Истина, высеченная на камне

— ЧИП! — крикнула Грейс, и её голос, полный паники и ужаса, эхом разнесся по дому. Она рванула вперед, готовая встать между ребенком и учителями-убийцами. Но она резко затормозила, застыв на месте в полном шоке. То, что она увидела, не укладывалось ни в какие рамки её прежнего опыта. Чип... смеялся? Он звонко, заливисто хохотал, тыкая пальчиком в сторону учителей. "Чип смеётся? Рядом с ними?" — пронеслось у неё в голове. Грейс подняла взгляд и обомлела. Циркуль, Блуми и Тавель не готовились к атаке. Они корчили рожицы. Циркуль вытаращила глаза и вытянула язык так, что он почти касался носа, Блуми надула щёки как шар, а Тавель изобразила нечто среднее между испугом и удивлением, смешно дергая бровями. Их гримасы были настолько уморительными и нелепыми, что любой ребенок не смог бы сдержать смеха. Грейс моргнула, пытаясь стряхнуть наваждение. Они... изменились? Но как? Она стояла как вкопанная, пока Циркуль не заметила её. Вместо угрожающего оскала на лице учительницы расцвела широкая, пусть и немного натянутая, но искренняя улыбка. — Привет, Грейс! — бодро крикнула она, энергично махая рукой. Грейс кивнула в ответ. Её сердце громко билось, пытаясь понять: это правда или какая-то жестокая иллюзия перед финальным ударом? Она сделала шаг, затем другой, медленно приближаясь к этой сюрреалистичной компании. Блуми и Тавель тоже помахали ей руками, их движения были лишены той смертоносной грации, к которой все привыкли. Увидев, что учителя перестали кривляться и смотрят на директрису, Чип развернулся. Его большие глазки встретились с глазами Грейс, и он тепло, доверчиво улыбнулся: — Здравствуйте, тетя Грейс! Эта улыбка, полная радости и отсутствия страха, придала Грейс сил. Но ей нужно было прояснить один жизненно важный момент. Она присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с мальчиком, и спросила дрожащим голосом, глядя ему прямо в глаза: — Чип, дорогой... они тебя не трогали? Они не сделали тебе больно? Чип лишь шире расплылся в улыбке и уверенно мотнул головой: — Нет! Когда я только подошел, было немного страшно... Но потом тетя Блуми начала показывать мне смешные рожицы! Грейс перевела взгляд на Блуми. Та, услышав это, вдруг густо покраснела, отвела взгляд в сторону и смущенно заправила прядь волос за ухо. Видимо, роль "аниматора" далась ей непросто, но она справилась. Грейс тяжело выдохнула, выпуская накопившееся напряжение. На её лице появилась мягкая, благодарная улыбка. Она повернулась к Чипу и ласково сказала: — Чип, солнышко, можешь пойти вон туда, к лисе, и поиграть с ним буквально минутку-две? Мне нужно поговорить с учителями о кое чем важном. Чип радостно кивнул, помахал рукой учителям на прощание и побежал в угол дома, где его уже ждал Пип. Грейс проводила мальчика взглядом, убедившись, что он в безопасности и воссоединился с другом. Затем она медленно выпрямилась. Её лицо стало серьезным, а взгляд стальным Учителя мгновенно считали эту перемену; их шутовские настроения испарились, они поняли, что сейчас начнется серьезный разговор с глазу на глаз. — Цирк... — начала было Грейс, собираясь спросить у них, что с ними стало. Но именно в этот миг время остановилось и в головы Грейс и Циркуль проникли сообщения:

[СООБЩЕНИЕ ДЛЯ ЦИРКУЛЬ]

<Голос звучал серьезно и сухо, но с нотками скрытой заботы> <Циркуль, я наблюдаю но молчу. Нужна помощь? попроси, книга рецептов есть в инвентаре. Надеюсь, ты поведешь себя разумно и не прогонишь Чипа, я слежу и надеюсь на твою адекватность.>

[СООБЩЕНИЕ ДЛЯ ГРЕЙС]

<Голос звучал доброжелательно, мягко, с искренним желанием помочь и направить> <рад встречи Мисс Грейс... моё имя не очень и важно а если хотите узнать... спросите у астрала который очень нагло "греет уши" на этом сообщении... знаете а у меня к вам другая идея... к примеру показать дорогой Мисс Алисе о которой можно сказать я забочусь... как и ещё другого ученика... в принципе я уже говорил об этом с Мисс Алисой но думаю вам тоже лучше дать материал на подумать... а что если сделать с Мисс Алисой не то что вы хотите... а к примеру показать ей что есть существа которые опаснее её разы... к примеру мифы этого мира Herobrine или entity 303... или какой нибудь NULL... у вас появился вопрос... "это же мифы... как я должна им показать Алису?" это да... они мифы... но кто говорил что мифы не имеют фундамента?... вы же директриса школы fundamental paper education так подумай те об этом... честно говоря мне не хочется повествовать чём занята Мисс Алиса... но нужно... вроде она должна сейчас быть занята помощью первенцу которого я взял под опеку... и она горит огнём, желая сразиться с боссами этого мира... если интересно спросите у Астрала Мисс Грейс... а на этом всё... удачи вам... и задумайтесь об этом> Время потекло своим чередом. Грейс моргнула, отгоняя наваждения. Она не стала тратить время на обсуждение только что полученного сообщения о мифах и боссах. Вместо этого она мысленно отправила краткий ответ Наблюдателю: "Благодарю за информацию. Однако шанс встретить эти сущности и выжить для меня пока слишком мал. Я возьму это на вооружение как крайнюю меру, но без более подробных инструкций использовать не стану." Закончив внутренний диалог, она снова сосредоточила свой стальной взгляд на троице. — Циркуль, Блуми, Тавель, у меня к вам серьезный вопрос. — начала она, скрестив руки на груди. Циркуль, услышав её тон, внутренне сжалась, но тут же успокоила себя мыслью, обращенной к Наблюдателю: "Я не подведу тебя. Я буду вести себя адекватно. Мне очень приятно, что ты так помогаешь мне и веришь в меня." — Её искренность была абсолютной. — Какой вопрос, Грейс? — спросила она вслух, стараясь звучать максимально спокойно. — Что с вами произошло? — прямо спросила Грейс, медленно обводя их оценивающим взглядом. — Вы никогда раньше так себя не вели. Никакой агрессии, никаких угроз, никаких циркулей у горла учеников. Что побудило вас измениться настолько радикально? Троица переглянулась. В их глазах больше не было безумия, лишь легкое смущение и какая-то детская растерянность. Ответить взялась Блуми. Её голос звучал мягко: — Те, кто отправляет нам сообщения... Наши Наблюдатели... посоветовали нам просто отдохнуть и мы решили последовать этому совету и теперь планируем отдыхать в своё удовольствие. Вот, Эдвард скоро построит нам дом, чтобы мы могли там спокойно жить. Она улыбнулась, и эта улыбка была такой живой, что Грейс на мгновение забыла, как дышать. Она застыла в шоке. Неужели всё так просто? Пара слов, простой совет отдохнуть смог остановить машин для убийства? Заставить их отказаться от крови ради спокойной жизни? "Хотя..." — пронеслось у неё в голове, и она инстинктивно схватилась за грудь, где бешено колотилось сердце, полное надежды. — "Это ведь и со мной сотворили. Меня тоже убедили, что есть будущее. Если это сработало на них, значит, есть надежда и для Алисы! Я смогу сделать её безопасной, смогу вернуть ей человечность!" Но тут же возник новый, более практичный вопрос, который не давал ей покоя: "Но каким образом они заставили Эдварда строить им дом? По его глазам было видно, что он решительно настроен пройти эту игру до конца, а потом жить в своё удовольствие. Зачем ему брать на себя такую нагрузку? Строительство дома для троих бывших маньячек — это не совсем то, о чем мечтает свободный человек." Грейс вышла из раздумий, и в её голосе прорезалась тревога за ученика: — Как вы заставили Эдварда строить вам дом? — строго спросила она, шагнув ближе. — Вы запугали его? Использовали угрозы? Если вы хоть пальцем тронули моего ученика... — Нет-нет, что вы! — испуганно замахала руками Блуми, чуть ли не подпрыгивая на месте. — Он сам предложил! Сказал, что построит нам дом в обмен на одно желание. Грейс снова замерла, переваривая информацию: "Желание? Какое еще желание?" — недоумевала она. — Какое желание? — переспросила Грейс, глядя то на Блуми, то на остальных. — О каком желании идет речь? Блуми хитро усмехнулась, и в её глазах заплясали озорные искорки: — Один из Наблюдателей подарил мне три желания. На каждое я могу пожелать любую вещь, но только в единственном количестве. Вот Эдвард и вызвался построить дом. Эта новость шокировала Грейс до глубины души. Три желания? От самого Наблюдателя? Это же нечестно! Её взгляд невольно устремился вверх, к потолку, к невидимому присутствию тех, кто управляет этим миром. "А можно мне также?" — с надеждой подумала она, обращаясь напрямую ко мне. — "Пожалуйста! Мне нужно спасти всех, мне нужны ресурсы... Дай мне три желания!" Я ответил мгновенно, и мой голос прозвучал у неё прямо в голове: "Нет." Грейс опустила голову, чувствуя легкий укол разочарования. Но она знала, что если Он сказал "нет", значит, так тому и быть. Однако грустить было некогда. Она резко подняла голову, и в её глазах снова загорелся огонь решимости. "Ай, ладно, итак смогу всех спасти от Алисы." — замотивировала она себя, вспоминая веру в неё со стороны учеников, учителей и даже со стороны Наблюдателей. — "Я смогу это сделать. Нет, я обязана это сделать." Она глубоко вдохнула, расправила плечи и посмотрела на Блуми с новой, деловой просьбой: — Блуми. — начала она, понижая голос до доверительного шепота. — Поговорим с глазу на глаз? Грейс кивнула в сторону укромного угла, подальше от любопытных ушей Циркуль и Тавель. Блуми нервно переглянулась со своими подругами. Те лишь растерянно пожали плечами, не зная, чем помочь. Собравшись с духом, Блуми повернулась обратно и неуверенно произнесла: — Ну... давайте. Они отошли в угол, чувствуя на своих спинах встревоженные взгляды Циркуль и Тавель. Подруги явно беспокоились: мало ли о чём может спросить директриса? Мало ли какое наказание придумает? Дойдя до назначенного места, Грейс обернулась к Блуми. Убедившись, что их никто не слышит, она тихо, но пронзительно спросила: — Блуми... ты же боишься Алисы? Вопрос попал точно в цель. Рука Блуми дрогнула, а её протез издал тихий, нервный лязг. Страх в её глазах был красноречивее любых слов. Грейс сделала шаг ближе, вторгаясь в личное пространство, и заговорила сладким, гипнотическим голосом: — Так вот... Не хочешь ли ты исправить ситуацию? Утолить голод Алисы раз и навсегда? Сделать так, чтобы никому больше не угрожала опасность? Чтобы вы втроём могли спокойно проводить время, не боясь быть съеденными и не теряя все свои ресурсы в бесконечной борьбе? — Грейс сделала паузу, вкладывая в каждое слово максимальную убедительность. — Потратить одно из своих желаний на благо всех нас. На общее спасение. Блуми замерла, погрузившись в глубокие раздумья. Тратить драгоценное желание на кого-то другого? Это казалось расточительством. Но затем волна леденящего ужаса накрыла её снова. Страх перед возможной гибелью в реальном мире от рук обезумевшей Алисы терзал её изнутри. Перспектива вечного страха была хуже, чем потеря одного желания. Она медленно кивнула: — Хорошо... я согласна. Но... — Блуми подняла взгляд, и в её глазах вспыхнула просьба. — В реальном мире вы будете мне должны. Причём очень много. Грейс широко улыбнулась, соглашаясь без колебаний: — Всё, что твоей душе угодно. А теперь... пожелай, чтобы Алиса лишилась всех своих демонических сил и стала обычной девушкой. Блуми усмехнулась, покачав головой. — Что-то не так? — насторожилась Грейс, опасаясь, что неправильно сформулировала просьбу. Блуми посмотрела директрисе прямо в глаза и честно призналась: — Я тебе не говорила, но мои желания имеют ограничения. Я могу создавать только материальные предметы: инструменты, зелья, книги, всяческие сборники. Но я не могу пожелать, чтобы кто-то что-то сделал или чтобы с кем-то случилось что-то напрямую. Изменить чью-то судьбу или силу я не в состоянии. Грейс замерла на секунду, обрабатывая информацию: "Значит, прямое воздействие запрещено. Можно создать только предмет..." — Её мозг быстро перестроился, находя новый путь решения. Лицо озарила предвкушающая улыбка. — Пожелай зелье, способное превратить Алису в человека. — четко сформулировала просьбу Грейс, глядя Блуми прямо в глаза. Блуми серьезно кивнула: — Сейчас попробую. Она достала свой блокнот и быстро, но аккуратно начала выводить слова желания, формулируя запрос для отправки Austral. Когда последнее слово было написано, желание отправилось мне. Прошла лишь доля секунды, как в голове Блуми вспыхнуло красное предупреждение:

[ОШИБКА СИСТЕМЫ]

[НЕВОЗМОЖНО ВОССОЗДАТЬ ТО, ЧЕГО НЕТ В ДАННОМ МИРЕ]

[ОБЪЕКТ НЕ СУЩЕСТВУЕТ В БАЗЕ ДАННЫХ МИРА]

Блуми слегка пошатнулась от ментального удара. Она едва устояла на ногах, схватившись за стену. Грейс тут же заметила её состояние и шагнула ближе, поддерживая под локоть: — Что случилось, Блуми? Тебе плохо? — спросила она с искренней тревогой. Блуми поморгала несколько раз, приходя в себя, и встретилась взглядом с директрисой: — Мне сказали... что невозможно создать то, чего не существует в этом мире. Зелье превращения демона в человека... его просто нет. Грейс замерла, переваривая информацию: "Нет в этом мире..." — Она лихорадочно перебирала варианты в голове. Если нельзя создать сам результат, значит, нужно создать путь к нему. И тут её осенило. Уголки её губ дрогнули, складываясь в предвкушающую, хитрую улыбку: — Блуми. — начала она, и учительница внимательно склонилась к ней. — Раз так, то попробуй пожелать сборник способов превращения Алисы в человека. Глаза Блуми расширились. Эта лазейка была гениальной! Книга — материальный объект, а информация внутри неё может изменить всё. Надежда вспыхнула в её груди, и она с энтузиазмом достала свой блокнот, начиная быстро и аккуратно формулировать желание, боясь ошибиться хоть в одной букве. Спустя напряженную минуту текст был готов. Прошла секунда. Затем две, три, пять... Но ничего не происходило. Грейс и Блуми уже начали смиряться с мыслью, что и этот вариант не сработает, Austral отвергнет его, как и предыдущий. Но вдруг Блуми почувствовала изменение в своём инвентаре. Она моргнула и увидела там новую книгу. На обложке было изображена нормальная, спокойная Алиса в человеческом облике, улыбающаяся солнцу. Золотыми буквами на ней было выведено название: "Способы превратить Алису в человека, или же как утолить её вечный голод" Блуми широко улыбнулась, сияя от радости. Она достала книгу и протянула её Грейс: — Вот и не забудьте про ваше обещание. — сказала она, предвкушая безопасное будущее и щедрую награду в реальном мире. Грейс приняла книгу с благоговением, словно это был священный грааль: — Не забуду. Спасибо тебе огромное, Блуми. Ты спасла нас всех. Блуми, окрыленная успехом, направилась обратно к своим подругам, чтобы поделиться новостью. Грейс же не стала провожать её взглядом. Она сразу открыла книгу на первой странице и начала жадно читать содержимое. Первый способ: Эффективность: 100% Получаемый эффект: Алиса остаётся демоном по природе, но полностью теряет желание есть людей. Как сделать: Накормить Алису особыми пирогами, испечёнными [*&#₽%*₽]. Шанс сделать это в этом мире: 0%, [*&#₽%*₽] не находится в данном мире. Шанс сделать это в реальном мире: Зависит от условий и возможной встречи с [*&#₽%*₽]. Грейс нахмурилась. Первый вариант оказался невыполнимым из-за того [*&#₽%*₽] не был в этом мире. Она быстро перевернула страницу. Второй способ: Эффективность: 100% Получаемый эффект: Алиса полностью превращается в человека. Её демоническая сущность исчезает, а она становится доброй, нежной и безопасной для окружающих. Как сделать: Заставить [*₽%₽#₽% %₽₽#] нанести удар по Алисе. Шанс сделать это в этом мире: 10%, [*₽%₽#& %₽₽#] в текущем состоянии не обладает необходимой силой. Шанс сделать это в реальном мире: Зависит от условий и возможной встречи Алисы с указанной сущностью. Грейс слегка приободрилась. Десять процентов — это не ноль. Это луч света в темном царстве безысходности. Появилась хоть какая-то надежда, пусть и призрачная, превратить Алису обратно в человека. Но кто эта загадочная сущность? Она перевернула страницу, присаживаясь прямо на холодную землю у стены, чтобы внимательнее изучить остальные варианты, стараясь не упустить ни одной детали. А пока Грейс углублялась в чтение книги, в недрах шахты разворачивалась совсем другая история. Эдвард и Зип продвигались по узкому туннелю в полной, звенящей тишине, нарушаемой лишь стуком кирки и шипением мечей. Зип шла впереди, словно смертоносный вихрь. Её движения были отточены до автоматизма: выпад, удар, уклонение. Любой монстр, осмелившийся встать у них на пути — будь то зомби, скелет или паук — мгновенно обращался в пыль под её стремительными атаками. Она была воплощением смерти. Эдвард следовал за ней, держа свою кирку наготове. Он добывал ресурсы и его взгляд то и дело скользил по спине Зип. Ему нравилась эта ярость, это ощущение, что они одни в своей тишине. И тут он заметил кое-что, что грозило разрушить эту идиллию. Из глубины тоннеля, догоняя их, показались знакомые фигуры: Эбби и Лана. Они шли, болтая о чем-то своем, совершенно не подозревая, что мешают чужому моменту. Эдвард поморщился. Нет, он не хотел, чтобы их время с Зип прерывалось. Не хотел делить эту атмосферу с кем-то еще. Ему нужно было остаться с ней наедине. Действуя импульсивно, он быстро выкопал небольшой проход в боковой стене шахты. Как только Зип, тяжело дыша после битвы с очередным отрядом из семнадцати зомби, остановилась перевести дух, Эдвард рванул к ней. — Идем! — шепнул он и, схватив её за руку, потянул в свежевырытый лаз. Зип, удивленная такой дерзостью, послушно последовала за ним. Эдвард тут же заложил вход булыжником, отрезая их от шахтв и оставляя наедине в тесном, темном закутке. И сразу же, как только последний булыжник встал на место, время вокруг замерло и в голову Эдварда проникло сообщение:

[СООБЩЕНИЕ ДЛЯ ЭДВАРДА]

<голос звучал загадочно, с нотками сарказма и легкости.> <привет, счастливый химик! смотрю, ты настроен решительно))) скажу тебе парочку советов: • будь загадочным. например, вы добываете камень и ты начинаешь диалог. не смотри на неё сразу, старайся держать глаза немного прищуренными, с ноткой той самой любви, которую хочешь проявить к ней. говори взглядом, а не глазами. держи умеренную улыбку, а при её возмущении от твоей шутки/просто ответе — улыбайся, ещё шире. • после её слов держи молчание, словно раздумываешь. это придаст контраст её сознанию. то есть знаком, что её слова для тебя правда важны и ты раздумываешь об этом. если в конце концов ей это слишком надоест, или она станет возмущаться, кричать (?), задавать вопросы по типу: "чё с тобой?", "что происходит?", "что за тупые шутки?" — это знак. ;-) пора действовать, и ты скажешь что хотел сказать уже давно. с уважением и пониманием, от Дракенни.🌹> Время потекло своим чередом. Эдвард моргнул, возвращаясь из транса, и мысленно прокрутил советы Дракенни, запоминая каждое слово так, будто это были формулы величайшего зелья любви, оставленные столетним мудрецом: "Будь загадочным... говори взглядом... используй силу молчания." Он уже собирался мысленно поблагодарить Дракенни, как вдруг опустил взгляд на Зип. И замер. Они стояли невероятно близко. Их разделяли какие-то жалкие десять сантиметров. Зажатые в тесном пространстве одного блока, окруженные со всех сторон камнем, они оказались в ловушке собственной близости. Эдвард ощущал её прерывистое, сбивчивое дыхание, которое обжигало его лицо. Его щеки мгновенно вспыхнули красным румянцем. Сердце колотилось так громко, что стук эхом отдавался от камня, усиливая звон в ушах до невыносимого уровня. Но сквозь пелену собственного смущения он смог заметить кое-что важное: на бледном лице Зип тоже пылал яркий, предательский румянец. Увидев это, сердце Эдварда забилось еще радостнее, надежда затопила его разум. Он неосознанно начал тянуться к ней, желая сократить эти последние сантиметры дистанции... Но в следующий миг воздух рассек свист. Зип, действуя на инстинктах самозащиты резко взмахнула топором и ударила Эдварда. Удар отбросил его назад и он отлетел в противоположный угол их импровизированной тюрьмы, ударившись о стену всего в двух блоках от неё. Расстояние увеличилось, но интимность ситуации никуда не делась. Эдвард не отрывал взгляда от Зип. С каждой секундой он влюблялся в эту дракониху всё сильнее. Её дикость, её свобода, эта непредсказуемая смесь опасности и смущения очаровывали его больше любой химической формулы. — Прекрати смотреть на меня и ответь зачем ты затащил меня сюда? — выпалила Зип. Её голос дрожал, а сама она пылала так ярко, что темная маленькая шахта казалась освещенной огнем её смущения. Эдвард замялся. Он понял, что слишком откровенно, слишком жадно рассматривал её, и это выглядело глупо. Он начал отводить взгляд в сторону и мямлить что-то несвязное: — Ну... э-э-э... я просто... И тут он вспомнил совет Дракенни: "После её слов держи молчание, словно раздумываешь." Эдвард резко замолк. Он тяжело вздохнул, поднял глаза к потолку, а затем медленно перевел свой взгляд обратно на Зип. Он слегка прищурился, изображая глубокую задумчивость, и на его губах заиграла умеренная, загадочная улыбка. Он молчал. Прошла секунда. Другая. Пятая. Десятая. Зип смотрела на него, ожидая ответа, но видя лишь эту странную, сосредоточенную маску на его лице её сердце затрепетало. Мысль пронзила её сознание: "Он задумывается над моими словами? Но он же никогда так не делал... Обычно он тараторит без умолку. Неужели... мои слова для него что-то значат?" На её лице, сквозь багровый румянец, начала пробиваться предательская, мягкая улыбка, которую невозможно было спрятать. Она чувствовала себя особенной. Ей нравилось это внимание, эта тишина, наполненная смыслом. Прошло примерно пятнадцать секунд напряженного молчания. Наконец, рот Эдварда медленно открылся. Он сделал еще один глубокий вдох, посмотрел ей прямо в глаза своим любящим взглядом и произнес низким, бархатистым голосом: — Знаешь, Зип... когда я услышал твой вопрос, я понял одну важную вещь. В этом кубическом мире, полном хаоса, монстров и бесконечной добычи ресурсов... есть только одна истина. Он сделал еще одну паузу, давая словам повиснуть в воздухе, наслаждаясь эффектом. Зип затаила дыхание, а её глаза расширились от ожидания. — И эта истина... — продолжил Эдвард, чуть наклоняясь вперед. — ...заключается в том, что даже самый твердый булыжник кажется мягким, когда рядом с тобой кто-то, чье присутствие ярче любого факела. Я привел нас сюда не чтобы спрятаться от монстров. А чтобы на мгновение остановиться и понять: почему мое сердце бьется в ритме твоих шагов, даже когда мы стоим на месте? Зип замерла с открытым ртом. Такого поворота она точно не ожидала. От романтичного пафоса её щёки стали ещё горячее. — Эдвард... — прошептала она, и в её голосе не было ни капли агрессии, только растерянность и какое-то теплое, сладкое волнение. — Ты... ты совсем с ума сошел? Эдвард лишь улыбнулся шире, следуя инструкции: "При её возмущении — улыбайся ещё шире." — Может быть. — спокойно ответил он, и в его голосе звучала твердая уверенность. Он сделал паузу, а затем, понимая, что сейчас настал тот самый момент, ради которого стоило рисковать всем, сделал один шаг вперед. Дистанция между ними сократилась до минимума. — Я сошел с ума от любви к тебе, Зип. — произнес он тихо, но так четко, что каждое слово отпечаталось в её сознании. Он убрал кирку в инвентарь, освобождая руки. Медленно, с бесконечной осторожностью он взял её ладонь в свою. Зип не отдернула руку, позволяя ему подтянуть её к себе. Эдвард склонился и нежно поцеловал её тыльную сторону ладони. Подняв взгляд, он посмотрел ей прямо в глаза с улыбкой, полной чистой, незамутненной любви: — Зип, я люблю тебя. Всем своим сердцем, всем своим телом и каждой частичкой души. Я люблю тебя бесконечно сильно. Я люблю тебя больше, чем саму жизнь. Он пылал ярче солнца, но его лицо светилось невероятным счастьем. Зип застыла в полном шоке от его действий и слов. Румянец на её лице стал настолько глубоким и темным, что даже в тусклом свете шахты было видно, как она горит. Краска залила её шею, уши и даже хвост. Она не могла выдержать этого пронзительного взгляда. Зип Опустила голову, пряча глаза за челкой, и её голос, обычно такой уверенный и резкий, превратился в едва слышный шепот, дрожащий от эмоций: — Я... я тоже... Эдвард... я тоже тебя люблю... Слова были тихими, почти неразборчивыми, растворившимися в тишине тесного укрытия. Но Эдвард услышал это. И он не потерял ни секунды. Его рука мягко поднялась вверх и коснулась её подбородка. Аккуратно приподняв её лицо, он заставил её снова посмотреть на него. Увидев в её глазах ответное чувство, он больше не сомневался. Не успела Зип даже моргнуть, не успела она найти слова для возражения или смущения, как губы Эдварда коснулись её губ. Это был их первый поцелуй. Нежный, робкий, но полный такой искренней страсти, что мир вокруг словно остановился. Зип зависла на секунду, её мозг отказывался мыслить здраво от такой резкости и стремительности событий. Но этот ступор длился лишь мгновение. Затем её руки, освободившиеся от его хвата, сами потянулись к нему. Они коснулись его надежной, широкой спины, притягивая его ближе, стирая любое пространство между ними. Но её сердце, жаждущее большего, не удовлетворилось этим. Она подняла руки выше, её пальцы запутались в его длинных белых волосах, и она с силой притянула его голову к себе, крепко зажимая его губы в своих. Эдвард вздрогнул от такой внезапной активности, но ему это безумно нравилось. Зип, чувствуя себя просто прекрасно, чудесно и всемогуще, стала действовать увереннее и свободнее, сбрасывая оковы стеснения. Она на секунду прервала поцелуй, лишь для того, чтобы найти более удобную позицию. В её глазах вспыхнул азарт охотницы: она хотела прижать его к стене, полностью взять ситуацию в свои руки и начать доминировать в этом моменте. Но Эдвард понял её намерение раньше, чем она успела их реализовать. Не давая ей ни малейшего шанса воплотить задуманное, он сам резко прижал её к холодной каменной стене, продолжая поцелуй с новой, нарастающей силой. Его руки заскользили вниз, обхватывая её тонкую талию, а затем смело опустились ниже, ласково сжимая основание её драконьего хвоста. От этого прикосновения Зип издала тихий, протяжный стон удовольствия, её колени подкосились, и она вся отдалась во власть ощущений. Поцелуй стал глубже, жарче, наполненным дыханием, стуком сердец и тихими стонами, эхом разносящимися по маленькой шахте. И в этой тишине, нарушаемой лишь их учащенным дыханием и звуками зарождающейся любви, стало ясно одно: никакие монстры, никакие демоны и никакие игры не смогут разлучить тех, кого связала настоящая любовь.