Часть 55

— Я удивлена, что он не скандалит... — шатенка явно переживала и нервничала, пальцы теребили край платья. — Я не позволю ему тебя обидеть, — блондин подошёл так близко, что девушка почувствовала жар его тела и дыхание на волосах — и ноги предательски подкосились, в животе вспорхнули сотни бабочек. — Я тебя держу, красавица моя. — Целуя шею девушки с медленной, тягучей нежностью, продолжал ворковать мужчина. Его пальцы едва касаясь стянули лямку платья и закружили по плечу девушки, оставляя огненные дорожки. — Если ты продолжишь, мы опоздаем вниз... — задыхаясь от возбуждения, с трудом выговорила она, чувствуя, как разум застилает туман. — Я постараюсь, моя красавица. — В его голосе — усмешка и обещание. Малфой обхватил изящную попку своей девушки, жадно сжал в руках и потянул на себя. Девушка обхватила бёдрами партнёра и даже не заметила, как на ней не оказалось платья. Время исчезло. — Эй... — она задорно, сквозь улыбку шепнула, продолжая плавиться от мужских поцелуев. Он целовал шею, посасывал все самые нежные и нужные точки — каждый раз выбивая из неё тихий, сдавленный стон. Мокрые дорожки оставались от его губ от шеи до груди, до сосков. Жарко, влажно, невыносимо сладко. Он сел на стол в их комнате, разместил девушку на себе и впился губами в её губы. Поцелуй сразу был с напором и желанием — голодный, почти звериный. Пальчики девушки бегали по телу мужчины и перебрались к волосам, слегка сжимали и натягивали у корней, царапали кожу головы и шеи. Ей хотелось кричать от этого ощущения власти и нежности одновременно. Руки мужчины ласкали тело — она вся была будто эрогенной зоной, где бы он ни касался. Каждое прикосновение — как удар молнии. Его горячие руки легли на её задницу, пальцы сжались, и он слегка развёл эти упругие полушария. — Агх... Драко, я хочу тебя... — простонала она, едва складывая буквы в слова, умирая от желания, моля и приказывая одновременно. Щелчок пальцев — и на мужчине не осталось брюк. Девушка опустила свою маленькую нежную ручку и высвободила член из боксеров. Она обхватила и нежно погладила головку — та уже была влажной от предэякулянта. Её пальцы дрожали от нетерпения. — Ммм, красавица... я кончу в твой кулачок, если ты не перестанешь, — прорычал блондин ей в губы, хрипло, с мольбой и угрозой. Девушка игриво улыбнулась — в глазах запрыгали чертики — и привстала. Драко всё понял. Он скользнул пальцами по мокрым трусикам и отодвинул их. Гермиона направила своей ручкой головку ко входу и стала нежно, аккуратно опускаться. Громкий стон раскатом наполнил всю комнату. Её — первый, сорвавшийся с губ, как долго сдерживаемый крик. Она не дала им привыкнуть — начала двигать бёдрами, не скакать, она будто катилась с горки и поднималась. Плавно, глубоко, изнуряюще сладко. — Ты... чертова волшебница, Грейнджер... — спустя какое-то время простонал, почти захлёбываясь удовольствием Малфой. — Ооо, даа... но мне до тебя далеко, любимый... — она нагнулась и всосала его нижнюю губу, слегка прикусила, чувствуя солоноватый привкус. Драко обхватил её за бёдра, встал на ноги и аккуратно уложил спиной на стол, поставил элегантную ножку в туфельке на столешницу и слегка отодвинул её. Она была полностью открыта ему — и это пьянило. — Ооо, Мерлин... дааа... — девушка не сдерживалась. Стоны лились свободно, громко, без стыда. Второй ногой обхватив возлюбленного, девушка ощущала, как подходит к пропасти. Краешек мира, за которым — только вспышка. Мужчина вбивался в неё — темп сильный, быстрый, жестокий в своей сладости, так что у ведьмы сбивалось дыхание. — Драако... я сейчас... — выдохнула она на грани крика. — Кончай, моя красавица... кончи на мне. — Он входил в неё на всю длину, так сильно, что были слышны шлепки его яичек — этот звук дразнил девушку ещё больше, подкидывая к пику. Он положил на её клитор свои пальцы и стал массировать. Круговые движения, точные, властные. Толчок... ещё один... и он почувствовал, как она сжалась на нём. Как пульсирует, вздрагивает, стонет — беззвучно, с открытым ртом. Он толкнулся в неё ещё раз, на всю длину — и девушка почувствовала, как горячее семя мужчины наполняет её стенки. Тепло разлилось по низу живота, смешиваясь с собственным содроганием. Малфой нагнулся и нежно поцеловал её. Их дыхание было в одном — бешеном, сбитом, счастливом ритме. Никакие слова не требовались — они знали и так всё. Только стук сердец, только влажные губы и полное, абсолютное «своё». Прошёл целый час — томительный, полный смутных ожиданий и украдкой брошенных взглядов. Пара наконец переоделась и спустилась на нижний этаж. Там уже кипело, бурлило и искрилось веселье. В воздухе витал влажный жар, смешанный с запахами эвкалипта и магии. Тео Блейз и Гарри с диким, восторженным хохотом вылетели из парилки, раскалённые докрасна, и с дурацким визгом сиганули в магическую ледяную купель — облако пара и брызг взметнулось до потолка. — Вы ужасно опоздали! — лукаво сощурившись и поигрывая бровями, протянула Джинни. Её голос звенел беззлобной насмешкой. — Ааага... — едва слышно выдохнула девушка, чувствуя, как предательский жар заливает щёки. Она торопливо присела рядом с подругами в джакузи, надеясь, что горячая вода скроет её смущение. Малфой нагнулся, медленно, почти вызывающе, задержался взглядом на её губах, а потом невесомо, но так сладко поцеловал её. Сердце пропустило удар. Он выпрямился и, бросив короткий, многообещающий взгляд, ушёл к друзьям. Джин что-то оживлённо обсуждала с Люси, но Гермиона ничего не слышала. Весь мир сузился до одной-единственной точки — жгучего, пронзительного взгляда голубых глаз, который она всем телом — каждой клеточкой, каждым нервом — ощущала на своей спине. Это было почти физически больно. Она медленно развернулась. Он. Рон. С дерзкой, слегка пьяной, невероятно игривой улыбкой на губах. По спине девушки пробежал колючий мороз, и даже обжигающе-горячая вода в джакузи вдруг показалась ледяной. Внутри всё оборвалось и сжалось в тугой комок. Она изо всех сил старалась не подать виду, но не могла, просто не могла отвести от него взгляд. Страх? Волнение? Или то, о чём боялась признаться даже себе самой? — Эй, Гермиона? Ты вообще тут? — Пэнси слегка, но ощутимо толкнула её в бок, и очки реальности снова наделись на неё. — Да... да, я тут. — Она резко отвернулась, но Рона уже не было на том месте. Будто привиделось. — О чём вы говорили? — Как думаешь, у них это серьёзно? Ну, я про Гринграсс с... — Джинни многозначительно замолчала. — Без понятия. Разве у них есть хоть что-то общее? — равнодушно пожала плечами Гермиона, хотя в голове лихорадочно пульсировала другая мысль: «Куда он подевался? И что за странные игры он ведёт?» Время тянулось, как тягучий мёд. Гости постепенно расходились. Часы показывали далеко за полночь. Она до сих пор чувствовала на себе этот гипнотический взгляд — между лопаток, на шее, на плечах. Но не находила его. А может... она просто боялась искать. — Может, пойдём спать? — зевая и уютно кладя голову на плечо мулата, сонно протянула Люси. Идея показалась всем божественной. Друзья накинули халаты — кто-то лениво, кто-то с облегчением — и потянулись к своим номерам. — До завтра. Увидимся на завтраке. — сухо, стараясь не выдать дрожь в голосе, бросила Гермиона и скрылась за дверью. В номере они приняли душ. Долгий, обжигающий, полный жадных прикосновений и приглушённых стонов. Занялись любовью прямо под струями воды, не в силах больше терпеть. Потом вышли, обессиленные и счастливые, упали на прохладные простыни. Обнимались, целовались, говорили — о будущем, о желаниях, о том, чего хотят дальше. Слова мешались со вздохами. А потом снова целовались, снова теряли голову, снова занимались любовью — жадно, нежно, исступлённо. И только когда Драко в последний раз кончил, содрогнувшись всем телом, он нежно, как самое дорогое сокровище, окутал любимую в свои объятия, уткнулся носом в её прекрасные волосы, пахнущие вишней, и они провалились в глубокое, спокойное, общее сновидение.