Часть 3

Мутанты львов и тигров кидали людей в клетки. — Давайте, вот сюда их, на жару. Налейте в миску гнилой воды и киньте кусок тухлого мяса. Нам не выгодно тратить столько денег, чтобы кормить этих тварей, я лучше эти деньги в баре прогуляю! Обезумевшие люди тупо смотрели на зверей-мутантов из своих клеток. — Что, тварь, домой хочется? — передразнивала обезьяна человека, издеваясь над ним. — А будешь сидеть здесь, потому что мы на тебе зарабатываем деньги! Тебе никогда не попасть домой, даже, если тебя и ждут твои дети! Ты постареешь, а скорее всего, сдохнешь здесь от такого "ухода", который мы тебе предоставим. Думаешь, нам жалко тебя или твоих вонючих детей? Все, что нам нужно — чтобы ты сидел здесь, человеческий выродок, потому, что мы хотим зарабатывать на тебе деньги! Все, что нам нужно — это деньги, деньги, деньги! Сиди здесь и мучайся в клетке, а другие заплатят нам денег, чтобы на это посмотреть! — обезьяна разразилась хохотом. Ее поддержало все остальное зверье. — Ну зачем ты так, есть же клетки с евроремонтом, — словно издеваясь, проговорила другая макака.— Радуйся, ублюдок, у тебя такая модная клетка! Тебя это радует? Отчего же? Ему почему-то хочется домой! Зверье снова принялось визжать и хохотать. Ничего не подозревающие люди плавали в пруду, когда на берегу показался здорового вида гусак. — Что за чертовщина? — переговаривались люди. — Такого быть не может! Пища, едва ли не в рост человека! Гусак молча подошел к пруду, достал ружье и принялся стрелять, целясь в людей. Раздались крики и вопли, он уже кого-то подстрелил. — А я охотник! — захохотал мутант, перезаряжая ружье. — Не стреляйте, прошу вас, меня дома ждут дети! — начала просить и плакать женщина. Вышла огромная гусыня. — А ты думаешь, нас не ждут дети, когда мы кричим и плачем, а твой муж неоднократно обагряет этот пруд нашей кровью ради развлечения? А ты, стерва, варишь из нашего мяса бульон для своих выродков в то время, как наши птенцы оплакивают своих родителей! Стреляй, стреляй без предупреждения, дорогой, и пусть восторжествует справедливость в этом мире, в конце концов! Мы — добрые птицы, мы развлекаем себя охотой! Мы же не сделали никому плохо? Мы гуманны! Сварим своим птенцам сладкого мяса! Гусак снова выстрелил и вода обагрилась кровью. Наступила настоящая революция. Мутанты несли плакаты профессора Альберта, который стал для них своего рода Лениным или Че Геварой. В это время выживал либо вегетарианец, либо защитник прав животных. А таких нашлось немного. — Вы сами видите, — говорил профессор Альберт с трибуны, — как безмерны преступления человечества по отношению к животным! Они смоются только кровью! Пусть потоки крови смоют все грехи человечества, все то чудовищное зло, причиненное беззащитным животным, которые столько лет были рабами людей! Пусть восторжествует справедливость на Земле, мои братья! Пусть ваши угнетатели и убийцы сами окажутся в вашей шкуре, это будет их искуплением за вашу боль, мучения и смерть! Да будет так! Его слова были встречены громогласным ревом многочисленной толпы мутантов. — Поиграем в рыбака? — сказал огромных размеров ихтиандр, закидывая крючок в рот мужика, удившего рыбу. Он потянул за крючок и рот мужика разорвался. — Берите его, в мешок кладите! Зажарим на сковородке, когда он еще будет жив, обильно полив его тело подсолнечным маслом. Посмотрим, как ему это понравится. "Это всего лишь наше хобби, удить людей", — напевал мутант, волоча мужика с разорванным ртом и обещая кинуть его в шипящее на сковородке масло. — Знаешь что, дорогой, — сказала рыба-мутант, — нужно предложить, чтобы в магазинах продавались зародыши беременных женщин, как они столько лет продавали икру, из которой так и не появились наши мальки! К ним подполз червь-мутант, также жаждущий справедливости. — Всю мою семью эти твари погубили! — жаловался он. — Мы копались в земле, не трогая никого. Этот же гад подумал, что имеет право выкопать всю мою семью, надев их живьем на крючок! — червь начал требовать расправы над рыбаком, потому что у них были старые счеты. В результате, они потянули тело каждый к себе и разорвали мужика напополам. Осел-мутант навьючил своего бывшего хозяина вещами и запрыгнул сверху. — Ну, пошла, тупая скотина! — закричал он, отхлестав его хворостиной. — Не хочешь, не нравится тебе? Вот это ты тупой осел! Надо сказать, что животные-мутанты были крайне щепетильны в вопросе справедливости. По заслугам получали только те люди, которые были повинны в их мучениях и преждевременной гибели. А таким оказывался каждый второй, если не первый. В магазине стоял огромный аквариум, наполненный людьми. Они стучали в стекла, беззвучно шепча и задыхаясь. Им не хватало воздуха, но выбраться не было никакой возможности. Они знали свою участь — их сварят живьем в кипятке. — А что же, только нас живьем в кипятке варить что ли? — сказала мутированная креветка. — И не говори, — ответила рыба, поддразнивая человека, щелкая своим плавником по аквариуму. — Они думают, что такие, как мы, не испытывают боли. Что же, теперь и мы подумаем о них точно так же. — Я грин пис! — сказал другой мутант. — Сейчас я куплю кого-нибудь из людей в этом аквариуме и выпущу на свободу! Ну, так кто же из вас вытащит свой лотерейный билет? Люди подбежали к стенкам аквариума, тяжело дыша из-за недостатка воздуха. Мутанты переговаривались, советуя один другому рецепт приготовления лакомых блюд из людей, консервированных в банках. Появились новые этикетки, на которых было изображено мясо человека, аппетитно нарезанное ломтиками. — Сколько можно продавать рыбу в гробиках?! Пусть теперь человечину продают! Щедрый мутант действительно выкупил кого-то из людей в аквариуме и освобожденный бедняга с ужасом принялся бежать, куда глаза глядят. Но бежать было некуда — повсюду поджидали мутанты, наводнившие город.