Глава 0: Двойная Ложь

Мир, построенный на лжи… Такова была жизнь айдола. Публика видела блеск и гламур, папарацци, концерты, собиравшие миллионы, компакт-диски, колоритных персонажей, которые делали повседневную жизнь их поклонников немного более терпимой. Но публика не видела скрытых шрамов, миллионов девушек, чьи мечты рушились каждый год из-за отказов; тысяч девушек, ютящихся в подпольных гримёрных и вынужденных пользоваться одним зеркалом для нанесения макияжа; сотен девушек, которым приходилось полностью отказываться от своего образа ради шанса попасть на телевидение… Публика видела лишь тех немногих девушек, которые прошли через этот ад и добились славы. Звёздной славы, достигнутой исключительно ложью. Однако некоторые с этим не согласятся, сказав, что сама реальность всегда строилась на лжи. Обычные люди полагались на мелкую ложь, будь то другим или даже самим себе, чтобы оправдать свои поступки и двигаться дальше. Мелкая ложь, которая позволяла им чувствовать себя немного лучше, мелкая ложь, которая внушала им, что они справятся, потому что они сильные. Ложь, какого бы размера она ни была, всё равно остаётся ложью… Поэтому в этом смысле разница между айдолами и реальностью, возможно, не так уж и велика, как может показаться на первый взгляд. Но что происходит, когда ложь Реальности и ложь Айдолов сливаются воедино? Ложь, сформировавшая репутацию Ай Хошино, одной из самых популярных айдолов во всей Японии… Та же самая ложь, которая заставила её скрывать свою жизнь, свою любовь и в конечном итоге привела к её смерти? Ложь, скрывавшая от общественности её детей-близнецов? Ложь, скрывавшая за занавесом организатора её убийства? Аквамарин и Руби Хошино, близнецы, рождённые во лжи шоу-бизнеса, слились с ложью реальности. Оба они жили во лжи, о которой никто и не мог догадаться. Нет, речь идёт не о лжи, что они были детьми Ай Хошино… А о лжи, что они были двумя перерождёнными душами, навсегда связанных между собой. Умирающая в больнице молодая девушка, чьим единственным желанием было однажды самой стать айдолом. Молодой доктор, который каждый день винил себя в её смерти, ещё до своей собственной безвременной кончины. Две лжи, не имеющие отношения к реальности и айдолам. Однако, когда эта ложь пересекается, и правда о событиях многолетней давности выходит наружу... Что будет дальше…? …. ….. …

***

Глава 0: Двойная Ложь «Боже, а я думала, братик будет поддерживать здесь чистоту...» — жаловалась 16-летняя Руби Хошино, обращаясь ни к кому конкретно, пока рылась в комнате своего брата, словно енот в мусорном ведре. Она мало заботилась о личном пространстве, просто веря, что они с Аквой — кровные родственники, а значит, делят свои комнаты… По крайней мере, комната Аквы принадлежала ей, она бы убила Акву, если бы он когда-нибудь залез в её комнату. Перебирая бумаги на столе, Руби преследовала единственную цель — найти последний том Сладкого Сегодня, который, как она точно знала, был у Аквы. Благодаря своей работе актёра и связям в манга-индустрии (благодаря своим ролям в Сладком Сегодня и Токийском Клинке) он всегда получал новые тома на несколько дней раньше, и всё же заставлял её ждать официальной даты выхода, чтобы она смогла купить свой собственный том. Как грубо. Перебрав на столе различные бумаги и обнаружив лишь старые тома, перемешанные с разными сценариями Режиссёра, Руби не успела сдержать стон, откинувшись на спинку стула у стола Аквы и лениво вращаясь на нём. «Это полный отстой, братик, просто поделись со мной!» — снова проныла она, обращаясь ни к кому конкретно, стул продолжал вращаться, пока инерция не остановила её перед столом, поставив на один уровень с нижней частью плаката, висевшего перед ней. Подняв взгляд, она вскоре смягчила его, остановившись на изображении Ай Хошино, одном из последних плакатов с её изображением, выпущенных перед её безвременной кончиной. «Мама…» — Руби подавила в себе эмоции, которые грозили выплеснуться наружу, — привычка, которую она выработала за эти годы, когда дело касалось Ай, — и быстро сменила тему: «Братик изменился с тех пор, как тебя не стало… Он стал более холодным и отстранённым… И всё же он по-прежнему собирает девушек в свой личный гарем! Он всё тот же бабник, что и в детстве! Представляешь?!» Она надула губы с притворной серьёзностью, но затем тревога снова проникла внутрь, словно жук сквозь трещину в стене, подтянув колени к груди и обхватив их руками. «...Я за него переживаю, понимаешь? Даже когда он изо всех сил старается получить больше ролей в кино или делает посты в Твиттере о свиданиях с Аканэ, всё это кажется... постановочным... Как будто он не считает, что имеет право что-либо испытывать, если не может обосновать причину», — Руби опустила голову на колени, и прежде чем она успела сдержать вздох, она поняла: «Я знаю, это не моё дело, мы брат и сестра только из-за какого-то бога или что-то в этом роде, у нас обоих была жизнь до этого, так что я уверена, что он был таким же и до своей первой смерти, просто... Просто это немного грустно...» Несколько секунд длилось молчание, её шепёт подхватил ветер, и она лишь надеялась, что их донесёт до того места, где сейчас находилась Ай. Медленно она подняла голову и прислонилась к изголовью стула, на мгновение закрыв глаза, а затем открыв их, чтобы поднять себе настроение, прежде чем ещё глубже погрузиться в свои тревоги и в сам стул. И, конечно же, всякий раз, когда ей нужно было поднять настроение, её мысли всегда обращались только к одному человеку. Ему. «Спорю, у братика в прошлой жизни просто не было Доктора, человека, который всегда был бы рядом, заставлял бы его улыбаться и смеяться. Человека, что развлекал бы его мысли, даже когда понятия не имеешь, о чём говоришь, и смотрел бы с ним видео с айдолами…» — чем больше она говорила, тем краснее становилось её лицо, пока оно не превратилось в багряную маску, а смех вырывался из её губ по мере того, как она погружалась всё глубже в эту тему: «А… А ты знаешь, мама, Доктор сказал, что когда мне исполнится шестнадцать, он женится на мне, а мне только что исполнилось шестнадцать! Значит… Значит…» Она внезапно вскочила со стула, отбросив его назад, затем упёрла руки в бока и кивнула. «Это значит, что я должна найти его и напомнить ему о его обещании! Пусть он не изменяет мне с какой-нибудь молодой медсестрой, я никогда его не прощу! В конце концов, единственная молодая девушка, на которой ему разрешено жениться, — это я, потому что он обещал! К чёрту мангу, мне нужно идти на репетицию на случай, если Доктор будет на моём следующем концерте!» Резко развернувшись, Руби с силой ударилась о стол, из-за чего монитор «проснулся» и на экране отобразилось то, над чем Аква работал до этого. Руби едва взглянула на него, как и любой бы сделал, увидев загоревшийся монитор, прежде чем они продолжили заниматься своими делами. Но Руби замерла… Полностью. Она застыла, как олень на встречной полосе, её глаза, обычно сияющие как звёзды, просто смотрели на то, что она видела на компьютере Аквы. Поисковая система Google была открыта, само по себе это ничего примечательного не представляло, но примечательным был один из предыдущих поисковых запросов, отобразившийся в строке поиска. Горо Амамия Точно такое же имя, как у её Доктора. «Ч-Что…?» — Руби медленно повернулась к монитору, не отрывая глаз от имени, гадая, не упускает ли она чего-то, словно ей показалось. Однако, что бы она ни делала — протирала глаза, наклонялась к экрану, меняла угол обзора, — имя в предыдущих поисковых запросах оставалось тем же. Горо Амамия «П-почему брат искал информацию о Докторе?..» — больше спрашивала себя Руби, чем какую-либо божественную силу, шагнув к монитору и встав прямо перед столом, опустив руки вдоль тела. В её голове пронеслись тысячи вариантов: от случайного совпадения в именах до предположения, что Аква знал Горо в прошлой жизни, и, возможно, Аква даже встретил Горо в этой жизни по какому-то вопросу, связанному с актёрским мастерством. Конечно, существовала также вероятность, что Аква... «Хватит», — прошептала Руби себе под нос, качая головой и впиваясь ногтями в ладони: «Д-Доктор жив, он был молод, когда я умерла, он бы не...» Медленно она подняла дрожащую руку, сжимая мышку и перемещая курсор к строке поиска. Решение было простым: достаточно было просто щёлкнуть по строке, чтобы увидеть все связанные запросы, касающиеся Горо. Если бы это было просто имя и ничего больше, или даже имя, связанное с кем-то из актёрского мира, то это лишь бы укрепило её теорию о одинаковых именах. Но если бы всплыло что-то ещё... «Я же сказала, хватит», — Руби покачала головой, волосы развевались из стороны в сторону, но, набравшись смелости, щёлкнула по строке поиска, и исчезающая и вновь появляющаяся линия стала чётко видна. Подняв другую руку, она опустила ноготь указательного пальца и с большей силой, чем требовалось для клавиатуры, написала по буквам имя Горо, отказываясь поднимать глаза и смотреть на строку поиска, пока не убедится, что имя набрано. Нажав на кнопку «О», она еще мгновение держала глаза опущенными, прежде чем наконец медленно подняла их, чтобы посмотреть на монитор… В тот момент Руби не могла дышать. Горо Амамия мёртв Доктор Горо Амамия мёртв Тело Горо Амамии найдено Горо Амамия пропал без вести Горо Амамия, врач, уволен Горо Амамия, префектура Миядзаки Горо Амамия Ай Хошино «...Д...Д...» — она попыталась произнести его имя, просто сказать "Доктор" растерянным тихим голоском, но даже это не помогло. Всё, что мог делать её мозг, — это смотреть на автоматически заполняемые результаты прошлых поисков, каждый из которых был ещё одним патроном, заряженным в пистолет, который она не могла отрицать. Доктор, префектура Миядзаки. В префектуре Миядзаки был только один доктор Амамия — её Доктор, студент-медик, который во время учёбы иногда отлынивал от работы и приходил к ней часами. Конечно, к этому времени он уже должен был стать врачом, ведь прошло почти двадцать лет, если не больше. Так почему же… Почему Аква, её брат, искал его в интернете, как будто он был мёртв… Почему Аква связал имя своей матери с ним? Дело в том, что Аква искал информацию не только о смерти её Доктора, но и о его связи с их матерью. Тот самый Доктор, который отвергал культуру айдолов, тот самый Доктор, который говорил, что никогда не понимал привлекательности Ай, даже когда часами сидел с ней и пересматривал одни и те же видео с концертов. Тот самый Доктор, которого её брат искал в связи с ней. Руби почувствовала, как сжалось сердце, она с глухим стуком откинулась на спинку стула, дыхание стало поверхностным и учащённым, руки дрожали ещё сильнее. Крепко сжимая мышку, словно от этого зависела её жизнь, она кликнула на результат поиска о смерти своего Доктора. На экране быстро появились различные веб-страницы, но единственным результатом, который она смогла найти по поводу Горо, была местная газета, оцифровавшая свои материалы и опубликовавшая раздел, в котором подробно описывалось исчезновение врача из местной больницы. «Доктор пропал...?» — сердце Руби забилось ещё быстрее, взгляд снова устремился на строку поиска, в голове пронеслось множество мыслей. Пропажа не означала смерть, пропажа просто означала, что человек… пропал без вести. Если бы Аква знал Горо, в своей первой жизни или сейчас, он бы не стал искать его как мёртвого, а просто пропавшего бы без вести и проверил, не появились ли какие-либо зацепки. Он бы написал "мёртв" только в том случае, если бы был в этом уверен. Он был бы уверен в его смерти только в том случае, если бы его убил Аква, и, несмотря на то, насколько мрачным и холодным был Аква, Руби никогда бы не поверила, что он способен убить кого-то, тем более такого добросердечного доктора, как Горо… В противном случае он был бы уверен в смерти Горо только в том случае, если бы… В прошлом он был… был… Руби снова глубоко вздохнула, сдерживая слёзы, готовые вот-вот хлынуть, прежде чем снова щёлкнуть по строке поиска и удалить имя, оставив её снова пустой. Она смотрела на неё, её учащённое дыхание никак не хотело замедляться. У неё был только один способ подтвердить альтернативу убийству, и даже тогда это лишь подтвердило бы эту мысль или просто оставило бы её в недоумении. Она потянула палец к клавиатуре и закрыла глаза, слеза скатилась по щеке, указательный палец давил на каждую клавишу с силой, словно сам факт того, что она ещё жива. С А Р И Н А Сарина, имя из её прошлой жизни, имя, данное ей семьёй, которой было всё равно, имя, которое она презирала, прежде чем полюбила его, потому что его любил Горо, а это означало, что Горо любил её. Глаза Руби медленно открылись, она выглянула наружу, не готовая увидеть правду воочию. В тот момент все представления Руби о её брате и Докторе рухнули. Сарина Тэндоджи Некролог Сарины Тэндоджи Сарина Тэндоджи Двенадцать Лет Некролог Сарина Тэндоджи. Двенадцать Лет Некролог Префектура Миядзаки. Сарина Тэндоджи, её полное имя, а также возраст на момент смерти, находятся в истории поиска Аквы. В той же истории поиска, где было имя её Доктора, в той же истории поиска, где указывалось на смерть её Доктора, несмотря на отсутствие официальных данных, в той же истории поиска было её полное имя, возраст на момент смерти и даже тот факт, что она находилась в префектуре Миядзаки. «Почему… Почему брат…» — она знала ответ, или, по крайней мере, единственный ответ, который хоть как-то имел смысл. Ответ, который, если являлся правдой, как указывали все доказательства, означал, что это тот самый мужчина, которого она искала всю свою жизнь, тот самый мужчина, которого она всячески старалась впечатлить, тот самый мужчина, которого она любила тогда и любит до сих пор… Если это правда, значит, этот мужчина всё это время был рядом с ней. Руби почувствовала, как её щеки покраснели; тот факт, что она теперь сидела в комнате Аквы, ощущался не столько как вторжение в личное пространство брата, сколько как вторжение в личное пространство любимого человека. Её взгляд скользил по всему, каталогизируя… Разрозненные медицинские учебники, которые он хранил здесь, разговоры о поступлении в медицинский институт, его чрезмерная опека над ней… Всё стало понятно, всё было взаимосвязано и логично. «О-О боже мой… Д-Доктор, Вы… Вы…» — она прикрыла рот рукой, из глаз текли слёзы, она была совершенно потрясена, осознав, что любимый ею мужчина всё это время был рядом, а она этого не замечала. Она была в отчаянии от того, что он, по всей видимости, умер. Она злилась на себя за то, что никогда этого не замечала. Она недоумевала, почему он ей ничего не сказал. Но прежде всего, она была безмерно рада снова быть с ним. «Опять роешься в моей комнате в поисках манги?» — внезапно раздался голос, одновременно знакомый и незнакомый, голос, от которого у неё перехватило дыхание, а глаза заблестели. Медленно повернувшись на стуле, она увидела глаза мужчины, стоявшего в дверном проёме, с как всегда нейтральным выражением лица. Брат и сестра смотрели друг на друга, слёзы Руби продолжали литься, и на лице Аквы впервые появилось выражение беспокойства. «Эй… Ты в порядке? Что случилось?» — Аква начал приближаться к ней, каждый его шаг звучал в такт стуку её сердца в груди, и единственным звуком, прорезавшим этот оглушительный шум, был его голос. Подойдя к ней, Аква поднял руку и приложил её ко лбу, отчего та покраснела ещё сильнее, её губы слегка приоткрылись, словно у поклонницы, встретившей знаменитость, которой она восхищалась много лет. «У тебя жар, ты что, перенапрягаешься?» «Док…» — Руби перебила его, медленно схватив Акву за запястье и опустив его вниз. На его лице читалось полное недоумение, а его тёмные глаза встретились с её сияющими. «Р-Руби…?» Он произнёс это имя вопросительно, словно не был до конца уверен, правильно ли он это сделал, но когда он понял и осмыслила ситуацию, он сделал это тем же тоном, тем же самым, каким обычно задаёт вопросы… Он ничуть не изменился… О Боже, за все эти годы он ничуть не изменился… По щекам Руби потекли новые слёзы, она прижался его руку к своей щеке и уткнулась в нее, после чего на её лице расцвела широкая улыбка, придавшая ей смелости наконец снова заговорить. «Доктор… Это я… Сарина».