Глава 6. Зеркало

Вета открыла глаза на восьмой день. Потолок был белым. Слишком белым. Воздух пах лекарствами и чем-то сладким — больничное крыло. Она поняла это сразу, ещё до того, как повернула голову. Драко спал в кресле. Его голова была опущена, светлые волосы упали на лоб. Одной рукой он держал её за пальцы — даже во сне не отпускал. Мантия измялась, рубашка вылезла из брюк. Она никогда не видела его таким. Неприбранным. Уязвимым. Вета смотрела на него и не чувствовала ничего. Пустота. Это напугало её больше, чем любая боль. Она должна была чувствовать тепло, облегчение, что-то. Но внутри была только тишина. Холодная, выжженная. Она пошевелила пальцами. Драко проснулся сразу — резко, как от удара. — Вета? — Его голос был хриплым, глаза — красными. Он смотрел на неё так, будто она могла исчезнуть. — Я здесь, — сказала она. Он выдохнул — шумно, как будто держал этот выдох внутри всю неделю. — Ты вернулась, — сказал он. Он взял её руку, поднёс к губам, поцеловал пальцы — один за одним. Медленно, благоговейно, как будто она была чем-то священным. Вета смотрела на него. И где-то глубоко, под слоем этой жуткой пустоты, что-то дрогнуло. Она улыбнулась. Улыбка не дошла до глаз. Но он не заметил. Он был слишком занят — сжимал её руку, гладил большим пальцем костяшки, не мог оторвать взгляда. — Не делай так больше, — сказал он. — Никогда. — Постараюсь, — ответила Вета. Она не была уверена, что это в её силах. --- Выписка Мадам Помфри провела полную диагностику. Вета сидела на кровати, пока палочка скользила над её телом, оставляя холодные следы. — Всё в норме, — сказала Помфри, но в голосе было сомнение. — Сердце, лёгкие, мозговая активность... всё как у здорового человека. — Тогда почему это случилось? — спросил Драко. Он стоял рядом, скрестив руки на груди, но Вета видела, как он напряжён. — Я не знаю, — честно ответила Помфри. — Никаких физических причин. Если это повторится — сразу ко мне. Драко кивнул. Он забрал Вету, не отпуская её руки. По пути в подземелья они шли медленно. Драко нёс её сумку, второй рукой держал её за пальцы. В коридорах было пусто — уроки уже начались. — Ты как? — спросил он. — Нормально. — Врёшь. — Немного кружится голова. Он остановился, повернулся к ней, взял её лицо в ладони. — Если что-то будет не так — скажи мне. Сразу. — Скажу. — Обещаешь? Вета посмотрела в его серые глаза. В них было столько всего, что она на секунду забыла, как дышать. — Обещаю, — сказала она. Он поцеловал её. Не коротко, не собственнически — медленно, глубоко, так, чтобы она чувствовала, что он рядом. Его губы были сухими, но тёплыми. Она прижалась к нему, запустила пальцы в его волосы, и где-то внутри, под слоем пустоты, снова что-то дрогнуло. — Я скучал, — прошептал он ей в губы. — Я тоже, — ответила она. Это была правда. Она скучала. Просто не знала по ком именно. --- Гостиная Слизерина Их встретили Блейз и Тео. Блейз сидел в кресле с «Ежедневным пророком», Тео играл в шахматы сам с собой. — Кэрроу, — Блейз отложил газету, лениво улыбнулся. — Ты выглядишь... не хуже, чем обычно. — Спасибо за комплимент, Забини. — Это был комплимент. Тео поднялся. Он не улыбался — он вообще редко улыбался. Просто подошёл и обнял её. Крепко, по-родственному. — Не пугай нас так, — сказал он тихо. — Не буду, — ответила Вета. Она чувствовала тепло его рук, но внутри — тишина. Даже Тео, которого она знала с детства, не мог пробить эту стену. Драко, стоявший рядом, ждал. Когда Тео отпустил её, он снова взял её за руку. — Идём, — сказал он. — Тебе нужно отдохнуть. — Я уже отдохнула. Неделю. — В больничном крыле не отдыхают. Идём. Он повёл её к дивану у камина. Блейз и Тео переглянулись, но ничего не сказали. Вета села. Драко сел рядом, придвинулся так близко, что их бёдра соприкоснулись. Он не отпускал её руку. — Тебе не нужно быть рядом каждую секунду, — сказала Вета. — Нужно, — ответил он. — Я неделю боялся, что ты не откроешь глаза. Дай мне побыть рядом. Она не стала спорить. Они сидели так долго. Драко гладил её руку, иногда подносил к губам, целовал костяшки, запястье. Вета смотрела в огонь и слушала тишину. Голосов пока не было. --- Эми. Коридор. Эми ждала в коридоре около Большого зала. Она знала, что Вету выписали. Фред сказал — он услышал от Джорджа, который услышал от Ли, который видел, как Драко вёл Вету в подземелья. Она ждала полчаса. Сорок минут. Когда Вета появилась — одна, Драко куда-то отошёл — Эми шагнула вперёд. — Вета. Вета остановилась. Посмотрела на неё. Взгляд был спокойным. Слишком спокойным. — Привет, — сказала Вета. — Я ждала тебя, — сказала Эми. — Каждый день. Меня не пускали, но я приходила. Каждый день. — Мне сказали. — И всё? Вета молчала. — Вета, — Эми шагнула ближе. — Ты в порядке? — Да. — Ты выглядишь... Эми замолчала. Она хотела сказать «другой», но не решилась. — Мне нужно время, — сказала Вета. — Время на что? — Разобраться. — Со мной? Вета посмотрела на неё долгим взглядом. В глазах — усталость. И что-то ещё. Что-то, чего Эми не узнавала. — Со всем, — сказала Вета. Она развернулась и пошла. Эми осталась стоять. Фред вышел из-за угла через минуту. Он искал её — они договаривались встретиться после завтрака. — Эми, ты чего? — Она меня не пускает, — сказала Эми. — Снова. — Может, ей правда нужно время. — Нет. — Эми покачала головой. — Это не время. Это что-то другое. Она смотрит на меня и... не видит. Фред взял её за руку. — Идём, — сказал он. — Я куплю тебе сливочное пиво в Хогсмиде в субботу. Будем сидеть, пить, ни о чём не думать. — Обещаешь? — Обещаю. Он поцеловал её в висок. Эми закрыла глаза. Она не знала, что это будет их последняя по-настоящему тёплая встреча. --- Голос Вечером Вета сидела в гостиной Слизерина. Драко сидел рядом, обняв её за плечи. Блейз и Тео играли в шахматы в углу. В камине потрескивал огонь. Всё было спокойно. И вдруг — шёпот. — Ты вернулась. Вета вздрогнула. Оглянулась. Никого. — Что? — спросил Драко. — Ничего, — ответила она. — Показалось. Он посмотрел на неё внимательно, но не стал спрашивать. Просто притянул ближе, поцеловал в макушку. — Ты не их. Ты моя. Вета закрыла глаза. — Вета? — голос Драко. — Всё нормально, — сказала она. — Устала просто. Он сжал её руку. Она сжала в ответ. Но внутри был холод. --- На следующий день Драко вёл её на ужин. Они шли по коридору, держась за руки. Вета была бледнее обычного, но улыбалась — Драко рассказывал, как Панси поссорилась с Дафной из-за того, кто лучше варит зелья. — Панси сказала, что её зелье было идеальным, — говорил Драко. — А Снейп снял десять баллов за грязный котёл. — И кто был прав? — Дафна. Панси забыла добавить корень мандрагоры. Вета усмехнулась — впервые за день по-настоящему. На лестнице они остановились. Кто-то из младшекурсников уронил стопку книг, и Драко, к её удивлению, нагнулся и помог собрать. — Ты сегодня странный, — сказала Вета. — Почему? — Добрый. — Я всегда добрый. — Врёшь. Он выпрямился, посмотрел на неё. В глазах — улыбка, но какая-то другая. Не та, которой он улыбался Панси или Блейзу. — Идём, — сказал он. Она сделала шаг, но он не двинулся. Вместо этого взял её за талию и притянул к себе. — Драко, мы в коридоре... — Мне всё равно. Он поцеловал её. Медленно, глубоко, так, чтобы она забыла, где находится. Его рука скользнула по её спине, прижимая ближе. Она запустила пальцы в его волосы, чувствуя, как где-то глубоко, под слоем пустоты, разгорается что-то живое. — Я боялся тебя потерять, — прошептал он, отстраняясь. — Каждую минуту. Каждую секунду. — Я здесь, — сказала она. — Надолго? Вопрос повис в воздухе. Вета не знала ответа. Она хотела сказать «да», но слова застряли в горле. Вместо этого она сама поцеловала его. Ответно. Жарко. Так, чтобы он не задавал больше вопросов. Он ответил сразу. Его руки сжали её талию, губы — её губы. Она чувствовала его дыхание, его пальцы, его близость, и это было единственное, что пробивало стену внутри. Когда они отстранились, Драко улыбался. — Вот теперь я поверил, что ты вернулась. — Я всегда возвращаюсь, — сказала Вета. Она надеялась, что это правда. --- Зеркало Ночью Вета не спала. Она лежала в кровати, слушая дыхание Дафны и Миллисенты. Голова была ясной — слишком ясной. Внутри — тишина. Но она знала, что это ненадолго. Она выскользнула из спальни, прошла в туалетную комнату. Зажгла свечу. Зеркало отразило её лицо. Она смотрела на себя и не узнавала. Не сильно изменилась — но она видела. Скулы стали острее. Разрез глаз — чуть другой, более вытянутый. Губы — тоньше. Она подошла ближе. Провела пальцами по скуле. Чужая. Вспомнила письмо отца. Вспомнила, как смотрела на семейные фотографии и никогда не видела в себе Кэрроу. Светлые волосы — да. Но черты... черты всегда были чужими. — Ты не их. Голос вернулся. Тихий, шипящий. — Ты моя. — Чья? — прошептала Вета в пустоту. Ответа не было. Она смотрела в зеркало, и в стекле отражалось чужое лицо. --- Приступ Вета вернулась в спальню, легла, закрыла глаза. И мир взорвался. Боль пришла не в голову — во всё тело. Сразу. Как будто кто-то разрывал её изнутри. Она свернулась клубком, зажала рот рукой, чтобы не закричать. Дафна и Миллисента спали в двух шагах. Нельзя разбудить. Нельзя, чтобы кто-то увидел. Она дышала через нос, сжимая зубы. Тело выгибалось, пальцы впивались в простыни. По лицу потекла кровь — из носа, из ушей? Она не понимала. Ей казалось, что её разрывают на части. Когда всё прошло, она лежала, глядя в потолок, и ждала, когда сердце перестанет колотиться. Минута. Две. Пять. Потом она подняла руку. Посмотрела на тыльную сторону ладони. На коже — тонкая белая линия. От запястья к пальцам. Её не было вчера. Она провела по ней пальцем. Кожа была гладкой — не шрам. Что-то другое. Вета спрятала руку под одеяло и закрыла глаза. --- Утро Драко ждал её в гостиной. Он заметил сразу — она была бледнее, чем вчера. И глаза... глаза стали ярче. Или глубже? Он не мог объяснить. — Не спала? — спросил он. — Не очень. — Опять голова болела? — Да. Он не поверил. Она это видела. Но он не стал спрашивать. Просто взял её за руку. — Идём завтракать. Она позволила увести себя. Позволила держать за руку. Позволила поцеловать в висок, когда они вышли в коридор. Рядом с ним было тише. Он был единственным, кто держал её здесь. --- Библиотека Днём Вета сидела в библиотеке одна. Драко был на Зельях — она сказала, что хочет почитать, отдохнуть. Он нехотя отпустил, взял с неё обещание, что она ничего не будет скрывать. Она соврала. Теперь она сидела у окна, смотрела на стекло. В отражении — её лицо. Чужое, острое. Она всегда была другой. — Ты моя. Ты всегда была моей. Голос был тихим, но уверенным. Вета закрыла глаза. Она больше не спорила.