долгая дорога домой

В честь дня рождения Даны, с ее барского плеча Алексу было позволено сесть за руль. Она откинулась на спинку сидения, он упорно делал вид, что не обрадовался. У него вообще было на удивление раздражающе хорошее настроение. — Что случилось с тем черным крайслером на котором ты ездил? - спросила Скалли, когда они выехали на шоссе к своему последнему пункту на карте. Алекс пожал плечами. — Лежит где-то разбитый. Я почти улетел на нем с моста, — дежурно добавил он, — А что? — Да просто. Он мне нравился, — Скалли изучала однообразный пейзаж за окном, снова собирался дождь. — Мне тоже нравился. Если когда нибудь буду жить спокойно, куплю такой же. Но думаю до этого не дойдет. — Снова планируешь умирать? — Обычно это случается внезапно и не по моей инициативе. Скалли задумалась. Почему она втащила его в квартиру? А что если бы он действительно умер там на ее ковре в гостиной? При условии того, что его искало Бюро, вряд ли бы кто-то сильно расстроился от его безвременной кончины, вяло подумалось ей. Дальше они ехали молча. Скалли еще пару раз позвонила Малдеру, но ни ответом, ни реакцией Алекса удостоена не оказалась. Городок был маленьким и в сером дождливом полудне казался пустынным. По улицам в такую погоду без особой нужны никто не гулял, да и Скалли не то чтобы очень хотелось выходить из теплой машины, но желание найти Малдера пересилило. — Пойдем, — Дана кивнула в сторону странного заведения у которого они остановились. Здание нелепо выделялось на фоне всей остальной улицы и по его архитектуре нельзя было с точностью сказать, это семейный ресторан, бар со стриптизом или музей современного искусства. — Что ты там хочешь найти? Мы же не доехали, — вяло запротестовал Крайчек, но упираться не планировал, сразу пошел к дому. Внутри все было куда более прозаично, видимо больна фантазия хозяина этого заведения закончилась еще до того, как он начал делать внутреннюю отделку. Скалли хмыкнула. — Да, я тоже ожидал большего, — кивнул Алекс в ответ, — начало было многообещающее. Они переглянулись и поняв друг друга опустились за барную стойку. За ней тут же материализовалась эксцентричного вида дама. Дана открыла рот, чтобы спросить, не появлялся ли тут Малдер, НЛО, не падали ли метеориты и не считают ли в городе сумасшедшей ту женщину, что заявила об огнях в небе, но сказать ничего не успела. — Доброе утро, — барменша завороженно уставилась на Крайчека, — чего вам налить? — Она кинула оценивающий взгляд на Скалли, но убедившись, что та, видимо, прозрачная, вернулась к своему завороженному созерцанию. — Кимберли, — Дана прочитала на бейдже имя, но подействовало это не очень эффективно, — я ищу своего коллегу, — замешкав спросила она, — к вам не заходил этот мужчина? — Скалли вытащила фото и положила на барную стойку. Кимберли кинула взгляд на фото и пожала плечами. — Понятия не имею, нет, не помню. Крайчек устало вздохнул, скользнул рукой к барменше, заправив прядь за ее ухо, чем вызвал у нее довольную улыбку, вниз к по щеке и взяв за подбородок повернул ее лицо в сторону Скалли. — Нет, малышка, ты кажется не поняла, — он встал со стула вплотную к Дане. Та моментально ощутила его руку в своем кармане, но поняла, ситуация развивается непредсказуемо, и лучше поддаться, — это специальный агент ФБР Дана Скалли, познакомься, Кимберли, — он мягко нажал на подбородок, вынуждая ее кивнуть. — Так бы сразу и сказали, — обижено буркнула барменша, увидев удостоверение, в его другой руке. Дана забрала документ и положила обратно в карман. — Вы не дали мне ни единого шанса. Отпусти ее, — и Крайчек тут же опустил руку, прислонившись к барной стойке, словно дальнейшая беседа его вообще не касалась. — Не думала, что у нас ФБР теперь ходит с личной охраной, но не могу сказать, что мне не понравилось, — кинула Кимберли в сторону Алекса, но получив в ответ неодобрительный взгляд опустила глаза на фото, — да, он был здесь, спрашивал про эту психованную женщину. Как ее…Денни, Менни, не помню, она еще ходит постоянно в одном и том же свитере. Там на лбу написано сразу, что она не особо в себе. Не знаю, что там можно было такое сочинить, что ее уже аж ФБР ищет. Но если вам интересно, она всему городу рассказала о том, что видела НЛО, что ее чуть не похитили, что теперь она будет верить в высшие силы, чушь полная, короче… — Наш клиент, — буркнул Крайчек с усмешкой. — Давно он здесь был? — Скалли нахмурилась и убрала фото. — Вчера поздно вечером. Он спрашивал, где тут можно переночевать, я отправила его в гостишку на углу следующего квартала. Ищите там. Больше я ничего не знаю. Работы было много. — Спасибо, Кимберли, — кивнула Скалли и встала, — вы очень помогли, — она пыталась не язвить, но тон вышел надменный, и поняла она это в основном по лицу Крайчека. — Конечно, конечно, пожалуйста, — фыркнула барменша. — Что это была за театральная постановка с элементами насилия и воровства? — Осведомилась Скалли, когда они снова сели в машину. — Спросила женщина, которая второй день держит меня в заложниках, — улыбнулся Крайчек, — никто же не пострадал, так что все в порядке. Она хотела шоу, она его получила, ты же сама слышала. К тому же я-то больше не агент… — Но я агент, и вообще-то, я могу сама себя защитить! Мне твои бандитские методы... — Малдер за тебя вообще не впрягается, да? Дана замолчала. Вопрос был простым и хлестким. Прямым. Может быть даже слишком. — Нет! Он…он всегда защищает меня если что-то идет не так, и мы попадаем в какие-то сложные ситуации в расследовании… Алекс покачал головой. — Да я же не о работе, я больше о концепции «не смейте обижать мою девчонку». Ты так отчаянно борешься за свою независимость, но я не ставил под сомнение, что ты можешь сама за себя постоять. Но ладно, если тебе неприятно, я больше не буду, — он припарковал машину у маленькой гостиницы на углу. Скалли растерянно повернулась к Крайчеку, переваривая сказанные им слова. Она ведь действительно привыкла обороняться, полагаться на себя, защищать. Даже в детстве ей не доставалось что-то просто так потому что она девчонка, она знала, что никто не принесет ей что-то, она достанет это сама. Никто не защищал ее от пусть и шутливых детских дразнилок, которые они с друзьями придумывали друг другу по десять новых на день. Она постоянно доказывала, что она крутая, чтобы заслужить одобрение, хотя, кажется никто и не ставил под сомнение, что она такая. Даже тогда, на этом ностальгическом уровне детских игр, она защищала, но не позволяла никому усомниться в собственной силе, и даже совсем совсем не заплакала, когда однажды упала и разбила коленку, потому что все смотрели. Она сказала, что ей совсем совсем не больно. А потом долго рыдала дома в туалете, сама же ее заматывая. — Ты прав, — Крайчек поменялся в лице. Видимо так сильно не ожидал, что услышит что-то подобное, — и, стоит признать, это было грубо по отношению к ней, но…правда достаточно эффектно, ну…как в кино, — она почувствовала, что краснеет. Слова вырвались сами и получились более искренними, чем планировалось. — В следующий раз буду помягче, — Алекс улыбнулся и отвел взгляд, увиливая от неловкости момента, — с тобой сходить? — Все в порядке, я справлюсь, — кивнула Скалли, — но ключи я у тебя, пожалуй, все равно заберу.

***

Скалли понимала, что они едут к этой «безумной Менни» совершенно бесцельно. Просто потому что получше планов на воскресенье у них нет, а поворачивать обратно уже бессмысленно. Она знала, что они получат, как и в баре, и в гостинице тот же самый ответ — Малдер здесь был, но уехал, и хорошо, если никто не накинется на них. Крайчек предложил ей повернуть домой, просто в качестве варианта, но согласился, что занятий поважнее у него на сегодня нет. Дождь прекратился, небо висело низко. Домик перед ними был скромный, но ухоженный, ничем не приметный, и никак не выдающий сумасшествие хозяйки, о котором все упоминали. — Я не пойду с тобой, — Алекс встал у машины, оглядываясь. — Пойдем, — Скалли кивнула в сторону дома, — дел на пять минут. Вряд ли там что-то полезное выяснится, но мы же все равно уже приехали. Крайчек пожал плечами и поплелся за ней. Скалли старалась не подавать виду и поняв, что Малдер явно не прикован наручниками к батарее, просто задавала разрозненные вопросы, чисто из любопытства, дабы Менни хоть как-то проявила свое безумие, но в ее голове крутилась только одна мысль. В доме пахло старостью. Женщина была не настолько старой, чтобы там так пахло, но пахло от всего, и судя по всему, Крайчек это тоже заметил, хотя может быть его оскорбленное выражение лица было остатком обиды от того, что подозрительная Менни тут же сказала, что на агента ФБР с синяком под глазом он похож куда меньше, чем на мелкую шпану. Скалли хихикнула, потому что в сущности, сумасшедшая оказалась достаточно проницательной. Пришлось заверить ее, что агенты Бюро нередко работают под прикрытием, и синяк всего лишь производственная травма. Теперь же они стояли в маленькой гостиной, заваленной вещами и слушали исчерпывающий рассказ о том, какими были огни над ее домом, как они «танцевали словно кружились в вальсе и манили за собой», а потом Менни нашла себя лежащей на кровати, но наоборот, на подушке ногами. Скалли даже посмотрела на ее шею, но не найдя там никаких меток, решила, что отсюда пора выбираться. — Агент Крайчек, — вдруг сказала Менни уже закрывая за ними дверь. Он обернулся. Скалли сделала еще пару шагов к машине, но тоже остановилась, — берегите левую руку. — Спасибо, — Крайчек смерил ее подозрительным взглядом и кивнул, — постараюсь, — дверь щелкнула и закрылась, — Господи боже, свежий воздух, наконец-то, — вздохнул он и сел в машину, — все, ты насладилась красотами глубинки штата? Теперь домой или продолжим ловлю Малдера? — То есть тебя не интересует, почему тебе стоит беречь левую руку? — Она явно не в себе, разве нет? Меня куда больше запах насторожил. Она как будто в доме престарелых живет. И вообще у нее такой вид, как будто самое страшное, что может случиться с моей левой рукой, пока мы здесь, так это то, что она у меня ее отгрызет. Впрочем, я правша. Поехали отсюда, в общем. Скалли нехотя улыбнулась. Стыдно было признаваться, что вся эта поездка с самого начала не имела ни малейшего смысла, и теперь они просто едут по бесконечному серому шоссе время от времени ловя лобовым капли дождя. — Ты все еще переживаешь из-за него? — Голос Алекса вырвал Скалли из рассуждений о сущности бытия. Она как раз прокручивала в голове все последние разговоры с Малдером пытаясь понять, как так получилось, что она ездит по разрозненным точкам на карте все свои выходные, чтобы найти человека, который даже ни разу не спросил ее, как она себя чувствует после того, как на прошлой неделе она пол ночи делала для него вскрытие и заполняла отчеты, которые в итоге так и не пригодились. — Если он тоже проехал все эти места, то почему ни разу не позвонил? — Ну, он был на кураже, например. Мне казалось, он родную мать может забыть, когда чем-то увлечен, — предположил Крайчек, — но если его украли пришельцы, я честно признаться, не расстроюсь. — Что, работа с ним была настолько несносной? — усмехнулась Дана. — Достаточно, чтобы испытывать удовольствие от того, что больше мне это делать не нужно, — Алекс свернул на заправку. — Черт, а я только собиралась попросить тебя сходить за кофе, пока я заправлю машину, — уколола Скалли, вспомнив утренний разговор. — Можешь не просить, я тебя не слышу, я уже ушел, — Дана посмотрела ему вслед и пошла к бензобаку. Все это выглядело как дружба. Как осторожное проявление заинтересованности и симпатии. Как ухаживания, к которым она не привыкла и теперь мучительно и тревожно думала о том, как реагировать. Что делают обычные люди, когда их связывают такие странные отношения? Ни малейшего представления она не имела. Бак был полон. Она закрыла машину и пошла в сторону магазина. До дома оставалось пару часов дороги и очевидный финал истории был близок. Она столкнулась с Крайчеком в дверях. — Спасибо, — теплый картон тут же согрел ее руку, — поехали. Можешь начинать праздновать, скоро я тебя отпущу, — добавила она и направилась к машине. Алекс за ее спиной неопределенно хмыкнул. — Дана… — она почувствовала мягкое прикосновение к своей руке и обернулась. Она ожидала какую-то подлость. С самого начала ожидала от него что-то, от чего пыталась обезопасить себя наручниками и святой верой, что он эту подлость не сделает. Но это все еще был Крайчек, так что мало ли, что там от него ожидала Скалли. Губы в последний раз мягко скользнули по ее губам, и она растерянно распахнула глаза в попытке осознать произошедшее. Она снова услышала звук машин на шоссе, почувствовала запах дождя и бензина. Парализовавшее ее чувство неожиданности стремительно отступало. Алекс смотрел на нее так, словно это не он ее только что поцеловал. — Все, теперь можешь дать мне пощечину, — его рука соскользнула с ее талии, позволяя отстраниться. — Не хочу, — тихо сказала она. — Отлично, — Крайчек расплылся в довольной улыбке, — но второй раз я предлагать не буду. Поехали, — только теперь она поняла, что ключи от машины оказались в его руке. Скалли вернулась к осмысленной жизнедеятельности где-то на дне стаканчика капучино. — Ты сделал это, чтобы отобрать у меня ключи? — Нет, конечно. — А зачем? Алекс посмотрел на нее взглядом человека, не понимающего, серьезный ему задали вопрос или получится отшутиться. — Ну просто. Это был акт незапланированного безрассудства, — по тону его было совершенно понятно, он не раскаивается и ни о чем не жалеет. Скалли продолжила барахтаться в собственном непонимании. В чем-то она даже завидовала этому «незапланированному безрассудтсву», самой возможности сделать что-то просто так, не используя никакую логику и рациональность. Конечно, будь это не Крайчек, вероятно, после таких экзерсисов, этот человек бы остаток пути ехал в багажнике, но и будь Дана немного посмелее, она бы поцеловала его еще там, в номере дешевого мотеля, пока в очередной раз перематывала его раненую ногу. Последнее ее пьяное «незапланированное безрассудство» превратилось в обиду на утро, когда она поняла, что он ушел, оставив только теплый запах древесного парфюма на подушке и воспоминания. Старая обида накатила и больно уколола, Скалли попыталась проглотить подступивший ком, но стало только хуже. Она вспомнила, как в старшей школе набралась смелости и отправила валентинку парню, который ей нравился, а потом узнала, что он высмеивал ее, даже не разобравшись, кто ее отправил. Ему было все равно. Ему просто нравилась другая девчонка. В этом не было ни чьей вины, но от этого не было легче. Потом она вспомнила, как раз за разом оставалась во френдзоне, потому что «ты такая умная и хорошая, на такой сразу надо жениться». А ей хотелось где-то там, глубоко внутри себя, делать что-то просто так без плана, цели и направления. Но поняв, что все воспринимают ее только как серьезную и деловую, она даже перестала пытаться. Научилась подавлять это, объяснять себе, что это глупое чужое желание и сама же поверила в это. Там в баре Крайчек выбил ее из колеи, дал шанс притвориться, что она другая, взбалмошная, смешная и безрассудная. А не человек, которому завтра на работу, поэтому сегодня он погладил костюм и лег спать пораньше. Казалось сейчас все это было такой мелочью, но мысли все возникали и возникали, затягивая ее в пучину старых переживаний и стыда. Скалли вдохнула и смахнула слезу. Надо было успокоиться, нельзя было плакать, нельзя плакать, нельзя. И она молча глотала слезы, повернувшись к окну. Город за окном замедлился и окончательно остановился. Дана спешно вытерла глаза, всматриваясь в местность, до дома оставалось минут двадцать, не больше. — Что такое? Ты куда? — Алекс только махнул рукой и юркнул в двери магазина. Она вытерла слезы и попыталась отдышаться. Достала телефон и набрала номер Малдера. Никаких изменений, телефон все еще был выключен. «Надо съездить к нему домой. Хм, ключ остался в зажигании. Ну, если теперь этот сбежит, я не буду его ловить», вяло подумала Дана, но вопреки ее мысли Крайчек материализовался в машине, мокрый как крыса. На колени Скалли тут же опустилась шоколадка, а следом в протянутой руке появился огромный персик. Она смотрела на Алекса ожидая объяснений, но его красноречие куда-то улетучилось. — На, ешь и не реви больше. Он мытый. Дана взяла из протянутой руки персик. — В такой дождь шутка про лужу напрашивается сама собой, — попыталась улыбнуться она. — Я подумал, если я ее пошучу, ты еще сильнее зарыдаешь, а у меня нет плана утонуть, находясь внутри машины. Дана улыбнулась. — На ковре в моей гостиной было лучше, я понимаю. Он поморщился, но согласно кивнул. Скалли укусила персик. Это бесячее свойство Крайчека помнить мелочи явно играло ему на руку. Она на удивление хорошо помнила тот пьяный полусонный треп о том, что обожает персики, и если существует яблоко раздора, то для нее должен быть персик перемирия. Он поцеловал ее в горячее голое плечо и ответил, что он ее, собственно, пока не обижал, чтобы мириться. Но теперь да, момент был выбран как нельзя лучше. Хотя и сейчас он ее в сущности и не обижал. В окне замелькали знакомые дома. — Все, приехали. Ты отпускаешь заложника? — В его вопросе не было укола. Но что-то совершенно неуловимое начало ускользать, таять, как и в прошлый раз. Скалли медлила. Причин держать его рядом больше действительно не было. — Нет. Крайчек посмотрел на нее более заинтересованно, чем обычно. — Ну, мы же не нашли Малдера, да и никто не обещал, что я буду честным террористом, — она вышла из машины и забрала рюкзак, — пойдем.