Часть 12

Я живо, лето началось глав будет больше) ну все без лишних предисловий.

***

Кремль. Ночь. Спальня России. Россия лежит в кровати. Глаза открыты. В комнате темно, только луна светит сквозь шторы. Она смотрит в потолок. В голове — шум. Голоса. Взгляды. Шёпот в коридоре ООН. «Женщина». «Сверхдержава». «Не место». Она переворачивается на бок. Закрывает глаза. Открывает. Не спится. Россия (тихо, в пустоту): ЕР? Тишина. Россия (громче): ЕР? Шаги. Дверь приоткрывается. ЕР (сонный, взъерошенный): Матушка? Что случилось? Россия (устало): Не могу уснуть. ЕР (помолчав): Позвать врача? Россия (усмехаясь): Врач не поможет. Пауза. Россия (тихо): Посиди со мной. ЕР мнётся. Он никогда не сидел с ней вот так. Ночью. В спальне. Москва (осторожно): Может, Москву позвать? Он... Россия (перебивая): Я тебя позвала. ЕР сглатывает. Заходит. Останавливается у кровати, не зная, куда сесть. Россия (холодно, но без злости): Не стой столбом. Садись. ЕР садится на край кровати. Прямо. Напряжённый. Россия (смотрит на него): Ложись. ЕР (поперхнувшись): Что? Россия: Ложись, говорю. Я замёрзла. ЕР не двигается. Россия вздыхает, откидывает одеяло, пододвигается к стене. Россия: Не бойся, я не кусаюсь. ЕР медленно ложится поверх одеяла. Рядом. Как доска. Не дышит. Россия поворачивается, накрывает его одеялом, обнимает. Просто. Как ребёнка. Утыкается носом ему в плечо. ЕР замирает. Тело — каменное. Мысли ЕР: Она обняла меня. Она уснула? Не уснула? Что делать? Не дышать? Россия молчит. Глаза закрыты. Россия (тихо, уже сквозь сон): Спасибо, что не ушёл. ЕР не отвечает. Он смотрит в потолок и не двигается до тех пор, пока её дыхание не становится ровным. Мысли ЕР: Я здесь. Я всегда здесь. Он закрывает глаза. Не спит. Но и не уходит.

***

ООН. Несколько дней спустя. Россия снова в оверсайзе. Чёрная толстовка, чёрные штаны, чёрная ушанка. Ничего не видно. Ни груди, ни талии, ни плеч. Она сидит на своём месте. Лицо — каменное. Рядом — ЕР, напряжённый, как всегда. В коридоре, у дверей, собирается мелкая страна. Небольшая, незначительная. Громкий голос на тихий разум. Страна (громко, своему соседу, но так, чтобы слышали все): Ну и видок у этой новоявленной «сверхдержавы». Баба в мешке. Как мешком прибитая. Сосед хихикает. Страна (ещё громче): Толстая, кривая, одеться не умеет. А туда же — императрицей прикидывается. Он смеётся. Несколько человек подхватывают. Россия не оборачивается. Но её пальцы сжимают папку. ЕР дергается. ЕР (тихо, сквозь зубы): Матушка, я... Россия (холодно, не разжимая губ): Сиди. ЕР садится обратно, но кулаки сжаты. Страна продолжает шутить. Россия не реагирует. Но внутри — осадочек. Комок. Женский, глупый, непрошенный. Мысли России: Толстая? Кривая? Они видят меня? Или свою дурость? Она не отвечает. Не унижается до перепалки с мелюзгой. Но осадочек остаётся.

***

Кремль. Кабинет России. Вечер. Россия сидит за столом. Не работает. Просто смотрит в стену. ЕР сидит рядом. Ждёт. Россия (тихо): ЕР. ЕР (вскидываясь): Да, матушка? Россия (не поворачиваясь): Та страна сегодня. Которая про меня. Ты слышал? ЕР мрачнеет. ЕР: Слышал. Я могу... Россия (перебивая): Не надо. Он — ничто. Его слова — ничто. Пауза. Россия (ещё тише): Но мне... неприятно. ЕР молчит. Смотрит на неё. Ему больно за неё. ЕР (вставая): Я скажу Москве. Россия: Не нужно. ЕР: Нужно. Вы не должны это слушать. Он выходит, не дожидаясь ответа.

***

Кремль. Другая комната. Москва и ЕР. ЕР влетает, не стуча. ЕР (с порога): Ты знаешь, что сегодня было? Москва поднимает голову. Москва: Что? ЕР пересказывает. Коротко, зло. Москва мрачнеет. Москва: Страну эту я запомнил. ЕР: Матушке неприятно. Я видел. Москва (задумчиво): Она никогда не жаловалась на внешность. Даже когда пряталась. ЕР: А теперь? Москва не отвечает. Потом поднимает глаза. Москва: Позови Петербурга. ЕР (удивлённо): Петербурга? Он же... Москва: Он разбирался в одежде при РИ. И не раз. Если кто и может помочь России почувствовать себя женщиной — так это он. ЕР: А если он откажется? Москва (холодно): Не откажется. Через час Петербург в кабинете Москвы. Бледный, недовольный. Петербург: Я не понял. Ты меня выгнал. Я ушёл. И теперь зовёшь обратно? Москва (тихо): Не я. Она. Петербург: Кто? Москва: Россия. Петербург (усмехаясь): А что она сама прийти не могла? Москва (смотря прямо): Ей стыдно. Она привыкла быть сильной. А тут... её назвали толстой и кривой.Петербург замирает. Петербург (тихо): Кто? Москва: Мелюзга. Неважно. Петербург Петербург молчит. Потом отводит взгляд. Петербург: И чего вы хотите? ЕР (вмешиваясь): Помочь ей. Выбрать образ. Такой, чтобы ей было комфортно. И чтобы она не пряталась. Петербург (усмехаясь): Выбрать образ? Это вы ко мне? Москва: Ты при РИ этим занимался. И неплохо, говорят. Петербург (отворачиваясь): При РИ. Давно. И она меня не слушалась. Носила корону даже ночью. Москва: Россия не РИ. Петербург (поворачиваясь): Знаю. Поэтому, может быть... может быть, я согласен. Он смотрит на Москву. Петербург: Но не ради тебя. Ради неё. Москва (кивая): И ради себя. Петербург не отвечает.

***

Петербург. Россия в гостях у Петербурга. Россия сидит на стуле. Смущённая. Непривычная. Вокруг — куча ткани, лент, образцов. Петербург (ходит вокруг неё, разглядывает): Ты всегда носила мужское? Россия: Да. Петербург: Бинты? Россия: Да. Петербург (вздыхая): Дура. Россия молчит. Петербург (останавливаясь): У тебя хорошая фигура. Талия есть. Бёдра есть. Плечи — да, широкие, но это не портит. Россия (холодно): Ты говоришь как портной. Петербург (усмехаясь): Я — как императорский стилист. Бывший. Он подходит к вешалке, снимает платье. Чёрное. Строгое. Без рюшек. Петербург: Примерь. Россия смотрит на платье, потом на Петербурга. Россия: Я не надену платье. Петербург: Почему? Россия: Я — сверхдержава. Не девка на выданье. Петербург (возвращая платье на вешалку): Хорошо. Тогда костюм. Но женский. С юбкой или брюками — решишь сама. Главное, чтобы ткань лежала, а не висела мешком. Он начинает перебирать вешалки. Петербург: Ты не толстая. Ты крупная. Это разные вещи. И не кривая. У тебя прямая спина. Просто ты привыкла прятаться. Россия (тихо): А ты привык ныть. Петербург замирает. Россия (смотря на него): Ты обиделся на Москву. На имя. На то, что тебя называли Ленинградом. Ты ушёл. Но все таки вернулся. Хоть и не был рядом когда отец умирал. Петербург (бледнея): Я... Россия: Я не осуждаю. Я просто констатирую. Ты — обиженный город. А я — женщина, которая устала прятаться. У нас есть что-то общее. Петербург молчит. Потом берёт костюм. Петербург: Примерь это. Россия берёт костюм. Идёт за ширму. Через несколько минут выходит. Чёрный костюм. Пиджак приталенный, подчёркивает талию. Брюки — свободные, но не мешковатые. Волосы распущены. Ушанка — на месте. Петербург (смотрит, потом усмехается): Не стыдно? Россия: Я возьму. Петербург: Носи на здоровье. Россия идёт к выходу. Останавливается у двери. Россия (не оборачиваясь): Ты помог. Спасибо. Петербург молчит. Она уходит. Петербург (тихо, сам себе): Старшая сестра... надо же.

***

ООН. Зал собрания Россия входит в зал. Чёрный костюм. Волосы распущены. Ушанка — чуть сдвинута назад. Замолкают. Она идёт к своему месту. Не спеша. Не глядя по сторонам. Китай поднимает голову. Смотрит. Улыбается. Китай (громко, чтобы слышали все): Россия, тебе идёт. Россия останавливается. Поворачивается к нему. Россия (спокойно): Спасибо. Они смотрят друг на друга. Несколько теплых секунд. Мысли России: Он не отвернулся, не испугался, не предал. Она кивает ему. Садится. Германия сидит напротив. Он не говорит ничего вслух, но когда Россия садится, он чуть наклоняет голову. Не поклон. Жест уважения. Россия замечает. Кивает и ему. Мысли Германии: Она справилась. Теперь дело за нами. Франция и Великобритания сидят в стороне. Переглядываются. Франция (тихо): Новый образ. Великобритания (тихо): Заметил. Франция: Как думаешь, чья работа? Великобритания: Петербурга. Кто же ещё. Франция (усмехаясь): У него вкус. Всегда был. Великобритания (задумчиво): РИ тоже любила его вкус. Они замолкают. Смотрят на Россию. Мысли Франции: Похожа. Но не та. Мысли Великобритании: Жаль не РИ. Или нет? Они не подходят. Не лезут. Пока.

***

Кремль. Вечер. Россия стоит перед зеркалом. В новом костюме. Ушанка снята. Волосы распущены. Она смотрит на себя. Поворачивается боком. Мысли России: Толстая? Кривая? Нет. Просто крупная. Сильная. И женщина. Она проводит рукой по талии, по бедру. Россия (тихо, вслух): Я — Российская Федерация. Я — женщина. И я — сверхдержава. Она выпрямляется. Россия: И мне не нужны комплименты, чтобы это знать. Она надевает ушанку. Застёгивает пиджак. Россия: Но приятно, когда замечают. Она усмехается своей усмешке. Гасит свет.

***

Бар, вечер того же дня. За столиком у окна — США и Канада. Перед каждым — по бургеру и по кружке пива. За окном — огни ночного города. США (откусывая огромный кусок): Ну и денёк. Канада (жуя медленнее, с достоинством): Ты уже говорил это раз десять. США: Потому что он прав. Я такое в кино не видел, а тут вживую. Канада (усмехаясь): Ты про Россию? США: Про всё. Она заходит — вся из себя новая. Волосы распустила. Костюмчик обтягивающий. Китай ей комплимент. Германия голову склоняет. Канада (отпивая пиво): А ты что чувствовал? США (задумываясь): Не знаю. Странно. Раньше я думал про него — про неё — как про соперника. А теперь… Канада: А теперь? США (пожимая плечами): А теперь я вижу женщину. И мне не по себе. Канада: Потому что она женщина? США: Потому что она — женщина, а я до сих пор не знаю, как с ней разговаривать. Канада (усмехаясь): А ты попробуй как с человеком. США (криво улыбаясь): С человеком? Она — сверхдержава. У неё ядерная кнопка больше, чем моя зарплата. Канада: Но она всё равно человек. Устаёт. Плачет. Спит. Пьёт водку. США (смеясь): Водку она пьёт — это да. Прости спит и плачет я бы поспорил. Они замолкают. Жуют. США (с набитым ртом): Слушай, а ты помнишь, как мы маленькими дрались? Канада (поднимая бровь): Ты про то, как ты пытался отобрать у меня игрушку? США: Не пытался. Отобрал. Канада (обиженно): И сломал. США (виновато): Сломал. Но мне было пять. Я не понимал. Канада (усмехаясь): А сейчас понимаешь? США (честно): Не уверен. Канада вздыхает, отодвигает пустую тарелку. Канада: Знаешь, я думал сегодня о нас. О том, как мы выросли. Ты — супердержава, я — просто большая страна с вежливыми людьми. США: И с клёновым сиропом. Канада (улыбаясь): И с клёновым сиропом. Но мы же братья. Даже если не всегда ладим. США (теплее): Не ладим? Я тебя на Новый год забыл поздравить, ты обиделся на три месяца. Канада: Не на три. На два. США (махнув рукой): Какая разница. Канада: Мне была разница. Я ждал звонка. США (виновато): Забросил. Но потом же позвонил. Канада (тихо): Через два месяца. США (вздыхая): Ладно, я дурак. Канада (усмехаясь): Знаю. Они смотрят друг на друга. Потом оба смеются. США: Господи, мы как старики. Сидим, вспоминаем детство. Канада: А что нам ещё остаётся? За нами будущее. И оно, похоже, женского рода. США (поднимая кружку): За Россию. Чтобы она нас не убила ядерной атакой. Канада (чокаясь): За здравый смысл. Чтобы он к нам вернулся. Они пьют. США (ставит кружку): Слушай, а может, сходим завтра в хоккей? Канада (оживляясь): Серьёзно? США: Давно не были. Ты любишь, я люблю. Кто кого? Канада (подозрительно): Ты опять хочешь поспорить, чья команда лучше? США (невинно): Нет. Я просто хочу посмотреть игру. Канада (смотрит на него): Врёшь. США (усмехаясь): Вру. Но всё равно пойдём. Они допивают пиво Канада (вставая): Ладно, мне пора. Завтра рано вставать. США (тоже вставая): Тебе всегда рано вставать. Ты как петух. Канада: А ты — как сова. Только не мудрая, а сонная. Они выходят из бара. На улице — прохладно. США зябко кутается в пиджак. США: Холодно. Канада (усмехаясь): Это ты ещё у нас не жил. США: И не собираюсь. Канада: Знаю. Ты боишься снега. США: Я не боюсь. Я его не люблю. Канада: Это одно и то же. Они идут по улице. Фонари освещают мокрый асфальт. Канада (тихо): Слушай... а ты её боишься? США (не притворяясь, честно): Немного. А ты? Канада: Тоже. Но меньше, чем тебя. США: Меня бояться не надо. Канада: тебя — надо. Они останавливаются. Смотрят друг на друга. США: Я не твой враг. Канада: Я знаю. Ты мой брат. Просто иногда о себе думаешь больше, чем о других. США (тихо): Это моя работа. Канада (теплее): Знаю. Поэтому я всё ещё здесь. Он хлопает США по плечу. Канада: Спокойной ночи, брат. США: Спокойной ночи. Они расходятся в разные стороны. Фонари гаснут. Город засыпает. Продолжение следует... По количеству голосов выиграл шип Россия/Китай но не расстраивайтесь, на нём не будет зациклен сюжет) ну все бб вб.