Саурон

Ночь в горах была холодной, но воздух вокруг скалистого распадка дрожал от нестерпимого жара Сильмарилей. Маэдрос и Маглор сидели спина к спине, баюкая обожженные руки, а скованный Моргот замер в тени валуна, напоминая груду битого железа. Тишину нарушил не звон камня и не свист ветра. Это был шорох осыпающейся крошки сверху, со склона .Эльфы мгновенно вскочили, обнажив мечи, несмотря на вспышки боли в ладонях. Из густой темноты между скал медленно выступила фигура. На ней не было сияющих доспехов Майар, лишь обрывки темного плаща, пропитанного пылью и гарью сожженного Ангбанда. Это был Саурон. Он замер, глядя на Маэдроса, затем его взгляд скользнул к ларцу, источающему невыносимый свет, и, наконец, остановился на скованном существе у ног эльфов. Моргот дернулся. Его цепи издали короткий, лязгающий звук. В его глазах вспыхнула искра — не надежды, нет, этот трус не знал надежды, — а алчного расчета. — Майрон... — прохрипел пленник, называя слугу его древним именем. — Ты пришел... Ты видишь, в каком я бесчестии? Эти выродки Феанора... они издеваются над твоим господином! Саурон не шелохнулся. Он смотрел на Моргота долго, почти изучающе, и в этом взгляде не было ни преданности, ни сочувствия. Только холодная оценка того, во что превратился великий Мелькор: в избитый, закованный в железо мешок, который скулил от страха перед светом. — Я вижу, мой лорд, — голос Саурона был тихим, ровным, лишенным прежнего подобострастия. — Я вижу, что пророчества Валар сбылись быстрее, чем вы предполагали. — Не стой столбом! — Моргот попытался приподняться, звеня ошейником. — Убей их! Забери Камни! Мы вернемся на Север, мы отстроим...— На Север? — Саурон наконец перевел взгляд на Маэдроса, который наставил на него меч. — Там только пепел и трупы наших слуг. Ангбанд пал. Утумно — лишь легенда. Саурон сделал шаг вперед, игнорируя угрожающие взгляды эльфов. Он посмотрел на обугленные руки братьев, затем снова на Сильмарили. — Вы украли их у Валар, — произнес он, обращаясь к Маэдросу. — Дерзкий поступок. Глупый, но достойный восхищения. — Уходи, Майа, — прошипел Маэдрос. — Или мы засунем эти Камни в твою глотку, если ты сделаешь еще шаг. Саурон остановился. Его лицо исказила тонкая, едва заметная усмешка. Он оценил решимость безумцев и жалкость своего бывшего господина. Он понял, что сейчас здесь нет силы, которой он хотел бы служить. — Мне не нужны эти Камни, — спокойно сказал Саурон. — Они несут только разрушение тем, кто пытается ими владеть. Я пришел не за ними. И не за тобой, Мелькор. Моргот замер, его рот приоткрылся в немом возмущении.— Что ты несешь, предатель? Ты мой раб! Ты...— Я был вашей правой рукой, пока у вас была воля вести за собой, — отрезал Саурон, и в его голосе проступила сталь. — Теперь вы — балласт. Вы — цепи, которые тянут в бездну любого, кто окажется рядом. Он снова посмотрел на эльфов. — Оставьте его себе. Или убейте. Мне всё равно. Саурон начал медленно отступать обратно в тень. — Наслаждайтесь своим триумфом, сыновья Феанора. У вас есть свет, который вас убивает, и Враг, который вас ненавидит. Идеальный финал для вашей клятвы. Моргот забился в цепях, выкрикивая проклятия вслед уходящему слуге, но Саурон уже исчез, оставив их одних в ледяной тишине гор.