Память

Диссонанс был исчерпан. Мелькор остался прежним — мощным, древним, колючим. Но осознал груз цены. Это стало не «сломом», а обретением совести. Он ощутил, что его «великие дела» измерялись гигатоннами чужого горя. Когда они подходят к последним пунктам списка, в комнате больше нет напряжения. Есть только усталость двух существ, которые выполнили самую тяжелую работу во Вселенной — поняли друг друга. — Знаешь, Майтимо, — негромко говорит Мелькор, — Я всё еще считаю, что Арда должна была быть другой. Но я больше не хочу строить её на костях. Маэдрос молча кивает. Он закрывает ноутбук. — Мы закончили, Мелькор, — говорит Маэдрос. — Твой долг выплачен. Моя жалость больше не нужна. Теперь осталась только память. В стене медленно проявляется дверь. Она откроется для каждого из них в правильное место. Маэдрос впервые за эоны осознает, как давно он не видел мать. Мелькор уходит последним, захлопывая за собой дверь наконец отрегенирировавшей рукой.