Три вещи

Вторая неделя после возвращения в школу шла как по маслу. Питер почти привык к тому, что Флеш не называет его «Пенисом», а просто игнорирует. Игнорирование было прогрессом. К тому же Эм-Джей начала здороваться с ним первой, а Нед перестал вздрагивать каждый раз, когда Питер чихал. — Ты стал спокойнее, — заметил Нед за обедом. — Раньше ты вечно дёргался. А теперь — сидишь как… как нормальный человек. — Я всегда был нормальным, — возразил Питер, жуя яблоко. — Нет, — сказала Эм-Джей, не поднимая головы от книги. — Ты всегда был странным. Но сейчас странность сменилась на… усталость. Ты выглядишь так, будто хорошо выспался. — Я хорошо выспался, — признался Питер. — Впервые за долгое время. — Из-за того, что ты упал в обморок? — спросил Нед. — Может, у тебя сотрясение? Или… — Нет, — перебил Питер. — Я просто… начал ходить к врачу. Хорошему. — К психологу? — догадалась Эм-Джей. Питер покраснел. — К специалисту по сну, — поправил он. — У меня… лунатизм. — Ого, — Нед вытаращил глаза. — Ты ходишь во сне? Это круто! — Это не круто, — вздохнул Питер. — Это опасно. Я могу упасть или… или сделать что-нибудь глупое. — Например, съесть все бутерброды из холодильника? — улыбнулась Эм-Джей. — Например, — Питер тоже улыбнулся. — Но я работаю над этим. — Тони Старк водит тебя к врачу? — спросил Нед. — Он сидит на всех приёмах, — кивнул Питер. — И проверяет мои домашние задания. — Какие домашние задания? — удивилась Эм-Джей. — Список благодарности, — признался Питер. — Каждый вечер я пишу три вещи, за которые я благодарен. Это помогает мне засыпать. Нед и Эм-Джей переглянулись. — И что ты сегодня написал? — спросила Эм-Джей. — Ещё не написал, — Питер достал телефон. — Но могу придумать на ходу. Первое: я благодарен за то, что у меня есть друзья, которые не смеются над моим лунатизмом. — А мы смеёмся, — сказал Нед. — Но по-доброму. — Второе: я благодарен за то, что Эм-Джей перестала называть меня «странным» и перешла на «усталого». — Это не комплимент, — заметила Эм-Джей. — Это прогресс, — ответил Питер. — Третье: я благодарен за то, что Нед поделился со мной печеньем, хотя у него самого было всего две пачки. — Это была последняя пачка! — возмутился Нед. — Я теперь голодный! — Вот видишь, я даже записал, — улыбнулся Питер. — Это работает. — Ты странный, — сказала Эм-Джей, но без обычной резкости. — Но, наверное, это нормально. — Спасибо, — сказал Питер. — Я тоже тебя люблю. Эм-Джей ничего не ответила и уткнулась в книгу. Нед захихикал. Питер доел яблоко и подумал, что, может быть, школа — это не так уж плохо. После уроков его ждал Хеппи. Как всегда, хмурый, с пакетом бутербродов и с новостями. — Тони сегодня занят, — сказал он, когда Питер сел в машину. — Вечером у него видеоконференция с советом директоров. — Он не будет ужинать? — спросил Питер. — Будет, но позже. Пеппер приготовила ему еду. А тебя кормить буду я. — Вы умеете готовить? — удивился Питер. — Я умею заказывать, — ответил Хеппи. — Это важный навык. Питер засмеялся. Хеппи тронул машину с места. В башне было тихо. Стив и Баки уехали на миссию, Наташа и Клинт тоже. Тор в Асгарде. Брюс заперся в лаборатории. Даже Пятница говорила шёпотом. — Ница, почему ты шепчешь? — спросил Питер, заходя в свою комнату. — Босс сказал, что у него мигрень, — ответила Пятница. — Я стараюсь не создавать шум. — Тони? Мигрень? — Питер нахмурился. — Он болеет? — Босс редко болеет, но сегодня переутомился. Он не спал двое суток. — Почему? — Работал над новым проектом. И заодно следил за вашими ночными эпизодами. Питер почувствовал, как к горлу подступает комок. — Он не спал из-за меня? — спросил он. — И из-за работы тоже, — уклончиво ответила Пятница. — Но в основном из-за вас. Питер сжал кулаки. Потом разжал. Взял телефон и написал Тони: «Спи. Я справлюсь. Честно». Ответ пришёл через минуту: «Я сплю. Не ври». — Он не спит, — сказал Питер. — Не спит, — подтвердила Пятница. — Но старается. Питер вздохнул. Вышел в коридор, подошёл к комнате Тони. Постучал. — Войдите, — раздался усталый голос. Тони сидел на кровати, обложенный планшетами. В руке — чашка кофе, под глазами — тени. — Ты должен спать, — сказал Питер, входя. — Ты должен ужинать, — ответил Тони. — Хеппи заказал пиццу. — Пицца подождёт. Ты — нет. Питер подошёл, выхватил у Тони чашку и поставил на стол. Потом взял его за руку и потянул в сторону кровати. — Ложись, — сказал он. — Ты не мой папа, — возмутился Тони, но не сопротивлялся. — Я твой подопечный. Подопечные имеют право заботиться об опекунах. — Это не работает так. — Работает, — Питер уложил Тони на подушку. — Потому что я так решил. — Ты повторяешь мои слова. — У хороших учителей учатся. Тони вздохнул. Закрыл глаза. — Ты останешься? — спросил он. — Останусь, — Питер сел на стул у кровати. — Посижу. Пока не уснёшь. — Я не усну. У меня мигрень. — А ты представь что-нибудь приятное. Например, как ты спишь. Или как Пеппер готовит. Или как я ем пиццу. — Ты ешь пиццу с ананасами, это отвратительно. — Вкусы разные, — улыбнулся Питер. — Закрывай глаза. Тони закрыл. Питер сидел тихо, слушал его дыхание. Через десять минут оно стало ровным. Тони уснул. — Ница, — прошептал Питер. — Он спит? — Да, мистер Паркер. Глубокий сон. — Выключи свет. И убери все планшеты. Свет погас. Планшеты погасли. Питер посидел ещё немного, потом встал и вышел. На кухне его ждал Хеппи с пиццей. — Тони уснул? — спросил он. — Уснул, — кивнул Питер. — Я посидел с ним. — Ты хороший мальчик, — сказал Хеппи. — Ешь пиццу, она остывает. Питер сел. Взял кусок. Откусил. И вдруг почувствовал, что устал — не физически, а как-то по-другому. Глубоко. — Мистер Хоган, — сказал он. — А вы тоже переживаете за Тони? — Каждый день, — ответил Хеппи. — Он сам себя не бережёт. Кто-то должен. — Я тоже хочу беречь, — сказал Питер. — Но я маленький. — Ты не маленький, — Хеппи посмотрел на него. — Ты… заботливый. Это важнее размера. Питер доел пиццу. Убрал со стола. Потом пошёл в свою комнату и написал список благодарности. 1. Я благодарен за то, что Тони наконец уснул. 2. Я благодарен за то, что Хеппи заказал пиццу с ананасами, хотя сам их не любит. 3. Я благодарен за то, что Ница всё ещё шепчет. Он положил листок в ящик. Лёг в кровать. Пятница выключила свет. — Ница, — сказал он. — Да, мистер Паркер? — Если я сегодня пойду во сне, не буди Тони. Позови Хеппи. — Мистер Хоган уже дал указание: он будет следить сам. Спите спокойно. Питер закрыл глаза. Этой ночью он не вставал. Он просто спал — и снилось ему, что он идёт по парку с родителями. Они улыбались, и было тепло. А потом он проснулся — и не помнил ничего. Только чувство, что всё будет хорошо. Утром Тони уже сидел на кухне. Выспавшийся, с кружкой кофе. — Ты выглядишь лучше, — сказал Питер, садясь напротив. — Я выспался, — ответил Тони. — Спасибо, что заставил. — Не за что. — И спасибо, что посидел со мной. Питер покраснел. — Это… это мелочь, — сказал он. — Не мелочь, — Тони покачал головой. — Ты заботишься о других. Это не мелочь. — Я просто… — Ты просто замечаешь, — перебил Тони. — Это твой супер-слух. Но не ушами. Сердцем. Питер опустил глаза. Тони протянул ему тарелку с блинчиками. — Ешь, — сказал он. — И собирайся в школу. Хеппи ждёт. — Вы опять не дадите мне опоздать? — Никогда, — улыбнулся Тони. — Это моя работа. Питер взял блинчик. Откусил. И подумал, что, наверное, всё действительно будет хорошо. Не сразу. Не идеально. Но хорошо. А это — самое главное.