Глава 7. Ночь, которая нас сблизила.

Новое задание не выходило из головы. Всю неделю тренировки, эфиры. Ты буквально валишься с ног. А тут ещё и спать нельзя будет. Чем ближе приближалась пятница, тем сильнее Кэянь нервничала. Ей казалось, что это крайне глупая затея. Кто вообще придумывает такие задания? Продюсеры, которым плевать на их состояние? Или фанаты, которые хотят посмотреть, как они мучаются? Но деваться было некуда. В этот день все тренировались в пол силы. Экономили. Кому то это задание показалось весёлым, но не всем. По взгляду Юнби можно было сказать, насколько сильно она любит спать и не готова от этого отказаться. Время близилось к одиннадцати. Чан, которого заставили приехать и лично провести задание, настраивал свет. Он был не шибко рад тому, что ему тоже придётся не спать. Но работа — есть работа. Кэянь лежала под пледом на диване. Глаза уже слипались после тренировок. А ведь это ещё даже не начало! Думать вообще ни о чём не хотелось. Лишь бы всё это быстрее закончилось. Все ходили туда сюда как муравьи. Как фоновый шум, убаюкивая ещё больше. Кто-то пил кофе, ел, делал зарядку. И только Кэянь мёртвым грузом разлагалась на диване. Джисон пытался её дёргать, развеселить, но не получалось. Но тут Чан скомандовал, глядя на часы: — Всё, начинаем. Дорогие друзья, ваше первое задание достаточно простое. Сейчас вы сядете друг на против друга, наберёте в рот воды и я поставлю вам смешные ролики. Кто плюнет от смеха в своего соседа — выбывает. — А победителю будет приз? — Спросил Чанбин, дожевывая сэндвич. — Радость от победы ваш главный приз. Чанбин разочаровано хныкнул, садясь напротив Соа. Так как их неравное количество, то Хёнджину, Юнби и Минхо пришлось сесть втроём чуть ближе. Рядом с Кэянь примостился Джисон. — Ну что, готова? — Спросил Хан, держа в руках стакан с водой. — Я настолько сонная, что меня ничто не рассмешит. Первое видео включилось. На экране телевизора появился кот, который пытался запрыгнуть на шкаф, но промахнулся и рухнул в коробку с игрушками. Звук падения был эпичным. Кэянь смотрела на это с каменным лицом. Рядом кто-то фыркнул. Чанбин. Он пытался сдержаться, но его плечи тряслись. Второе видео — собака, которая каталась на скейте, но не справилась с управлением и врезалась в стену. Третье — парень, который танцевал на свадьбе и порвал штаны. Четвёртое — дедушка, который пытался повторить движения из тиктока и упал в бассейн. К концу четвёртого ролика атмосфера в комнате начала накаляться. Некоторых уже начало смешить даже не видео, а выражения лиц друг друга. Юнби сидела с каменным лицом, но её глаза бегали. Она смотрела на Минхо, который был её соседом, и пыталась не думать о том, что будет, если она рассмеётся. Но когда на экране появилась подборка с людьми, которые не смогли открыть дверь и врезались в стекло, Юнби не выдержала. Она выплюнула воду. Прямо на Минхо. Весь зал замер. Минхо сидел с каменным лицом, с которого капала вода. Его футболка промокла на груди. Он медленно вытер лицо рукавом. Джисон едва сдерживался. Его щёки раздувались от воды, а глаза слезились от напряжения. Он смотрел на Минхо, мокрого и злого, и это было смешнее любого видео с котами. Кэянь тоже заметила. Но она обратила внимание на совсем другое. Футболка Минхо теперь прилипала к телу. Мокрая ткань облегала грудь, живот. Кэянь поймала себя на том, что смотрит дольше, чем следовало бы. В голове всплыл странный образ — парень, стоящий под душем, с мокрыми волосами и закрытыми глазами. Она мотнула головой, прогоняя навязчивую картинку. «Что за глупости? Это просто усталость. Организм сходит с ума от недосыпа». Но прежде чем она успела себя отчитать, случилось неизбежное. Джисон не выдержал. Он рассмеялся — громко, раскатисто, от души. Вода фонтаном выплеснулась из его рта прямо на Кэянь. Холодная жидкость попала на лицо, на шею, на футболку. — Прости, — Сказал Джисон, смеясь. — Я так и знал, что вылечу в начале. Тут уже Минхо мельком глянул в сторону Кэянь. Подумал ли он о чем-то похожем?... Или только она такая извращенка? По мере того как игроки выбывали, ребята менялись местами. Мокрых становилось всё больше, сухих — всё меньше. В какой-то момент Чанбин выбыл, потому что Джисон, уже проигравший, начал показывать ему рожицы из-за спины ведущего. Чанбин плюнул водой прямо на пол и выругался. — Это нечестно! — сказал он. — Это тактика, — ответил Джисон с гордостью. — Это подлость. — Подлость — это тоже тактика. Хёнджин выбыл следующим. Он смотрел видео с таким серьёзным лицом, будто решал математическую задачу, но когда на экране показали парня, который случайно зажег свой пиджак от свечи, Хёнджин не сдержал смешок. Вода брызнула на Соа. — Прости, — сказал он, смущаясь. Соа кивнула, не показывая эмоций. Только вытерла щеку. Остались только Кэянь и Соа. Обе мокрые. Обе уставшие. Обе сидели друг напротив друга с одинаково каменными выражениями лиц. — Это никогда не закончится, — простонал Джисон, наблюдая за ними. — Соа — каменная статуя. Кэянь — сонная муха. Они могут сидеть так вечность. — Давайте их развеселим, — предложил Чанбин. — Как? — Ну, не знаю... покажите что-нибудь смешное. Джисон встал перед Кэянь и начал кривляться. Строил рожицы, прыгал, изображал обезьяну. Кэянь смотрела на него с полным безразличием. — Не работает, — сказал Чанбин. — Подожди. Я знаю, что делаю. Джисон сделал паузу, а потом его глаза разъехались в разные стороны. Кэянь не выдержала. Вода брызнула из её рта прямо на Джисона. Она закашлялась, засмеялась, закашлялась снова. — Ты... ты мерзавец, — сказала она, вытирая губы. — Зато ты проиграла, — сказал Джисон с довольной улыбкой. — Это нечестно. — Это тактика. — Это не тактика. Это... это... — Это победа, — закончил за неё Чан. — Соа — победитель. Соа сидела с каменным лицом, всё ещё держа воду во рту. Она медленно, очень медленно, проглотила её. — Ну это было очевидно. — Произнесла Юнби, аплодируя. — Теперь можно пойти переодеваться? Чан загадочно улыбнулся. — В этом нет смысла. Ведь сейчас у вас будет... — Произнёс это с паузой, доставая из-за спины водяной пистолет. — Бой на водяных пистолетах! Чанбин и Джисон так оживились, прям как дети. Им явно было очень весело. Схватили пистолетики и стали изображать спец агентов на задании. — Так как вас семеро — я тоже буду играть. Мы разделимся на команды по жребию. У одной команды вода окрашена в синий, у другой — в красный. Задача проста — убить всех противников. — Я как будто в школу вернулся. — Произнёс Хёнджин. Однако по его лицу не скажешь, что ему не нравится. На жеребьевке появились две команды: первая состояла из Юнби, Кэянь, Хёнджина и Джисона. Вторая из Минхо, Чана, Чанбина и Соа. Все разбежались по дому и началась настоящая битва. Заряды воды летали по всей кухне и залу. Хан и Кэянь залезли за кресло в углу комнаты и оттуда вели стрельбу. — Можно называть тебя Янь? — Спросил парень, выглядывая из укрытия. — Звучит как прозвище внутри парочки. — Подколола она его, стреляя в Чана. — Да ну, это просто удобнее. Хотя... Рейтинг поднимем. Кэянь повернулась к нему с слегка нахмуренными бровями. — Что это значит? — Ну, начнут шипперить, просмотры вырастут. — Ответил парень, протягивая руку к её лицу. — Мы вроде неплохо смотримся дуэтом. Он поиграл бровями, а затем щелкнул её по носу. — Расслабься, я шучу. Такое лицо скривила. Вы с Минхо и так уже рейтинг поднимаете. Девушка даже не знала, что ответить. Какие-то эмоциональные качели он ей устроил. Сначала сам заигрывал, теперь снова всё сводится к Минхо. В целом, это в характере Хана. Но Кэянь восприняла всё слишком буквально... Однако размышлять о ситуации сейчас не время. Их нашли. Чанбин с Минхо устроили штурм на их "убежище". Девушка среагировала быстро и дала дёру в коридор. А Минхо помчался за ней. На удивление Кэянь оказалась очень юркой и уворачивалась от каждого залпа воды. Она перебежала к лестнице, поднялась на несколько ступенек, чтобы видеть весь коридор. Их взгляды встретились. — Сдавайся, — сказал он. — Ни за что. — Ответила девушка, поправляя прилипшие к лицу волосы. — У тебя кончается вода. — Произнёс Минхо, медленно подходя к лестнице. — У тебя тоже. — У меня больше. — Врёшь. — Проверим? — Ехидно ухмыльнувшись проговорил парень. Он выстрелил. Кэянь увернулась — синяя пуля пролетела мимо, ударив в стену. Он сделал шаг вперёд. Кэянь отступила на ступеньку выше. — Не беги, — сказал он. — А что мне делать? Стоять на месте и ждать, пока ты меня обольёшь? — Да. — Ответил Минхо, улыбаясь. — Не надейся! Она выстрелила. Минхо увернулся в последний момент — красная пуля пролетела в сантиметре от его плеча. Он усмехнулся. — Хороший выстрел. — Прокоментировал брюнет. — Но не настолько, что бы победить меня. Кэянь перепрыгнула через перила. Минхо не ожидал такого. Она приземлилась на пол, перекатилась и выстрелила снизу вверх, прямо в его футболку. Красное пятно расплылось на белой ткани. — Ты... — начал он, глядя на пятно. — Я победила, — сказала Кэянь, вставая и отряхивая колени. — Ты перехитрила меня. — Это было легко. Она улыбнулась. Минхо смотрел на неё с удивлением. Мокрая, растрёпанная, с победным огнём в глазах. Она выглядела... красивой. Он отвернулся первым. Когда они вернулись уже выяснилось, что красная команда победила. Юнби процедила довольное "ессс!" отбивая "пять" Джисону. После боя все были мокрые, уставшие, но почему-то счастливые. Кэянь села на диван. Рядом упал Джисон. — Это была лучшая ночь в моей жизни, — сказал он. — Она не закончилась, — напомнил Чан. — Что ещё? — Тихий час. — Всмысле? — простонал Джисон. — Целый час. Никто не разговаривает. Никто не сидит в телефоне. Только жесты. И главная задача — не уснуть. — Это пытка. — Промычал Хёнджин лёжа на полу. — Это задание. Чан выключил свет, оставив только неоновую подсветку. В гостиной стало темно и тихо. Кэянь сидела на диване, поджав колени, и чувствовала, как усталость накрывает её с головой. Мокрая футболка холодила тело. Волосы прилипли к щекам. Глаза закрывались. Она боролась. Но тишина была тягучей, как зыбучие пески. Она давила на уши, заставляла мозг работать медленнее. Кэянь начала считать про себя. Раз. Два. Три. На счёте «семнадцать» её голова качнулась вперёд, и она чуть не клюнула носом в колени. Но тут в голову прилетает подушка. Её атаковал Джисон. Он выскочил из-за кресла и с размаху врезал подушкой по голове Чанбина. Тот пошатнулся, но устоял. Его лицо в синем свете выглядело зловеще — глаза горели, челюсть сжата. Чанбин ответил. Подушка ударила Джисона в плечо, и тот отлетел к стене, зажимая рот рукой, чтобы не засмеяться. Его плечи тряслись — битва только началась, а он уже был на грани. Юнби атаковала Хёнджина. Она подкралась сзади и со всей силы опустила подушку на его идеально уложенные волосы. Хёнджин вздрогнул, обернулся, и в розовом свете его лицо выражало такое возмущение, что Юнби пришлось зажать рот обеими руками. Он ответил. Подушка попала Юнби в живот. Она согнулась пополам, но не издала ни звука — только глаза её горели яростью. Соа сидела на диване, поджав ноги, и наблюдала. Она не участвовала. Кэянь сидела в другом конце дивана и пыталась нащупать подушку. Но в этот момент из-за спинки дивана вылезает Чанбин, ударяя её подушкой. Девушка не успела удержаться и почувствовала, как летит с дивана вниз. По чистой случайности Джисон повалил Минхо на пол рядом с диваном. Она упала на что-то твёрдое, но живое. На чьи-то руки. На чью-то грудь. Минхо. Он лежал на полу и потирал затылок от удара. А теперь Кэянь лежала на нём. Джисон убежал с таким лицом, как будто только что натворил что-то плохое, а мама не должна этого увидеть. Их лица разделяли несколько сантиметров. В розово-синем свете она видела глаза — широко открытые, удивлённые. Его дыхание — тёплое, быстрое — касалось её щеки. Кэянь замерла. Минхо замер тоже. Никто не двигался. Вокруг них продолжалась битва — Джисон гонялся за Чанбином, Юнби душила Хёнджина подушкой, Соа наконец встала с дивана и начала размахивать своим оружием. Но Кэянь ничего этого не видела. Она видела только его. Его глаза. Его губы. Его дыхание. Минхо медленно поднял руку и коснулся её плеча. Не оттолкнул. Не притянул. Просто коснулся. Кэянь почувствовала, как сердце пропустило удар. Она должна была встать. Должна была отстраниться. Должна была сделать вид, что ничего не случилось. Но она не могла. — Эй, — прошептал он так тихо, что она едва услышала. — Ты в порядке? Она кивнула. Он сейчас нарушил правило игры. Правда, настолько тихо, что вряд ли кто-то это услышит. — Тогда вставай. А то сейчас кто-нибудь на нас упадёт. Она не пошевелилась. Сама не знает почему. Нужно просто встать. Но его тело было таким тёплым... В какой-то момент захотелось просто положить голову ему на грудь и заснуть. — Кэянь. Он почти улыбнулся. В розовом свете его лицо выглядело мягче, чем обычно. Почти тёплым. Он обхватил её за талию и приподнял. Кэянь почувствовала его руки — сильные, уверенные. Они встали в полумраке, слишком близко друг к другу. Он отпустил её. Кэянь сделала шаг назад. Потом другой. Сердце всё ещё колотилось. Она подняла подушку с пола и сделала вид, что ничего не случилось. Но внутри всё дрожало. А битва продолжалась. Джисон и Чанбин сцепились в центре комнаты, обмениваясь ударами подушек с такой скоростью, что их силуэты сливались в одно пятно. Юнби загнала Хёнджина в угол и теперь добивала его, не давая опомниться. Соа, наконец, вступила в игру — она подкралась к Юнби сзади и опустила подушку на её голову. Юнби обернулась, и в розовом свете её лицо выражало такое негодование, что Соа пришлось зажать рот рукой, чтобы не засмеяться. Они бегали по комнате, спотыкались о кресла, врезались друг в друга. В темноте было легко потерять равновесие — тени путались, силуэты накладывались друг на друга. В какой-то момент Джисон, убегая от Чанбина, врезался в Хёнджина, и они оба рухнули на диван. Подушки разлетелись в стороны. Хан приземлился прямо на Хёнджина, и его руки на автомате обхватили его талию. Джисон выпучил глаза. Хёнджин замер. На секунду в комнате прекратились любые действия. Потом Джисон закрыл лицо подушкой, и его плечи затряслись от беззвучного смеха. Хёнджин отполз в сторону и сел на пол, делая вид, что ничего не случилось. Но его уши в розовом свете горели. Кэянь заметила это и невольно улыбнулась. Битва закончилась, когда Джисон, пытаясь увернуться от подушки Чанбина, поскользнулся на ковре и рухнул на пол с глухим стуком. Он не удержался и тихо выругался. — Слово, — сказал Чан, появляясь в дверях. — Ты выбываешь. — Это нечестно, — прошептал Джисон, лёжа на полу. Чан включил свет. Все зажмурились. Полумрак исчез, уступив место яркому, почти больничному освещению. Кэянь увидела, что творилось в комнате. Подушки валялись везде — на диване, на полу, на креслах. Штукатурка на стене была немного повреждена. Хёнджин стоял в углу с растрёпанными волосами. Джисон всё ещё лежал на полу. Юнби заправляла выбившуюся прядь за ухо. Минхо стоял у окна. Его футболка была мятой, волосы растрёпаны. — Время вышло, — сказал Чан. — Тихий час закончен. Все выжили. Можете говорить. — Наконец-то, — простонал Джисон, садясь на полу. — Я чуть не умер. — Ты чуть не умер от смеха, — сказала Юнби. — Я чуть не умер от страха, когда упал. Мне казалось, что я что-то сломал себе. ... Дальше было ещё несколько игр: уно, ассоциации и дженга. Эта ночь и правда очень весёлая, но сонливость так и не покидала тело Кэянь. Всё оставшееся время она клевала носом, пока другие не начинали подбадривать её. Рассвет наступил незаметно. Сначала небо за окном стало серым, потом розовым, потом золотым. Кэянь смотрела на это чудо и чувствовала, как усталость отступает. Всего на несколько минут. Но этого хватило, чтобы почувствовать — она выдержала. — Всё, — сказал Чан, появляясь в дверях. — Ночь закончилась. Задание выполнено. — Мы свободны? — спросил Джисон. — Вы свободны. — Мы победили? — Вы победили. Джисон рухнул на диван и раскинул руки в стороны. — Я люблю эту жизнь, — сказал он. — Наконец-то спать. Чанбин встал и потянулся. — Я в душ, — сказал он. — Я с тобой, — сказал Хёнджин, подскакивая с пола. Чанбин остановился и посмотрел на Хёнджина с поднятой бровью. — Это прозвучало странно. Парень смутился и почесал затылок, прежде чем ответить: — Я в смысле — тоже в душ. Не с тобой. В свой. — Уточняй. — Я уточнил. Кэянь сидела на диване и смотрела, как они расходятся. Юнби пошла на кухню за водой. Соа свернулась калачиком в кресле и закрыла глаза. Джисон так и заснул лицом в подушку. Минхо тоже сидел на краю дивана и что-то листал в телефоне. Но Кэянь уже не соображала. Она хотела лишь закрыть глаза. Ли обернулся когда почувствовал шевеление за спиной. Девушка подползла к подушке, на которой спал Джисон, и упала рядом. С этого момента она больше не шевелилась. Минхо смотрел на неё дольше, чем следовало, а затем отвернулся не выражая никаких эмоций. Но уголки его губ чуть заметно дрогнули. Или показалось?