Глава 6/ Второй день

Итер не спал всю ночь. Не потому, что волновался — хотя волновался, конечно. А потому, что Паймон всю ночь вертелась на своей подушке и бормотала что-то про печенье. — Паймон… хочет… сладкое… — Паймон, спи, — шептал Итер в темноту. — Паймон… не спит… Паймон… думает… — О чём? — О еде. Итер вздохнул и перевернулся на другой бок. Паймон обиженно вздохнула в ответ и через минуту засопела. Утром он встал с трудом — глаза слипались, голова гудела. Паймон, наоборот, вылетела из спальни бодрая и свежая, будто спала не на подушке, а на облаке. — Путешественник! Паймон готова ко второму дню! — А я нет, — пробормотал Итер, наливая себе кофе. — Паймон верит в Путешественника! Паймон всегда верит! Кейго на кухне не было — он ушёл на миссию рано утром, оставив на холодильнике очередную записку: «Не пропусти завтрак. Я горжусь тобой». Итер прочитал, сунул записку в карман и съел тост без особого аппетита. Форма сидела уже привычно. Красный галстук он завязал со второй попытки — прогресс. — Идём, — сказал он Паймон. — Паймон готова! Юэй встретил его знакомыми коридорами. Сегодня Итер не заблудился — запомнил дорогу ещё вчера. Паймон сидела на плече и вертела головой. — Паймон запомнила все повороты! — Ты вчера говорила, что это разная картина. — Паймон имела в виду, что картины разные! А повороты одинаковые! — Логика железная, — усмехнулся Итер. — Паймон знает! В классе уже сидели несколько человек. Эмбер махала рукой с третьего ряда. — Итер! Сюда! Он подошёл, сел на своё место. Лайла, как обычно, дремала, положив голову на сложенные руки. Коллеи тихо читала книгу — что-то на иностранном языке. — Выспалась? — спросил Итер у Лайлы. — Неа, — сонно ответила та, не поднимая головы. — Она никогда не высыпается, — сказала Эмбер. — Я уже привыкла. — Паймон высыпается! Паймон спит достаточно! — Ты всю ночь вертелась, — сказал Итер. — Паймон медитировала! В класс зашёл Альбедо. Он был в геройском костюме — Итер заметил это краем глаза, но не стал вглядываться. Говорили, что Альбедо проводит тренировки сразу после уроков, поэтому часто ходил в форме. — Доброе утро, — сказал он, проходя к столу. — Сегодня я объявлю результаты вчерашнего теста. Класс затих. Даже Паймон перестала вертеться. — Результаты по бегу, прыжкам и метанию я уже обработал. — Альбедо открыл журнал. — Общая физическая подготовка класса — на среднем уровне. Есть те, кто отличился, есть те, кому нужно подтянуться. Он начал зачитывать фамилии и результаты. Итер слушал, затаив дыхание. — Таками. — Да? — вырвалось у него громче, чем хотелось. — Шестнадцатое место. Не лучший, не худший. Итер выдохнул. Шестнадцатое из двадцати одного. Не последний. Слава богу, не последний. — Паймон рада! — прошептала Паймон. — Тише. — Паймон тихая! Альбедо продолжал зачитывать результаты. Кто-то радовался, кто-то огорчался. Эмбер оказалась на седьмом месте — она довольно улыбнулась. Лайла — на пятнадцатом, что её, кажется, совсем не расстроило. Коллеи — на восемнадцатом, она тихо вздохнула, но вида не подала. — Это только начало, — сказал Альбедо, закрывая журнал. — У вас будет много возможностей улучшить свои результаты. Не расслабляйтесь. Он посмотрел на часы. — Через пять минут начнётся первый урок. Готовьте тетради. Альбедо вышел из класса. И в этот момент на последней парте кто-то зашевелился. Итер обернулся. Девушка со светлыми волосами и очками — он не заметил её раньше, такая тихая и незаметная — подскочила со своего места, схватила блокнот и выбежала из класса вслед за Альбедо. — Это кто? — спросил Итер у Эмбер. — Сахароза, — ответила та. — Она очень любит заниматься химией, как и мистер Альбедо. — Мистер Альбедо занимается химией? — Да, иногда. В лаборатории после уроков. — А зачем она побежала за ним? — Наверное, хочет спросить что-то по учёбе. Или просто… побыть рядом. Она всегда такая. Итер проводил взглядом дверь, за которой скрылись Альбедо и Сахароза, и пожал плечами. Первый урок был математика. В класс зашёл учитель, которого Итер никогда раньше не видел. Высокий, стройный мужчина с тёмными волосами и очками. Его большие пустые глаза и фирменные открытые зубы делали лицо жутковатым. Он шёл размеренным шагом, опираясь на протезы ног. — Я — Эктоплазм, — сказал он. Голос был глухим, монотонным, как будто из камня высеченным. — Буду вести у вас математику. Класс замер. Паймон прижалась к плечу Итера. — Паймон боится, — прошептала она. — Тише. — Паймон тихая. Эктоплазм подошёл к доске, взял мел и начал писать формулы. Его движения были точными, выверенными, без лишних жестов. — Математика — основа всего, — сказал он. — Без неё вы не рассчитаете траекторию полёта, не определите скорость противника, не оцените урон. Поэтому будете учить. Итер старательно записывал всё за ним. Паймон сидела на парте, сложив руки на коленях, и делала вид, что внимает. Голос Эктоплазма звучал ровно, без эмоций, но в его словах чувствовалась такая уверенность, что не верить ему было невозможно. После математики была литература. В класс зашла Яэ Мико. Длинные розовые волосы, лисьи уши, насмешливая улыбка. Она прошла к столу, села на край, закинув ногу на ногу. — Доброе утро, детки, — сказала она. — Я — Яэ Мико, ваша учительница литературы. Не ждите от меня поблажек. Если будете плохо учиться — я буду над вами смеяться. Если будете хорошо — я всё равно буду над вами смеяться, но чуть реже. Класс замер. — Паймон боится, — прошептала Паймон. — Я тоже, — ответил Итер. Яэ Мико окинула класс взглядом и остановилась на нём. — Таками, верно? — Да, — ответил Итер. — Сын Ястреба. Интересно. — Она улыбнулась. — Посмотрим, унаследовал ли ты его ум или только его крылья. Итер сглотнул. Урок литературы прошёл напряжённо. Яэ Мико задавала вопросы, требовала развёрнутых ответов, критиковала, подкалывала, но при этом объясняла материал так, что он запоминался сам собой. Итер писал конспект, стараясь не пропустить ни слова. — Неплохо, — сказала она в конце урока. — Для первого раза. Но вам есть куда расти. Она вышла из класса, оставив после себя запах лисьей хитрости и лёгкого страха. — Она страшная, — выдохнула Эмбер. — Но интересная, — добавила Коллеи. — Паймону она не нравится! Паймон боится лис! — Это не настоящая лиса, — сказал Итер. — Паймон всё равно боится! Следующим уроком была история героев. Её вёл Мидория Изуку. Он вошёл в класс с улыбкой — тёплой, немного застенчивой — и сразу начал рассказывать о начале эпохи причуд. Итер слушал, раскрыв рот. Мидория говорил так, будто сам был свидетелем тех событий — с живыми примерами, историями героев прошлого, даже с небольшими рисунками на доске. — Он добрый, — прошептала Паймон. — Да, — ответил Итер. — Паймону нравится добрый учитель! — Тише. — Паймон рада! После истории был английский. В класс ворвался Сущий Мик. Буквально ворвался — с громким криком, с широкой улыбкой, с таким количеством энергии, что, казалось, лампы под потолком загорелись ярче. — ДОБРОЕ УТРО, МОИ ЛЮБИМЫЕ УЧЕНИКИ! — заорал он, запрыгивая на кафедру. Я БУДУ ВЕСТИ У ВАС АНГЛИЙСКИЙ! И ЭТО ВРЕМЯ ВЫ ЗАПОМНИТЕ НАДОЛГО! Итер от неожиданности вздрогнул. Паймон чуть не свалилась с его плеча. — Паймон не готова! — прошептала она. — Я тоже. Сущий Мик носился по классу, размахивая учебником, задавал вопросы, требовал отвечать громко и чётко. Он не давал никому расслабиться — спрашивал и тех, кто поднимал руку, и тех, кто прятался за спину соседа. — ТАКАМИ! — заорал он. — Я? — Итер вжался в стул. — ТЫ! ПЕРЕВЕДИ ФРАЗУ: «THE HERO SAVED THE CITY»! — Герой… спас… город? — неуверенно ответил Итер. — ПРАВИЛЬНО! НО ГРОМЧЕ! ЧТОБЫ ЗЛОДЕИ УСЛЫШАЛИ! — ГЕРОЙ СПАС ГОРОД! — закричал Итер. — ОТЛИЧНО! ПЯТЬ БАЛЛОВ! Паймон спряталась за его головой. К концу урока у Итера сел голос, а в голове засели английские слова, которые он, казалось, запомнил навсегда. — Он… энергичный, — выдохнула Эмбер. — Это мягко сказано, — ответил Итер. — Паймон хочет спать, — простонала Паймон. — Ты ничего не делала. — Паймон морально устала! К концу уроков Итер чувствовал себя выжатым, но довольным. Он справился. Не идеально, но справился. — Обеденный перерыв, — сказала Эмбер, потягиваясь. — Пойдём в столовую? — Паймон хочет есть! — закричала Паймон. — Мы поняли, — сказал Итер. Они пошли в столовую — Эмбер, Лайла, Коллеи и Итер. Паймон вертелась вокруг его головы, высматривая еду. Столовая Юэй была огромной. Длинные столы, большие окна, очередь из учеников. Итер взял поднос, огляделся. — Вон там свободно, — сказала Коллеи, указывая на угол. Они сели. Итер поставил поднос, Паймон тут же пристроилась рядом. — Что это? — спросила Паймон, указывая на его рис. — Рис. — А это? — Овощи. — А это? — Рыба. — Паймон хочет рыбу! — Это моя рыба. — Паймон хочет половину! Итер вздохнул и отдал ей половину. — Ты слишком добрый к ней, — сказала Эмбер. — Она не успокоится, пока не получит своё. — Паймон просто голодная! Паймон — растущий организм! — Ты не растешь. — Паймон растешь в душе! К ним подошла девушка с длинными косами — Сян Лин. Она несла поднос, на котором была целая гора еды. — Можно присесть? — спросила она. — Да, конечно, — ответила Эмбер. Сян Лин села, оглядела свою еду и довольно кивнула. — Рис с курицей, овощное рагу, суп мисо и моти на десерт. Хороший баланс. — Ты всегда так много ешь? — спросила Лайла сонно. — Это не много! Это норма! — Сян Лин обиженно надула щёки. — Просто я люблю, когда еда разнообразная. — Паймон тоже любит разнообразную еду! — влезла Паймон. — А ты кто? — спросила Сян Лин, заметив её. — Паймон — это Паймон! Лучшая спутница, гид и просто прелесть! — Она — моя причуда, — сказал Итер. — Странная причуда, — прокомментировала Сян Лин, но без злобы. — Но милая. — Паймон не милая! Паймон серьёзная! — Конечно-конечно. К ним подошёл ещё один человек — парень с короткими синими волосами. Син Цю. Он держал книгу в одной руке и поднос в другой. — Можно? — спросил он вежливо. — Садись, — сказала Эмбер. Син Цю сел, аккуратно поставил поднос и открыл книгу. — Ты читаешь за едой? — спросила Коллеи. — Это полезно для ума, — ответил Син Цю, не отрываясь от страниц. — Паймон считает, что еду нужно есть в тишине! — заявила Паймон. — Ты только что говорила, — сказал Итер. — Паймон — исключение! Сян Лин ковырялась в своей тарелке, задумчиво жуя. — Хорошо приготовлено, — сказала она. — Но не хватает остроты. Имбиря, например. Или чили. — Ты всегда критикуешь еду? — спросила Эмбер. — Не критикую. Анализирую. — Паймон анализирует так: вкусно или не вкусно! — Это не анализ, — усмехнулась Сян Лин. — Это оценка. — Паймон всё равно права! К ним подошла девушка с пшеничными волосами, собранными в высокий хвост. На ней был бантик, похожий на кошачьи ушки. Она двигалась бесшумно — Итер заметил, что её ступни слегка деформированы, напоминая кошачьи лапы. Из-под юбки виднелись два пушистых хвоста. — Кирара! — сказала Эмбер. — Садись с нами. Кирара села, положила поднос и начала вылизывать тыльную сторону ладони. — Привыкайте, — сказала Эмбер. — Паймон привыкает! — заявила Паймон. Итер улыбнулся. После обеда они ещё немного посидели в классе — болтали, смеялись. Паймон уснула прямо на парте, свернувшись калачиком. — Она спит? — удивилась Лайла. — Устала, — сказал Итер. — Она много переживает. — Как и ты, — заметила Коллеи. Итер не ответил. Когда прозвенел звонок на последний урок, они разошлись по местам. Конец учебного дня наступил быстрее, чем Итер ожидал. Он собирал вещи, когда к нему подошла Эмбер. — Итер, пошли с нами! — Куда? — В кафе! Мы хотим отметить первый день. Ну, не совсем первый, второй. Но всё равно! Итер замялся. Он хотел домой — в тишину, в привычное одиночество. Но Паймон уже проснулась и закричала: — Паймон хочет в кафе! Паймон хочет сладкое! — Не хочу, — сказал Итер. — Хочешь, — сказала Эмбер. — Нет. — Да. Паймон сказала «да», а Паймон — часть тебя. Так что ты сказал «да». — Это не логично. — Паймон логична! — влезла Паймон. — Двое против одного, — усмехнулась Эмбер. — Идём. Итер сдался. Они пошли вчетвером — Эмбер, Лайла, Коллеи и Итер. Паймон вертелась вокруг. — Я знаю одно место, — сказала Эмбер. — Там делают отличные моти. Моя мама любит их покупать. — У тебя хорошие отношения с мамой? — спросила Коллеи. — Ага, — Эмбер улыбнулась. — Она одна меня растит, но я не жалуюсь. Она у меня лучшая. — Паймон не знает свою маму, — вдруг сказала Паймон. Все замолчали. — Паймон… просто Паймон. Паймон не грустит! — Мы не думали, что ты грустишь, — тихо сказала Коллеи. — Паймон рада, что есть Путешественник! И вы! И еда! Эмбер рассмеялась. — И еда — это важно. Кафе оказалось маленьким, уютным, с деревянными столиками и приглушённым светом. Эмбер заказала моти, Коллеи — зелёный чай, Лайла — кофе («чтобы проснуться, но не помогает»), Итер — просто воду. Паймон, конечно, потребовала десерт. — Паймон хочет пирожное! — У нас нет денег на пирожное. — Паймон поделится! — С кем? — С собой! Паймон съест всё сама! — Тогда зачем делиться? — Паймон не подумала! Они болтали о том, о сём. Эмбер рассказывала о школе, в которую ходила раньше. Коллеи — о своей причуде, не вдаваясь в подробности. Лайла проговорилась, что её отец — герой, а мать — жрица, но не стала уточнять, кто именно. — А твой отец? — спросила Эмбер у Итера. — Он герой. Ястреб. — Серьёзно?! — глаза Эмбер расширились. — Твой отец — сам Ястреб?! — Да. Но мы не очень… близки. Он много работает. — Паймон считает, что папа Путешественника хороший! Он кормит Паймон печеньем! — Он один раз дал тебе печенье, — сказал Итер. — Паймон помнит! Паймон благодарна! Эмбер улыбнулась, но не стала давить. Они проболтали почти час. Паймон съела половину моти Эмбер, выпила глоток чая Коллеи и уснула прямо на столе, свернувшись калачиком. — Она спит? — удивилась Лайла. — Устала, — сказал Итер. — Она много переживает. — Как и ты, — заметила Коллеи. Итер не ответил. У станции метро они попрощались. — Завтра увидимся, — сказала Эмбер. — Не опаздывай. — Не буду. — Итер, — позвала Коллеи. — Мм? — Ты сегодня улыбался. Настоящей улыбкой. — Правда? — Да. Это хорошо. Они разошлись. Итер шёл к платформе, Паймон спала у него на плече, прикрытая его пиджаком. Он думал о сегодняшнем дне. Об уроках, о столовой, о кафе. О том, как Эмбер уговаривала его пойти. О том, как Лайла проговорилась про отца. О том, как Коллеи заметила его улыбку. Он думал о том, что в первые за два года у него появились друзья. И это было… хорошо. Очень хорошо. Дома было темно. Кейго снова на миссии. Итер зашёл в свою комнату, положил Паймон на подушку, сам сел на кровать. — Путешественник, — прошептала Паймон, не открывая глаз. — Ты не спишь? — Паймон думает. — О чём? — О том, что Паймон рада, что познакомилась с тобой. Итер помолчал. — Я тоже рад. Паймон улыбнулась во сне. Итер лёг, закрыл глаза и впервые за долгое время заснул с улыбкой.