Red'n'Black and slimy green

В пыли придорожной или за камнями Мы, как крокодилы, плоские лежим. Нас никто не видит, наш прицел не дрогнет... Мы - Принцессы Смерти вольные пажи. MG-42 — Снайпер-блюз

С учётом квиддича, учебы и вкалывания в мастерской, время до Хэллоуина для меня пролетело практически незамеченным. Рон обложился газетами и книгами, переводил пергамент футами, перенося на него все тактические схемы, которые так или иначе приносили успех. Такой усидчивости и трудолюбия от Рона не ожидал вообще никто, но Рону это оказалось попросту интересно, и анализу квиддичных тактик он отдался с таким же пылом, как занимался любой интересной ему деятельностью. Правда, всё остальное он серьезно подзапустил. Резерв своих тридцати баллов он давно уже потратил, в основном на Снейпе, и теперь повис на Гриффиндоре кирпичом, таща его вниз. Первым терпение лопнуло у Перси. Когда я вернулся в башню Гриффиндора вечером последнего воскресенья перед Хэллоуином, неся в торбе «Бумстик» и патроны к нему, я обнаружил Перси, орущего на своего брата. Рон огрызался, но Перси в своем требовании немедленно взяться за учёбу под угрозой доклада матери был неумолим. В приказном порядке Рон был безраздельно подчинен Гермионе, которая радостно взялась «помогать наверстывать упущенное». С понедельника по четверг Рон становился всё дерганее. Я его хорошо понимал — Гермиона действительно была способна задолбать даже столб на тему «не там стоишь, не туда светишь» до состояния самостоятельного перехода на нужное место. Я изо всех сил пытался перетянуть хотя бы часть внимания Гермионы на себя, но та демонстративно не желала со мной общаться, всегда садясь что на занятиях, что на приемах пищи с другой стороны от Рона. Утром тридцать первого октября я проснулся и почувствовал омерзительную тыквенную вонь. Я, кажется, говорил, что ненавижу тыкву? О да, я её ненавижу. Единственное её применение — быть мишенью. Красиво разлетаются при попадании экспансивки или картечи. А теперь я ещё буду вынужден весь день провести голодным, потому что на завтрак всё поданное было или с тыквой, или из тыквы. Тыква на тыкве и тыквой погоняет. Дополнительно мне испортила настроение мысль, что завтра будет ровно десять лет, как Сириус Блэк кукует в Азкабане, а у меня не появилось даже намёток плана, как его оттуда доставать. С этими мрачными мыслями я, голодный и злой как собака, тащился на занятие к Флитвику. Флитвик ещё на предыдущем занятии пообещал перейти к изучению чар левитации, и я ожидал очередную серию унылого сериала «Мальчик-Который-Выжил позорится на уроке Чар». А как было хорошо неделю назад, изучали отработанные мною и Роном Режущие чары... Там мы оторвали по пять баллов на нос, последовательно разрезая всё более толстые образцы. Рон сдулся на примерно восьмимиллиметровой железной пластине, меня еле хватило на сантиметровую. Флитвик рассадил нас по парам, продемонстрировал само заклинание и его эффект и предложил приступить к практической отработке чар. На этот раз в напарники мне достался Шеймус. Честно говоря — парень оказался весьма неплохим человеком, если бы не две проблемы. Во-первых, он был ревностным католиком, ухитрившимся на основе двух стихов из Марка, как-то состыковать свой дар магии и искреннюю веру в Христа, искреннюю настолько, что у Толстого Монаха впервые за невесть сколько лет появился хотя бы один пасомый. Беда была в том, что Шеймус ещё и ощутил в себе дар проповедника, и начал в Хогвартсе Евангельскую проповедь. За что неоднократно попадал в Больничное Крыло, проклинаемый очередным задолбанным. Останавливало ли это его? Нет, конечно же. Второй же его проблемой было то, что при любой ошибке, хоть на зельях, хоть на трансфигурации, хоть на чарах — он неизбежно подрывал то, в чем ошибался. Ошибся в зелье — обломки котла разлетелись по округе, так что Снейп уже заставлял его варить зелья в небольшом закутке за несущей колонной. Ошибся на трансфигурации — трансфигурируемое разуплотнилось. Особенно весело стало, когда мы начали изучать трансфигурацию живого в неживое — останки взорванных жуков и тараканов разлетались, уделывая всё и всех в округе. Вот и сейчас, неправильно взмахнув палочкой, он отправил в полет в разные стороны жалкие остатки пера, а я на ближайшие несколько минут был вынужден отвлечься на ловлю световых зайчиков в глазах — перо рвануло с эффектом подожженной магниевой кучки. Рядом Гермиона продолжала терзать Рона. У того не получалось поднять перо в воздух, так что Гермиона немедленно принялась помогать. -Ты неправильно делаешь, - поучала она его менторским тоном, от которого бедолагу Рона аж крючило. - Не ЛевИоса, а ЛевиОса. И тяни букву А в Вингардиум! -Раз такая умная — делай сама! - не выдержал Рон. Гермиона возмущённо фыркнула, поддернула рукава и взмахнула палочкой. -Вингардиум Левиоса! - и её перо воспарило в воздух и зависло над её головой. Флитвик громко похвалил Гермиону, отчего сама она довольно разулыбалась, а Рона перекорёжило наподобие шлема Короля-Чародея после удара Эовин. К концу занятия Рон уже покрылся неровными красными пятнами. Гермиона выражений не выбирала, в какой-то момент назвав его лентяем и бездельником. Я помочь ему ничем не мог, у меня у самого ничего толком не клеилось — перо подскакивало на жалкие сантиметры и тут же бессильно плюхалось обратно. Шеймус ухитрился подорвать уже и мое перо, на этот раз, видимо, для разнообразия, с облаком черного дыма, и какое-то время сидел, напоминая болеющего витилиго представителя негритянской расы — частично черное лицо, потемневшие, стоящие дыбом и завившиеся спиралькой волосы. Пришлось мне идти к Флитвику и просить ещё два пера — одно себе, одно Шеймусу. Стоит ли говорить, что к концу занятия и эти перья постигла печальная участь? Правда, последнее, прежде чем сгореть дотла, подлетело на добрых два метра в воздух и начало носиться по кабинету, изрыгая густой белый дым и выписывая неистовые фортеля. -Крушение Челленджера в миниатюре, - пробурчал я себе под нос. - Благо, хоть без жертв. Хотя, возможно, живущие на пере перьевые клещи со мной бы и не согласились. Когда занятие закончилось, Рон был зол как тысяча чертей. -Неудивительно, что у неё нет друзей, - злобно ворчал он, пока мы проталкивались через толпу, забившую узкий коридор. - Кто согласится дружить с таким чудовищем? Абсолютно невозможный человек, хуже любого Малфоя. Меня кто-то толкнул в спину, я обернулся и увидел Гермиону. Она немедленно развернулась и рванула обратно в толпу народа, но я успел заметить, что по её лицу текут слёзы. -Похоже, она тебя слышала, - сказал я. - Зря ты с ней так жестко. -А в чем я неправ? - начал заводиться Рон. - Она всю неделю выносит мне мозги! Я её и по-хорошему просил, и ругался на неё — нет, одна и та же песня. «Необходимо учиться, Рон, до экзаменов осталось совсем мало времени!» - весьма похоже спародировал рыжий менторские интонации Гермионы. - Какие экзамены, до лета ещё Мерлин знает сколько времени! Неудивительно, что её едва терпят! -Походу, у нас в скором времени появится беженец на Рэйвенкло, - вздохнул я. Ни на следующем занятии, ни на ланче Гермиона не появилась. Рон издергался вконец и решил идти её искать сразу после банкета. Спускаясь на банкет, мы краем уха услышали, что Парвати рассказывает Лаванде о том, что Сьюзен Боунс нашла Гермиону в женском туалете, что Гермиона плачет и отказывается выходить. Рону явно окончательно стало не по себе. Не успел я набрать хоть чего-то съестного без тыквы, вспоминая анекдот про «О, гречка!», как в зал ввалился профессор Квиррелл. -Тролль! Тролль вырвался из подземелья! Спешил... вам... сообщить... - и мягко осел на пол, изображая обморок. Очень уж мягко и аккуратно опустился он на пол. Притворщик хренов. Вот только кроме меня, этого явно никто не заметил. Потому что паника охватила зал быстрее лесного пожара. Дамблдору пришлось запустить в потолок мощную фиолетовую вспышку, прежде чем на него обратили внимание. -Префекты! - прогремел его голос, из которого исчезли все мягкие нотки. - Немедленно эвакуируйте свои Дома в гостиные! Дамблдор стоял перед своим троном, высокий, прямой и страшный. Даже меня пробрало. Ничто в образе директора не напоминало теперь доброго дедушку — перед Хогвартсом стоял истинный вождь, пожилой, но не утративший могущества. Наверно, таким задумывался на пике могущества Гэндальф. Перси, подхватившись и почувствовав себя в своей стихии, немедленно начал отдавать команды. -Первокурсники, быстрее ко мне! - завопил он. - Держитесь вместе, и тогда ничего плохого не случится! Первокурсники, все ко мне! Пропустите первокурсников и слушайте мои команды, я префект! -Рон, тролль в школе — это норма? - спросил я его, пока мы проталкивались к Перси. -Не думаю, - выдохнул Рон. - Его наверняка впустил Пивз, чтобы поразвлечься. Мы проталкивались через толпу растерянных хаффлпаффцев, когда нам в плечи впились железные пальцы. Мы обернулись и увидели Невилла, на лице которого была написана непреклонная решимость. -Где Гермиона? - спросил он. - Я не видел её в зале! -О, чёрт... - прошипел я. - Она не знает про тролля! -Мы должны её предупредить, - жестко проговорил Невилл. Куда делся пухлячок с жалобным взглядом? Перед нами стояло воплощение сферической воли в вакууме с тусклым отблеском матовой стали в глазах. – Ты можешь гнобить меня, Уизли, но она не должна из-за тебя пострадать! Рон дернулся как от пощечины, но смолчал и вцепился зубами в свою нижнюю губу. -Так, - отрывисто произнес он через несколько секунд обдумывания. – Есть план, но нас не должен заметить Перси. Невилл, прикрой нас. Мы затесались в толпу хаффлпаффцев, следя, чтобы Невилл был между нами и Перси, и прошли с ними до выхода из Большого зала и даже прошли с ними какое-то расстояние, с каждым шагом удаляясь от башни Гриффиндора. Затем Рон дернул нас в пустой боковой проход, и мы побежали по нему к туалету для девочек. Сзади донесся звук торопливых шагов. -Моргана! - прошипел Рон. — Это Перси. Прячемся! Рон втолкнул нас с Невиллом за статую грифона, а сам нырнул за стоящие рядом в нише доспехи. Шаги приближались, и из-за поворота вылетел Снейп, пронесся мимо нас летящим шагом и скрылся за поворотом. -Какого черта здесь делает Снейп? - спросил я, хотя и знал ответ. - Почему он не ловит тролля? -Думаешь, он мне докладывается? - ответил Рон. - Дальше, быстрее! Мы тихонько вышли в следующий коридор. Шаги Снейпа удалялись, судя по звукам, он бежал вверх по лестнице. -Что ему понадобилось на третьем этаже? - спросил Невилл, но Рон оборвал его, подняв сжатый кулак. -Чувствуете запах? - прошептал он. Мы принюхались и почувствовали. Воняло убойно, смесью казармы, тюремной камеры и давно не чищенным общественным туалетом типа «сортир». Мы шарахнулись в тень ниши и принялись наблюдать. Затем до нас донесся звук — низкое порыкивание и сопение, а затем появился и сам носитель одороакустического оружия. Четырехметровая, коренастая, пузатая, похожая что цветом, что формой на грубо обтёсанный валун туша, на коротких толстенных колонноподобных ногах, с длинными руками и непропорционально маленькой головой. За собой тролль волоком тащил здоровенную дубину. Тролль остановился у дверного проема и застыл, явно находясь в раздумьях, куда идти дальше. Он шмыгал носом, шевелил длинными ушами и вообще всячески стимулировал собственную умственную деятельность, которая явно давалась ему с превеликим трудом. Наконец он принял решение и нырнул в проход, пригнувшись, чтобы не влететь лбом в притолоку. Рон с Невиллом не сговариваясь рванули вперед, и, прежде чем я успел их остановить, захлопнули дверь. Рон повернул торчащий в двери ключ. -Ес-сть! - воскликнул Рон. - Мы его поймали! -У меня хреновые новости, парни, - прохрипел я. - Это и есть туалет! Как будто в подтверждение из-за двери донесся панический девичий визг. -Мордред и Моргана! - выругался Рон. - Гарри, мы должны... Я уже сбросил с плеча торбу и сунул в неё руку. Под пальцы попадались свитки, учебники, нераспечатанная пачка пергамента, чернильница, но вот мои пальцы сомкнулись на стволе «Бумстика» и я потянул его наружу, благодаря судьбу, что догадался закрепить патроны на прикладе. -Открывайте дверь! - рыкнул я, вытаскивая пушку из торбы. - Открывайте дверь и отвлеките тролля, мне нужно полминуты! Невилл рванул к двери, со второй попытки повернул ключ в замке и распахнул дверь. Рон и Невилл нырнули внутрь, я последовал за ними, таща громпалку в обеих руках. Гермиона стояла у дальней стены, изо всех сил пытаясь просочиться сквозь неё. Невилл подхватил валяющуюся на полу затычку для умывальника и метнул её в голову тролля. Промахнулся, конечно, затычка врезалась в стену и загремела. Тролль обернулся, чтобы посмотреть, кто это производит такой шум, а затем повернулся в нашу с Невиллом сторону. Я упал на колено, поставив пушку на сошки, и трясущимися пальцами начал откручивать крышку-затвор. Руки дрожали, пальцы соскальзывали, поэтому я потратил примерно вдвое больше времени, чем обычно. Толстый цилиндр патрона нырнул в патронник, я закрыл крышку и принялся её закручивать, всё никак не попадая в резьбу. Рон тем временем оббежал тролля и швырнул ему в плечо металлическую трубу. -Эй, смотри сюда, тупорылый! Тролль не обратил внимания на врезавшийся в плечо кусок металла, зато отреагировал на крик. Он обернулся к Рону и завертел головой, пытаясь сообразить, что делать в первую очередь. Невилл тем временем оббежал тролля, схватил Гермиону за руку и попытался потащить её за собой. Гермиона не сдвигалась с места, продолжая верещать от ужаса. Крики Гермионы и Невилла, ругань Рона, рикошетируя от стен, создали жуткую какофонию, окончательно сбившую тролля с толку и панталыку. Я тем временем всё же закрутил затвор, разложил пушку, так что ствол встал на запор, упал на колени и вложился в пушку. Тролль всё же принял решение и пошел в сторону Рона. Тот в ужасе взмахнул палочкой и воскликнул: -Вингардиум Левиоса! Дубина вырвалась из лапы тролля и взмыла к потолку. Тролль недоумевающе рыкнул и потянулся к ней обеими лапами. И я, прицелившись в открывшийся бок, оттянул большим пальцем и отпустил курок. БАДУХ! У меня из глаз посыпались искры, на какое-то время я ослеп от боли, в груди полыхнуло пламя, ощущение было просто неотличимо от доброго удара конским копытом. Я опрокинулся на спину, отброшенный назад страшной отдачей. Боль была страшная. Но сквозь боль я услышал грохот упавшей туши и почувствовал сотрясение пола. А затем до моего носа донеслась жуткая вонь. Ещё более жуткая, чем можно было ожидать. Судя по всему, тролль такого подарка судьбы не пережил и лопнул чуть ли не пополам. -Что здесь проис... О, Мерлин!!! - пробился сквозь звон в ушах женский голос. - Что здесь произошло? -Профессор МакГонагалл, мы... -Я хотел бы обратить ваше внимание, профессор МакГонагалл, что студент вашего Дома лежит на полу, и ему не помешала бы помощь, - ага, а это Снейп. Зрение постепенно возвращалось, хотя и не полностью — очки куда-то улетели. Надо мной склонились две фигуры, черная и зеленая. -Мистер Поттер, вы меня слышите? - услышал я взволнованный голос МакГонагалл. -Про...фессор, - прохрипел я, судорожно кашляя. - Тро... тролль! -Можете не беспокоиться, Поттер, - раздалось шипение Снейпа. - Вы только что угробили ценное животное. И мне очень интересно, откуда вы взяли в Хогвартсе маггловскую пушку? -Не... запрещено, - прохрипел я. -Молчите, Поттер, - вмешалась МакГонагалл. - У вас сломано четыре ребра, раздроблена ключица, проткнуто лёгкое. Молчите, мы сейчас отправим вас в Мунго. *** Есть один плюс у магов — лечат быстро. В прошлой жизни такие травмы отправили бы меня на больничную койку месяца на два. А здесь — две ночи и один день в Мунго, и утром второго ноября я уже выходил из камина в кабинете директора в сопровождении МакГонагалл. -Гарри, мальчик мой! - с улыбкой встретил меня Дамблдор. - Как твое самочувствие? -Вполне неплохо, профессор, - отозвался я. - Во всяком случае, намного лучше, чем у тролля. Как Рон, Невилл и Гермиона? -Мистеры Уизли и Лонгботтом, равно как и мисс Грейнджер в полном порядке. Гарри, я бы хотел с тобой переговорить за чашкой чая. Минерва, спасибо тебе большое, я не смею более отнимать твое время. Или ты желаешь чаю? -Нет, Альбус, спасибо, - отказалась МакГонагалл. - У меня много дел. Декан вышла на лестницу, аккуратно прикрыв за собой дверь. -Гарри, а ты чай будешь? - поинтересовался директор. -Если в нем не будет веритасерума, сэр, - ответил я. -Ты опасаешься раскрыть мне какие-то тайны? -Да, сэр. У меня есть тайны, которые лучше не знать никому. -Даже мне? - удивился Дамблдор. -Даже вам, сэр. Особенно вам, сэр. -Ты мне настолько не доверяешь? -Вы пытались читать мои мысли, сэр. -Я спросил у тебя на это разрешения. -Но я не знал, на что разрешение даю, сэр. Давайте начистоту, сэр. Что вы хотите узнать? -Правду. Я хочу понимать, зачем, а главное, как, ты раздобыл это, с позволения сказать, орудие. Которым ты убил тролля и покалечил сам себя. -Поторгуемся, профессор Дамблдор, сэр? Правда с моей стороны в обмен на правду с вашей. -Правда, Гарри, вещь прекраснейшая, но и опаснейшая. А потому следует подходить к ней с превеликой осторожностью. Я отвечу на твои вопросы, если у меня не будет достаточно веской причины, чтобы промолчать. -Но молчание не будет считаться ответом. И любые санкции, которые могут быть применены, будут применены ко мне, а не к кому-либо ещё. -Хорошо. Тогда позволь, первый вопрос будет считаться заданным мной. -Хорошо. Я изготовил это оружие самостоятельно, равно как и боеприпасы к нему. Здесь, в Хогвартсе. Мой вопрос — почему я рос у Дурслей? -Потому что они — твои ближайшие родственники, Гарри. Зачем ты изготовил это оружие? -Я полуслучайно попал в Запретный коридор и натолкнулся на трехголового агрессивного пса. Второй раз встречаться с ним без оружия я не готов. Зачем вы хотели прочесть мои мысли? -Я не могу полностью ответить на этот вопрос, Гарри. Удовольствуешься ли ты половиной ответа? Я молча кивнул. -Я очень боялся, что увижу перед собой забитого злобного паренька. Особенно после того, что ты рассказал мне о Дурслях. Ты бы убил того пса при встрече? -Если бы встал вопрос — жизнь этого пса или жизнь человека — безусловно. Но просто так — не стал бы. Как минимум — это чей-то пёс, он не ведет себя как дикая собака. Я не хотел бы причинить этому человеку горе, убив его друга. Почему вы боялись, что я буду злым? -Однажды я уже видел такого мальчика, - вздохнул Дамблдор. - Он вырос очень, очень злым. Кто-то другой может изготовить такое же оружие? -Да, это несложно технически. Но маловероятно. Тому, кто захочет повторить, должно, во-первых, очень сильно повезти, а во-вторых, у него должны быть знания, что именно он делает. Этот другой злой мальчик... Кто это был? -Я не могу ответить на этот вопрос, Гарри. Пока не могу. Задай другой. -Вы не смогли прочесть мои мысли? -Нет, не смог. Твой разум очень хорошо защищен. Ты знаешь, кто установил тебе эту защиту? -Я не могу ответить на этот вопрос, профессор, - улыбнулся я. - Правда — прекраснейшая, но и опаснейшая вещь... Так что задайте другой вопрос. -Тогда скажи — почему ты пошел искать мисс Грейнджер? Насколько я знаю — вы не очень ладите. -Личное не должно мешать общему делу, сэр. Плюс... Нас об этом попросил Невилл. А Невиллу мы с Роном малость задолжали. -И ты готов отдавать долги даже так? – поинтересовался Дамблдор. – При том, что у тебя-то долгу перед мистером Лонгботтомом взяться неоткуда? -Это второй и третий вопрос… сэр, - ухмыльнулся я. -Три на три? – предложил старый директор. -Хорошо. Да, готов. Рон бы всё равно туда пошел, а он мой друг, так или иначе. А шансы ухайдакать тролля были только у меня. Мой первый вопрос: почему меня не любит Снейп? Я и так знаю ответ, но одним вопросом пожертвуем ради легенды. -Профессор Снейп, Гарри. Твой отец и профессор Снейп не сильно-то дружили, когда учились здесь. Я кивнул. -Тогда понятно. Хотя и не красит профессора, - хмыкнул я. – Ну да ладно, переживу. Второй вопрос: почему Сириус Блэк предал моих родителей? – а вот это критично. Сейчас я закладываю обоснуй своему интересу к Сириусу Блэку. -Не знаю, Гарри, - ответил Дамблдор. – Могу только предполагать. Он из чистокровного, старого, но, увы, очень… своеобразного рода. Тогда все Блэки так или иначе оказались на стороне Волдеморта. Возможно, семейные связи оказались для него важнее дружеских. Возможно, что-то ещё. Возможно многое. Я не знаю, Гарри, и, если честно, не хочу знать. Каков твой третий вопрос? «Врёт или нет?» - пронеслась мысль. -Будем считать, что я оставлю право на один вопрос за собой, профессор, - улыбнулся я. Дамблдор весело рассмеялся. -Хочешь иметь в запасе маленький должок директора? – весело сверкнул глазами он. – Ну что ж, не самый страшный долг. Пусть будет так. Тогда я не смею тебя задерживать – если поторопишься, то ещё успеешь на завтрак. Я вежливо раскланялся с директором и рванул вниз по лестнице. Жрать хотелось неимоверно. На входе в Большой Зал я столкнулся с Роном, Гермионой и Невиллом. Я несколько секунд смотрел на этих практически детей, которые несмотря ни на что, поставили на кон собственные жизни. Одно дело я, мне помирать – можно сказать, привычное дело. И другое – они. У них-то опыта жизни нет. И при этом – они куда как большие герои. Пока я смотрел на них, на лице Рона медленно расплывалась широченная довольная улыбка, мило и чуть лукаво улыбалась Гермиона и даже на лице Невилла появилась робкая улыбка. А затем меня погребло под бурей восторга, когда вся эта троица навалилась на меня и начала тормошить.