19: «Не натвори глупостей»

Январь 2027

США

— Каким образом… — я стоял и не мог понять, как девушка, которую я любил буквально несколько лет назад, могла стоять передо мной здоровая и невредимая. Даша долго лечилась в Европе. Настолько долго, что мы не виделись практически четыре года. Сначала я бессмысленно винил себя, а потом вырос и понял насколько глупо поступил тогда в Японии. Чувство вины постепенно стало сменяться чувством стыда. Ксенофонтова так и не продолжила карьеру. Постоянно ходили какие-то слухи, что она, вроде как, тренер. Потом кто-то заявлял, что она стала судьей. А по итогу — она здесь. Изабо предупреждала меня об этом, но я не верил. В глубине души я считал это просто плохой шуткой. Я вновь ощущаю себя семнадцатилетним влюбленным парнем и мне хватило лишь ее одного взгляда. — Малинин, — она вывела меня из транса, — почему не позвонил мне сразу? — Что? — Почему не позвонил? — переспросила девушка, — Андрей и Изабо ведь знали, что я работаю в Федерации… Неужели не говорили? — Говорили… Просто… Просто что? Что мне сейчас нужно сказать Даше? Что я потерял родителей, уехал в Россию и полюбил другую? Наша с Ксенофонтовой встреча произошла слишком не вовремя. — Соболезную, — сказала девушка и села за рабочий стол, — Я про родителей. Я подошел к столу и сел напротив Даши. Она тоже не сводила с меня глаз. И тут я осознал, что мне интересно узнать о том, что она сейчас думает обо мне. Вспоминала ли она меня? Стоп! Нужно остановить эти мысли, пока они не зашли слишком далеко. — Они мне ведь тоже были не чужими, — дополнила Даша. — Да… — вздохнул я, — Ты была им дорога. Даша мягко улыбнулась. Было заметно, что эти слова заставили ее почувствовать тепло. — Так, — ее тон стал более серьезным, — ты пришел поговорить по поводу арены в Рестоне? Я правильно понимаю? Я молча кивнул и она продолжила: — Сорок девять процентов доли Академии являются собственность частного лица. Она перебирала какие-то бумажки. То ли она искала что-то нужное, то ли стресс одолел ее. Я ставил на второе. Даша часто делала так, когда не знала, как выразить переживания. Раньше вместо документов была бутылка воды или чехлы от коньков, эти вещи она всегда теребила в руках, когда ждала результаты после прокатов. — Даш… — я бросил взгляд на ее руки. — Прости… — она перестала перебирать документы, — Просто… я не ожидала встречи с тобой. Я думала придет Миша и я все ему скажу, а потом вы как-то сами разберетесь. Мое появление тут лишнее, — искренне сказала девушка, смотря мне прямо в глаза, — Ты ведь прилетел не один. Она знала про Диану. Но как? — Изабо написала, — тут же пояснила она. — Ты спрашивала у Левито про меня? — Ты уехал из США и стал выступать на национальных соревнованиях в России, — нахмурилась Даша, — Конечно я написала Изабо! И позвала Андрея на разговор. Так дела не делаются, Малинин. Ты был действующим Чемпионом страны. — Исключительно рабочий интерес? — спросил я, на долю секунды засомневавшись в ее словах. Даша кивнула. — Прошло столько лет… — Четыре, — поправил я, — Четыре года прошло. — Да, — согласила она и вновь кивнула, — Но, кажется, речь шла об Академии. — Да, Академия, — впервые за разговор я вспомнил то, за чем пришел в этот кабинет, — Мой дядя заявил, что она находится в его собственности. — Как я и говорила, на сорок девять процентов, — повторила вновь девушка, — Остальные пятьдесят один — за Федерацией фигурного катания США. Мы имеем долю практически во всех крупных тренировочных центрах. Твоя мама, — Даша протянула бумагу, — за три месяца до смерти, — она сделала паузу, — то есть после Олимпиады, — уточнила Ксенофонтова, — отдала пятьдесят один процент Федерации. Посмотри. Я взял бумагу в руки. Это был договор между моей мамой и Президентом Федерации. Согласно документу организация владела большей частью Академии и имела право принимать важнейшие решения. До этого момента я ничего не знал об этом. — Но почему… — Почему она сделала это? — прочитала мои мысли Даша, — После того как ты стал Олимпийским Чемпионом, — с ноткой грусти сказала она, — Федерация хотела сделать твоих родителей тренерами всей Сборной, по тому решила вложиться в Академию, покрыв большую расходов. Все-таки ты завоевал золото для всей команды США, — она улыбнулась, но в глазах я видел грусть. Она упустила свой шанс поехать на Олимпиаду. И все это из-за меня. Я сломал ей жизнь. — И что нам дает факт владения Федерацией ареной? — я старался не нарушать дистанцию между нами, но честно, мне очень хотелось ее нарушить. — Федерация США готова выкупить всю арену полностью, — заявила Даша, — Я знаю про какой-то план Шайдорова с переодеваниями, но это не серьезно. Организация готова сделать тебя директором, все-таки это твое по праву. И ты… заслужил, — я видел, как нелегко даются ей эти слова. — Даш… — Малинин, как бы там не было, — перебила она, не дав мне объясниться, — Ты — Олимпийский Чемпион, и это — твоя Академия. А я — официальный представитель Федерации США, и это моя работа, — слова создавали между нами невидимую дистанцию, — Ничего личного. Ничего личного… Спустя четыре года у нас с ней ничего личного. Ну конечно… Ничего личного, но ты была моей первой девушкой. Ничего личного, но я… К черту. Я встал и направился к двери. — Спасибо, — сказал я, Даша лишь кивнула в ответ. Я вышел за дверь и мне хотелось просто прокричаться. Напоминание о том, что я когда-то разбил человека и оставил его давило на меня сильнее обычного. Я мог вернуться и извиниться, но судя по-всему, ей это не нужно было. Кажется, она отпустила. И я начинаю убеждать себя в том, что тоже отпустил. У меня есть Диана, близкие друзья рядом, Лиза и бабушка с дедушкой. Скоро вернется Академия и все точно наладится. Но почему-то тревога не выходила из моей головы. Я направился обратно к трибунам, но люди уже стали выходить. Чемпионат закончился. — Илья, — послышался сзади голос девушки, которая за последние месяцы стала мне родной, — ну как там? Все в порядке? Я смотрел на Диану, но все еще не мог отойти от встречи с Дашей. Нахождение в этом кабинете — вновь мне напомнило то, что я потерял. Я кивнул и обнял Диану. Она не в чем не виновата. И мне кажется, ей лучше не знать эту часть меня. — Все нормально. Федерация поможет вернуть Академию, — тон был серьезным, я пытался не выдавать то, что мне сейчас нелегко. Я оглянулся, но увидел лишь Ксюшу и Андрея, которые шли в обнимку впереди, — А где Изабо и Влад? — Они… — Диана была потеряна. Видимо, что-то случилось, но она не могла сказать, потому что рядом стояла Лиза, -… возможно, в отеле, — Дикиджи бросила взгляд на мою сестру. — Я не маленькая! — воскликнула Лиза, — Я видела, что Изабо расстроилась, потому что Миша ушел! Диана улыбнулась и кивнула. — Любовный треугольник, — протянула девушка. На телефон неожиданно пришло сообщение от Изабо. isabeau.levito: мне сейчас нужен друг, который не влюблен в меня. можешь приехать? Я тут же показал сообщение Диане. — Езжай, — спокойно отпустила она, — Мы с Лизой будем ждать тебя в отеле. Я поцеловал девушку в щеку и приобнял сестру. Такси уже было вызвано на адрес, который скинула Левито через минуту после первого сообщения. Судя по картам это был какой-то бар. И все-таки, отношения с Шайдоровым дают о себе знать. И я угадал. Таксист привез меня в один из баров, в котором праздновали победу олимпийцы 2002 года. Папа показывал фотки с той Олимпиады, и это красивое историческое здание само как-то всплыло у меня в голове. Я зашел и увидел Изабо в тренировочной форме прямо за баром. Видимо, сразу после награждения она оказалась тут. Рядом с ней была спортивная сумка с коньками. Уже вижу заголовки: «Чемпионка США отмечает победу в баре вместе с Олимпийским Чемпионом Милана». Нужно увозить ее от сюда. — Малинин… — притянула меня девушка к себе и похлопала по плечу. От нее уже пахло алкоголем. Я ушел в кабинет Даши на час, но казалось, что я пропустил, как минимум неделю. Что могло произойти у этих троих. — Левито, нам надо в отель, — настоятельно сказал я. — Я не хочу к Владу! — закричала Иза. Я нахмурил брови. Я так-то и не говорил ни про какого Влада. — У тебя отдельный номер, если что, — напомнил я ей. — Ты хочешь сказать, что приехал сюда без своих двух друзей? — она удивленно смотрела на меня. Я кивнул так, будто передо мной пятилетка — медленно, чтобы до нее дошло. — Я приехал сюда, потому что ты мне написал, Левито. — Я тебе писала? И тут я осознал всю ситуацию — она была слишком пьяна. — Так, — я взял ее за руку, а другой уже вызывал такси до отеля, — мы едем в отель, Левито. Ты ведь в курсе, что ты можешь попасть в новости с такими выходками? Думаешь, Федерации понравится новый образ Чемпионки США? Изабо нахмурилась, но послушно взяла сумку и вышла на улицу. Такси подъехало довольно быстро и мы приехали в отель. Я завел Изабо в номер и уже хотел уйти, но тут она сказала то, после чего мне захотелось остаться. — Кстати, про Федерацию. Как разговор? — она рухнула на диван. Я присел в кресло напротив. — Ты знала, что Даша будет в кабинете? — Догадывалась, — закивала Изабо, — Может обсудим? Я понимаю, что делаю сейчас не лучший поступок, обсуждая всю ситуацию с Изабо, а не Дианой. Но так легче… Левито знает про травму Ксенофонтовой, они с ней знакомы, и кажется, нам обоим сейчас нужен просто друг для разговора. — Не на трезвую голову, — сказал я и уже хотел выйти из номера в бар, но Левито кивнула в сторону холодильника. Я открыл его и увидел несколько бутылок коньяка. Это точно почерк Шайдорова. — Возьми, — спокойно сказала Изабо и открыл бутылку. Напиток обжег горло и развязал язык. — Это пиздец, — начал я, а Изабо уже принялась кивать, ожидая продолжения, — Четыре года, Левито! Четыре! А она… -… такая же? — дополнила она. — Именно! — ответил я и сделал глоток, — Но у меня… -… уже другая? — опять дополнила Изабо. — Да! — я опять глотнул из бутылки. — Просто… Все так поменялось. Родителей не стало, я переехал, эта Академия, Диана… А Даша… — Все еще любишь? — резко спросила Левито. Вопрос ударил прямо в сердце. Я не знаю ответа. Диана — моя девушка. Первая с кем я почувствовал себя живым, с ней нет позорной истории, где я полное чмо. Но… Одного взгляда хватило, чтобы я хотел упасть на колени и просить прощение. Но я ведь не сделал этого. Значит, не сильно и хотел? — Эта ерунда, — ответила девушка, — Прошло столько лет после отношений с Шайдоровым, но я все еще не могу понять, люблю ли я его. Я выпил еще и уверенно сказал: — Любишь. — Тогда почему мне комфортно с Владом? — Почему мне комфортно с Дианой? — задал я вопрос. — Потому что ты можешь начать с ней сначала, — рассуждала Изабо, а я лишь развел руками. — Дикиджи комфортные люди, — отметил я. — Лучшие, — дополнила Изабо, — Но мы оба знаем, что они не для нас. Я продолжал пить. Первые в жизни алкоголь ощущался как спасение, а не веселье. Может, потому что рядом не было Миши. Может, потому что я несколько часов назад встретил свою первую любовь. Не знаю. И в голову пришли мысли о ситуации Левито. Они с Мишей были хорошей парой, но это время прошло. Пусть он и влюблен в нее, но это пройдет. Я искренне хотел, чтобы годовая любовь Влада нашла отклик в ее сердце. — Что ты чувствуешь рядом с Владом? — Влюбленность, — ответила Иза, — Он нравится мне. Влад хороший парень, но… — Миша лучше, — дополнил я и девушка кивнула, — Левито, мне кажется, тебе стоит дать Владу шанс. Этот парень восхищается тобой несколько лет. — Несколько лет? — переспросила Изабо, — Я не знала… — Он еще на нашей с ним первой встречи спросил про тебя. Изабо пожала плечами и вырвала у меня из рук бутылку коньяка. Мое сознание уже плыло и мысли не собирались в кучу. — Тебе стоит извиниться, — сказала Иза, — Ты поступил как долбоеб с Дашей. — Я знаю, но… — Знаешь? — спросила Левито, — Это девушка уговорила Совет Федерации выкупить твою Академию, она приезжала на могилу твоих родителей, пока ты был в России, она поддерживала тебя на Олимпиаде, пока ты крутил шашни с этой проституткой из Кореи! — вылетели слова из Изабо, как ножи. Она… Что? — У нас с Хейн ничего не было, Левито. А еще у меня теперь есть девушка. — Я тебе не говорю, что надо переспать с Дашей! — продолжает кричать на меня подруга, — Я говорю, что ты должен извиниться, что несколько лет назад бросил девушку одну в больнице! И она была права. Я должен извиниться перед Дашей. — А Диана… — спросил я и в голове уже строил путь до арены, надеясь, что Даша все еще на работе. — Мы оба знаем, что это не продлилось бы вечно, — заключила Иза, — Ты бы уехал из России в любом случае. Твое место тут. Ты должен продолжать дело своих родителей. Это твоя арена. Твоя Академия. Твой штаб, — она тыкнула в меня пальцем, — Ты — Малинин. И она снова была права. Я хочу остаться в России, связать свою жизнь с семьей Дикиджи, но… Головой я понимаю, что это не мой путь. Руки потянулись к телефону и ввели уже знакомый адрес. — Я должен извиниться перед ней, — сказал я и направился к двери. — Не натвори глупостей! — крикнула мне вслед Изабо