающем больше, чем у Оли, но всё равно ей было неловко. Она не любила своё тело. Слишком бледное, слишком обычное. Рядом с Златой, у которой идеальная кожа и длинные ноги, и Олей — стройной и загорелой, она чувствовала себя серой мышью.       — Ты идёшь? — спросила Злата, уже стоя по пояс в воде.       — Сейчас, — Мира присела на край пирса, опустила ноги. Вода была тёплая, почти ласковая.       — Боишься? — раздался голос сбоку.       Влад подплыл к пирсу, встал на дно — здесь было мелко, по грудь. Вода стекала по его волосам, по лицу, по плечам.       — Немного, — призналась Мира.       — Я помню. Ты боялась и в прошлом году.       — А ты помнишь, чем кончилось то купание?       Он усмехнулся.       — Тем, что я вытащил тебя из воды, когда ты наглоталась.       — Я не наглоталась, я просто… чихнула.       — Ты утонула бы без меня.       — Не утонула.       — Ну да, не утонула, — он улыбнулся, и от этой улыбки у Миры потеплело внутри. — Давай зайдём вместе. Я рядом.       Она посмотрела в его глаза. Карие, честные, без тени насмешки.       — Держи меня за руку, — сказала она тихо.       Он протянул ладонь. Мира спустилась с пирса, вода поднялась до талии, потом до груди. Она взвизгнула от неожиданности — дно уходило из-под ног. Но Влад уже подхватил её под локоть, придержал.       — Не бойся. Я держу.       Они медленно пошли вглубь. Остальные плескались неподалёку — Марк пытался облить Олю, Злата плавала брассом, Макс нырял за ракушками. Но Мира не смотрела на них. Она смотрела только на Влада.       — Повернись на спину, — сказал он. — Я поддержу.       — Я боюсь.       — Я не отпущу.       Она зажмурилась, откинулась назад, и он подхватил её под лопатки, поддерживая на плаву. Вода сомкнулась над ушами, стало тихо. Она открыла глаза — небо, бесконечное, голубое, с редкими облаками.       — Отпусти, — прошептала она.       — Что?       — Отпусти меня. Я хочу попробовать сама.       Он убрал руки, но остался рядом, готовый в любой момент подхватить. Мира задержала дыхание, работая ногами — неумело, но старательно. Она продержалась несколько секунд, потом нога пошла ко дну, и она опять ухватилась за него.       — Получается, — сказал он.       — Плохо получается.       — Лучше, чем в прошлом году.       Она улыбнулась, вытирая мокрые волосы с лица.       — Ты правда помнишь тот день?       — Каждую секунду, — ответил он.       Эти слова повисли между ними. Мира перестала дышать.       — Влад…       — Мира, — он посмотрел на неё серьёзно, без тени улыбки. — Я скучал.       Сердце пропустило удар.       — Я по тебе скучал. Весь этот год. Каждый день.       Она открыла рот, но не могла вымолвить ни слова.       — Ты не обязана отвечать, — сказал он быстро, словно испугался своей смелости. — Я просто хотел, чтобы ты знала.       Она молчала. А потом, сама не зная как, выдавила:       — Я тоже скучала.       Влад замер. В его глазах вспыхнуло что-то — надежда? неверие? — но он не успел ответить. С берега донёсся крик Марка:       — Эй, голубки! Идите есть, шашлык готов!       Мира выдохнула, отпрянула. Влад отпустил её, но не сразу. Его пальцы скользнули по её руке, задержались на секунду — и разжались.       Они вышли на берег молча. Никто ничего не заметил — или сделал вид. Злата уже натягивала джинсовку поверх мокрого купальника. Оля вытирала волосы полотенцем. Макс разводил дым под мангалом.       Только Марк бросил на них быстрый, внимательный взгляд. Ничего не сказал. Но что-то в его лице изменилось.

***

      Вечером, когда все сидели за столом, Мира почти не ела. Она перебирала в голове его слова: «Я скучал». И свои: «Я тоже».       Этого мало. Но это первый шаг.       Злата пихнула её локтем.       — Ты какая-то варёная.       — Всё нормально.       — У тебя глаза блестят. Только не говори, что это от воды.       Мира промолчала.       В комнате, оставшись одна, она открыла дневник.       «Сегодня я перестала бояться.       Он сказал, что скучал. А я сказала, что тоже. Мы не говорили о любви, о прошлом, о том, почему расстались. Но это случилось — первый настоящий разговор. В воде, где никто не слышал.       Я не знаю, что будет завтра. Но сегодня я счастлива. Мира»       Она закрыла дневник и улыбнулась в темноту.       За стеной снова заиграла гитара.