3 Кажется они что-то скрывают

Прошла неделя. Неделя, в которой Блум научилась врать не словами, а молчанием. Она не лгала напрямую — просто отвечала короче, уходила раньше, улыбалась реже и чаще смотрела в окно, как будто ждала кого-то, кого никто другой не видел. Пламя Дракона внутри неё вело себя подозрительно тихо. Не бушевало, не вспыхивало от гнева или ревности — просто тлело ровным, тёплым светом. Как будто знало секрет и наслаждалось им в одиночку. Первой тревогу забило Текна. Утром в среду она вошла в общую кухню, держа в руках портативный датчик окружающей среды, и сразу ткнула им в сторону Блум, которая стояла у плиты и варила кофе. — Температура в комнате плюс четыре к норме, — объявила Текна без приветствия. — Это ты? Блум не обернулась. Просто пожала плечами. — Может, батареи греют. — Батареи греют на плюс два максимум. А здесь плюс четыре. И это уже третий раз за неделю. Блум медленно повернулась. В руках у неё была кружка, пар поднимался к лицу, скрывая выражение глаз. — Текна. Иногда просто бывает жарко. Особенно когда нервничаешь. Текна прищурилась. — Ты нервничаешь? — Нет. — Блум сделала глоток. — Просто кофе горячий. Текна записала что-то в свой блокнот. Очень аккуратно. Очень подробно. — Хорошо, — сказала она. — Хорошо. Но все поняли: это «хорошо» означало «я буду следить». --- Флора заметила следующей. В четверг она предложила Блум сходить вместе в библиотеку — как всегда, мягко, с улыбкой, с цветком в волосах. — Хочешь компанию? Я как раз собиралась посмотреть раздел по редким артефактам. Блум замерла на полсекунды. Микросекундная пауза, но Флора её уловила — она всегда улавливала такие вещи. — Нет, спасибо. Я просто… поищу кое-что по истории Пламени. — По истории чего именно? Ещё одна пауза. Чуть длиннее. — По Пламени Дракона. Там много таблиц. Скучно. Флора улыбнулась — той самой улыбкой, от которой человеку сразу становилось совестно за ложь. — Блум… ты в порядке? — Всё отлично, Флор. Правда. Флора кивнула. Но вечером подошла к Музе в коридоре и сказала тихо, почти шёпотом: — Она что-то скрывает. И это не грусть после расставания. Муза кивнула. — Я чувствую. Её эмоции… они ровные. Слишком ровные. Как будто она сосредоточена на чём-то большом. И в этом «ровном» есть… предвкушение. Как перед прыжком. — Не звучит как горе. — Нет. Совсем не звучит. Они переглянулись. — Наблюдаем дальше, — решила Флора. --- Стелла действовала по-своему. В пятницу утром она ввалилась в комнату Блум с подносом свежих круассанов (купленных в Соларии за бешеные деньги) и с видом «я пришла спасать». — Ты нормально ешь? — спросила она сразу. — Да. — Спишь? — Да. — Думаешь о Скае? Блум подняла взгляд от книги. Медленно. — Нет. Это «нет» прозвучало так спокойно, так окончательно, что Стелла чуть не уронила поднос. — Хорошо… — протянула она осторожно. — Это… очень хорошо. Даже подозрительно хорошо. — Стелла. — Что? — Перестань смотреть на меня как на бомбу с таймером. Стелла поставила поднос на стол и села на край кровати. — Я смотрю с заботой. — У тебя очень… специфическая забота. — Потому что ты специфическая подруга. — Стелла понизила голос до заговорщического шёпота. — Слушай, если ты уже нашла себе кого-то нового — просто скажи. Я не буду осуждать. Ну… почти. Только если это не какой-нибудь тёмный тип с голосом «я уничтожу твой мир, но сначала заставлю тебя стонать от магии тьмы». Блум поперхнулась воздухом. — Стелла! — Что? Я просто говорю! После такого принца, как Ская, иногда хочется чего-то… поядрёнее. С перцем. С чёрным перцем. С целым адским соусом. Блум засмеялась — неожиданно, искренне. И это был первый настоящий смех за неделю. Стелла немного выдохнула. — Ладно. Не бомба. Пока. Но внутри она отметила: смех живой. А глаза… глаза смотрят куда-то дальше. --- Вечером пятницы Блум пришла к старому фонтану на восточном краю острова. Место было выбрано идеально: далеко от корпусов, открытое со всех сторон, но скрытое от случайных взглядов зарослями плюща. Она пришла первой. Обошла фонтан кругом, проверила на чары — чисто. Потом села на край и стала ждать. Валтор появился ровно в то время, которое они не оговаривали. Просто пришёл вовремя. Это само по себе было немного жутко. — Ты согласилась, — сказал он вместо приветствия. — Я пришла обсудить условия, — поправила Блум. — Это разные вещи. — Разумеется. Она встала. Скрестила руки. — Условие первое: я помогаю только с хранилищем. Никаких «заодно сделаем вот это». Артефакт — и всё. — Принято. — Второе: если я в любой момент скажу «стоп» — ты не препятствуешь. Никаких «ты уже слишком глубоко». Он помолчал секунду. Потом кивнул. — Принято. — Третье: пока мы работаем вместе — ты не трогаешь Винкс. Никаких атак, никаких угроз, никаких «случайных» встреч. Валтор приподнял бровь. — Это серьёзно ограничивает мои возможности. — Да. Это и есть условие. Долгая пауза. Он смотрел на неё с выражением, которое она не сразу поняла. Потом дошло: уважение. Не снисходительное. Настоящее. — Принято, — сказал он тихо. Блум разжала руки. — Тогда рассказывай про хранилище. Они говорили час. По делу. Без лишних слов. Валтор объяснял: где именно спрятано Зеркало Аврин (в заброшенном храме на границе измерения Обскуры), какая защита (три слоя — пространственный, элементальный и кровный, последний реагирует только на Пламя Дракона), что нужно от неё (просто открыть дверь и войти первой). Блум задавала вопросы — острые, неудобные, детальные. Он отвечал. Честно. Без увиливаний. Это было странно приятно. Как будто она наконец-то разговаривала с кем-то, кто не пытался её контролировать или спасать. Просто говорил по делу. Когда они закончили, Валтор спросил: — Когда найдём Зеркало — хочешь, я расскажу тебе его историю? Блум посмотрела на него. — Да. Полную. Без купюр. Он улыбнулся — медленно, почти нежно. — Обещаю. Там есть… интересные детали. Особенно про то, как оно впервые отразило Пламя Дракона. И что оно показало первой носительнице. Блум почувствовала, как внутри что-то шевельнулось. Любопытство. Жадное. Горячее. — Хорошо, — сказала она. — Тогда до встречи. Он кивнул и исчез. Блум постояла ещё минуту у фонтана. Пламя внутри неё горело ровно. Спокойно. И очень, очень ярко. --- Когда она вернулась в корпус, Муза сидела в гостиной с гитарой на коленях. Делала вид, что настраивает струны. — Где была? — спросила она, не поднимая глаз. — Гуляла. — В темноте? — Я фея огня. Мне темнота — как дневной свет. Муза перевернула гитару и провела пальцем по струне. Звук вышел низкий, вибрирующий. — Логично. Блум прошла мимо. Муза закрыла глаза и прислушалась к эмоциям подруги. Ровные. Сосредоточенные. Без вины. Без страха. Только лёгкое, почти эйфорическое предвкушение. Муза открыла глаза и уставилась в стену. «Это либо очень хороший знак, — подумала она, — либо мы все в полной жопе». А где-то в тени коридора Стелла стояла, прислонившись к стене, и слушала весь разговор. Она не сказала ни слова. Но её глаза горели. «Если это то, о чём я думаю… — подумала она. — То Блум, детка, тебе нужен будет не один скипетр, а целая армия, чтобы вытащить тебя из этой тёмной сказки».