Перед дверью

Капитан не пошёл. — Вам надо поговорить наедине, — сказал он ровно, даже не взглянув на Бана. — Я подойду позже. Если понадоблюсь. Бан хотел возразить. Хотел сказать: «Да ну нафиг, иди с тобой будет не так страшно». Но вместо этого кивнул и вышел. Коридор тянулся бесконечно. С каждым шагом внутри всё сильнее скручивало. Бан знал эту дорогу наизусть — два поворота, лестница, ещё один коридор. Но сейчас каждый метр давался с трудом. Ноги тяжелели. Мысли путались. Что я ей скажу? «Извини»? «Я дурак»? «Я не хотел»? Он остановился. До архива оставалось метров двадцать. Бан замер посреди коридора и уставился в пол. Потом прислонился к стене. Потом отошёл от стены. Потом снова прислонился. — Чёрт, — прошептал он. Он не мог зайти. Не сейчас. Сердце колотилось где-то в горле. Ладони вспотели. Бан сдвинул бандану на лоб, потом надвинул обратно. Сделал шаг вперёд — и снова замер. Дверь архива виднелась в конце коридора. Обычная. Металлическая. С потёртой ручкой. Он открывал её тысячу раз. Но сейчас она казалась неприступной. А что, если она не захочет меня видеть? А что, если она злится? А что, если я зайду — и ничего не скажу? А что, если она скажет, что больше не хочет со мной разговаривать? Бан прислонился лбом к стене и закрыл глаза. Он стоял так минуту. Две. Три. Пять. — Ты чего, влюбился? Голос выдернул его из мыслей. Бан открыл глаза и резко обернулся. Рядом, в нескольких шагах, стояла Лайк. В руках — планшет. На лице — лёгкая усмешка и любопытство. — Лайк? — Бан моргнул. — Ты чего здесь? — Прохожу мимо, — она пожала плечами. — Омгус опять что-то сломал, надо разобраться. А ты стоишь тут как… — она задумалась, — как будто у тебя систему зависло. — Всё нормально, — отрезал Бан и отвернулся обратно к стене. Лайк не ушла. Она остановилась, посмотрела на него, наклонила голову. — Ну да, конечно. Ты стоишь у стены уже пять минут, дышишь так, будто только что от кого-то убежал. И всё нормально. — Отстань, Лайк. — А ты чего такой грубый? — Она сделала шаг ближе. — Я же просто спросила. Бан молчал. Смотрел в стену. Лайк помолчала. Потом вздохнула. — Ладно. Не хочешь — не говори. Она сделала вид, что собирается уходить. Сделала шаг. Потом другой. Потом остановилась. — Хотя знаешь что? — Она повернулась обратно. — Ты вообще никогда так не стоишь. Ты всегда куда-то идёшь. Или в архив, или от архива. А сейчас ты стоишь. И смотришь на дверь так, будто она тебя съест. Ты из-за Вики? Она же безобидная, максимум работой нагрузит. — Лайк…иди.. — Ты поссорился с Вики, да? Бан вздрогнул. Не повернулся, но спина напряглась. Это было заметно. — Я угадала? — Лайк прищурилась. — Бан, я угадала? Молчание. Потом Бан тихо, почти неслышно сказал: — Да. Лайк присвистнула. — И что случилось? Ты что-то ляпнул? Она что-то ляпнула? Вы оба ляпнули? — Я накричал на неё, — сказал Бан. Голос сел. — Вчера. В архиве. Она хотела помочь, спросила, что со мной, а я… я сказал ей заткнуться. И ушёл. Лайк замолчала. На её лице пропала усмешка. — Ого, — протянула она. — Это… серьёзно. — Я знаю. — И ты поэтому стоишь тут? Боишься зайти? Бан не ответил. Но он медленно повернулся к ней. И Лайк увидела его лицо. Она никогда не видела Бана таким. Не злым. Не раздражённым. Не язвительным. Испуганным. — Лайк, — сказал он тихо. — Мне страшно. Эти слова дались ему тяжело. Было видно, как он сжимает кулаки, как дёргается челюсть. Как будто каждое слово вытаскивают из него клещами. — Я не знаю, что делать, — продолжил он. — Я зайду — и что? Она посмотрит на меня. И я… я не выдержу этого взгляда. Она будет ждать, что я скажу. А я встану и ничего не смогу. Слова кончатся. Я просто буду стоять как идиот. Лайк смотрела на него. И вдруг — улыбнулась. Не насмешливо. Не ехидно. А как-то… тепло. С умилением. — Бан, — сказала она. — Ты такой серьёзный обычно. Дерзкий. Язвительный. Всегда готовый послать куда подальше. А сейчас… — Что — сейчас? — напряжённо спросил Бан. — А сейчас ты стоишь тут, боишься зайти к лучшей подруге и сказать пару слов. — Лайк покачала головой. — Ты как котёнок. Маленький, напуганный котёнок, который шипит на всех, а сам трясётся. — Я не… — начал было Бан, но Лайк его перебила. — Ты. Котёнок. — Она ткнула в него пальцем. — Пушистый, злой и очень глупый котёнок, который боится извиниться. Бан открыл рот, закрыл, снова открыл. Не нашёл, что сказать. Лайк засмеялась. Тихо. Без злости. — Ладно, — сказала она, вытирая глаз. — Ладно, помогу я тебе. Слушай сюда. Она подошла ближе и встала рядом, прислонившись к стене. — Ты не должен говорить что-то идеальное. Понял? Не надо речей. Не надо красивых слов. Ты заходишь, садишься рядом и говоришь: «Вики, я дурак. Прости меня, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть». Всё. — Этого мало, — прошептал Бан. — Для начала — достаточно. — Лайк пожала плечами. — А потом она начнёт говорить сама. Или заплачет. Или обнимет. Или всё сразу. Твоя задача — не сбежать. Просто быть рядом. Ты сможешь? Бан молчал. — Бан. Ты сможешь? — Не знаю, — честно ответил он. — Ну и ладно. — Лайк отлепилась от стены. — В любом случае, иди. Чем дольше стоишь, тем страшнее. Это я тебе как идол лайков говорю. У нас правило: если боишься — сделай первый шаг. А потом уже не так страшно. Она развернулась. — Лайк, — окликнул её Бан. — М? — Ты зайдёшь со мной? — Нет, — она покачала головой. — Это не моё дело. Это между вами. Я только совет дала. А заходить будешь сам. — Я боюсь, — повторил Бан. — Знаю. — Лайк улыбнулась. — Но ты сильный. Ты справишься. Даже если сейчас похож на котёнка. Она махнула рукой и пошла по коридору. Через несколько шагов обернулась. — Бан. — Что? — У всех бывает такое время. Ты же не хотел ее обидеть.. Ну точнее тогда хотел.. Ну ты понял.. А Вики это знает. Так что иди уже. Она ушла. Цоканье её каблуков затихло вдалеке. Бан остался один. Он посмотрел на дверь архива. Потом на свои руки. Потом снова на дверь. Он стоял долго. Минуту. Две. Пять. Дышал. Сжимал и разжимал кулаки. Потом закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. Ещё один. — Ладно, — сказал он себе тихо. — хорошо. Он отлепился от стены. Сделал шаг. Потом второй. Третий. Подошёл к двери. Рука дрожала, когда он взялся за ручку. — Вики, я дурак, — прошептал он, повторяя слова Лайк. — Прости меня, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть. Он сжал ручку. И открыл дверь.