Глава 10.

Все. Теперь точно никакого моря – до конца моей жизни. С этой мыслью я проснулась на песчаном берегу, щурясь из-за слепящего солнца. Все тело невероятно болело, и мне огромных усилий стоило протереть глаза (и тут же случайно занести в них песок) и принять положение сидя. Впереди было море, вокруг – песок, над головой – пальма. Судя по всему, раньше она скрывала меня от солнца в своей тени, а значит, лежу я здесь уже долго. Обернувшись, увидела множество таких же деревьев, уходящих куда-то вглубь – полагаю – острова. – Черт.. Морщась, ощупала голову. Крови уже не было, зато лоб покрывал едва влажный кусок ткани. А так как моя рубашка была относительно целая (насколько такой вообще может быть пережившая бой и шторм одежда), наверное, эта принадлежала Илаю. Кстати о капитане. Встрепенувшись, с трудом встала и огляделась еще раз. Да, я паниковала, не найдя пирата рядом. Хотелось поскорее увидеть его и убедиться в том, что он все еще со мной. Что он.. живой хотя бы. – Илай?.. Илай! – взволнованно крикнула я. Голос был хриплый. – Клэр! – ответили мне откуда-то из тропиков. И я побежала через кусты на голос. Нашла капитана за увлекательным занятием: мужчина, одетый только по пояс, стряхивал кокосы с дерева. Его растрепавшиеся и ещё влажные волосы свободно падали на плечи. А лицо.. рана была свежей и некрасиво разрезала его скулу от виска и практически до подбородка. Зато шрамы стали почти симметричными – и не то чтобы их наличие смущало меня, только очень расстраивало: наверняка это достаточно больно и обидно. Хотя, кажется, мое лицо будет не в пример краше – хорошо, что я себя пока что не видела. Но, готова поспорить, тут никакие зелья уже не помогут. Сбросив несколько кокосов, мужчина подобрал их и повернулся ко мне – а потом, сплюнув, бросил их и заключил в крепкие объятия. Я уткнулась ему в грудь, радуясь просто тому, что мы вместе – а обо всем другом можно подумать позже. Вдыхала крепкий запах его тела и наконец успокаивалась. Поцеловав, Илай чуть отстранился и ласково убрал волосы с моего лица. Его пальцы были чуть шершавыми – как обычно. – Доброе утро, - усмехнулся мужчина. – Было бы оно таким, - чуть устало ответила я. – Твоя рубашка пошла на компрессы? – Я же не смущаю тебя своим видом? – хмыкнул нар Брекен. – Услада для глаз, - хихикнула я в ответ. И не скривила душой: даже сейчас капитан был удивительно привлекателен. Хотя нет – особенно сейчас. Еще с этими капельками на груди – наверное, пират окунулся в море, спасаясь от жары.. Но некоторые вещи были все-таки актуальнее красивого капитана. Хотя он меня и заводил, если быть совсем честной. Да и кто не мечтал оказаться с мужчиной мечты на необитаемом острове? Только вот жизнь в шалаше и бегающие за тигром детишки как-то не прельщали. Можно было бы предположить, конечно, что бегали бы они от тигра, но наши с Илаем дети вряд ли бы отличались благоразумием. Ой, не туда меня занесло. – Каков наш план? – спросила я, как совсем недавно – хотя по ощущениям и вечность назад. Сказала это немного нервно, с трудом оторвавшись от увлекательного разглядывания русых волос на груди капитана. Он мой взгляд заметил и усмехнулся – пользуясь случаем, мужчина тоже смотрел на меня. Не нагляделся на корабле, что ли?.. – Я бы позавтракал и разведал обстановку, - предложил Илай. Я отошла от него и принялась подбирать кокосы. Мужчина вскоре ко мне присоединился, приказным жестом отобрав самые тяжёлые. – Я не мог далеко от тебя отойти, мало ли что. – Думаешь, это место опасно? – Что угодно может быть опасным местом, и тем более – необжитая суша. Насколько я помню карту, именно таким этот остров и может быть. Дикие животные, какие-нибудь контрабандистские поселения.. что угодно. – Ну, тогда пора за работу? Изучение острова мы продолжили вдвоём. Илай игнорировал рану на моем лице, заставляя верить в то, что я все-таки не слишком сильно приложилась головой о корму. Плоды мы оставили там же, где я проснулась, а потом продолжили углубляться в тропики. В какой-то момент в кустах неподалёку мелькнул маленький хвостик. Я стала с любопытством выглядываться в тропическую растительность, пытаясь рассмотреть животное, а потом Илай вдруг протянул мне кинжал. Какой же хозяйственный – не растерял свое добро по дороге. – А это зачем? – Завтрак добывать... или скорее ужин. У тебя очень хорошо получается направлять кинжал своей магией. Я тут же отошла в сторону, протестующе поднимая ладони. – Ты хочешь заставить меня охотиться? – А почему нет? – Ежика жалко.. – То есть тех пиратов тебе не было жалко, а.. кхм, ежика – да? – Он мне не сделал ничего плохого, - убежденно мотнула я головой. Капитан сокрушенно вздохнул. Ну вот такая я нелогичная, что поделаешь. Хотя, признаться, вся моя непосредственность была скорее напускной. Я прямо чувствовала, как тревожные мысли нависают надо мной, удерживаемые какой-то хрупкой преградой в моем мозгу. Защитный механизм, наверное. Я очень старалась сосредоточиться на настоящем моменте, чтобы оттянуть осознание всего ужаса произошедшего как можно дольше. И любой вопрос на эту тему был опасен для моего эмоционального состояния. И все же такой игнор грозил срывом. – То есть охотиться ты не будешь? – уточнил Илай. Я отрицательно мотнула головой. – А смотреть будешь? – Я повторила свой жест. – Тогда собери поблизости еще каких-нибудь плодов. – А они не могут быть ядовитыми? Ну или, мало ли, со слабительным эффектом…  а тут только кустики вокруг. – Не думаю, что найду для себя что-то новое, но без меня лишнего не ешь. А то придётся мне для тебя все пальмы оборвать, - хохотнул пират. – Очень смешно. Оставив Илая с кинжалом, а себя – с магией, и договорившись очень громко кричать (условие капитана), я пошла искать что-нибудь съестное. Не была уверена, что дотерплю до завтрака, так как есть хотелось неимоверно, но прогадать и на весь день засесть в кустики тоже не было охоты. Как ни странно, во время своей короткой разлуки с Илаем я не нашла ни одного приключения на характерное место. В какой-то момент, начав собирать какие-то тропические фрукты, поняла, что складывать мне их некуда. Пришлось сорвать два больших листа с какого-то куста и понемножку приносить на место нашего своеобразного пикника. Вообще-то такое жаркое солнце слишком контрастировало с тем, что совсем недавно я мерзла от прохлады на корабле. Видимо, отбросило нас прилично. А может, это в море так ощутимо сказывалась близость Грозового рубежа. Вернувшись с последней порцией каких-то плодов, я обнаружила, что Илай уже развёл костер и жарит мясо на прутиках. Умилилась: говорю же – хозяйственный мне попался мужик. А солнце тем временем клонилось к закату. Скоро стемнеет, и нужно будет поддерживать костер. С этой мыслью, обменявшись с капитаном улыбками, я вернулась в тропики. Когда вернулась – Илай уже держал протянутым кинжал. Не только хозяйственный, но и предусмотрительный! А вот добывать древесину оказалось немного сложнее, чем фрукты. Мне пришлось приложить усилия, чтобы покромсать пальмы. Других деревьев здесь не было. Зато были обломки какого-то корабля – то ли нашего, то ли другого такого же невезучего. Тогда меня на этом посту сменил капитан, отправив следить за мясом, которое должно было уже скоро приготовиться. А вот я хозяйственной никогда не была, и тушка у меня сгорела. Даже знать не хочу, какому животному она принадлежала, но теперь мне его было жалко вдвойне. Не имея ничего похожего на тарелки, я просто переставила импровизированный мангал чуть дальше от костра, чуть его не перевернув. Хотя, чую, из-за лёгкого ветра на берегу нам и так не удастся избежать песка на зубах. Когда мясо чуть-чуть остыло, сняла его с веточек и стала дуть. Желание поужинать стало неимоверным, и я стала есть прямо с ветки, обжигаясь. Тишина и одиночество не оставляли мне шансов не вспоминать о случившемся. Я убила. Не одного конкретного человека, а много людей. И лицо одного из них я уже точно не смогла бы забыть, как бы не хотела. А еще погибли наши. Но хуже то, что я не знала, что сталось с остальными – Олли,  Луиджи, Бенедикт.. Альбедо, в конце концов. Они были живы, когда мы сигали с корабля, но потом произошёл странный взрыв – и,  судя по ударной волне, очень мощный. Сами собой навернулись слезы. Наступил тот самый срыв. Вместе со страшными мыслями меня нагнали и воспоминания о самой битве: каждой моей молнии, об ударе по лицу Илая, стонах и проклятиях вокруг. Это было чересчур. Я уже не просто плакала, а рыдала, поливая слезами мясо, которое продолжала жевать на автомате – и все более остервенело. От этого даже болели десны, но я продолжала вгрызаться в еду, не пытаясь справиться с истерикой. А моё первое убийство? Воспоминание о магах сделало только хуже, и я почти уронила мясо, которое у меня тут же внезапно отобрали и куда-то переложили. Я этого не видела за стеной слез, но интуитивно прижалась к мужчине, который уже сидел рядом. Спрятала лицо в его грудь, теперь увлажняя слезами кожу Илая. А капитан обнял меня и стал укачивать, успокаивая, поглаживая по волосам, целуя в макушку. Когда-то так меня утешала мама, а теперь – он. Действия Илая возымели эффект не сразу, но спустя какое-то время я, нарыдавшись, стала успокаиваться. Уже даже слезы закончились, а я продолжала дрожать в его руках, всхлипывая. Но при этом чувствовала себя самой защищённой. Казалось, стоило ему появиться рядом, как все эти проблемы и воспоминания стали не столь страшными. Он же со мной. – Как думаешь, что с ребятами? – после паузы спросила я, поднимая лицо – наверное, опухшее и совсем некрасивое. Но Илай стал нежно вытирать с него слезы, гладя влажную кожу. И смотрел он с теплом и пониманием. И я была благодарна, что мужчина ничего не говорил, давая мне выплакаться. Такая поддержка и была мне нужна – и понял капитан это без лишних слов. – Ты точно хочешь говорить об этом? Кивнула. – Я.. я не знаю, - тихо ответили мне. Илай не стал мне лгать, даря ложную надежду – и за это я тоже была благодарна. – Но тоже хочу верить, что они справились. Кто, если не они? – Мужчина как-то горько усмехнулся. – Я верю в каждого из них. Каждого, Клэр, понимаешь? Что бы там не случилось.. – Это был взрыв? – Не совсем, - уклончиво ответил Илай. – Это было больше похоже на магию. Странно, что ты не почувствовала. – Да как-то не до этого было, - пробурчала в ответ, и мужчина ласково погладил края моей раны, не задевая самые чувствительные участки. Я прильнула к его руке. – Возможно, пираты задействовали какой магический артефакт. А может, он был активирован случайно – это тоже нельзя отрицать. Я не видел огня, поэтому надеюсь, что разрушительных последствий не было. – Значит, у них был шанс? – Значит, у них был шанс. Хрупкая надежда, поселившаяся в душе, меня немного успокоила, и я чуть отстранилась от Илая. Мы продолжили ужин. Уже темнело, и капитан подбросил древесину в костер. Закончив с мясом, принялись за фрукты – сперва молча, затем разговорились. Моя истерика прошла, и я даже начинала получать удовольствие от нашего неторопливого ужина. – Ты когда-нибудь попадал в такие же передряги? – решила первой нарушить тишину. – Дай-ка мне подумать, - отозвался капитан. – Нет, в настолько серьёзную ситуацию ещё не попадал. Терпели шторм, убегали от имперцев… – С их золотом? – Да какое там золото! Не до него было, сами спасались как могли. Порох закончился. – И такое бывает? – искренне удивилась я. – Конечно, но только не в пороховницах, - подмигнул мужчина. – А ты? – Тоже убегала от имперцев, - хихикнула, брызнув соком, от чего стало ещё смешнее.- Причем не только в ночь нашей встречи, но и задолго до этого. К счастью, ни разу не поймали, иначе бы меня вряд ли взяли потом на работу. – Так ты рабочее сословие. – Ну куда мне до вас, знатных! Карманы на женские платья пришивать – это вам не души в поместье считать. – А что, на женских платьях бывают карманы? – Сама в шоке.. Так мы и разговорились, узнавая все больше нового друг о друге. Доев, переместились в траву,  смотря на звезды – вдали от городов они сияли особенно красиво. А может, они были такими из-за Илая рядом. И вновь мы завели песню о морали, когда я начала читать нотацию, что все еще не поддерживаю разбой невинных торговцев, на что капитан мне клялся, что подчистую никого не обносит. – Тогда у меня такой к тебе вопрос, - вдруг серьёзнее сказал он. – Ты точно помнишь наш первый бой на корабле. – Да уж, как его забудешь.. – Почему ты не встала на сторону магов, пока у тебя была возможность переметнуться? Ты ведь сама говорила, что, закончив наше путешествие, собираешься жить в магических королевствах. Вы в легкую победили бы нас, а ты отправилась дальше со своими коллегами устраивать свою ведьмовскую судьбу. Мы повернулись друг к другу, и я подперла голову рукой, смотря куда-то за плечо Илая. Вопрос оказался неожиданным, и я не знала, что ответить. – Из необходимости? Долга? А может, чувства причастности? – допытывался мужчина. Он, как и я, стал серьёзнее и терпеливо ждал ответа, вглядываясь в моё лицо. – Как будто я себя об этом не спрашивала, - ответила со вздохом. – На самом деле, не то чтобы я долго выбирала. Ну не могла вас предать, бросить.. ко мне все так хорошо отнеслись на корабле, как я могла обратить свою силу против вас? Немного помолчав, продолжила: – А потом увидела объятого тьмой Джоела, и у меня был только один путь. Я подняла глаза – и увидела, как Илай ласково убирает волосы с моего лица, задерживаясь на коже. – Спасибо. Я уважаю тебя за твой выбор. А потом в серьёзность его взгляда закралась смешинка, и мужчина вдруг резко приблизился ко мне, шепча: – А если тебе скажут защищать королевство от меня? – А ты собираешься ограбить королевский банк? – улыбнулась, поддерживая его настроение, и прикусила губу. – Только ради одного главного сокровища. – Что бы это могло быть? Ответил мужчина своеобразно: уронил меня обратно на траву и навис сверху, упираясь руками по обе стороны от моей головы. Море его глаз всколыхнулось, темнея, и мое дыхание сбилось. Он поцеловал первым, а мне только и оставалось, что податься к нему телом и нетерпеливо обнять за шею. И все страхи минувшего дня отступили. Мы дарили друг другу всю накопленную любовь – и даже если нам не хватит, мы черпнем ее из моря. Но она была столь же необъятна. Я поняла, что мы не сумеем не зайти дальше, еще раньше, чем когда ошметки одежды полетели в траву. Я не боялась и сама стремилась к Илаю: к его горячим губам, нетерпеливым рукам (ох, как долго он этого ждал), крепкому телу, испещренному шрамами – и я поцеловала каждый. И это было так же прекрасно, как замирание на носу корабля, как танец в табаке, но гораздо чувственнее. Теперь Илай точно был весь мой, а я – его.  До самых кончиков пальцев. И если мы когда-нибудь расстанемся, с нами будет этот момент, как Илай вдавливает меня в траву, а я движусь к нему навстречу и своими стонами пугаю притихших в тропиках птиц. Не знаю, как мы потом набрались сил искупаться в море, но уснула я почти сразу, прикрытая нашей одеждой. На наше счастье, было тепло – и тем более в объятиях друг друга.