Глава 10. Драко. День, когда Драко понял, что череда дней, когда он считает себя тупым, — не заканчивается. Прекрасно.

Утро перед отъездом домой явно не задалось. Перед тем как уснуть, Драко долго ворочался, прокручивая в голове ситуацию во Франции. Раз артефакты производили на территории Британии — вопрос времени, когда и у них начнется волна несчастных случаев. Но рано или поздно это случится, и больницу Святого Мунго заполнят жертвы, которым даже не смогут оказать необходимую помощь. На совещании по подведению итогов работы он снова поднял вопрос о восстанавливающем зелье. Наседая на них так, что французы даже вызвали создателя, который в свою очередь полностью перечислил все ингредиенты и записал подробную инструкцию по приготовлению. Но как только Драко попросил образец, получил в ответ лишь косые взгляды. Он прекрасно понимал, что дело не в том, что им жалко свои наработки, ведь он мог тут же, на месте, подписать вполне выгодный контракт для обеих сторон. Проблема в том, что партию не допустят к ввозу, а как следствие — потерянные деньги и время. Вопрос так и остался подвисшим, решение требовало гораздо более глубокой проработки, к тому же не совсем легальным путем. Драко решил, что в субботу вернется в свой дом, в его собственную лабораторию, и все-таки попробует воссоздать копию, заменив запрещенные ингредиенты на те, что были законны в Магической Британии. Шанс, что он получит хотя бы близкое по свойствам и воздействию зелье, конечно, был не велик, но хоть что-то. Да и к тому же проверить работоспособность тоже не представится возможным. По факту — пустая трата времени, но заняться этим вопросом все-таки нужно, начав делать хоть что-то. Дел накопилось чертовски много, учитывая, что Блейз еще на прошлой неделе сказал, что запасы зелья для Мунго почти кончились. Наконец закончив со всеми делами во Франции, Драко получил портключ и вернулся домой. Чертова Грейнджер со своими законопроектами. Он проклинал тот день, когда в ее одновременно и гениальную, и дурную голову пришла идея организовать подобие таможни. Конечно, нахваталась у маглов и потащила в магические массы. Просто прекрасно. А ведь еще как изощренно протолкнула эту затею, будучи даже не главой отдела, — пошла сразу к Кингсли, а тот уже на совещании практически принудил всех подписать. Визенгамот, на удивление, тоже принял новшества, но они скорее видели возможность получить дополнительные источники дохода в бюджет — пошлины при ввозе товаров, суммарная стоимость которых свыше ста галлеонов. Вряд ли они понимали последствия и чем в итоге все обернется. Драко тогда еще не был главой отдела, поэтому, когда он узнал, оставалось только сокрушаться и предпринимать меры в связи с новыми вводными правилами. С тех пор, как он занял должность главы отдела, к ее законопроектам Малфой относился с особой дотошностью, каждый раз видя, какие риски они несут в дальнейшем. Его правило: «Не трогай то, что и так работает», хоть и не во всех случаях было верным, но конкретно с Грейнджер он придерживался исключительно этой логики. Вихрь перемещения выплюнул его в большой комнате, разделенной на две части. Над проходами висели большие таблички: «Зеленый коридор» и «Красный коридор». Грейнджер ведь даже придумала — ну или нашла, а может, усовершенствовала — заклинание, которому обучили всех сотрудников группы контроля импорта, входящих в отдел международного магического сотрудничества. К счастью, спустя пару лет главным в этом отделе стал именно он. И теперь, как только ты отправлялся в другую страну через портключ, возвращался ты исключительно в эту комнату, где вначале на тебя накидывали это самое заклинание, проверяя на ввоз запрещенных товаров. Потом, в зависимости от приобретений, — либо декларация, либо свободный проход через зеленый коридор. Поразительное умение организовывать то, что никому нахрен не нужно. Даже не то, что не нужно, а то, что мешает нормально работать. Навстречу ему уже шагал Уильям Торн — один из старших инспекторов группы контроля импорта. В руках он держал палочку, а выражение его лица было профессионально-нейтральным. Драко сощурился, понимая, что сегодня у Торна должен быть выходной, а завтра как раз его смена. — Добрый день, мистер Малфой, — узнав начальника, поприветствовал его Торн. — Добрый. Мистер Торн, а почему вы здесь? — его голос был абсолютно спокоен, но пальцы сильно стиснули ручку чемодана. — Оливер попросил подменить сегодня. Завтра я тоже работаю. Все по графику. Не беспокойтесь, мистер Малфой, — без тени сомнений ответил Уильям. — Хорошо. Мисс Гринграсс прибудет завтра около двенадцати дня. Все должно пройти как обычно, — хватка на ручке заметно ослабла, и Драко расстегнул пуговицы пиджака. — Стандартная процедура, мистер Малфой, — Уильям взмахнул палочкой, и искорки направились к Драко, ныряя во все карманы его одежды, затем проникли в его сумку и чемодан. — Чисто, проходите, — он указал на проход с табличкой «Зеленый коридор». Драко кивнул в ответ и направился в свой кабинет, предвкушая поток ругательств, который ему предстоит прочитать в дневнике. Он напишет ей о рунах, а в ответ получит сообщение: «Ого! Как ты догадался? Ты такой умный, сообразительный…» Эвелин тут же вскочила со стула, как только он появился. — Мистер Малфой, добрый день! — на тон выше, чем обычно, сказала она. — Добрый. Есть новости? — его воспитание не позволило ему просто пройти молча, и, стиснув зубы, он ждал ответа. — Нет, все хорошо, — Эвелин широко улыбнулась и поправила воротник своей рубашки. — Хорошо, — бездумно повторил последнее слово Драко и, резко развернувшись, почти влетел в кабинет, закрывая за собой дверь на замок. Он бросил свои вещи прямо на входе, устремившись к своему столу, и как только оказался рядом с ящиком, тут же с силой дернул его на себя. Стол наклонился, удерживаясь лишь на двух ножках, и Драко громко выругался: — Блядство! Толкнув стол обратно на все четыре ноги, он быстро достал палочку, рваным движением рассек воздух, и замок на ящике громко щелкнул. Его пальцы слегка подрагивали, и когда он взял дневник в руки, Драко тут же рухнул на свой стул. Он с каким-то особенным трепетом положил дневник перед собой, пролистывая первые страницы до конца их переписки. Он пролистал еще пять листов, потом еще пять, потом взял за нижний край блокнот и, отпуская страницы одну за одной, пробежался глазами по пустым строкам. Она не написала ему ни слова Ни одной буквы. Драко вернулся к своему последнему написанному сообщению и увидел, как он даже не дописал букву «й». Он облокотился на стол и зарылся лицом в собственные ладони, затем провел ими вверх, растрепав свою идеальную укладку. Почему она не написала? Он же, как ему казалось, ответил очень даже остроумно… А она даже не потрудилась ответить на это. Драко так и сидел, склонившись над блокнотом, смотря на эту недописанную «й». Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем он моргнул, избавляясь от сухости в глазах. Может, сломался? Драко осторожно закрыл дневник, затем стянул обложку и произнес пять разных заклинаний на смену цвета, но ничего не произошло. Он тут же снова надел суперобложку, скрывая истинный оттенок. Если бы сломался, то и цвет наверняка тоже бы получилось сменить… Нет, значит, не сломался — она просто не хочет с ним больше общаться. Ну, а с чего бы ей хотеть? Он забрал ее вещь, шантажировал, пытаясь выведать чары, а потом вообще пропал. А, может, это какая-то женская тактика? Не писать первой, пока мужчина не напишет? В целом вполне логично, не пристало девушке делать первый шаг. Его же, в конце концов, воспитывали в лучших аристократических традициях. Как он сразу не догадался? Драко снова открыл дневник, затем взял перо в руку и макнул им в чернильницу. Его пальцы так и зависли в воздухе над страницей. Он вдруг понял, что не знает, что написать. Нет, он знал, что хочет написать про руны и про зеркальные чары. Но стоит ли ему написать «Добрый день» или же сразу свою догадку о рунах? Его рука слегка подрагивала. Слава Мерлину, на блокнот наложены эти печатные чары, и она не увидит кривых букв в его исполнении. Позорище.

«Руны и чары зеркального отражения»

Краткость — сестра таланта. Он, конечно, не сказать, что считал себя таким уж талантливым, но сейчас он просто не знал, как к ней подступиться. Все заготовленные фразы казались такими глупыми, что он не мог позволить себе их написать. Драко нервно постукивал носком туфли о пол в ожидании ответа, бросая взгляд то на часы, то на блокнот. Прошло уже целых пять минут, а она так и не ответила. Он заставил себя приступить к делам, которые Эвелин так любезно сложила на его столе в высокую стопку. Теперь же папки были рассыпаны по столу и полу, когда он с особой яростью почти опрокинул стол, пытаясь открыть запертый ящик. Драко взмахнул палочкой и документы снова образовали башню. Он старался сосредоточиться на том, что написано внутри. Но буквы не складывались в слова, а слова вообще не составляли какие-то вразумительные предложения. Мысли в его голове метались между дневником и тем, во что он превратился за эти пять дней. Его тотальный контроль всего и вся как-то стремительно рушился. Он почему-то начал допускать ошибки: пропустил служебную записку, умудрился сделать неимоверную глупость с кружкой Грейнджер, начал забывать вещи. С ним ничего подобного никогда не случалось, и это если вообще не говорить о том, что еще и Грейнджер постоянно мелькала в его сознании. Зато эта девушка помогла ему разгадать загадку с артефактами… Драко как-то особенно недовольно фыркнул, понимая, что прошло уже пятнадцать минут, а она так и не ответила ему. Он уже почти смирился с тем, что судьба — жестокая сука, которая дала ему надежду и тут же забрала ее, как вдруг раздался знакомый звук и по столу прошлась волна дрожи.

«Руны, да. Ну и вообще не зеркального отражения, а текста. Я писала тебе о них. Но да, это очень близкие чары, отражение просто более общее.»

Его сердце рухнуло куда-то вниз, а потом резко подскочило к горлу. Драко перечитал ее сообщение раз пять, прежде чем осознал, что оно реально, и она наконец ответила ему.

«Я читал о трансфигурации, защитных и зеркальных чарах часов пятнадцать, пока не смирился с тем, что у меня не получается трансфигурировать цвет обложки. Благодаря тебе и дневнику, я помог обезвредить опасные артефакты. Спасибо»

Он считал правильным поблагодарить девушку, ведь ее заслуга тоже была. Пусть он и искал о зеркальном тексте, тем не менее в том старом фолианте было о всех видах зеркальных чар.

«Значит, ты работаешь в Министерстве?»

Похоже, он все-таки погорячился, рассказав про артефакты, она ведь сразу догадалась, что он работает в Министерстве. Чертовски проницательная.

«Да. Но в Министерстве какой страны — вопрос»

Ну, в теории, он вообще не соврал, просто добавил небольшой интриги.

«Очевидно, что Франции или Англии.»

Драко совсем не понял, о чем она и причем тут Франция. Возможно, она сделала предположение на основании того, что утром в понедельник здесь были французы. В любом случае она-то писала ему на своем родном языке, а он видит английский, значит, она работает в Британии, о чем он тут же сообщил:

«Ты работаешь в британском Министерстве»

«Очевидно, что ты сделал такое предположение на основании того, что видишь текст на английском языке. Спешу тебя удивить — на дневнике чары автопереводчика. Дневник самостоятельно определяет речь того, у кого оказался блокнот в руках. Дальше все сообщения каждая из сторон видит на родном языке.»

Брови Драко устремились вверх, а глаза заметно округлились. Он еще раз перечитал сообщение, потом еще раз и еще. Какие нахрен чары автопереводчика? Нет, конечно, он знал о существовании таких, но его обучение было все-таки достаточно старомодным, поэтому он просто в совершенстве владел тремя языками, не считая родного. Для кого вообще создавался этот блокнот? И как он может определить язык? Ну, он и так уже достаточно раз перед ней опозорился. Как говорится — не сдавайся, позорься до конца.

«А как блокнот определяет родной язык?»

«На основании речи того, у кого он в руках, если, конечно, при нем произносили слова (и нет, дневник не подслушивает, просто один раз сканирует). Причем самое любопытное, что чары настолько чутко чувствуют акцент, что даже если владелец и сказал что-то на иностранном для него языке, дневник все равно с точностью определит носителем какого он является.»

У Драко буквально отвисла челюсть. Он смог написать в ответ только один вопрос:

«А это вообще законно?»

«Ну… Скажем так — я не использовала ни одно из запрещенных заклинаний конкретно в этом случае.»

Драко особенно заострил внимание на словах «Конкретно в этом случае», значит в других случаях она все-таки пользовалась запрещенными. «Любит нарушать правила», — сделал он пометку в своей голове. Поразительно. Он уже хотел было написать ей, что он в шоке, и это лучшее изобретение, что он видел в своей жизни, что он безмерно восхищается ее способностями. Но его рука смогла вывести лишь одно слово. Коротко и емко:

«Охуеть»

Он искренне считал, что эта девушка самая умная из всех, кого он встречал. Ну, за исключением, пожалуй, только одной. Но, в отличие от Грейнджер, она хотя бы его не раздражала — ну, по крайней мере, сейчас точно не раздражала. И вообще ее как будто подменили за эти три дня, даже идиотом не назвала. Может, соскучилась?

«Эээ… Спасибо? В любом случае, я просто создала аналог мобильного телефона или электронной почты. В магловском мире уже давно есть такие технологии, к сожалению, это не что-то новое»

Ну уж нет, ее дневник был великолепен, а еще она как будто заканчивала диалог. Он твердо решил, что так просто она от него не избавится. Само собой, Драко знал, что такое мобильный телефон — какой-то кирпич с кнопками. Про электронную почту ему хоть и было известно мало, но он знал, что это когда кто-то нажимал кнопки на кирпичах побольше и текст уходил получателю по какой-то сети через воздух. Что там было про позориться? До конца?

«Мобильный телефон? Электронная почта?»

«О, теперь я знаю, что ты точно не маглорожденый, раз не знаешь, что это такое. Значит, список подозреваемых постепенно сужается. Телефон — средство связи, как камины, но можно носить с собой и общаться где угодно. Электронная почта — в целом ровно то, как мы с тобой общаемся. Только сидя перед компьютером — это такой блок, с экраном и клавиатурой (кнопки с написанными на них буквами).»

И ведь объяснила она еще как для дурака — все сразу стало понятно. Осталось только выяснить, откуда она, а то судя по чарам автопереводчика, она могла оказаться из Франции...

«Ты не ответила, в Министерстве какой страны ты работаешь?»

«Ну, мистер-пятнадцать-часов-читал-и-ничего-не-получилось, оставляю этот вопрос на твой пытливый ум. Ладно, справедливости ради, ты бы вряд ли нашел в книгах конкретные чары. Это моя личная разработка. Ну, конечно, я не сама придумала чары, но у меня получилось совместить несовместимое. Не без костылей, конечно.»

Пока он читал это сообщение, следом пришло еще одно:

«А еще не забывай — узнав страну, где ты живешь, я ведь смогу подать на тебя в суд. Объявление твоей персоны в международный розыск слишком уж радикально, но тем не менее»

Эти два сообщения заставили Драко расхохотаться вслух. Остроумная, талантливая, и юмор у нее такой легкий, приятный, а еще она ни разу за сегодня его даже не оскорбила, несмотря на все тупые вопросы, что он задал. Хороша. Слишком хороша для него. Но один пункт в списке необходимых качеств он все же вычеркнул, все соответствующие подпункты тоже.

«Не думаю, что это тянет на харассмент.»

«Ахаха, что? Причем тут харассмент? И откуда ты вообще знаешь это слово?»

Ахаха? Это так в переписке нужно указывать что тебе что? Возможно, вот именно сейчас она и напишет ему, что он тупой.

«Ахаха?»

«Ой, да, это магловский способ быстрого выражения эмоций в тексте. Ну, знаешь, символический интеракционизм в действии. Ахаха — очень смешно. Можно еще заменить на скобочку, вот так « :) » — это значит, что ты улыбаешься, а вот так « :( » — грустишь. Как бы глаза с губами, видишь? Так что там с харассментом?»

Драко постарался записать только что полученную информацию куда-то на подкорку, чтобы в дальнейшем не задавать подобные вопросы, да и в целом пользоваться этим интересным методом. Он бросил взгляд на часы — почти два дня. Он так и просидел, переписываясь с девушкой, даже не пообедав. А впереди еще и разбор всех дел и постановка задач на следующую неделю. Драко потер лицо ладонями и с тяжелым сердцем написал ей:

«Прости, мне нужно закончить рабочие дела, я чуть позже обязательно тебе все расскажу :)»

«Хорошо. Сегодня у меня мероприятие, поэтому я не смогу тебе ответить вечером. Но буду с нетерпением ждать твоего рассказа. Заинтриговал!»

Губы Драко расплылись в улыбке, она ведь даже написала ему, что у нее мероприятие. Видимо, не хочет, чтобы он переживал из-за того, что она пропала и не отвечает. И вдруг он резко ощутил болезненный укол прямо в центре груди. Для кого она создала этот дневник? Явно для кого-то очень важного и дорогого для нее человека… Он пару минут перебирал варианты, что можно написать в ответ. А вдруг она вообще не свободна, и у нее уже есть кто-то?

«Тогда до завтра?...»

Мгновенно раздался знакомый звук:

«До завтра! Хорошего вечера :)»

Драко закрыл дневник, чувствуя как в груди и чуть ниже, в области живота, что-то екает, такое приятное и незнакомое, тут же сменяясь чем-то тянущим в районе горла. Он никак не мог понять, как называется это чувство. В дверь его кабинета постучали, и Драко спрятал дневник в ящик стола, привычно наложив необходимые чары. Он взмахнул палочкой и дверь открылась. На пороге стояла взъерошенная Эвелин, а лицо ее было, если сказать мягко, недовольным. — Мистер Малфой! Эта дурная птица… — Ровно в этот момент небольшой домовой сыч приземлился в, видимо, им и сформированное гнездо на голове Эвелин. Одно его крыло было поднято вверх и совершало потряхивающие движения. — В общем, тут вам письмо пришло. Или прилетело. Как вам угодно. Эвелин начала суматошно отбиваться от птицы, махая рукой над своей головой. Сыч резко взлетел, затем приземлился на стол и выплюнул конверт прямо перед Малфоем. Драко погладил крылатого по голове, но в ответ получил прищуренный, злобный взгляд. Он тут же призвал лакомства для пернатых и угостил птицу. Сыч схватил весь бумажный кулек, кажется, издав какой-то ехидный звук, и тут же стремительно вылетел через открытую дверь. Удивительно, как совы напоминали своих владельцев. Он быстро прочитал письмо, уже по птице определив, от кого оно:

Эй, придурок!

Напоминаю о еженедельной встрече участников анекдота: как-то трое волшебников заходят в бар.

Знаю, что ты был в командировке (спасибо твоей матушке, что так любезно откормила мою, и без того наглую, птицу, и не думай, что он похож на меня — не похож!). И если ты угостил это пернатое недоразумение, которое постоянно машет крылом, будто он итальянец, ты сам виноват. Теперь в его глазах ты — слабое звено, и отныне он вечно будет клянчить у тебя вкусняшки. Возможно, с угрозами покусать, но в целом иногда он бывает милым.

В общем, уверен, что ты уже вернулся, не желая проводить выходные во Франции.

Сегодня, не изменяя многолетней традиции, в «Дырявом котле» в 20:30.

Тео тоже придет.

С особой любовью к блондинчикам,

Блейз Забини

Драко ухмыльнулся, прочитав письмо целиком. Одна из причин: почему он все-таки не смог жить во Франции. Именно благодаря парням он перестал чувствовать себя по-настоящему одиноко, как только вернулся в Британию. Драко с нетерпением ждал вечера, чтобы наконец уже узнать у Блейза и Тео все, что с ними случилось за неделю. А еще он ждал субботу. Она сказала, что будет ждать его рассказ…