Часть 1

В готическом зале пахло воском и остывающим кофе. Марат стоял у окна, глядя на пустую площадку, где ещё час назад стоял Семён. Тишина действительно давила. — Он не вернётся, Марат. Ты же это понимаешь? — голос Димы Матвеева прозвучал из тени неожиданно резко. Башаров не обернулся. Он лишь сильнее сжал пальцы на подоконнике. — Шоу должно продолжаться, Дима. Ты сам это знаешь. — К чёрту шоу, — Матвеев подошёл ближе, его татуировки в полумраке казались живыми узорами. — Ты хочешь вернуть его не ради рейтингов. И не ради финала. Марат наконец повернулся. Глаза ведущего, обычно ироничные и весёлые, сейчас казались непривычно тяжёлыми. — А ради чего тогда? Дима замер в шаге от него, заглядывая прямо в глаза, словно пытался прочитать то, что скрыто за сценарием. — Ради того, что ты боишься признать даже самому себе, — прошептал Дима. — Ты ведь... любишь его? Марат хотел отшутиться, выдать привычную колкость, но слова застряли в горле. Он посмотрел на пустой пьедестал, где стояла «Синяя рука», и выдохнул то самое слово, которое ставило точку во всём его привычном мире: — Люблю. Дима кивнул, и в этом жесте не было ревности — только горькое понимание. Точка невозврата была пройдена.